Львиное сердце

«Одна ложь родит другую.» Очень часто приходится делать то, что совсем не хочется. Эта несправедливость зовётся жизнью, и, если человек живёт, он рано или поздно столкнётся с ней, позже к нему придёт боль, разочарование и злость на этот мир. На то, что он ещё живой, ведь было столько возможностей со всем этим покончить раз и навсегда. А после злости придёт принятие и небо опять окрасится в серый, создавая ожидание скорых лучиков, вышедших из густой пелены, или же страх, обрушившийся звонким громом и яркими столбами молний. В Сеуле была как раз такая погода, ухудшающаяся с каждым часом. Зима сопровождалась такими жестокими осадками, что уж лучше бы улицы завалило сугробами, а машины то и дело приходилось бы чистить от снега. Тэхёна вводил в тоску вид разбушевавшегося дождя. Сидя в своей квартире, на диване возле окна, он совсем не чувствовал домашний уют, стоило обернуться, как стены давили на мысли, а пустота заставляла провалиться в них. Никто не мог согреть Кима так, как нужно было ему. Который день уже никто не звонил, да и сам Тэхён не мог ни до кого дозвониться, все бросили его в этой квартире, а выходить наружу по собственной воле просто не было смысла. Кому он там нужен, для кого ему идти в ванну и выбирать одежду? Для самого себя Ким уже устал стараться, хоть и не признавал этого. Тэхён думал, что весь смысл его жизни в завершении дела прапрадедов, но с каждым днём казалось, что это лишь фарс. Ненужное самовнушение, чтобы не думать здраво. И оно всё тускнело, оставляя Кима в неведении, кто же он на самом деле. Парень удивился, когда услышал звонок в дверь, ведь еду он не заказывал и гостей не приглашал. Тэхён не сразу пошёл открывать, просто не верилось, что кто-то ломился именно к нему. Не отрывая взгляд от вида на вечерний Сеул, Ким встал с кресла, оставив недопитый морс на подлокотнике, и двинулся в сторону входной двери. Квартира Тэхёна чем-то напоминала студию, здесь почти не было дверей, а ненужные вещи не захламляли тумбы и пол. Ким никогда не любил обустраивать съёмные квартиры, потому что не чувствовал, что это его дом. Даже некоторые вещи остались в чемоданах совершенно нетронутыми. Парень посмотрел на дисплей, показывающий стоящего в коридоре, и обомлел. Он совершенно не ожидал, что ты решишь так неожиданно навестить его. Когда Тэхён открыл дверь, ты увидела злость в карих глазах. Ты понимала, что Ким, возможно, не будет рад тебе, но не думала, что открыто разозлится. Ты неуверенно вступила на порог, сдерживая плач, пока расстёгивала куртку и наскоро завязанный шарф. Ким, наблюдая за этим зрелищем, цыкнул и произнёс: — Дурочка, ты так задушишь себя, — Тэхён протянул руки к твоему шарфу и, коснувшись тёплыми пальцами твоей замёрзшей кожи, помог развязать и отложить в сторону, а потом уже принялся за куртку, отобрав у тебя все шансы раздеться самостоятельно. — Как ты узнала, где я живу? — Бармен сказал... — тихо пробубнила ты. — Кто? Бармен? — Ким не сразу расслышал, а ты не собиралась повторять. — Что-то случилось? Когда последней ботинок слетел с твоей ноги, ты бросилась Тэхёну на шею, крепко прижав к себе, словно тонущий человек цеплялась за него, как за спасательный круг. Ким отшатнулся назад, облокотившись о спинку дивана, тогда ты обняла парня ещё сильнее, удобно ухватившись за крепкое тело. Тэхён растерянно зашевелил глазами, не понимая твоих действий, отчёта которым ты и сама не отдавала. Почувствовав запах альфы, ты больше не смогла сдерживать слёзы и заревела ему в плечо, громко шмыгая носом. Ким неуверенно обхватил твою талию одной рукой, а другую опустил на шелковистые волосы. Странное чувство растеклось по его телу, будто он впервые защищал кого-то, а не уничтожал. — Мне так больно, Тэхён... Я не понимаю... — ты дрожала в его руках, поэтому парень сильнее обхватил тебя, позволяя буквально залезть на него. — Я чувствую то же самое. Тоже не понимаю, почему всё так. — Прости, что не брала трубку, я думала, всё будет хорошо, но... — Что-то произошло с Юнги? — ты не ответила, лишь сильнее сжала шею Тэхёна. — Понял, — парень начал успокаивающе гладить тебя по спине, а его глаза засияли дьявольским огоньком. — Тебя снова предали, принцесса? И снова родной человек, — гипнотически шептал он тебе на ушко. — Я бы никогда так не сделал, никогда бы не заставил тебя так горько плакать, — Тэхён опустил голову к твоей шее и кратко чмокнул, почувствовав губами горячую мягкую кожу. — Я бы берёг тебя, как самое дорогое сокровище в этом мире, — ты непонимающе посмотрела на парня, и он заключил: — Ты итак моё сокровище. Ты чувствуешь, как Тэхён утягивает тебя за собой, и вы оказываетесь на его кожаном диване, среди разбросанных подушек и мягкого пледа. Ты всё ещё держишься за плечи Кима, а он смело кладёт широкие ладони на твои бёдра, близко рассматривая твоё заплаканное лицо. Его шершавый язык проходится по слезливым дорожками, убирая их и оставляя на коже ледянящую прохладу, а ты глаза боязливо закрыла и насупила нос, отчего Тэхёну хочется облизать тебя ещё сильнее. — Ты такая глупышка, что мне аж завидно. Так легко разбить твоё сердце, а ведь ты дочь вождя, как-никак. — Я и сама это знаю... — ты убрала мокрую от слёз прядь волос за ухо. — И ты всё ещё любишь Юнги после предательства? Если да, ты уж совсем глупышка, т/и. — Ты говорил, что можешь заменить мне его, — в твоём голосе послышалась уверенность. — Так сделай же это.