You, Have Always Wanted a Place to Call Home

Резюме: *счастье... это вещь... люди иногда так делают* Шэнь Юань затуманено прижался к твёрдой кровати под его щекой, она немного дрожала. Он погладил её, чтобы она перестала двигаться, отчего дрожь только усилилась. В своём тумане он не понимал, что кровать была человеком, и что этим человеком был Ло Бинхе. Бинхе посмотрел на своего спящего помятого А-Юаня, чьи глаза начали открываться. Взгляд Шэнь Юаня был рассеян, он смотрел на Ло Бинхе, ничего не видя. Протянув руку к прикроватному столику, Ло Бинхе схватил очки Шэнь Юаня и поднёс их к рукам А-Юаня. Несмотря на это, Шэнь Юаню потребовалось время, чтобы надеть их. Прикрыв рот, чтобы скрыть зевок, Шэнь Юань скрестил руки на груди Бинхе и положил на них подбородок. “Ты – Ло Бинхе,” - пробормотал он. Ло Бинхе мягко улыбнулся и откинул волосы Шэнь Юаня назад: “Я Ло Бинхе,” - повторил он. “Почему ты здесь?” - спросил Шэнь Юань. Ночью ему снился Путь Гордого Бессмертного Демона. Его разум наполнился видениями причудливых моментов сяньси. Его всё ещё поражало, что слово было странным и волшебным местом. “Я... я не думаю, что мне очень нравился мой мир,” - ответил Бинхе. Шэнь Юань сделал паузу, чтобы обдумать это. Ло Бинхе в романе... если бы он был настоящим человеком... каким бы он был? Тот человек, о котором он читал, был… Прямо перед ним. Глядя на него сверху вниз с нахмуренными бровями и нежными руками. Он думает, что должен больше паниковать. Он не может бояться Бинхе, даже если он... Бинхе. Непрошеная вспышка дерьмового порно проносится у него в голове: Бинхе в оргии, Бинхе е*****т Нин Инъин в поле... гарем женщин, мужчина, который казался счастливым в своём королевстве. Человек, который, казалось, потерялся в доме Шэнь Юаня. Однажды Шэнь Юань приписал это амнезии, но теперь уже нет. “Бинхе специально ушёл?” - спросил Шэнь Юань. Ло Бинхе кивнул. Такой большой человек выглядит таким нервным. Что, по его мнению, Шэнь Юань собирается сделать... съесть его? “Твои жёны?” - спрашивает он. Губы Бинхе поджались: “Я инсценировал свою смерть. Я не... я не думаю, что любил их. Нет... правда. Это было... то, что я мог сделать для них.” Объективно, Шэнь Юань знает, что ситуация Ло Бинхе не говорит о нём хорошо. Все эти жёны в пустом Дворце, вакуум власти, мужчина, который собирал цветы для своего сада, разные на каждый день года и многое другое. Бинхе в его доме был... не жестокий, не намеренно, по крайней мере для него, но Бинхе совершил жестокий поступок. Он знает, что в гаремной политике и браке в обстановке сяньси должно быть что-то ещё... но, честно говоря, он боялся спросить. “Как ты думаешь, с твоими жёнами всё в порядке?" - спросил Шэнь Юань, потому что он должен был. Он не мог этого не сделать. Брови Бинхе нахмурились: “Я не знаю. Я оставил им Дворец, финансирование и власть. Я не знаю, что с ними стало в моё отсутствие. Тем не менее, я могу проверить их, если А-Юань предпочтёт посмотреть, что они сделали из себя в моё отсутствие. Я не буду скрывать это от тебя. Я бросил их. Это не действие, которое приносит мне гордость.” Шэнь Юань слушал и думал, что он слишком похож на свою мать. Его мать вышла замуж за человека, у которого был ребёнок от другой женщины, а затем осталась несчастной в браке, несмотря на это. Он тоже склонен доверять неверным мужчинам. Он думает, что Бинхе не причинит ему вреда, верит в это, когда уже не может поверить в реальность, в которой живёт. Он не знает, откуда берётся такая уверенность, но, тем