Не бойся, милый, страха своего...

Дазай недоумённо вывел Моко из здания Мафии. Хоть это и было затруднительно, но он смог это сделать. Из головы не вылетали сказанные ею слова, адресованные Широ. "Наверняка бы ты убила меня также, как убила Ашидо в тот день." Они отпечатались в подсознании Осаму как чернила на бумаге. На данный момент Мидзуку была никакая. И взгляд. Он был абсолютно пустым и практически ничего не видел. Словно мёртвый человек, даже искр в глазах не было. Нахмуренные чёрные брови и поджатые в тонкую линию губы. Казалось, что это совершенно потерянный человек, у которого в жизни всё было реально плохо. Дазай понимал, что в такой ситуации Моко не нужно трогать, а вдруг ей просто хочется побыть одной? Но что-то подсказывало ему — не всё так просто. Мидзуку совершенно не такой человек как все. Её нужно успокоить. Хоть как-то. Он осторожно подошёл ближе, так как ранее она отпустила его руку, засим, повернул лицом к себе. Моко тут же опустила взгляд и поспешила скрыть очи под густой чёлкой чёрных волос. Осаму успел заметить что её вид был потерянным и неуверенным. Он никогда не видел Мидзуку в таком состоянии. Хотя, нет. Один раз, но она не была такой потерянной, а, скорее, расстроенной. Аккуратно обнял девушку, легонько поглаживая по тёмным взъерошенным прядям на макушке. Дазай не собирался расспрашивать Моко об этом. Пусть сама расскажет, когда посчитает нужным. Это единственное решение, которое пришло ему на ум. Осаму слышит тихий вздох, а после чувствует как маленькие ручки сжимают его рубашку сзади, обнимая. Лицом утыкается куда-то в район груди. Вновь вздох. Мягко поглаживает Моко уже по спине, пальцами чувствуя, что под рубашкой есть что-то ещё. Немного шершавый и тугой материал. Может это тоже бинты? Хм-м, может быть, всё может быть. Они так стояли и обнимались. Объятия суицидника были тёплыми и очень похожими на объятия человека, которого, к сожалению, давно нет. Молчание немного надоедало. Он слегка отстранился, смотря на девушку: — Моко, идём? Осаму смог сказать только это, не более. Видеть, как она убивается или плачет, было бы невыносимо больно. Даже для такого, в прошлом беспощадного убийцы, как он. Наконец, Мидзуку посмотрела на него своим взглядом. Сейчас он не такой пустой и потерянный, а тотально грустный. Снова погладил её по макушке. — Да, идём, Дазай. — хрипловатым, от крика, голосом говорит. Искры жизни снова появились в глазках, как и родная и привычная улыбка на лице. Уголки его губ приподнялись, он этому рад. Рад, что Моко жива и не убила никого. Рад, что она снова здесь, смотрит на него. Рад, что она улыбается. Ей больше идёт улыбка, нежели гнев или печаль. Мумия осторожно отстранился от неё, улыбаясь, протянул Мидзуку руку. Та подала свою, скрепляя с его ладошкой. Пятерня Дазая оказалась тёплой как и его улыбка, которая казалась Моко очень знакомой. Эта улыбка похожа на ту, которая навсегда угасла и лишь фотографии помогают вспоминать давно забытый образ и ту улыбку. Они неспешно пошли по направлению к знакомому красно-кирпичному зданию, где их наверняка будут ждать другие сотрудники с расспросами куда оба пропали. Но ни Мидзуку, ни Дазай, не хотели отвечать на эти расспросы и хотели бы просто промолчать. Жаль что так сделать нельзя. Со стороны моря тянулись чёрные, едкие клубы дыма, от каковых хотелось кашлять, если вдохнёшь эту редкостную дрянь. Но оба были спокойны и почти не обращали внимания на это, потому что они знали - беспокойство ни к чему. Они просто это знали и всё.

* * *

В чём смысл жизни? Зачем я живу? Для чего?

