Партия с судьбой

- Ты сегодня долго. Я уже начал волноваться, что ты не придешь. А это же снежный ком волнений: ты не пришел, значит, что-то случилось с самим понятием смерти, значит равновесие мира в беде, значит что-то с судьбой, а значит миру трындец! Не пугай меня так больше, ради всего святого, - я беспощадно тараторю, но у меня есть весомое оправдание. Ради того, чтоб обругать Смерть я даже поднялся с колен и отложил на время свой скальпель. Он вообще представляет, как я о нем переживал?! И о мире, конечно… - Успокойся, смертный. Не ты ли хотел, чтоб меня вообще не существовало? - Это было давно, и я тогда тебя не знал. И перестань звать меня смертным. Чувствую себя какой-то букашкой под твоим кедом. У меня имя есть, и ты его знаешь! – нетерпеливые переживания смешались с внутренней злобой, а снисходительный тон моего собеседника стал последней каплей в маленькой истерике. - Ладно-ладно, хватит причитать, - мужчина устало плюхнулся на диван. Сегодня мы в хорошей квартире. Пришлось постараться, чтоб втереться в доверие к ее владельцу и аккуратно сюда проникнуть. - Ну? Может, расскажешь, что случилось? - Ничего особенного. Слегка повздорил с Истиной. Опять. - С Истиной? Почему? – успокаиваюсь и заинтересованно гляжу на Смерть. Следов от драки или чего-то похожего на нем не вижу. Хотя, с чего я вообще взял, что работники Судьбы выясняют отношения так же, как и смертные? - Из-за тебя, Дмитрий, - подчеркивает мое имя, словно доказывая мне, что действительно его не забыл. - Я же говорил, что я для Судьбы не пустой звук! – горделиво вскидываю голову и натыкаюсь на сердитый взгляд. – Что? Мне лестно. Так что там с Истиной? - Ты был претендентом на должность Истины и его любимчиком, а теперь упал в списке из-за твоего нового рода деятельности. И нет, это вовсе не значит, что Судьба тебя недолюбливает. Это просто факт. Что же до Нее… В общем, ты зря думаешь, что своими действиями противостоишь Ей. Истина уверен, что перемены в твоем характере это Ее рук дело. Ты стал Ее новым инструментом. И никакой ты не народный мститель, а такая же кукла в Ее руках, как и мы все. - В смысле? Я же сам решил начать убивать. - Да, как прежде сам решил стать врачом. Так же, как все эти люди решают стать ворами и насильниками. Это их решения, но навеянные Ее волей. И я понятия не имею, что теперь будет со мной и с тобой из-за того, что я тебе это говорю.       Забываю о том, что делал. Сажусь на пол и опираюсь о стену спиной. - То есть все это напрасно? И все мои действия не шли никому на пользу? – откидываю голову, ударяясь затылком о стену. - Не знаю. Это все так размыто, что я сам уже ничерта не понимаю, - Смерть прячет лицо в ладонях и шумно выдыхает. – Если так рассуждать, то Судьба повсюду и во всем. Если она в тебе и во мне, шепчет нам что делать, то мы здесь сидим и беседуем тоже с ее подачи. Но это просто выводит меня из себя. Черт, Дима, как я тебя ненавижу прямо сейчас. Я просто выполнял свою работу, а теперь думаю о том, является ли моя воля моей собственной! – мужчина подрывается со своего места и с размаху скидывает на пол канцелярские принадлежности с рабочего стола моего бедного убитого. - Это я тебя ненавижу, если на то пошло! Это у меня была нормальная жизнь, а ты взял и перевернул ее с ног на голову своим появлением. Я не просился в список этого твоего Истины и не хотел тебя видеть! Но нет, Судьба решила все за меня. И уж прости, что заставил тебя думать. Если быть тупым тебе нравится больше, то забирай свою душу и проваливай из этого смертного мира. Я тебя не задерживаю.       И именно это чертов Смерть и делает. Подходит к трупу, не глядя на меня, кладет руку ему на лоб, вытаскивает душу и растворяется в воздухе. ***       Мой отпуск длился два месяца. За это время я убил пятнадцать человек. Первую и последнюю недели я просто лежал в квартире, никуда не выходя. Жалел ли я о том, что сделал? Должен бы был, даже старался себя заставить. Но муки совести так и не явились на совет. Я чувствовал себя опустившимся до уровня тех, кого убивал. Чувствовал себя злым, глупым и опустошенным. Но не очень то сожалел.       