не менее, она есть. Он думает, что может выдумывать отговорки, потому что ему нравится Бинхе, но он видит, откуда этот человек пришёл. Он видит возможные места, где жёны могли бы получить что-то от обмена, и то, как динамика могла бы задержать эмоциональный рост. Он задаётся вопросом, если Ло Бинхе в новелле тот, кто иногда читал как неуверенный маленький мальчик, никогда не рос. Позже он попросит Бинхе проверить его бывших жён хотя бы для того, чтобы убедиться, что с ними всё в порядке. В мире Пути Гордого Бессмертного Демона большая часть ресурсов поступала во дворец демона. Он не знает о состоянии других регионов. Он также не доверяет тому характеру некоторых жён, которые могли, да и делали саботаж друг друга на разных этапах. Он надеется, что с ними всё в порядке. “Чего ты хочешь?” - спросил Шэнь Юань, пнув его ногой. Бинхе выглядел смущённым, прежде чем ответил: “Я думаю... я хотел бы... быть счастливым, я не уверен, как это сделать.” Шэнь Юань подумал о человеке, который любил готовить, который, казалось, расслаблялся, когда делал это. Человек, у которого была странная привязанность к работе по дому, и уважение ко всему, что требовало умения вручную. Он задаётся вопросом, было ли у Ло Бинхе - Лорда Демонов хобби, между захватом земель и выживанием. “Ну, я думаю, что быть счастливым - это прежде всего делать то, что тебе нравится, и чувствовать себя... довольным тем, где ты находишься. Я думаю, что быть счастливым - это выбор, действие, а не чувство. Что любит делать Бинхе?” - у Шэнь Юаня, конечно, было мало причин чувствовать себя счастливым в большинстве дней, с хронической болью в его теле и постоянным звоном в глубине его разума. Бинхе застыл, как будто его никогда раньше об этом не спрашивали, и правда заключалась в том, что его никогда раньше об этом не спрашивали. Никто за все его годы не спрашивал о его счастье. Это заставило его щеки вспыхнуть. Это заставляло его нервничать. “Я... мне нравится драться?” - неуверенно проговорил Бинхе. Культивирование было всем, что он знал, и он действительно не знал, что ещё радовало его, кроме пребывания с А-Юанем. В его жизни было не так уж много времени для подобных размышлений. “Ты любишь готовить?” - спросил Шэнь Юань, зная, что ответ должен быть "да". “Это не важно,” - ответил Бинхе. Сначала он стал готовить в честь матери, потом это стало инструментом, а теперь и удовольствием. Он полагал, что это успокаивало, но редко было... важно. Необходимо. Это никогда не было решающим фактором между жизнью и смертью. Шэнь Юань фыркнул, похлопывая его по груди, это чувствовалось, как будто маленький котёнок массировал его, или как будто кролик прыгнул на него, чтобы отдохнуть, когда он лежал в поле. “Я не спрашивал, важно ли это, я спросил, нравится ли тебе,” - сказал Шэнь Юань. “Ммм, ” - согласился Бинхе, одной рукой дотрагиваясь до шелковистых волос. Шэнь Юань оттолкнул его ладони: “Послушай, ты, кажется, любишь готовить, и тебе, кажется, нравится узнавать новые вещи. Интернет отлично подходит для этого. Давай найдём тебе какое-нибудь хобби. Это такое же хорошее место, как и любое другое, чтобы начать... и нет, борьба - это не хобби.” Бинхэ предположил, что его время под руководством Шэнь Цинцю, оригинала, рисовало обучение как мучительный процесс, но... он вспомнил прилив удовлетворения, который он чувствовал, когда овладевал сложной формой или подъёмом в своём развитии. Он видел те места, где ему доставляло удовольствие знать больше. Шидзунь был