Для одних, смысл жизни — родственники. Для других, друзья или вторая половинка. А для некоторых, это любимое дело. Иногда мы не понимаем смысла жизни. Люди могут убить себя или другого человека, будь на то случайность или умышленность. Самоубийство не выход, постоянно твердят мне. Эх, пожили бы вы в моей шкуре, я бы посмотрела на вашу реакцию. Да вы бы сразу пошли мылить верёвку и готовить табуретку. Нет, я не призываю людей ненавидеть жизнь. Просто, у меня она не сахар. Может у других жизнь будет получше моей. А я? Для чего создана я? Ответ на этот вопрос только один, и я его прекрасно знаю. Я живу, потому что... Моко сидит за столом Агентства, скучая от безделья. Ни отчётов, которых вчера было хоть пруд пруди. Ни заданий, ни даже банально клиентов, хоть каких-то. Скука смертная. Сложила руки на груди, мерно постукивая стопой правой ноги в такт мычания любимой песни. Ну хоть что-нибудь, пусть уж выпадет, а. Ритмичное постукивание по полу из-за входной двери этого здания. Рукоять двери повернулась, и в проёме показалась светловолосая белая макушка. Ацуши. Его и ту девочку нашли вчера. Куникида их привёз, как раз-таки с того самого корабля. Девочку, кстати, звали Кёка Изуми. Приятная на вид девочка, со спокойным лицом, которое не изображает никаких эмоций. С длинными тёмно-синими волосами и, как видела Моко, они были собраны в два низких хвоста; ободок, который убирал чёлку со лба. Классическое кимоно красного цвета с жёлтым рисунком цветков и поясом цвета охры. А также деревянные сандали на ногах. Работала Кёка в Мафии, и есть у неё способность создавать призрачного фантома-женщину, каковой в свою очередь, защищает девочку. Так вот, сейчас её рядом с парнишкой не было. Может быть Изуми была в лазарете, а может и где-то ещё. Точного ответа дать нельзя. Мидзуку махнула рукой Накаджиме, привычно улыбнувшись. Тот же, смущённо кивнул ей, так и не привыкнув к такой доброте к себе. Моко сама по себе хороший человек, но таковым себя не считала. Как думал шкет у себя в голове, она очень добрая, как и Кенджи, вот только отличия, конечно же, были. Добрая, но в душе девушка совсем другая. Рядом с Моко, буквально-таки, из под земли вырос Осаму. Перевела взгляд на широко улыбающегося парня и глаза сверкающие озорством. Ничего не меняется в нём, да и не особо надо. Хотя, разве что можно убрать только ту лень и всё. Но и это качество в Дазае было особенным. Тот повернулся и к Ацуши. — Привет, Ацуши-ку-ун! — голос был ещё звонче обычного. Названный немного вздрогнул от неожиданного появления наставника. — Доброе утро, Дазай-сан. Надо же, вы в Агентстве так рано. — пытается скрыть удивление, хоть это и вправду сложно. Да, это правда ошарашивало - Дазай пришёл на работу вовремя. Где это видано? — Сегодня, наверное, снег пойдёт, раз сам Дазай Осаму пришёл на работу в положенное время. — проговорила Моко, цитируя русское выражение. Такие классные у них выражения и немного смешные, но тем не менее очень интересные и любопытные. Детективы повернули черепные коробки к Мидзуку, смотря на неё с лёгким любопытством. Наверное, не слышали таких выражений прежде. А может и слышали. Но несмотря на то, что никто из них не задал вопрос, она открыла рот и пояснила: — Это выражение такое, то есть, удивительно. Агрх, это сложно объяснять, если сами не знаете значение. — А я понял. — улыбка Дазая стала шире, давая понять, что он не шутит - а это тоже было не менее ошарашивающе. Но прежде чем кто-либо произнёс ещё хоть одно слово, одна из дверей офиса открылась. В её проёме показалась Акихиро, да, та самая секретарша. Она привычным движением руки поправила очки в прямоугольной