О непростой жизни господина Густаво в естественной среде обитания

Итак, что делают нормальные люди, если видят, что на рабочем месте происходит какая-то необъяснимая ерунда. Ну там, вроде, конкурент грозится сжечь лазером, крысы вырастают и ходят по помещению, как у себя дома, у родного босса обнаруживается клон… Достаточно. Да, обычно люди начинают искать другое место. Но Густаво не искал. Ну да, до всей этой истории с Башней жилось гораздо спокойнее, но дела шли не так хорошо. Да и денег не хватало даже на то, чтоб счета оплатить, а про зарплату и говорить-то не стоило. Не то, чтобы Густаво во многом нуждался. С Пеппино они, как бизнес-партнëры, давно съехались, ели пиццу (Пеппино закупался только тем, из чего можно сделать пиццу, но потом они задумались, что пиццей из кошачьего корма тоже можно питаться) за одним столом, платили счета совместно… И после такой богатой истории, да искать новое место? Да ни в жизнь. К тому же, Пеппино это не оценит, а Густаво не переживëт… И вот, казалось бы, вопрос давно решён, и на него не повлияют ни крысы (из которых, оказывается, получаются хорошие друзья), ни клоны (из-за которых Густаво порой всё же об этом задумывается). Но оказывается, над этим можно размышлять и в другом направлении, о котором сам Густаво в жизни бы не догадался. И кто его на это сподвиг? Стик, разумеется. Куда ж без него. — Густаво, — однажды вкрадчиво начал он под конец дня, когда Нойзу уже надрали задницу, но клона ещё не уложили спать. — А ты сам хочешь своё дело открыть? Я б помог, если что. Густаво даже не спросил, за отдельную ли плату. Лицо у Стика было уставшее (ещё бы, после внеочередного скандала с Пеппино по поводу надо ли платить клонам или не надо), но Густаво не сомневался, что даже сейчас он высчитывает, сколько можно с него поиметь сначала за «юридическую помощь», а потом за отчисление процентов… Если б Густаво сам не устал, то, быть может, ему даже стало радостно, что он смог обломать Стику малину. Пеппино он об этом не сказал. Стик, конечно, человек… Своеобразный, но он не заслужил, чтоб Пеппино ему лицо сломал. Но чем больше Густаво об этом думал, тем больше понимал, что ни в жизнь за это не возьмëтся. Во-первых, если уж взялся соперничать с Пеппино, то лучше это делать на другом конце города. Страны. Материка. Для пущей верности лучше перебраться в другое полушарие, а лучше планету… Нет, дорогой соперник может долететь и туда, у Пиццафейса в башне ракета была. Во-вторых, нужно здание, оборудование, продукты, опять же. Да и жить надо где-то. Брика тоже обеспечивать. Налоги платить, аренду за здание, а ещё… Мозг уже попух. А ведь Густаво даже не дошëл до готовки и обслуживания дорогих гостей, среди которых может быть кто-нибудь, кто окажется Нойзом. А, может, и в стократ хуже Нойза. Одни мысли об этом уже неплохо так нервируют. Так и в Пеппино превратиться недолго. В общем, его непростой труд предпринимателя надо уважать, и выказывать всяческий почëт. А змей-искусителей, вроде Стика, и слушать не стоит. С другой же стороны — о Пиццахэде можно будет забыть. И о клоне тоже. Но тогда придётся попрощаться и с Пеппино, и забыть о том, чтоб иметь с ним хоть какие-нибудь отношения… Если он, конечно, в порыве ярости его просто не прибьëт. А даже если не прибьëт, то это точно разобьëт ему сердце. А разбитое сердце может склеиться неправильно, и станет Пеппино вторым Пиццахэдом, и воздвигнет свою Пиццебашню, и придëт к бывшему другу на порог, и станет угрожать ему лазером… Ну а там всё опять по новой. Так что… Нет, нет. Упаси Господь.