Шидзунем, в каждом теле. Возможно, А-Юань был прав, что он мог попытаться сделать ещё несколько вещей. Он, когда был ещё мальчиком, мечтал построить дом для своей матери. Бинхе сделал паузу для подтверждения: “А-Юань уверен, что хочет видеть меня здесь? Я не хороший человек, я не буду утверждать, что я хороший, но я клянусь своим словом и своей жизнью, что я не подниму на тебя руку, пока я здесь.” Шэнь Юань подождал мгновение, прежде чем он стукнул Лорда Демона по носу одним пальцем, забавляясь, наблюдая, как глаза главного героя пересекаются: “Бинхе может оставаться столько, сколько захочет. Ему больше не нужно ни с кем драться. Теперь он может отдохнуть.” Может быть, он слишком много читал об этом, или он провёл слишком много ночей в дискуссионных форумах, но он был в предположении, что Ло Бинхе устал от всех сражений, завоеваний и странных мужских фантазий плейбоя, что даже главная роль не покупалась. Если он произнёс это так, то ему почти не хотелось его шлёпнуть. Он также предположил, что в ситуации было больше, чем он знал, и дал своему резидентному Лорду Демонов преимущество сомнения. Бинхе нахмурился, глядя на него: “А-Юань, действительно, не разговаривай с незнакомыми людьми и не подбирай мужчин с улицы, это нехорошо. И ты это знаешь - “ Шэнь Юань заткнул Бинхе рукой, закрыв рот, он уже сказал, что не хочет слышать это от Ло Бинхе, который и был странным человеком в его доме. “Я очень осторожен,” - сказал он, и Ло Бинхе кивнул ему, прежде чем прикусить кончики пальцев Шэнь Юаня, что не столько причинило боль, сколько заставило его отдёрнуть руку. “На всякий случай, я был бы признателен, если бы А-Юань носил это с собой с этого момента,” - спросил Бинхе, когда он материализовал, неизвестно откуда, возможно из магического пространства, и в том мире никогда не было бы круто, ожерелье. На красной струне висели два куска нефрита. Один был в форме метки демона Ло Бинхе, в то время как другой был немного более длинным прямоугольным куском нефрита с зелёной прожилкой, проходящей через него. “Что это?” - спросил Шэнь Юань. “Это амулет. Этот даст мне знать, если у тебя будут проблемы. Зелёный следит за твоим здоровьем. Красный был сделан из моей крови. Если ты наденешь это, я всегда буду знать, где ты, и в опасности ли ты. Есть также несколько защитных заклинаний, вплетённых в них,” - Бинхе создал его, сгустив свою кровь, включая паразитов, в твёрдую форму. Другой был найден в скрытом царстве, инструмент, сделанный известным медиком, имя которого он забыл, чтобы следить за её болезненным братом. Шэнь Юань, местный идиот, надел ожерелье, нисколько не заботясь о том, что Ло Бинхе всегда будет знать его местонахождение. Ло Бинхе смотрел на своего мужа с беспокойством и радостью, он должен был следить за А-Юанем, чтобы убедиться, что его не украли. Его милый муж был слишком чист для окружающего мира... но не материя мира. Он почти сочувствовал поведению того плаксы. Он тоже защищал Шэнь Юаня, и Шэнь Юань был таким... явно ничего не замечал. … Шэнь Юань свернулся калачиком в ванне, вода кружилась вокруг него, и он паниковал. Он беззвучно кричал, раскачиваясь взад-вперёд и хватаясь за мокрые волосы. Срань господня, срань господня, срань господня. Это был Ло Бинхе. Он жил с Ло Бинхе! Это было так здорово... это было так страшно! Святое. Дерьмо. Но был ли у него меч? Он уже думал об этом? Как он мог остановиться, Синь Мо был так крут... как это выглядело... мог ли он летать без него? Что ещё он мог сделать? Кроме как