Граница Истока

Айрисфиль фон Айнцберн смотрела на своих товарищей из Альянса Широ и новых союзников в лице Девичника. Ее лица окрасила улыбка, ведь она отлично помнила, чем была Четвертая Война Святого Грааля и то, что в этой, Пятой, Мастера не стремятся убить друг друга, а даже наоборот, объединились, не могло не радовать. Хотя она чувствовала, что стоит ожидать проблемы от Грааля, как это было в прошлой Войне, но как женщина, она думала об этом не в первом плане. Тем более есть еще одна важная проблема…

Что именно здесь происходит?!

Даже на таком расстоянии она ощущала невыносимое давление, даже больше, чем от боя Манаки и Дариуса-Магни. Причем не только расстояние, создаваемое ими угроза игнорировало и пространство, что заставляло вздрагивать. Если даже тут такое, то что с ней было бы, будь она на месте боя? Угроза от искаженного Грааля казалось сущей мелочью, в сравнении с этим. И поэтому она была заинтересована в помощи своим товарищам, не как Белый Святой Грааль или Первый Рулер, даже не как бывший Мастер Четвертой Войны. А просто, как член Альянса Широ, не участников Войны, а объединение людей, в том числе и семьи Эмия. Она убила уже Ахта, главу семьи Айнцбернов, более ее ничего с этой семьей не связывает. Айри не собирается становиться главой семьи, даже назло, а также отдавать эту должность дочери, пускай Илия проживет свою долгую жизнь, вдали всего этого. Да, долгую, Айри приложит все свои силы, чтобы ее дочь была свободной от судьбы, стать Святым Граалем. Если понадобится, она сама займет ее место. — Все, готовьтесь! — Раздался ее звонкий голос, привлекая внимание бывших Мастеров. Ее помощь не нужна в других битвах, но здесь она продемонстрирует свои возможности. — И да, Фьоре, наверное я должна была сделать это уже давно…

Песня Грааля О, Белый Грааль Пой!

