Там, где нет тебя и меня!

      Идя по ночному коридору, залитому серебристым и таким холодным светом луны, что по коже проходятся мурашки, юноша думал о своей жизни. Во дворце царит ночная тишина, которая успокаивает, даёт полностью насладиться этими минутами одиночества. Больше не придётся смотреть на отстранённое лицо старшего брата — монарха Светлой Империи, Дарга I. Больше не придётся надевать маску миролюбивости и полного игнорирования на совершенно нескрываемое чужое рассматривания принца Светлой Империи, будущего первого меча Светлой стороны, будущего война, но всё это запредельные мечты, о которых мне, Пак Чимину, запрещается думать.       Жизнь во дворце — это совершенно не сказка, о которой многие могли мечтать. Это ад, в котором нужно уметь выжить. Это место, пропитанное гнилью и чернью, несмотря на то, что оно и светлое. Каждый живущий во дворце и служащий императору, думает в первую очередь о своей выгоде. О том, как можно лучше нажиться, как можно польстить правителю, чтобы тот о них когда-то вспомнил и, может быть, дал бы им долгожданную конфету. И вот, если большинство рассчитывали на золото, новый чин или ещё что-то, то они разочаровывались, получая остриём меча по шее и отсутствие головы на плечах, которой в априори не было. Дарг I не любит, когда ему нагло врут в глаза, ведь он, как монарх с особым даром, чувствует ложь. Он не любит, когда его предают его же подданные, и после этого он отправляет их к палачу, в надежде предотвратить такой поток разочарования в людях. Но, не все понимают, не все принимают, а вскоре, я стал видеть собственными глазами, как люди лишаются головы за свою алчность и глупость.       Наверное, маленькому ребёнку, которому совсем недавно стукнуло пять лет, совершенно не следует смотреть, как окрашивается в чёрно-красные тонна, его жизнь. Жизнь, которая по словам старшего брата, должна быть реальной, а значит кровавой и чёрной. Чёрной, потому что так выглядит зло, коварство, двуличие, лицемерие, алчность. Кровавой, потому что за всё чёрное расплачиваются именно кровью. Не то чтобы я против такого воспитания, но, возможно, мне не особо было приятно слушать одни и те же слова: «Никому не верь, будь всегда на чеку и ищи во всём подвох. Твоя жизнь зависит лишь от самого тебя и твоего верного решения». Эти слова приелись настолько, что еда за совместной трапезой казалась безвкусной. И повторяли эти слова мне не только мой брат, но и учителя, которые обучали меня грамоте, истории, политике, как внешней, так и внутренней, литературе, музыке, танцам, этикету… Каждый раз я слышал эти слова. И каждый раз меня не покидала мысль, что такими темпами, на моём теле вскоре останется след от этих слов. Наверное, именно из-за этих слов я и не захотел править страной.       Наши родители погибли рано, после первого народного восстания. Когда произошло падения урожая в стране, верующие люди решили, что наш правящий род осквернили тёмные языки, после того случая с вызовом Тьмы, и никого не интересовало, что к вызову Тьмы наша семья никак не причастна, как и к тому магу, который решил всех разделить. Но какое до этого дела разъярённому стаду? Стаду, которому только укажи, и они сделают всё то, что от них потребуют. Никакого. Убили родителей жёстко, к счастью, я тогда был ещё младенцем и не увидел всего того ужаса, что происходил. Моему брату на тот момент было всего лишь семнадцать лет, и объявить права на власть он мог лишь через три года. Однако, чтобы всё прекратить, пришлось пойти другим путём. В ту ночь, появился регент Дарга, и то был его верный подданный, которому было на тот момент двадцать пять лет. Под строгими указаниями Дарга, который действовал в тени, восстание было быстро подавлено, а те, кто были его распространителем, убиты прилюдно. После этого восстания, мой брат — нынешний монарх Светлой Империи, больше никогда не доверял людям. Конечно, попытки были, но каждый раз они заканчивались на «свидании» с палачом и его острым инструментом.       Внимание, ласки и любви я не получал, меня даже не спасал статус омеги, которого вообще лелеять должны, но мой братец решил иначе. Его позиция в моём воспитании заключалась в том, чтобы я стал прекрасным будущим правителем Светлой Империи, что очень маловероятно, учитывая, кто я есть. Либо же, стать прекрасным решением в политической связке, коим я становиться не хотел, и всячески избегал хотя бы одного намёка на возможное замужество. Пусть, я политику не любил, но прекрасно знал, какие отношения у нас с теми или иными государствами, и также прекрасно понимал, что свадьба — это самый последний вариант решения, в данной сложной системе поддержания хороших отношений между империями. Больше всего меня напрягала Тёмная Империя, с ней у нас было всё напряжённо, особенно настолько напряжённо, что иной раз смотря на своего брата, который сидел и читал очередное письмо от Владыки Тёмной Империи, я боялся его слов, которые могли бы мне разрушать всю жизнь, сломать мечту — стать первым мечом Светлой Империи, обычно такие звания даются альфам, но я решил внести изменения и проявить себя и свои таланты в турнире, что будет проходить в Цветение Весенних Грёз.       