сделать огненный шар... огненный шар!? Он мог сделать огненный шар, были стихийные атаки и прочее в стиле Пути Гордого Бессмертного Демона. В одной из глав Лю Миньянь создала ледяную стену в форме дракона, и, как бы глупо это ни звучало, в реальной жизни это должно было быть удивительно. Одиннадцатилетний мальчик в душе Шэнь Юаня думал обо всех выдуманных играх своей юности, и быстро растерял свою гадость. Отмечая его как вид испуганный, но и очень взволнованный. Он размахивал руками достаточно сильно, чтобы вытеснить воду, и это было просто замечательно. Он спокойно примет ванну, и всё будет хорошо в мире после этого. … Ло Бинхе уставился на ингредиенты перед собой. Он экспериментировал с приготовлением пищи из разных уголков мира. Изобилие продуктов и знаний облегчало ему этот процесс. В его собственном мире рецепты были ревностно охраняемыми вещами, повара конкурировали за клиентуру, не желая делиться новым методом изготовления своих товаров, когда этот метод или специи были их единственным средством к существованию. С помощью интернета он проводил своё время, впитывая кулинарные знания из Франции, Испании, Индии, Японии, из каждого региона в Китае, который он мог найти, стили варьируются в зависимости от местности. Ему не нужно было гадать о вкусе или приготовлении, ибо однажды он получил множество инструкций, чтобы использовать или выбросить по желанию. Он познакомился со стандартами и стилями приготовления пищи, уделяя особое внимание десертам, так как А-Юань был сладкоежкой. Нежная выпечка из Италии и замысловатые формы японского вагаши занимают центральное место в его сознании. Мысль о том, что А-Юань грызёт коробку, наполненную нерикири, доставляла ему удовольствие. Единственная проблема была в том, как сделать пригодный для А-Юаня вкус. Вертя в пальцах кухонный нож, он задумался. Сегодняшнее блюдо было не десертом, а карри. Карри был чем-то, о чём он никогда не слышал, ближайшим эквивалентом было тушёное мясо или тот странный жёлтый суп из восточных провинций, который он никогда не любил. Разнообразие казалось бесконечным, но он слышал, как Шэнь Юань жаловался, что не может есть тайское карри, поэтому регион и блюдо были выбраны. Это было для Бинхе, чтобы сделать его съедобным. Засучив рукава, он принялся за работу, бросил чеснок и имбирь в журчащее арахисовое масло. Ему нужно было, чтобы он был ароматным, но достаточно мягким, чтобы не вызывать раздражения, это означало, что о чили не могло быть и речи, так же как и о зелёном перце, поскольку он вызывал расстройство желудка больше, чем его красные или оранжевые аналоги. Снежный горох, который у него был, будет работать достаточно хорошо. Он очистил их утром, купив свежие и пухлые на рынке. Может быть, он заменит кокосовое молоко тем "молоком", которое сливают из лекарственного цветка, безопасного для употребления смертными? Обычно белую ивовую орхидею заваривали в чай, чтобы стабилизировать медитацию, но Бинхе мог делать с ней всё, что ему заблагорассудится, и ему нравилось давать её А-Юаню, смертному. Он решил, что мягкого жара от прикосновения дополнительного имбиря и порции перцовой пасты будет достаточно. Дополнительные специи он перемалывал из свежих, тщательно отмеряя их по вкусу, чтобы всё оставалось мягким. Поставив миски с кокосовым рисом на край, он наблюдал, как Шэнь Юань осторожно откусил несколько кусочков, прежде чем начать копать. Когда ночь прошла, и ничего не произошло, Бинхе торжественно погладил Шэнь Юаня по спине, проведя пальцем