Я грыз себя из-за собственной тупости, из-за неправильности мира, но больше всего из-за того, что наговорил Смерти напоследок. Я скучал по нему. Понимал, что между нами ничего не было, что даже дружбой наше недолгое общение над бренными остывающими телами назвать можно лишь с условной натяжкой. Но я безумно скучал по нему. Не по какому-то вымышленному страдальческому образу из подростковых пабликов, а по вполне конкретному человеку с его шутками, замечаниями и красными кедами, по тому Человеку, которого он мне открыл.       Мне до последнего не хотелось признаваться самому себе, что я влюбился в парня, открывшего мне глубины бытия, державшему для меня фонарик над почками насильника, сказавшему, что ненавидит меня. Но я влюбился. И не знал, что с этим делать. Хотя, что тут поделаешь, верно? Нет ведь курсов у психолога для пары, один из представителей которой Смерть.       По окончанию срока отпуска я вернулся к работе. Но как снова быть хирургом после всего, что натворил, не мог себе представить, так что я поговорил с главврачом, сказал, что не смогу больше видеть чужие смерти, и попросился на место терапевта. Благо, мой диплом и опыт это позволяли.       И жизнь снова потекла по привычному мне ранее сценарию. Пациенты, больница, коллеги, лекарства, отчеты, диагнозы. Длинные смены, короткий сон, безвкусная еда быстрого приготовления.       Но Судьба не захотела оставить меня в покое. Хоть я и старался стать самым серым из всех мышей. Мне казалось, что если я перестану убивать и спасать людей, то мой уровень останется на прежнем месте в списке Истины, а значит, про меня все забудут. Но если в первой части теории я был прав, то во второй – нет. На должность Истины меня и правда перестали рассматривать, но вот забывать обо мне Судьба не хотела.       В самый обычный из дней, как это обычно и случается, я просто шел домой с работы. Людная улица, живущая своей ночной жизнью, толпы народа со своими траекториями движения по жизни и пара ругающихся мужчин у поворота. Ничего странного, если подумать. Только у одного из них был нож. Я заметил это только тогда, когда подошел совсем близко. Мужчина угрожал оппоненту и тот, явно не желая проблем, пятился. Но агрессор не торопился давать заднюю. Он все наступал на бедолагу, делая шаг за шагом. Вот он сделал выпад вперед, явно намереваясь ударить ножом в брюшину. Я, вообще нихрена не соображая, схватил его за руку, желая выбить из нее нож, но мужчина испугался, повернулся ко мне и, неловко стараясь выпутаться из моей хватки и замахнуться, вонзил острие в собственную грудь. ***       Мир вокруг меня замирает и я, стараясь отдышаться после пережитого испуга, оглядываюсь по сторонам, понимая, что Смерть уже здесь. - Здравствуй, - спрыгивает с одного из подоконников уличного кафе. - Привет, - гулко выдыхаю, опираясь рукой об один из столиков. – Я не хотел его убивать. И это вообще случайность. - Я тебя не обвиняю. И никогда не обвинял, - подходит к трупу, но не вынимает его душу сразу. Ждет. Кажется, он ждет, пока я решусь сказать что-то еще. - Прости меня, - как только понимаю, что вот он мой шанс, прояснить все с этим человеком, тут же начинаю активно им пользоваться. - Я сам был виноват в нашем споре, - едва замечаю, что он облегченно выдыхает. - Нет, это я наговорил ерунды. И я волновался о том, сделает ли тебе что-то Судьба за то, что ты мне все рассказал. Я подумал, что лучше больше никого не убивать, не падать в рейтинге Истины и просто никого больше не провоцировать. Тем более, что это все равно не имело никакого смысла ни для кого. В итоге я только испортил тебе жизнь своими дурацкими попытками побороться с Судьбой. Извини меня за все это. Я не думал, что все так получится. Я вообще не думал. Я полный придурок и… - Хватит, - Смерть грозно прерывает мой поток слов, но за серьезностью прячется улыбка. Я замечаю ее и дублирую. – Никому ты жизнь не портил, кроме себя самого. Все в полном порядке. И я рад, что ты больше не убиваешь. От этого действительно не было никакого толка. Ты лишь развращал собственную душу, но не добивался справедливости. - Я тоже рад, - киваю.       