оправе и поглядела на присутствующих. — Что-то не так, Акихиро-сан? — с ноткой беспокойства в голосе спрашивает Ацуши. Моко уже давно подметила про себя то, что парнишка имеет привычку спрашивать, всё ли хорошо. Приятно осознавать, что в столь юном возрасте он беспокоиться за чужие жизни, но и за свою тоже стоит беспокоиться. Всё таки, он тоже, как никак, человек. Названная раннее, слегка приподняла уголки губ, в свете лампы можно было заметить, что на них есть специальный блеск. Серые глаза снова обвели взглядом помещение, остановив взгляд на шизофренике. — Мидзуку-семпай, Директор вам передал дело. — улыбчиво передала послание от Юкичи Акихиро. Это было довольно неожиданно, вот правда, удивления не было предела. Чёрные брови поползли вверх, которые вскоре скрылись за густой чёлкой таких же чёрных волос. — А, эм. Ну, окей, что ли? — растерялась. Дела от Фукудзавы-доно ей ещё не передавали. Это ж какие там задания и какого уровня? Спокойно. Глубоко вдохнула немного напряжённый воздух в комнате и выдохнула уже раскалённый углекислый газ наружу. — Хорошо, я иду. Ацуши, не хочешь со мной? Накаджима вздрогнул, явно не ожидая того, что Моко предложит ему пойти на дело. Тем более, раннее его просто брали не спрашивая, оговариваясь тем, что это необходимо для его же стажировки. Засим, он энергично закивал головёшкой, явно горя желанием узнать, что представляет из себя профессия семпая до вступления в Агентство и становление детективом. Мидзуку снова улыбнулась, переведя взгляд на такого же лучезарно улыбающегося Дазая. Он явно был горд своим подопечным, что тот интересуется не только такими вот делами с убийствами, кражами и взломами, но и ещё подобного рода дела по немного другой профессии. Например, нейробиолог. — Что ж, тогда пошли. — кивнула самой себе Моко и повернулась к секретарше: — Акихиро-сан, так что там за дело?

* * *

— А это правда так интересно знать, что да как устроено в мозге человека? — нескрываемое любопытство от шкета так и пёрло через все щели, как бы он не старался скрыть это. Как оказалось, цель довольно проста и очень странная: в больнице, где проводились снимки МРТ, столкнулись несколько врачей и папки с документами перемешались друг с другом, а снимки оказались не подписанными, поэтому вот. А повторные снимки сделать нельзя, как уже поясняет Моко на заданный Накаджимой другой вопрос. Такие снимки делают, допустим, в один месяц, второй же снимок делается по истечение двух или трёх месяцев. Сами же врачи практиканты и не разбираются в этих снимках. Боже, вот сложно что ли старшего по "званию" позвать? Ладно, пусть уж так. Хоть Мидзуку немного вспомнит снимки, а вот ставить сам диагноз будут уже более опытные врачи. Да, пусть она и хороший нейробиолог, по-крайней мере, ей так говорят, но пусть лучше профессионалы будут излагать настоящий вердикт. Дорога не особо длинная, просто проходила через мост и несколько людных улиц. Вроде ничего сложного, да? Хах, да, сложного-то ничего, вот только Моко до чёртиков боялась таких вот мест. О-о, ещё и в больницу идти, это вообще класс. Рука её была чуть ли не белая, пока она сжимала лямку своей сумки. — Моко-сан, вы так сильно волнуетесь насчёт этого дела? — немного удивлённо спрашивает Ацуши, наблюдая за такой картиной. Девушка заметила, что слишком сильно сжимает лямку сумки и ослабила хватку. Рука по-тихоньку приобретала нормальный оттенок кожного покрова. — Нет, Ацуши, просто я не люблю толпы людей. — неодобрительно коситься на проходящих мимо групп ребят, которые громко смеются, попивая алкогольные напитки и ругающихся нецензурной бранью. Такого она не одобряла, а внутри была какая-то