Black fire

Я снова открыла "Дневник памяти" и задумчиво провела кончиками пальцев по слегка пожелтевшему от старости пергаменту первой страницы. Не думаю, что это просто книга с именами, иначе она вряд ли бы лежала здесь. Я открыла "содержание" и внимательно изучила разворот. Ну да, кто же станет приписывать номера страниц. Придется своими силами отыскивать нужную. Я быстро читала имена, не обращая внимания на содержание. Обычно оно занимало по пол страницы, но иногда выходило и на полторы, а кое-где было написано только два слова. Очень странно… Я уже было собиралась перелистнуть страницу, как и все предыдущие, но вдруг наткнулась на знакомое имя. Нашла… Не сказала бы, что сильно радовалась этому. Теперь надо собраться с мыслями и прочитать. Вопреки всем моим ожиданиям, это была не биография или что-то в этом роде. Нет, совсем наоборот. ” Джереми Хортон, 17.10.1996 г. Сара, если ты это читаешь, то случилось худшее. Не знаю, когда ты найдешь эту запись, но отнесись ко всему очень серьезно. Всему клану угрожает опасность. В ящике ты найдешь историю клана. Прочти ее. Вся нужная информация будет именно там. Поверь, это всё чистая правда. Мы не могли рассказать раньше, потому что ты была ещё слишком маленькая и не поняла бы. В ящике ты также сможешь найти инструкцию к обряду и все нужные для него вещи. Ты должна, нет, обязана, провести обряд. Это очень важно! Это поможет, но не обезопасит тебя. Ты должна найти оставшихся в клане. Они помогут. Берегись…“ На этом запись прерывалась. Надо заметить, что она была сделана очень кривым почерком, словно человек, писавший это, очень спешил. Буквы были того же темно-красного цвета, как и титульный лист. Я пустым взглядом сверлила последнюю строку. Беречься чего… или, может, кого? Локи с отрешенным видом жевал кусок пиццы и старательно делал вид, что ему абсолютно неинтересно. Ну да, так я и поверила. Я перебирала в голове папины слова. Стоп, я всё-таки поверила, что это написал папа. Бред. Я закрыла глаза и покачала головой, в которой к этому моменту уже царствовал абсолютнейший беспорядок. Я безуспешно пыталась привести мысли в порядок, разложить всё по фактам. Как и ожидалось, к положительному результату это не привело. Буквально каждую секунду всплывали всё новые и новые вопросы, ответы на которые мне, кажется, никто давать не собирался. Надо собраться и успокоиться. Вдох... Выдох... Я вспомнила, что писавший что-то говорил про книгу с историей клана. Я перевернула пару книг, раскиданных чуть ли не по всей кровати. Толстый гримуар с черной кожаной обложкой нашелся довольно быстро. Я взглянула на название, выполненное толстыми, золотого цвета буквами. "История клана Черного Огня". Кем бы ни был тайный посланник, он действительно говорил правду. Или относительную правду. Я до сих пор не смогла понять, каким всё-таки образом были сделаны записи. Так, ладно, я опять отвлеклась. Я положила "Историю клана" справа. Обязательно прочту ее, но чуть попозже. Сейчас надо сделать ещё кое-что… Я взяла в руки "Дневник памяти", временно покоившийся у меня на коленях. Возвращаться к нему совсем не хотелось, уж больно много вопросов и какой-то мутный, неприятный осадок он оставлял после себя. Но делать нечего - настало время для прочтения второй записи. “ Морган Хортон, 17.10.1996 г. Сара, милая. Мне очень жаль, солнышко… Рано или поздно это должно было случиться, жаль только, что у нас было так мало времени. Я очень надеюсь, что успела вовремя, и заклинание сработало. У нас с отцом хватило времени и сил лишь на то, чтобы защитить Сару от ранений и… и от них. Теперь они не смогут ее найти. Надеюсь, что никогда… Мои последние вздохи, последние мысли... Они навеки отразятся на страницах той старой книжки. Больше нечего скрывать, все запреты сняты. Джереми скорее всего не потратил эти секунды, считанные моменты, зря... Когда придет время, Сара всё узнает. А теперь нам предстоит понять, какого это, умирать...” Я откинула книгу на кровать и вскочила на ноги. Измеряя широкими шагами комнату, я старалась не дать волю тем мыслям и чувствам, буквально поедающим меня изнутри. Теперь не могло оставаться абсолютно никаких сомнений. Это точно были мои родители. Этот стиль речи, этот почерк. Даже спустя столько лет я не могу забыть столь мелкие детали. Тупая, ноющая боль, которую, как я думала, оставила в прошлом, вновь вернулась. В мыслях снова и снова всплывала ужасная картинка из далекого прошлого. Маленькая девочка восьми лет сидит на траве около дороги. Ее