Там, где нет тебя и меня!

— Юнги, — позвал Чонгук меня, когда я стоял возле окна, открывающего вид на заснеженный Дэрмирак — столица Тёмной Империи. Я невольно вздрогнул, ибо был полностью погружён в свои мысли. Развернувшись, я с нежностью посмотрел на своего, теперь официально, мужа. — Да? — спросил я, оказавшись в объятиях Архимага. Мужчина нежно поцеловал меня в щёку, носик, задержался возле губ, но не поцеловал, ибо знал, что стоит ему только прикоснуться к этим сладостным губам, как теряет связь с реальностью, как забывает про время, про весь мир. Я недовольно нахмурил брови, но и сам не потянулся за поцелуем, сразу представляя, как буду мстить своему мужчине. — Нам следует поторопиться, скоро придут гости, — сказал Чон, погладив меня по щеке, а я улыбнулся, прижимаясь к мужу. Чонгук прав, нужно поторопиться, ведь время не ждёт!

***

      Уже прошло четыре года, как я смотрю на своё прошлое через плечо и не боюсь ложиться спать, зная, что больше не увижу Тень Тьмы в своих снах. Уже прошло четыре года, как я, сидя на полу рушащегося храма Богини Тьмы, услышал голос Чонгука, словно свет в конце туннеля, который казался мне бесконечным. В тот миг, я думал, что это был самый настоящий предсмертный глюк, но ведь глюк не мог на руки взять и унести из этого ада? В тот день я думал, что потерял всех, что остался совершенно один, и что больше никогда не увижу своего альфу. Что больше никогда не смогу увидеть улыбку своего друга Чимина. Что больше никогда не смогу услышать глупые шутки Хосока. Что больше никогда не смогу снова встретиться с Тэхёном, с которым был плохо знаком. Я боялся, что остался один, но всё оказалось иначе. Всё оказалось настолько просто и легко, что я потерял сознание, стоило мне пройти через портал, а после всего одного удара пульса хватило, чтобы увидеть живых всех. Один удар пульса, и я потерял сознание.       По словам Лясяндры, в отключке я пробыл около недели. Неделю, за которую успели закрыть открывшиеся порталы, навести порядок в Империи, ведь дыры были не только в округе РМА, но и также на границе, в некоторых деревушках и городах. Пострадавших быстро находили и отдавали в руки специалистов, а именно к целителям, которые в ту неделю были прям нарасхват. За это время Владыка, который делал для всё для восстановления Тёмной Империи, стал ещё больше любим народом. Очень любим. Ну а кто ж любить-то его не будет, если он жильё новое дал тем, кто пострадал, и, считай, за собственные деньги оплатил всем лечение! Хорош гад, ничего не скажешь! Пусть он и стал любимцем в глазах народа, но я всё ещё не любил его всей своей ведьминской душой и не любил из-за случая с Чимином. Да, я всё помню!       Дальше я узнал, что игры перенесли на следующий месяц, ведь тогда наша академия была просто не в том состоянии, чтобы проводить их. Конечно, были и пострадавшие и среди адептов других академий, но мне почему-то кажется, что они и не против. В мыслях сразу нарисовывается картина, как молодые альфы рассказывают о своём первом настоящем бое с тварями Тьмы, а это, скажу я вам, довольно, весомый аргумент, чтобы начать восхищаться этим мужчиной и думать лишь о нём. Конечно, игры играми, но меня больше волновал вопрос, как все выжили, если я видел их смерть собственными глазами? На этот вопрос мне ответил сам Владыка, когда приходил мне сделать выговор за то, что я не удосужился его оповестить о снятии заклятия с тетради чернокнижника. Выговор мне сделали, да ещё пригрозили тем, что за такое, меня вообще положено в кандалы нарядить и в тюрьму отправить, но так как я врага уничтожил, тайну разгадал, в общем, во благо государства поработал, то участь с кандалами и тюрьмой, меня обходит стороной. И это всё было сказано с такой снисходительностью, что у меня дёрнулся глаз. Но у меня было весомое оправдание! Которое я, конечно, не озвучил. Не стану же я говорить о том, что мне было оставлено послание? И не стану же я говорить в чём именно была изюминка щита? В общем, мой взгляд не пропитанный даже долей того стыда, покаяния и всё в этом духе, не оценили, а уставший правитель лишь покачал головой и с чувством сквозь зубы сказал: — Ведьма, — выдохнул Владыка, а меня не покидалиа мысль, что такими темпами скоро слово «Ведьма» будет обозначать какое-то жуткое ругательство! После того, как мужчина проникся к себе сочувствием и ненавистью, что вообще ко мне зашёл, правитель решил рассказать почему никто не умер. Оказалось, всё было так просто, легко и я, только зря свои хлипкие нервы тревожил.       Так почему же никто не умер? Всё заключалось в том, что меня обманули, и очень качественно, с учётом того, что заклинание, которое они использовали тяжело, практически нереально, было заставить лгать. Но мои враги нашли выход из этой ситуации, ведь мою-то иницию им нужно было спровоцировать! Когда мне показали Чимина, то там был лишь фрагмент с его боем и с тем, как он побежал. Также была показана часть с летящим на него копьём, но как оказалось, это копьё было направлено вообще не на него, и убит был эльф с такими же длинными и светлыми волосами. Он был участником в играх, и потому тоже был в костюме, а я из-за сильных эмоций не смог увидеть разницы между Чимином и тем эльфом. Моё нежелание смотреть «смерть» Хосока, лишь сыграла на руку сектантам. Но со смертью Архимага они и сами промахнулись.       