по узлам его позвоночника через рубашку, которую одолжил у него А-Юань. … Шэнь Юань начал привыкать к кулинарным шоу и кулинарным программам, которые они начали смотреть. Они были весёлыми и часто лёгкими, даже когда они были основаны на конкуренции, а не на образовании. Бинхе всегда жадно впитывал приёмы и применял их к своей ежедневной еде, за которой было интересно наблюдать. На днях он приготовил консоме для Шэнь Юаня, прозрачное, как вода, и невероятно ароматное, в качестве альтернативы тонким супам, которые он готовил. Это сделал главный герой для тебя, предположил он. Гораздо лучше быстро разбираясь в вещах, чем когда-либо мог бы А-Юань. Текущая тема на экране ноутбука, однако, была строительство домов... и сантехника... что было немного странно, но, что сделало Бинхе счастливым? “Зачем ты смотришь строительные ролики?” - спросил Шэнь Юань, его любопытство взяло верх над желанием оставить всё как есть. Бинхе ответил: “Я сам построил четверть Дворца Демонов. Тяга была добавлена позже, ремесленниками, но сама структура была построена мной. Это было... приятно. Я думаю, что хотел бы узнать больше.” Х-хорошо. Шэнь Юань не ожидал увидеть Строителя Бинхе, но это было... удивительно. Он добавил это к своему пониманию Ло Бинхе как человека, прямо рядом с Шеф-поваром Бинхе и Лордом Демонов Бинхе. Придвинув стул, он спросил: “Расскажи мне об этом?” И Бинхе рассказал. Его руки жестикулировали, когда он описывал выбор материалов и разрушение космического мешка весом дерева, которое было сравнимо с железом. Это была дикая ситуация, которую Шэнь Юань действительно не ожидал. Когда глаза Бинхе загорелись от возбуждения, Шэнь Юань постарался издать ободряющее мурлыканье. Он был счастлив, что, может быть, только может быть, Ло Бинхе тоже узнает, что делает его счастливым. Шэнь Юань, Демонический Терапевт. Проверенный. Или, по крайней мере, ему нравилось считать себя хорошим другом. Он старался быть таким, когда мог. … Бинхе навалился на Шэнь Юаня, не придавливая. Это было скорее свидетельством внутренней силы Бинхе, чем способности Шэнь Юаня служить тростью. Обнюхивая эту сторону шеи Шэнь Юаня, Бинхе мурлыкал себе под нос: “Я голоден.” Может быть, Шэнь Юань был немного избалован готовкой Бинхе, он нахмурился и двинулся вперёд: “Я пойду приготовлю что-нибудь. Я думаю, что я могу сделать жаркое... я действительно не знаю, что -” Бинхе потянул его назад, так что спина Шэнь Юаня столкнулась с его грудью: “Я не имел в виду это, но так как А-Юань более любит мою стряпню в любом случае, так что позволь мне. А-Юань может присесть... хотя... я делаю клубничный пирог на десерт, А-Юань может подойти и облизать ложку?” Лицо Шэнь Юаня было озадаченным, и Ло Бинхе захотелось рассмеяться. Он спал в постели А-Юаня, каждый день готовил ему еду, они проводили много времени, сплетя свои конечности вне постели, на диванах и в общественном транспорте. Шэнь Юань ухаживал за его волосами до и после каждого душа, Бинхе держал А-Юаня близко, когда он болел, и его маленький кролик, казалось, не понимал, что, возможно, за ним ухаживали? Бинхе знал, что ухаживание в этом мире происходит по-разному, но каждое телевизионное шоу и его наблюдение за публикой говорили ему, что они действительно ухаживают. В его собственном мире они считались бы женатыми. Сладкая штучка, Бинхе хотел его погубить. … Вырезая нефрит своими длинными когтями, Бинхе наблюдал, как А-Юань смотрел на него звёздными глазами, впечатлённый навыками, которые приобретал Бинхе. Он