руки и лицо запачканы в уже запекшейся крови. Небольшая порванная подушка, которую кроха сжимает мертвой хваткой, также покрыта красными пятнами. Одна за другой, соленые слезы падают вниз, впитываясь в порванную, испачканную одежду. А за спиной не переставая пищит перевернутая машина. Скрывать накопившиеся за долгое время эмоции и дальше сил больше не было. Под горячую руку, точнее ногу, попалась упавшая на пол подушка, которая тут же отлетела в другой конец комнаты, заодно протерев и так чистый пол. Я села на кровать, подобрав под себя ноги, стараясь справиться с вдруг откуда-то взявшимся ознобом. Локи, сидевший на другом краю кровати недоуменно и слегка непонимающе следил за всей тем спектаклем, который я так любезно ему устроила. Теперь еще и психованной считает. Черт, мне что, начинает становиться стыдно? Ну уж нет, не дождется. Тем временем трикстер медленно переводил взгляд с меня на книгу, словно пытаясь увидеть, узнать, что послужило такой резкой смене моего настроения и всему вытекающему из этого. Одним резким движением я развернула книгу к мужчине, давая возможность прочитать. Пускай, что уж там. За то недолгое время, что я знаю Локи, я успела довольно неплохо изучить его поведение и характер, чтобы понять, что такие люди как он добиваются всего желаемого любыми способами. Поэтому, даже не дай я ему дневник сейчас, он бы добрался до него потом, если бы захотел. Да и к тому же мы с ним что-то вроде напарников, если это можно так назвать. Хотя обычно напарникам доверяют, а не сверлят убийственным взглядом. Я встала с кровати и, схватив со спинки стула куртку, быстро покинула комнату. Голова кипела от мыслей и переживаний, наполняющих ее. Сейчас мне нужен был свежий воздух и время, чтобы всё обдумать. Я спустилась по лестнице, старательно игнорируя скрип прогнивших от времени досок. Широкими шагами я пересекла холл и открыла входную дверь. В лицо подул холодный ветер, от которого пряди волос, выбившиеся из тугого, как я думала, пучка, раскидались по всей голове. Я вышла на крыльцо, аккуратно прикрыв за собой дверь. Неспеша, с каждым шагом наполняя лёгкие кислородом, я потихоньку продвигалась на задний двор. Осмотревшись, я не нашла другого варианта, кроме качелей. Старые, облезлые, они не внушали никакого доверия, что уж говорить о симпатии. Однако выбирать было не из чего. Аккуратно, стараясь не прерывать ночную, может, уже и полуночную, тишину протяжным скрипом несмазанных петель, я села в холодные, железные качели. Воспоминания всплывали одно за другим, смешиваясь с остальными в водовороте событий. Ностальгия по старым добрым временам не давала покоя...

***

На ярко-синем небе сияет теплое летнее солнце. Маленькая девочка с двумя каштановыми хвостиками лежит на зелёной траве. В руках у нее оранжевый карандаш, которым та старательно выводит линии. Практически по всей земле раскиданы листы с рисунками "юной художницы". Густой лес, полный хищных животных; пляж с сыпучим, теплым песком, из которого незаметно выглядывает маленький крабик; бескрайний океан, полный неизведанных существ, на волнах которого лавирует одинокий кораблик; и небольшой уютный дом, из которого струится дым, дом, в котором тебя всегда ждёт семья. Наконец оторвавшись от увлекательного процесса, девочка вскочила и побежала к качелям. Их поставили совсем недавно — чуть больше недели назад. В первые дни она почти с них не слазила, часами качаясь туда-сюда. — Сара!— раздался из дома приглушённый голос. Девочка тут же соскочила на землю. — Да, мама!— она побежала в сторону дома. Ещё некоторое время качели продолжали свое бессмысленное движение взад-вперед. Я слегка наклонила голову вперёд, распуская пучок. Смысла от него уже не было никакого, а вот головную боль он добавлял. Я зарылась пальцами в волосы, восстанавливая кровоток. Сейчас это не помешает. Я вернулась к обдумыванию записей. Как бы ни хотелось, с этим надо разобраться. Допустим, вопросы про таинственное появление мы благополучно откинем или, по крайней мере, отложим на потом. Даже допустим тот факт, что всё написанное является чистейшей правдой. Что у нас остаётся? Я закрыла глаза и потерла переносицу. Бред, вот что остаётся. Что там вообще было? Я мысленно перебирала строчки. Со слов отца я поняла, что сейчас самое главное — обряд. Надо будет обязательно подробнее про него почитать. Видимо, спустя несколько лет, прошедших после окончания обучения, у меня снова начинается школа. Только на этот раз ведьминская. Ладно, если с первым