паранойя, что какой-нибудь в хлам пьяный мужчина может сделать что-то плохое с другими людьми. Да и не только мужчина, но и женщина. Пьяные люди - безбашенные, не стесняющиеся в выборе выражений, откровенно кричащие о своих настоящих и скрываемых чувствах, но одновременно с этим пьяные могут вытворить всё что угодно. Да хоть побить человека. Кхм, но мы отвлеклись от темы. — А-а, ясно. — он не знает как реагировать на такие слова. Каждый чего-то боится и это нормально, ведь не бывает бесстрашных людей. Но и Накаджима настолько задумался, что и не заметил как чисто случайно задел кого-то краем плеча. Подчёркиваю, краем плеча. Мужчина, задетый за край плечевого сустава, покачнулся, едва не упав лицом на асфальт. Он сразу повернулся лицом к тому, кто его задел. В его глазах читалось, примерно, пять спиртных напитков разной степени опьянения. Речь была невнятной, но явно кричащей. — Какого вы тут шатаетесь?! — рука схватила шкета за ворот его белой рубашки и притягивая к себе в плохом смысле. — Ты понимаешь, идиота кусок, что мог убить меня и я бы полетел лицом в асфальт?! — мужчина практически орал, немного путаясь в словах. Он явно пьяный. Ацуши же тихо, растерянно и испуганно извинялся в ответ, прося прощения и говоря, что это вышло случайно. В игру вступила Моко. Она одним резким движением вырвала из крепких, хотя в этот момент не очень, рук ворот рубашки шкета, поставив рядом с собой. Физическая расправа здесь это плохо, тем более она в ответе за парня, да и просто не сможет смотреть на такое. Плавно двинулась назад, загораживая нынешнего напарника спиной и смотря на того, кто поднял сей сыр-бор. Мужик знатно прифигел с такой ситуации, даже будучи в состоянии алкогольного опьянения. — Прошу прощения за своего напарника, он не специально задел вас. — это спокойствие и совсем лёгкое напряжение выбивало из колеи. Но, видимо, "пострадавший" так просто сдаваться не собирался. Блин, ну вот пьян — иди отоспись, чего сразу наезжать на других? — Отойди от этого мелкого гадёныша, идиотка. — крикнул ещё так звучно. — Я ему сейчас как вмажу, так к стенке отлетит. «Нет, даже Акутагава бьёт сильнее, так что этим вообще не напугает.» — усмехаясь своим мыслям, думает Мидзуку. Но, видимо, этот знак мужчина расценил по-своему. Лицо изменилось и на нём читалась гримаса гнева, поднял руку, хорошенько замахиваясь на кого-то из обоих, хотя, скорее всего на парнишку. Послышался звонкий шлепок кожа об кожу. Моко отвернула свою голову, чувствуя как щека начала пылать. Больно, блин. И след останется ещё, вот чёрт. Щека горела, принося дискомфорт и неприязнь. Ацуши, что находился за ней, повернулся и посмотрел на лицо Мидзуку. — М-моко-сан, в-вам больно? — Накаджима видимо переволновался и принялся задавать глупые вопросы. Он и сам признавал, что такие вопросы абсурдные. Она приподняла свой подбородок вверх. Снова на лице появилась улыбка, с губ сорвался смешок, очень похожий на истеричный. Повернула голову прямо, заглядывая в глаза мужчины с привычной доброй улыбкой на лице. Если бы не красный след на щеке, можно было бы счесть, что эти люди пересеклись совершенно не случайно и это какой-то давний знакомый девушки. Но Мидзуку вообще не знала этого мужчину и впервые его видела. Краем глаза она заметила рядом с ним фигуру Совести. В этот раз на её губах не было привычной ухмылки, вместо этого губы сжались в тонкую линию. Миндальные глаза смотрели на Моко с неодобрением. — Не вздумай. — почти шепчет галлюцинация, словно читая мысли своего носителя. Но, видимо, она решила не прислушиваться к своему "чокнутому" сознанию и сама подняла руку, ударяя мужчину в район живота.