Смерть смотрит на меня еще какое-то время. Он не находит больше слов, а потому склоняется над умершим и тянется к его лбу. - Стой, - хватаю его за капюшон мантии. – Я скучал по тебе, - даже не хочу себе представлять, как глупо это звучит. Радуюсь, что остальной народ на улице не слышит мое детское обращение. – Даже подумывал несколько раз пойти и убить кого-то. Уже не ради цели, а просто чтоб увидеть тебя, - решаю, что после признания в скучашках, хуже быть уже не может, а потому иду ва-банк. - Какой же ты все таки кровожадный, - смеется мой собеседник. – Может, попробуешь позвать меня на свидание вместо того, чтоб убивать несчастных преступников? - А ты пойдешь? – не замечаю, как опять зеркалю его улыбку, но вот удивление на собственной физиономии осознаю. - Смотря как ты меня пригласишь, - Смерть шутливо вскидывает бровь и забирает наконец душу мертвеца. – Я свяжусь с тобой, - долетает до меня напоследок и мужчина исчезает вместе с душой. *** - Мне не нравится, - капризно заявила Жизнь, теребя подол своего платья. – Меня не устраивает, что вы в ссоре. - Мы не в ссоре, - ласково говорит Истина. – Дело лишь в том, что некоторые из нас некорректно выполняют свою работу. - Я не… Черт, Истина, не начинай опять. Сколько раз говорить, что я ничего не сделал? Да, я рассказал ему несколько нюансов, но только после того, как он сам догадался об основе сюжетной арки сего мероприятия. Я, конечно, понимаю, что ты с людьми уже 99 лет не общался, но открою тебе тайну: они не идиоты. По крайне мере, не все. По крайней мере, не полные. Если человек видит Смерть, он начинает думать. Это нормально. - Да, но ты как-то повлиял на него. Иначе почему он опустился в рейтинге? - Из-за собственных решений! Я не Судьба и не умею навязывать свою волю. Если кому ты и можешь предъявить претензии, то ей. - Истина, братик, Смерть прав, - Жизнь подошла к человеку в сером балахоне и положила руки ему на плечи. – Подумай сам. Все мы лишь подданные Судьбы, все мы части ее плана. Если бы Она не хотела, чтоб тот ваш смертный узнал то, что узнал, она бы это не позволила. И если бы он свернул с пути своей судьбы, она бы послала тебя, чтоб ты поправил его решения. Разве не так? - Да, но… - Что еще тебя не устраивает? – взорвался Смерть. – Ты из нас должен быть самым мудрым, а мы тебе как ребенку простые истины разжевываем. - Истины Истине, - рассмеялась Жизнь. Человек в ее объятьях тоже улыбнулся. - Почему ты продолжаешь с ним видеться? – уже куда более миролюбиво поинтересовался Истина. - Я не знаю, как это правильно объяснить. Мне интересно с ним, он не такой, как все остальные люди, с которыми я контактирую. - Разумеется, не такой. Он же живой! – всплеснула руками Жизнь. - Да, - продолжил, улыбнувшись, Смерть. – А еще он вызывает у меня чувства и мысли, которые казались мне давно забытыми, оставшимися из прошлой жизни. Они атрофировались за тридцать три года, но теперь мне так приятно снова ощущать… все: ветер, солнце, дождь, собственные эмоции. Мне нравится смеяться и шутить, ругаться с тобой и даже грустить. Ты сам давно чувствовал себя живым, Истина? - Сейчас мне кажется, что я никогда таким и не был, - сухо ответил мужчина. – Но мне недолго осталось существовать и, наверное, это к лучшему. - Братик, ну что ты? – теперь Жизнь уже не сдерживалась в стискивании чужого тела. Когда ее жертва начала кряхтеть от боли, она засмеялась. – Что? Больно? Значит, ты живой. Ровно до тех пор, пока чувствуешь хоть что-то. А теперь хватит ругаться и говорить на грустные темы. Лучше расскажи, что ты там новенького в твоей бесконечной летописи вычитал?