сообщением ещё более-менее понятно, то вот со вторым... Я запрокинула голову, смотря в звёздное небо, и выпрямила ноги, уперевшись в землю. И тут же зажмурилась от протяжного, противного скрипа качелей, которые слегка сдвинулись назад вместе со мной. Они защитили меня заклинанием, но не успели помочь себе... Они пожертвовали жизнями, чтобы я осталась цела. Я выпрямилась, чем незамедлительно вызвала ещё один скрип. Получается, что в их смерти виновата... я? Всю свою жизнь я считала аварию несчастным случаем. Машины довольно часто улетают в кювет из-за выскочивших не вовремя животных. Однако то, как я отделалась лишь парой царапин, оставалось для спасателей огромной загадкой. Одни считали, что помогло ни что иное, как крепкий ремень безопасности и мягкое кресло; другие же верили, что без помощи Всевышних Сил тут не обошлось. Оказывается, что они были в чём-то правы. “ Они погибли из-за тебя...”,— пронесся глухой, шелестящий шепот у меня в голове. Чувство вины проснулось и теперь неумолимо преследовало сознание. Но ведь это правда... Я оперлась локтями о колени, обхватив голову руками. Нет, они так не считали. Это было их решение, их выбор. Я должна просто принять это, как бы тяжело ни было. Но, как я поняла из записи, защитили меня не только от ранений. “Теперь они не смогут найти ее”. Кто — они? Отец писал, что мне надо остерегаться. Не тех самых "их" ли, случаем? Погрузившись в размышления, я не сразу заметила, что из дома вышел Локи. Не знаю, сколько времени он тут стоял, но я подняла голову лишь тогда, когда услышала сдержанный кашель примерно в двух метрах от меня. Судя по тому, что он был ещё не сильно раздражен, то из транса он меня решил вывести сразу. Трикстер был в длинном темном пальто, кажется, в черном, в темноте было не очень понятно. Я ещё раз удивилась перемене в одежде. Кажется, пора бы уже привыкнуть. — Как думаешь,— прервала я тишину,— что это? Вопрос был далеко не однозначным, но собеседник прекрасно понял, о чем я. — Не могу точно утверждать, но это, скорее всего, что-то наподобие последних слов. Запись явно сделана кровью,— Локи слегка улыбнулся уголком рта, наблюдая за моей реакцией на этот факт. Кровью? Я передернулась. Не только от неприятных ощущений, но и от осознания того, что писавший это явно убийца или маньяк, ибо откуда у него нашлось бы столько крови?— Насколько я понял,— как ни в чем не бывало продолжил трикстер,— погибая, ведьмы из вашего клана могли оставить на страницах "Дневника памяти" свои последние слова. Точнее, мысли. Очень интересная магия...— задумчиво протянул он. Я поджала губы, переваривая услышанное. Как ни странно, всё сходится... Налетевший порыв холодного, я бы даже сказала ледяного, ветра заставил меня поежиться и плотнее закутаться в тонкую для такой погоды куртку. На морозные ночные прогулки я не рассчитывала, когда собирала вещи. Было уже довольно поздно и можно было спокойно возвращаться в дом, но я всё равно упрямо сидела на качелях и терла рука об руку. Проследив за моими скудными попытками согреться, Локи закатил глаза. Ну да, в пальто потеплее будет. Я уже было собиралась вставать, как вдруг увидела, что мужчина протягивает мне плед в крупную красную клетку. Я на секунду замерла, не отводя взгляда от вытянутой руки. Однако в следующую секунду уже накинула теплую мягкую ткань на плечи. Только сейчас я поняла, что уже видела этот плед. Он лежал на кровати у меня в спальне. Точно помню, как сама его туда положила несколько часов назад я на случай, если дом недостаточно прогреется к ночи. — Спасибо,— тихо произнесла я, стуча зубами. Ну ничего, сейчас быстро согреюсь.— Тебе самому-то не холодно? — Я — ётун,— серьезным голосом ответил трикстер.— Йотуны не мёрзнут. Я приложила немалые усилия, чтобы сдержать смешок. — Ты кто? Сначала Бог, теперь ётун. Что в следующий раз? Вместо ответа кожа Локи просто начала синеть, покрываясь узорами. Если бы не тусклый свет, льющийся из окна второго этажа, я бы вряд ли что-нибудь заметила. — А-а-а, это...— протянула я. Не сказать, чтобы я сильно боялась второй сущности Локи, но в данной ситуации и при таком освещении это выглядело слегка жутковато. Однако кожа трикстера светлела так же быстро, как и синела, поэтому через пару секунд приобрела родной окрас. Или всё-таки нет? Откуда мне знать, какая из сущностей этого божка настоящая? Может, просто потому что мне привычней видеть его в человеческом обличии, а не, как он там сказал, ётуном. Локи молча наблюдал за моей реакцией, которой, к его огромному разочарованию, не последовало. Он что, специально пытается меня напугать? — Зачем ты всё это делаешь?