* * *

Между Накаджимой и Мидзуку висит напряжённая тишина, пока они идут дальше по дороге, оставляя тело мужчины отсыпаться на скамейке. Девушка была совершенно спокойна, будто, буквально только что, не нанесла порядком трёх ударов в живот, район ног и причинное мужское место. — М-моко-сан, — решил прервать паузу Ацуши, пытаясь разрядить обстановку хотя бы разговором. Перевела взгляд на него, ожидая реплики временного напарника. — эм, ну.. Вам не стоило так рисковать. — Да не волнуйся ты, Ацуши. — махнула рукой, движение челюсти заставляли щеку болеть больше. Место удара покраснело сильнее, из-за чего лицо болело. Порылась немного в сумке и достала хороший такой кусок пластыря, который взяла из своей аптечки, и заклеила им место дискомфорта. Предмет почти полностью закрыл след, что было очень даже хорошо. — Нечего было лезть на пустом месте, да пить как не в себя. — лёгкое раздражение сразу утихло, показывая добродушный характер Мидзуку. — Да и мне не хотелось видеть тебя с таким ранением. Доктор Йосано сразу бы тебя увела в лазарет на лечение. — обоих тут же передёрнуло только от упоминания фамилии сотрудника-доктора Агентства. — Л-ладно, спасибо вам. — шкет приподнял уголки губ, растягивая их в такой благодарной улыбке. Божечки, какой он лапушка. Шизофреник от неловкости почесала затылок, по-глупому улыбаясь ему. У пацана доброе сердце, в отличие от её. Вот уже виднеется здание больницы. Оно достаточно огромное и, практически, белое, если не считать разные граффити нарисованные безбашенными подростками или ещё кем-то. Из здания выходили разные люди от старых до молодых. На лавках сидели редкие врачи, курящие сигары и выдыхая едкий дым, который поднимался вверх - в небо, а после в сторону, смешиваясь с кислородом. Сами же врачи говорят, что курить вредно. Эх, разные люди бывают. — Нам вот туда. — показывает указательным и средним соединенными вместе пальцами на вход в больницу. А вот и люди. Ух, по больнице ходили чуть ли не толпами пациенты, медицинский персонал и обычные люди, навещающие своих близких или коллег. Внутри пахло спиртом, лекарствами смешивающиеся друг с другом и образуя какой-то странный запах, от которого хотелось чихать. Оба детектива шли по длинному коридору, сворачивая за углы и идя дальше. Голова кругом шла от этих бесконечных дверей на каковых были номера кабинетов и их названия. Моко резко дала по тормозам, от чего парнишка нечаянно врезался в её спину. — Ой, простите. — тихо извиняется Накаджима, отступив на пару шагов назад. Только махнула рукой, мол, чего уж там. Постучалась из вежливости костяшками пальцев левой руки в деревянную преграду, засим, распахнула дверь. Комната представляла собой обычный, ничем не примечательный, кабинет врача. Только он был в разы больше и немного заваленный бумагами, а также разными аппаратами, по-типу ноутбуков с картинкой мозга человека. В кабинете стояли двое парней и одна девушка, лет двадцати трёх, которые что-то смотрели на специальном проекторе снимок мозга. Все трое о чём-то горячо спорили. Мидзуку подняла брови и демонстративно покашляла в кулак, дабы привлечь внимание врачей. Те резко обернулись, пряча за спинами снимки. Как только увидели пришедших, облегчённо выдохнули. — Фух, я уж думал что это главврач. — тот что чуть старше глядел на Моко и Ацуши, который, к слову, прикрыл дверь. Прошёл к шизофренику, протянув руку. — Моко Мидзуку, моё почтение. В нём, Моко узнала учеников Иори, каковой уезжал по некоторым делам, и она преподавала им в университете лекции. Что странно, так это то, что вся эта троица на отлично сдавала устные и письменные тесты, без всяких гаджетов, а только при помощи знаний. Видимо, их наконец допустили к практике. Джиро, парень с достаточно длинными волосами бирюзового цвета собранные в пучок на затылке. Немного полноватый, но тем не менее высокий. Вообще, он не из Японии, а другой