Чонгук — сын Дьяма Третьего-Великого-Сильнейшего-Устрашающего-Непоколебимого-Справедливого-Мудакрочерского, бастард Нижнего мира и последний представитель Мракорожденных, сказать, что я тогда удивился, значит негромко промолчать. Все те три дня, пока я страдал от переживаний и сердечных истязаний, мой дивный чёрт безрогий, становился королём и брал контроль над своей силой, а, чтобы вы до конца понимали насколько Чон сильный, то внутри него течёт дар Тьмы, наследственный дар Мрака и магия огня, что передалась от обоих родителей. Хаос всемогущий, это получается я всё это время находился рядом с пороховой бочкой, которая могла в любой момент взорваться? Я вспомнил, как иногда доводил бедного альфу, но стыдно и совестно мне не было. Когда же Архимаг стал правителем тех жарких мест, а его вторая сущность, как и магическая сила стали в разы сильнее, и когда Чонгук был уверен в том, что для меня не опасен, альфа отправился обратно в Тёмную Империю с войском. Вот только, мой муженёк и правда не ожидал встречи с тварями Тьмы. Бой быстро закончился, ведь там были самые настоящие демоны, которые очень сильные. Но без ранений не обошлось. Чонгука ранили, и мне показали именно тот момент, когда меч твари вонзился в грудь Архимага. Если бы Чонгук был просто магом, или же, если бы он не принял власть, то это был для него смертельный удар, ведь меч был зачарован и рассчитан именно для тёмного мага и не вошедшего в силу полудемона. Что ж, ошиблись мои дорогие сектанты. Но я был этому очень рад, ибо когда я снова услышал, что Чонгук жив, то сам и не понял, как начал плакать от счастья. Намджун, увидев мои слёзы, лишь тяжело вздохнул, а затем покинул палату. Но долго в одиночестве я не оставался, ведь именно в следующий миг ко мне вошёл мой полудемон, сердце за которого всё время болит. Увидев меня в слезах, мужчина немного растерялся, но вскоре сидел возле меня и утешал, шепча, что он здесь и рядом, и оставлял краткие поцелуи на моём залитом слезами лице.       Тогда меня культурно похитили из лечебницы и перенесли к себе в особняк, где я впервые провёл свою первую брачную ночь. Скажу честно, это было незабываемое чувство. Те страстные поцелуи, что сменялись на нежные, почти не ощутимые. Те прикосновения, от которых по телу миллиарды мурашек. Тот шёпотом бесконечных речей о любви, и мои ответные признания тонули в красоте той прекрасной ночи. Тогда на небе сиял уходящий полумесяц, звёзды напевали свою мелодию любви, а мы сгорали в объятиях друг друга. Больше мы не уходи друг от друга ни на шаг, всегда вместе, всегда смотрим друг на друга с трепетом в сердце, и нежностью, заполненной в глазах.       История про Адрэля оказалась намного глубже, чем я предполагал. Во-первых, я понял, почему Чонгук не сразу понял, что ректор академии является опасностью для нас, ведь сектант сменил имя. Его настоящее имя — Сэрельд Шарлидельский. Представитель одного древнего рода, что раньше был у власти, но потерял её в поединке с родом Мракорожденных. У демонов, как и у любых других народов, есть свои традиции, и одна из них заключается в том, чтобы стать правителем Нижнего мира, нужно победить нынешнего короля, и если ты покажешь свою силу, побеждаешь, то становишься новым королём Нижнего мира. Конечно, там есть и свои тонкости, например, если другие демоны не посчитают тебя хорошим вожаком, то и к власти ты подойти не сможешь. Когда прадед Чонгука только стал у власти, то он сразу же изменил закон о передачи власти. Теперь власть передается по наследству от отца к сыну (альфе), но перед тем, как сесть за трон, нужно пройти три стадии принятия Мрака, а были и те, как Чонгук, у которых также был дар Тьмы, поэтому испытание длилось около недели. Конечно я не понимаю, как Чонгук смог всё это сделать за три дня, но мне, кажется, что это наследственно. Так вот, если один из наследников не проходит испытание, то к власти будут идти уже другие. Вот и Сэрельд решил вернуть то, что, как он считал, по праву принадлежало ему. Из-за того, что Дьям Третий-Великий-Сильнейший-Устрашающий-Непоколебимый-Справедливый-Мудакрочерский был жив и сидел на троне, то Сэрельд не мог сразу забрать себе власть. Тогда он решил убрать Высшего демона с помощью Тьмы. Но первый ритуал прошёл неудачно. Мужчина потерял своего истинного и свою власть, но он не успокоился. Сэрельд выжидал, а в наше время он повторил попытку, только ему пришлось ликвидировать сначала единственного сына Высшего демона, а уже потом и самого его. Но тут опять всё пошло не по плану, ибо был я, который совершенно не хотел умирать и не хотел, чтобы умирал кто-то из моих близких.       Кстати, через месяц после игр, мы с Чонгуком отправились в Изорб, где, поговорив с Мираной, я узнал в чём заключалась моя смерть и возрождение. — Когда ведьма проходит иницию, то она сначала умирает, опустошая всю себя, а после начинает бороться за свою жизнь, ведь любая магия кровожадна и голодна. Думаю, ты это и сам понял. Когда ты прошёл иницию, то считай, возродился, а значит, моё видение было верным, и ты всех спас, — спокойно пояснила мне женщина, а я не мог поверить в услышанное. Всё оказалось так легко и просто, что привыкший я к трудностям, не верил ведьме.       Но вскоре, я совершенно забыл о всех тех страшных днях, ведь началось время свадеб! Первыми были Хосок и Тэхён, который был уже на третьем месяце беременности. Я все ещё помню их счастливые лица, переполненные любовью и нежностью друг другу. Затем были Чонгук и я. Сначала я пытался успокоить своего не до мужа, и объяснить, что собираюсь учиться, а не детей нянчить, но мой супруг не мог смотреть, как все уже прошли бракосочетание, а мы нет. В общем, сыграли мы нашу свадьбу в день Возрождения Нового года. Это было самым ярким и лучшим празднованием в мире! Да за всю историю! В тот день, я был очень счастлив, а после каждое утро не мог поверить в это самое счастье. История Намджуна и Чимина, заслуживает отдельного внимания, отдельной страницы, ведь их любовь столь сложна, что боюсь займет много времени для её повествования! Ведь прошло четыре года, как они наконец нашли то, о чём могли только мечтать — друг друга и настоящую любовь. Чимин стал первым светлым императором в Тёмной Империи, его муж великий Владыка Тёмных земель в нём души не чает. И Пак этим часто пользуется.