красовался под этим вниманием. Бинхе было приятно проводить время, создавая вещи, а не разрушая их. Он провёл бесчисленное количество лет своей жизни, разбирая вещи на части, это было больше, чем время для него, чтобы собрать вещи вместе. Он никак не мог решить, кого сделать - кролика или котёнка. Оба подходили его мужу, и оба были благоприятны. Может быть, по одному из каждого? Сначала кролик. Мягкий и белый. … Глаза Шэнь Юаня были прикованы к Ло Бинхе, который растянулся на кровати и дремал. Он лежал на животе, одна рука под подушкой, другая вытянута в сторону. Ло Бинхе не дремал в одиночестве. Бинхе дремал только тогда, когда это делал Шэнь Юань, что не считалось. Шень Юань ушёл только за почтой, и они должны были вместе смотреть кулинарные шоу или, может быть, какое-нибудь дрянное реалити-шоу. Как смеет Бинхе засыпать без него? Надутый Шэнь Юань двинулся вперёд и поправил руку Ло Бинхе так, чтобы он мог скользнуть под неё и прижаться ближе, подавляя зевок. С Бинхе было так тепло, что он ничего не мог с собой поделать. Изогнувшись, он закрыл глаза, это было прекрасно, совсем ненадолго. Бинхе разбудит его, когда придёт время. Ло Бинхе, притворяясь спящим, уткнулся лицом в подушку, стараясь не наброситься на своего невинного мужа. Прикрыв рот рукой, он прикусил её, держа клыки тупыми, чтобы не проколоть кожу. Он не ожидал, что А-Юань будет так напорист, он предположил, что, возможно, его разбудят тонкие руки, похлопывающие его по спине или лицу. Возможно, тесная рубашка, которую он носил, даст А-Юаню время рассмотреть его фигуру. Он не ожидал, что А-Юань будет чувствовать себя вполне комфортно, подкрадываясь к нему. Он должен был это сделать. Шэнь Юань любил, чтобы его обнимали, и у него было полное право требовать внимания, или брать его, когда он этого хотел. Бинхе просто необходимо продолжать практиковать сдержанность. Сделав глубокий вдох, он решил, что повторит про себя мантру и заставит себя заснуть. Щека Шэнь Юаня на плече Бинхе была горячей на ощупь, что заставило его полностью сосредоточиться. А-Юань снова заболел лихорадкой. Бинхе тихо выдохнул. Скоро ему понадобится холодный компресс. Лихорадка А-Юаня появлялась всё чаще. … Сюлань ворвалась с запасным ключом, Шэнь Юань услышал, как хлопнула дверь, и глазами сообщил Ло Бинхе, что ему нужно исчезнуть. Сейчас. Ло Бинхе кивнул и волшебным образом исчез. Единственным следом его присутствия была еда в холодильнике Шэнь Юаня, куда Сюлань никогда не заглядывала, считая его пустым, и шкаф Шэнь Юаня, в котором хранилась одежда Бинхе. Его ботинки стояли в боковом шкафу у двери, и Бинхе всегда сразу же мыл посуду, что означало, что две чашки и тарелки не будут расставлены. Идеально. Давно миновали зимние каникулы, приближалась весна. Он не знал, как объяснить своего гостя, но, к счастью для него, гость мог исчезать и появляться по своему желанию. В противном случае его семья убила бы его, их беспокойство бы обрушилось на него, как цунами. “Геге, как ты?” - спросила Сюлань, её конский хвост качался позади неё. Всё ещё одетая в школьную форму, она выглядела молодой и свежей, и совсем не походила на тайного сыщика, каким была в душе. Она была рада, что Ло Бинхе ушёл, но опасалась вновь обретённой чистоты в квартире геге... Геге утверждал, что горничную заменили на лучшую, и она... поверила ему. Как будто этот мускулистый извращенец придет сюда, чтобы убрать беспорядок геге? Да, конечно. Всё, о чём он, вероятно, думал, это пойти в спортзал, чтобы поддержать