Любовь женщины, связанная со Святым Граалем. Всего лишь временное ограниченное освобождение Прикосновения Небес. То, за чем изначально пришли эти Мастера, святая чаша, явила себя, исцеляя каждого, даруя ему пиковое физическое состояние. Даже ноги Форведж были полностью исцелены и она более не нуждалась в своей изначальной причине принять участие в Войне. Она была шокировано от того, как это произошло. Нет, не только она. Анжелика Айнсворт всегда была малоэмоциональным человеком, который не проявлял личной инициативы. Решение остаться с Девичником скорее исключение, но сейчас… Касание чувств Айрисфиль было достаточно, чтобы даже она вдруг потянулась к сердцу. Впервые она ощущала себя такой… Живой. — Мама? — Удивленная Илия не ожидала такого от женщины, которая даже не пыталась никак участвовать в боевых действиях. Ее ощущение своего состояние также было невероятным. Не помоги ей Широ, этого оказалось бы достаточно, чтобы восстановиться. — Ч-чего?! — Более шокировано произнес Шишиго, будто огромное бремя упало с его плеч. Казалось, дышать стало легче, причем не только от исцеления легких, возможно ли… Нет, это же невозможно… Мато Сакура уже была жива физически, ведь за время инцидентов семьи Мато, прошло много времени. Физически она здорова, да и ментально пришла в себя, но… Оставались пятна. То, что портило, что Сакура пыталась забыть и что она успешно делала. Но бывало, что воспоминания, которые она прятала глубоко в себя, резко появлялись… И как бы она сама того не желала, позволяла им прозвучать в своей голове. Только вот сейчас все эти воспоминания растаяли, испарились, не оставили ничего, ведь ее коснулась материнская любовь. Леонардо Харвей ценил тот новый круг людей, который он нашел. Родившись и воспитываясь, как идеальный лидер, он не мог испытывать нормальных человеческих эмоций, пока не появился в Фуюки. Возможно он не решился предать свои семьи, как это сделали Анжелика и Фьоре, он не решился сообщить им, что победа затрудняется. В зависимости от его решение, армии вторженцев могло быть не три, а четыре. Он был идеальным лидером, не смотря на то, что смог начать познавать новый для себя мир… Но сейчас, от этих чувств, он вдруг осознал, что идеала не существует. Он не идеальный, а лишь пытается им казаться, поэтому может быть человеком. Рейрокан Мисая была в эмоциональном напряжении с той минуты, как решила принять участие в Войне Святого Грааля. Нет, она этого всегда скрывала, даже от самой себя, пытаясь казаться крутой и самоуверенной, всегда на шаг, если не на два, впереди других… Но можно представить, сколько ее умственной и эмоциональной энергии уходило на это? Бывало она отключалась сразу же, как возвращалась домой, хорошо хоть фамильяры внимательно следили за обстановкой и все докладывали, но даже тщательный просмотр всей этой информации выматывал. И это только труд, а сколько она переживала, не сделала ли ошибку, неверный шаг, просчет? Каждый раз, делая ход, по десять раз за минуту, проверяя и перепроверяя. Да что там, бывало Мисая проговаривала в слух свой распорядок дня, прежде чем его записать, боясь что-то забыть. Даже если проиграть, для нее сам факт того, что жива, уже должен быть праздник, хотя бы не слегка от переутомления. Но вот она, сейчас казалось, что разум чист, от всех лишних, ненужный данных, которые лишь заполняли память. Карен Ортензия была рождена, не зная своего отца и матери, а росла со своей бабушкой и дедушкой. Будучи рожденной в семье церковников, она росла верующей, можно сказать внешне ангел, но на самом деле в душе Карен дьявол, любящий садизм. Не в том смысле, что ей так уж и нужна была родительская любовь, не такая у нее личность, но… Почему сейчас, все ее увлечения, которые она не скрывала от своих подруг и время от времени пугала их, с помощью которых заставляла даже Слуг слушаться себя… Вдруг начали замирать? Бог обратил на нее свое внимание? Но почему тогда она вспоминает то, что просто не могла помнить? Любящие касание… И взгляд человека, который бережет ее. Но почему… Почему Карен никогда сама этого не видела? Не привыкла… Лувия Эдельфельт не считала себя трагичной. У нее было все, о чем можно мечтать, а чего не было, она всегда могла получить. Рожденная в богатой семье, она хоть и была довольно самоуверенной, но не смотрела на других людей сверху вниз, разве что на Тосаку Рин, но лишь из-за их соперничества. Если же говорить о людях, которых она уважает, именно Рин будет на первом месте. Были ли у нее проблемы? Раньше она заявила бы уверенно, что нет, но в эту минуту… Ощущая шепот Айрисфиль, которая словно призывала освободиться от оков, она вспомнила. То, почему редко появляется дома, почему на самом деле решилась отправиться в Фуюки, никого не предупредив. Ее семья… Нет, они люди, конечно, неплохие, ее любят, но у них был конфликт взглядов. Семья Эдельфелт не разделяла всех ее увлечений и взглядом, поэтому не удивительно, что девушка просто решила забыть эту проблему, будто ее нет, просто держа дистанцию. Но похоже теперь она обязана посетить родной дом и поговорить с родителями… После такого прикосновения материнских чувств. — Надеюсь, моя небольшая помощь пригодилась. — Улыбнулась Айрисфиль, ощущая, как поднимается боевой дух бывших Мастеров. Для них этот голем уже не представлял такой большой угрозы, как было минуту назад. — Хоть это и не сравнится с Благословением Иштар, но хочется верить, что вам стало лучше. Ее улыбка воодушевляла, поддерживала, направляла. И хотя маги не видели ее, но чувствовали. Избавившись от груза, они готовы были выполнить свой долг, как членов Альянса Широ и Девичника, как бывших участников Войны Святого Грааля. Избавиться от вторженцев раз и навсегда. И они это сделают, теперь точно смогут.