страны, название которой он не хочет никак говорить. В его речи иногда заметен акцент, хоть он и пытается это скрывать. Кано, худощавый парень с очень кудрявыми пышными, но короткими, волосами тёмно-серого цвета. Он носил прозрачные линзы, так как зрение оставляет желать лучшего. Он не совсем высокий, но и не низкий. И Кагами, у неё короткие растрепанные волосы, которые сверху окрашены в желтый цвет переходящий вниз в светло-русый. Девушка низкая, еле вытягивает метр пятьдесят пять. Моко не раз замечала Кагами курящей после университета. — Здравствуй, Джиро-кун, — посмотрела на парня перед ней, перевела взгляд на другого парнишку. — Кано-кун, — и наконец на девушку. — и Кагами-чан. Вас уже и к практике допустили, надо же. Лучшие ученики на курсе. И почему же вы обратились ко мне за помощью? — без намёка на упрёк или что-то похожее, спокойно проговаривает Моко, видя как вся троица начинает опускать взгляд и краснеть. — Мидзуку-сенсей, мы просто не думали, что нас возьмут на практику. — подала голос Кагами, едва подняв взгляд голубовато-серых глаз и тут же опустив, так как на неё посмотрела янтарная радужка. — А мы просто переволновались, потом нечаянно столкнулись и снимки выпали. — Их нужно отдать сегодня, только вот мы в таких снимках постоянно путаем что-то, вы же сами это понимаете. — Кано продолжил рассказывать за подругу, тоже осмелившись поднять взгляд на бывшего временного сенсея. Но, как ни странно, Кано был прав, вся эта троица, да и большая часть группы, путала многие факторы и за это, частенько в них подлетал подзатыльник от Моко. Нет, она не поднимала руку на них, а просто устраивала долгие лекции по той или иной теме. — Допустим. Почему вы не могли позвать старшего или того же главврача? — Ну, мы просто.. — замялся Кано, бросив взгляд на Джиро. — Вообщем, мы боимся говорить ей об этом, она нас загрызёт. Мидзуку вздохнула. Вот и что делать с такими? Ладно, надо всё таки помочь, раз уж вызвали. На секунду прикрыла глаза, собираясь с мыслями и подумав, что Ацуши тут практически незачем. Эх, зря только тревожила. Распахнула глаза снова. — Итак, план таков, я проявляю и говорю примерно, что у человека на снимке мозга, вы ищете в папках похожее. Если нашли - поднимаем руку и зачитываем что написано, после, если подходит примерный диагноз, то вкладываем снимок в папку и складываем на место. Всем всё ясно? Троица вместе закивала головами и все принялись брать папки с примерным диагнозом, потому что уже сам диагноз будет поставлен специальным и опытным врачом, ибо не всегда все отчёты верные. Моко прошла к световому проектору, приложив один из снимков к экрану и тут же принявшись анализировать, освежать память в диагнозах. Вот и первый примерный диагноз. — Дисграфия. Затылочная часть. Ученики-практиканты принялись искать похожий диагноз, роясь в папках, читая строчку за строчкой. Кано поднял руку и зачитал вслух: — ЗД имеет отношение к зрению, преимущественно левая часть, в зоне стыка ЗД и ВД несет ответственность за восприятие букв как символов, при функциональном повреждении или недоразвитии этой зоны буква перестает быть знаком, а становится обычным рисунком, который формально может быть скопирован, но не понимается как буква. Из-за этого в письме появляются ошибки – могут путаться буквы похожие по начертанию, буква может поворачиваться или переворачиваться зеркально. — Верно, вот возьми. — протянула снимок мозга Кано, который он уже вложил в папку, положив на стол. — Следующее.. Расстройство аутистического спектра. Снова шуршание документов, листание страниц. Папок было порядка двадцати штук, поэтому времени займёт предостаточно. Ацуши наблюдал за этим, замявшись около двери в кабинет. Он просто не знал чем может помочь, ведь это они врачи и понимают друг друга, не то что тигро-юноша. Придётся ждать пока они всё это перечитают и отправят снимки в нужные документы.