***

      Спускаясь по лестнице, я глупо улыбался своим воспоминаниям о таком далёком и недалёком прошлом. Прошло вроде бы четыре года, но кажется, что будто только вчера я переступил порог Расовой Магической Академии, где начал своё нелёгкое путешествие в этом мире. Когда мы подходили к гостиной, где нас ждали сам император Тёмной Империи со своим мужем, сильнейший некромант нашего времени и его муж — сильный маг металлист. Чонгук остановился и, взяв мои руки, нежно их поцеловал. — Юнги, я не знаю, как это любить… Я никогда этого себе не позволял, но сейчас с тобой, я забываю, как дышать, забываю обо всём. Я не умел любить до встречи с тобой, а сейчас я хочу видеть тебя всегда рядом с собой, хочу слышать твой голос, твою улыбку, счастье в глазах. Я сделаю всё, чтобы ты был самым счастливым омегой в этом мире, — хрипло проговорил Чонгук, смотря в мои глаза, а я слушал, затаив дыхание и, кажется, моё сердце тоже замерло. — Ты уже сделал, и я благодарен тебе за это, — прошептал, положив руку на щеку мужчины и нежно её поглаживая. — Я люблю тебя, — на одном дыхании сказал я, чувствуя, как мои губы обжигает горячее дыхание, а следом столь же горячий и нежный поцелуй.