своё тщеславное телосложение и украсть её брата. Осмотрев каждую комнату, Сюлань облегчённо выдохнула. Ничего не видно. Никаких туфель у двери. Это было хорошо. Позже она позвонит Ю-ге и да-ге, чтобы сообщить им о ситуации. Они сказали ей, что она, вероятно, преувеличивает, но они также задавали много вопросов, что означало, что они действительно хотели, чтобы она следила за А-Юанем. Да-ге также сказал, что может вернуться домой, если она что-нибудь заподозрит. Пока всё хорошо. “Я в порядке, мэймэй, как у тебя дела в школе?” - спросил Шэнь Юань. “Всё в порядке, у меня всё хорошо. Не хочешь сходить со мной сегодня в кино? Сегодня пятница, мы можем задержаться допоздна, может быть, съедим десерт после?” - спросила она. Геге никогда не возражал проводить с ней время, и он всегда позволял ей выбирать фильм. “Конечно, только позволь мне взять пальто,” - сказал Шэнь Юань, когда они выскользнули из дома. Как только дверь закрылась, снова появился Ло Бинхе. Он улыбнулся при мысли о беспокойстве мэймэй. Не то чтобы он собирался съесть А-Юаня... худшее, что он мог сделать, это откусить кусочек. Облизывая кончик одного клыка, он подумал о бледно-белой коже и чернильно-чёрных волосах. Растает ли А-Юань у него во рту, как он думал? Какие звуки он будет издавать? Потратив время в опустевшем доме, чтобы облегчиться, он лёг на их кровать и томно заставил себя кончить на мысли о Шэнь Юане. Прижавшись лицом к подушке Шэнь Юаня, он глубоко вдохнул. … Ухмыляющийся Бинхе упаковал их корзинку для пикника. Действительно, он положил туда запасной мешочек и упаковал его. Корзина предназначалась для возможных наблюдательных глаз, а не для хранения. Мешочек сохранит их еду свежей и незатронутой во время перевозки. Он осторожно положил лакированную шкатулку внутрь. С изменением погоды, дни становятся теплее, и несколько кусочков природы в сером городе начинают зеленеть, они отправятся в парк Цзиньшань. Пейзаж не был идеальным, но это было хорошо. Он тщательно приготовил нерикири к предстоящему сезону, придав мочи и каштановой пасте форму четырёх цветов: нарцисса, ириса, вишни и... вполне целенаправленно, хризантемы. Потребовалось несколько попыток и создание треугольного деревянного инструмента, применённого наряду с разумным использованием когтей, чтобы получить правильные формы. Нежная рисовая паста была мягкой и податливой в его руках, когда он добавлял порошкообразные красители и формировал цветы. В конце концов, он остался доволен их нежной красотой, расположив каждый цветок в его собственном отсеке в коробке. Сунув в рот лишнюю порцию, он убедился, что вкус достаточно хорош, чтобы его подать. Он проснулся рано, стараясь не потревожить мужа, который сонно вцепился в его рубашку, чтобы собрать сюрприз. Ему пришлось осторожно уложить А-Юаня на спину, принеся ему подушку, чтобы Ло Бинхе мог уйти. Он подумал, что А-Юаню понравится нерикири, и в сопровождении чая собрал вещи. Их основная еда уже была помещена внутрь, приготовленная накануне и хранящаяся в стазисе. Приехав в парк, Ло Бинхе расстелил большое одеяло и несколько подушек, жалуясь на то, что не может найти лучшего места, потому что земля под ними твердая. Это должно было сделано. Шэнь Юань устроился поудобнее, и Бинхе сел рядом с ним. Достав термос, он налил немного консоме на основе говядины для А-Юаня и себя, чтобы делиться. Крышка термоса ходила взад и вперед, пока они медленно пили суп и смотрели, как падают лепестки. Ло Бинхе специально приложил свой рот к тому месту, где