* * *

Прошло около получаса и за это время практиканты и их бывший сенсей уже успели спутать несколько диагнозов и пытались вспомнить ещё один. Троица сидит на кушетке, продолжая листать папки. Снимков осталось всего два, а вот папок не убавилось, так как ни во всех есть снимки и они не были нужны там. Отправив предпоследний снимок в одну из десяти папок, Моко взяла следующий, устало выдохнув и подняв взгляд на очередной мозг человека, ища там подвох. Но тут, сердце замерло, брови поднялись вверх, а глаза шире распахнулись. Какой же знакомый снимок, вернее, то, что изображено на нём и какой у него диагноз. Шизофрения. Рука задрожала, так как она вспомнила кое-что из своего детства. Воспоминание пронеслось перед глазами, словно это происходит прямо сейчас. [Флешбек Моко] Девочка лет двенадцати сидит вместе со своей сестрой в палате. Моко сидит на кушетке, а Ашидо, которой было на тот момент шестнадцать, прибывает в лёгком шоке от того, что произошло немного раннее. Оба ждут. Ждут врача, каковой должен был совсем скоро прийти со снимком МРТ, дабы понять, что происходит с младшей Мидзуку. Ашидо старается не выдавать своего искреннего беспокойства, потому что не хочет чтобы сестрёнка плакала или расстраивалась. Гладит по голове, немного взъерошивая пряди таких же чёрных волос, только более непослушных. Моко же вообще не понимает, что произошло с ней. Воспоминание будто урезано из памяти. Удивлённые глазки смотрят на старшую, она сдерживала вопросы, которые потоком хотели вырваться наружу, жаждя ответа. Что уж поделать, она ещё ребёнок. Но вполне взрослый ребёнок. В палату, наконец, вошёл врач в белом халате, со снимком в руках. Аши подрывается с кровати, обеспокоенно смотря на пришедшего врача. — Что с ней, доктор? Пожалуйста, скажите что с моей сестрой! — в голосе слышится повышенные нотки, и казалось, что она на грани истерики. Хоть сестра и вправду хорошо держалась, стараясь не показывать слабость и свою истерику. — Мне очень жаль, но у неё шизофрения. — качает головой врач. Мидзуку-старшая отступает на несколько шагов, закрывая рот рукой. По её щекам предательски катятся слёзы. Слёзы отчаяния и большого беспокойства за родного человека. Почему? Почему всё так вышло? Медленно опускается на пол, так как ноги больше не держат её, закусывая губы до крови, так как из горла вырывался отчаянный крик, который Ашидо держала в себе. Маленькая Моко ничего не понимает, растерянно и также с беспокойством глядя на сестру. Сейчас она не может подняться, так как в её руке находиться игла, через которую поступает какое-то лекарство. Младшая не может смотреть на Аши без боли, перевела взгляд на руку доктора. В её памяти отпечаталась та картинка. Это шизофрения. Её диагноз. [Конец флешбека] Кто-то трясёт потрясённую Моко за плечевой сустав, вырывая из давних больных воспоминаний, возвращая её в суровую реальность. — Мидзуку-сенсей, вы чего? — удивлённый и немного обеспокоенный голос Джиро вынуждает вздрогнуть от неожиданности, а также повернуться к нему лицом. — Всё хорошо? Почему вы дрожите? И вправду, шизофреника заметно так потряхивало на месте. Её испуганный взгляд нельзя было сразу сменить спокойствием. Кано, Кагами и Ацуши также с любопытством смотрели на Мидзуку, ожидая ответа. Спокойно, хватит думать о таком. Вдох-выдох. — Нет, всё в норме, просто сильно задумалась. Ищите.. Расстройство шизофренического спектра. — еле выговорила Моко, пытаясь сглотнуть вставший комок в горле. Чёртовы воспоминания. — Я нашла. — победно вскидывает руку Кагами, радуясь проделанной работе. Бывший сенсей протянула ей