— вдруг спросила я. — Что именно?— с хитрой ухмылкой переспросил трикстер. Я небрежно махнула плечом, на котором покоился плед. Кстати, надо заметить, от холода я больше не тряслась. — Помогаешь. — Не хочу подтирать тебе сопли, когда будешь лежать простуженная, прикованная к кровати,— он слегка сузил глаза, обдав меня холодным взглядом. Э, нет, я только что насиделась на морозе, ближайшие минут двадцать такой фокус не прокатит. — Я не об этом,— я раздражённо дернула головой. Локи смотрел на меня, сделав максимально невинный взгляд. Вот зараза, понимает же, что я имею ввиду. Я набрала в легкие побольше воздуха: — С того самого момента, как ты встретил меня, ты вдруг резко загорелся желанием помочь мне узнать мою истинную сущность. Повез зачем-то к своей наставнице. Ну что ж, этот план отлично сработал, и теперь мы знаем, что я ведьма. А что дальше? Ты поехал со мной в старый дом. Зачем, Локи?— я подняла взгляд на собеседника. Выглядел он слегка напряжённо.— Я не верю, что это просто из невинного желания помочь. Для тебя была в этом какая-то выгода, иначе никак. Я права? Трикстер недовольно цокнул языком. Кажется, его вполне устраивала моя молчаливость и неразговорчивость, особенно на эту тему. Но молчать я больше не собиралась, и мужчина прекрасно это осознавал. — Хочешь знать правду?— он заглянул мне прямо в глаза, делая небольшой шаг вперёд. Что я там говорила про устойчивость к холоду? Ледяной взгляд зелёных глаз обжигал похлеще огня. По телу пробежали предательские мурашки. А говорила, что не боюсь... — Да, ты абсолютно права,— продолжил трикстер, отворачиваясь.— Действовал я не из исключительно добрых намерений. Ты не реагировала на мой гипноз, спокойно различала иллюзии. Ты представляла для меня угрозу,— голос прозвучал почти у меня над ухом. Я совсем не заметила, как Локи обогнул качели, оказавшись справа от меня. Я повернула голову, чтобы лучше видеть собеседника. — Точнее, могла представлять,— он встал у меня за спиной, положив руки на спинку качелей.— На самом деле ты просто запуганная, невинная девчонка, которая и мухи просто так не обидит. Я внутренне закипела. На злость вывести пытаешься? Ну ладно, сам напросился. — Тогда почему ты до сих пор здесь?— язвительно спросила я, стараясь вложить в голос как можно больше желчи. Получалось это, конечно, не так хорошо, как у Локи, но тоже довольно внушительно.— Почему до сих пор возишься со мной? Вали в свой божественный Асгард! Кажется, сработало. Трикстер резко одернул руки, слегка толкая вперёд качели. Я встала, сгребая за собой плед. Споры спорами, а замёрзнуть всё равно не хочется. — Но ты не можешь вернуться. Нет, не физически. Тебе не даёт вернуться туда потеря. — Замолчи,— тихо прошипел трикстер. — Нет, Локи! Ты думаешь, почему я не возвращалась?— я махнула рукой в сторону дома.— Ты был в моих воспоминаниях и знаешь, что послужило причиной. И не отнекивайся,— я выставила указательный палец вперёд, видя, что мужчина собирается возразить.— Ты бессовестно копался в моей голове, пока защитное заклинание не вышвырнуло тебя. Я сделала несколько шагов вперёд, смягчая тон. — Это из-за матери?— я взглянула в его глаза, полные боли, которую он так тщательно скрывал в тени гнева.— Ты можешь рассказать мне. — С чего я должен делиться переживаниями с какой-то смертной?— он гордо вскинул подбородок.— Ты мне никто, так почему я должен изливать тебе душу? Я покачала головой, пропуская эти слова, сказанные специально, чтобы уколоть меня побольнее, мимо ушей. — Вот именно, я тебе никто. Каким-то чудом наши жизни пересеклись. И точно так же разойдутся. У меня нет никого, кому я могла бы рассказать страшные тайны твоей души. А если бы и был, то после бреда про богов скорее всего сослал бы в психушку, подумав, что я умом тронулась. Честно говоря, возможно так и было. Уж больно странные и неправдоподобные события несколько прошедших дней. Это многое бы объясняло. Хотя я очень сомневаюсь, что моя фантазия способна создавать такие реалистичные образы. Я тепло улыбнулась Локи, ожидая реакции. То некоторое время просто стоял, молча уставившись в одну точку. Ещё раз окинув меня взглядом, он сорвался с места и быстрыми шагами направился в дом. Я тяжело вздохнула. Вот же упрямец. Подышав ещё несколько минут свежим воздухом, я направилась к крыльцу. Завтра предстоит очередной сложный день. Было бы неплохо выспаться.