раньше был А-Юань, разделяя непрямой поцелуй. Вытащив маньтоу, которую он сделал, он снова разделил кусочки с Шэнь Юанем, передавая сытную мясную булочку друг другу. Капля сока пролилась по губам А-Юаня, и Бинхе воспользовался возможностью наклониться вперед и вытереть ее большим пальцем, отодвинувшись, чтобы слизнуть остатки. “А-Юань должен быть осторожен,” - протянул он, соблазнительно мурлыча. Шэнь Юань по-совиному моргнул и слегка покраснел, кивнув, когда ответил: “Я... Спасибо, Бинхе. Иногда я веду себя немного неряшливо. Ах, становится холодно...” - понял А-Юань, протягивая руку, чтобы подержать булочку на губах Ло Бинхе, не видя ничего плохого в обмене. В конце концов, они просто были дружелюбны. Бинхе хотелось рассмеяться, но вместо этого он откусил кусочек и с удовольствием разделил трапезу. Эти ясные черные глаза были бы его смертью. Откинувшись назад, он проверил границы Шэнь Юаня, протянув руку, чтобы притянуть его между ног. Они сидели так в уединении своего дома, много раз. Публика, однако, была другим пространством. “Так будет проще,” - сквозь зубы соврал Бинхе. Шэнь Юань кивнул, откусил последний кусочек булочки, доел ее и, схватив другую, снова прижал к губам Бинхе. Одна рука лежала на булочке, другая покоилась на груди Бинхе, чтобы сохранить равновесие, когда Шэнь Юань повернул его талию, чтобы сделать положение возможным. “Бинхе прав,” - согласился А-Юань. Ло Бинхе рассмеялся над этим, душа себя маньтоу, его глаза сияли от веселья. В один прекрасный день А-Юань действительно попадет в беду. Собственнически обняв мужа, Бинхе наслаждался их пикником, несмотря на шум уличного движения, который был слышен, когда они делили еду. Когда они покончили с маньтоу, Шэнь Юань остановился на двух, разделив между собой и Бинхе, Ло Бинхе вытащил лакированную шкатулку, чайник и несколько чашек. Шэнь Юань ахнул, когда увидел конфеты. Каждая из них была красивым цветком, вылепленным с особой тщательностью. Когда Бинхе передал ему розовый цветок сакуры, лежащий на обертке из рисовой бумаги, цветок казался карликовым в его руках. Он прекрасно выглядел у Шэнь Юаня. “Это удивительно, Бинхе сделал их?” - спросил Шэнь Юань, его глаза сияли. “Ммм,” - признался Бинхе с ухмылкой, наблюдая, как А-Юань грызет нерикири, напевая в ответ на его вкус. Протянув руки, чтобы крепко прижать Шэнь Юаня к груди, он наблюдал, как его любовь наслаждается плодами его труда. Шэнь Юань фыркнул от давления, жалуясь достаточно, чтобы заставить Ло Бинхе немного ослабить хватку. Он не позволит себе потерять это, подумал Ло Бинхе. Счастье Шэнь Юаня было главным в его сердце, а Шэнь Юань был счастлив с такими простыми вещами. Безопасная жизнь, дом, хорошая еда и хорошая компания. Бинхе забыл, что он был счастлив почти тем же самым. Когда-то, давным-давно, когда у него не было имени, он знал это лучше. Прижавшись поцелуем ко лбу А-Юаня, эти ошеломленные глаза заставили его снова разразиться смехом. … Ло Бинхе уставился на Шэнь Юаня, когда тот лежал в постели: “Я люблю тебя,” - сказал он. Шэнь Юань уставился на него, и его густые ресницы непонимающе затрепетали: “Я тоже тебя люблю. Ты хороший друг.” Затем Шэнь Юань зевнул и заснул. Прижалась к Бинхе. Платонически, видимо. Возможно, Ло Бинхе нужно растереть свою эрекцию против тыла А-Юаня? Это было бы грубо, но теоретически эффективно. Тихо вздохнув, Бинхе заснул. Это было прекрасно, он мог подождать, пока его муж не поймет достаточно, чтобы согласиться, и съесть тофу А-Юаня в то же время.