снимок, который сразу отправился в папку и на рабочий стол. — Фу-ух, спасибо вам, Мидзуку-сенсей. — хором поблагодарила Моко троица, низко поклонившись. — Вы нас так выручили. — Да чего уж там. — немного смущённо говорит она, отводя взгляд, на лице появляется румянец. Она определённо смущается. — Ацуши, идём. Накаджима кивнул, но он чувствовал, что ему не дали какое-либо задание, за что было даже стыдно. Попрощавшись и пожелав удачи ученикам в дальнейшем, детективы вышли из кабинета, закрыв дверь и пошли своей дорогой. — Моко-сан, вы так умело справились с этим! — восхищённо говорит шкет, чем ещё больше смущает её. — Диагнозы разные и вы так справились со снимками. Я бы никогда не смог так. — Ну-ну, Ацуши, не преувеличивай. Просто нужны годы изучения материала, дабы понимать сказанное. Нужно подробно изучать это, пойти учиться в университет, если ты хочешь более углублённо изучать это, либо же самостоятельно учиться. Так что, это достаточно долго и сложно. — вынесла вердикт Моко. — Но вы так умело это делали, правда! Я и сам удивлялся этому. Мидзуку повернула голову в сторону парнишки, улыбаясь. Волосы колыхал лёгкий ветерок и каждый шаг. Взгляд излучал теплоту и доброту, а также чуть расслаблен. — Потому что это мой смысл жизни - помогать людям.

* * *

Офис Детективного Агентства поприветствовал обоих криками Куникиды, который душил Дазая собственными руками, суицидник же хрипло хохотал, дёргаясь. Кенджи что сидел за одним из столов держал в руках цветочный горшок с фикусом, жизнерадостно улыбаясь и совершенно не обращая внимания на то, что вообще происходит. Как только дверь хлопнула, все замерли и Доппо отпустил горло Осаму, сказав чтобы тот делал отчёты и сдал их сегодня вечером, записывает что-то в свой блокнот. Приглаживает немного кудрявые волосы, посмотрев на тех, кто наконец пришёл. А затем замер. На щеке Моко, почти, блин, на всей, красовался большой белый пластырь. — Моко-чан, что случилось? — его выражение лица сразу поменялось и стало донельзя серьёзным, что было очень редко. Брови свелись на переносице, сверля пластырь неодобрительным взглядом. Ацуши успел уже отойти к Куникиде. — Ничего, Дазай. Просто небольшая рана вне задания. — при слове "рана" она начала шептать, чтобы Акико не услышала этого. И этого, Слава Богу, не произошло. Но Осаму так просто не сдавался. Подошёл ближе, поднял одной рукой за подбородок и немного повернув влево, осторожно отклеивая пластырь с щеки. На удивление, это вышло быстро и аккуратно. Но снова щёку поразило жжение. Красный отпечаток ладони был хорошо виден при таком освещении. — Кто это сделал? — со строгостью в голосе спрашивает он, продолжая держать её за подбородок. Моко поняла что Дазай может сделать с тем человеком, поэтому, она отпрянула назад, высвобождаясь из хватки. Её взгляд тоже стал серьёзным и строгим. — Я не буду говорить. Я не хочу, чтобы мне помогали такими способами. Ты знаешь про какие я говорю, Дазай. Не отрицай этого. И не вздумай мне так помогать. — жёстко говорит Мидзуку, после развернувшись по направлению в лазарет. Уж лучше к Йосано пойти, ей-богу. Опустил руки вниз. М-да, не хочет чтобы ей так помогали. Сразу вспоминается разговор с Сарой, который прошёл несколько месяцев назад. Она рассказала, вернее сказать, предупредила, что Моко тот самый тип людей, каковой не будет давать помогать себе до последнего, и только, если она сама этого не захочет или не признает, в редких случаях может дать себе помочь. Но это очень редко бывает, особенно с её упрямость. И ничего с этим поделать нельзя, увы.

Поздравляю с окончанием второй арки!