Возможно, мне не хватило любви, нежности, разговоров про свои увлечения, а не о том, кто сейчас правит в государстве эльфов, кто умер от несварения у оборотней, и кто сошёл с ума от золотой лихорадки у гномов и драконов. Мне это совершенно было неинтересно, но слушать приходилось, ведь когда-то я буду сидеть и править страной. Но я не хотел. Вообще, я не рассчитывал, что когда-то смогу полюбить фехтование, всё же я — омега и должен быть очень нежным, лёгким, умным, хитрым. Поверьте, всё это у меня есть и с переизбытком, но однажды я увидел, как бывший регент моего брата, а также его верный друг Каранд Эндерский ловко пасовал мечом. Это было очень похоже на танец, только резкий, быстрый и опасный. Всего один взмах и от тебя ничего бы не осталось. Наверное, именно в этот момент внутри меня и зародилась любовь к мечам. О моем увлечении Дарг I узнал быстро, и рад он не был, хотя это мягко сказано, он был в ярости. Я помню нашу первую ссору, когда мне агрессивно доказывали, что я не должен вообще в руках меч держать, я же омега! И знаете, я поверил. Из-за того, что я сильно восхищался братом, был благодарен ему за своё спасение, то я поддался. И целый год давил внутри себя желание прикоснуться к мечу и повторить тот завораживающий танец. На тот момент, мне было всего четырнадцать лет.       Детские мечты хрупки, как хрусталь. Стоит только прикоснуться, неаккуратно задеть, как те в свою очередь, покрываются трещинами и разбиваются вдребезги. Боль, слёзы, разочарование не в том человеке, что разбил эти самые мечты, а во всём мире и самое главное, в себе. Наверное, это ужасно, неправильно, но так и происходит. Под чужим давлением дети теряют себя, не могут определиться с тем, кем хотят стать в будущем. И я потерял. Потерял свою мечту. Мне не была интересна музыка, мне не были интересны танцы, иностранные языки и политика. Весь год, я обходил стороной тренировочной зал, в котором тренировался Каранд Эндерский. Проходил и с замиранием сердца слушал, как звенит сталь, как свистит воздух, а стоило мне только прикрыть глаза, как я видел себя, держащего в руках меч, и отрабатывающего удары посреди пустынного поля, вдали виднелись кроны леса, а свежий воздух со свистом рассекался мечом. Всего одно представление, как мне хватало испытать столько чувств, за которые становились стыдно. Я — омега, принц Светлой Империи, и такие мысли мне запрещены. После такого горького осознания, я быстро убегал к себе в спальню, где изучал ненавистную мне политику.       Наверно, я бы так и продолжал заниматься нелюбимым мне делом, если бы однажды не произошло восстание со стороны омег. Да, это было специфично, необычно, и поистине достойно! Я совру, если скажу, что стоял в стороне, следя за всем тем ужасом, потому что на второй день восстания, я начал тайно покидать дворец и… Помогать.       Учитывая то, что восстание длилось около трёх недель, то первое время, я мог спокойно покидать пределы замка, но на второй и третьей недели, мой брат стал что-то замечать и вставлять мне палки в колёса. Пятнадцатилетнему мне, было конечно совершенно неприятно, но что я мог ожидать от императора? Конечно, меня бы по голове за это не погладили, минимум, что со мной могли сделать — наказать, максимум — казнить, как и всех повстанцев. Но всё было решено гуманно, что могло не радовать. Сначала Дарг I планировал, что омеги сдадутся ещё на середине первой неделе, но всё пошло куда дальше. И уже на второй неделе, когда начали закрываться предприятия, монарх стал думать, как подавить восстание, не тронув слабую часть населения. Решил, и довольно быстро, потому что под конец третьей недели, был озвучен новый закон, дающий больше свободы омегам, в особенности омегам-парням, чьи права были больше всего ущемлены. Именно за эти три недели я понял, что не важно кто я: омега или альфа, девушка или юноша! Я тот, кто я есть, и если я хочу заниматься тем, к чему лежит моя душа, то мне никто не смеет запрещать это делать. И тогда, я впервые пошёл против своего брата. На моей стороне был закон, был сам я и много омег, которые три недели боролись за свои права. Дарг не мог это игнорировать, поэтому скрипя зубами, он дал своё разрешение на моё обучение фехтованию.       Был ли я рад? Да! Конечно я был рад! И все оставшиеся четыре года, я был полностью погружён в тренировки, и подготовке к Цветению Весенних Грёз, надеясь стать первым мечом Светлой Империи. Я также не забывал изучать и другие науки, которые после разрешения брата на фехтование, стали мне ещё больше интересны. Каждый день после уроков я спешил в тренировочный зал, где меня ожидал Каранд. Сердце замирало лишь при одном взгляде на этого альфу, и вы, возможно, подумаете, что это была влюблённость, но увы! Я восхищался им. Восхищался настолько, что дыхание сбивалось при одном лишь взгляде на этого мужчину, который сам решил меня обучать. Да и сами тренировки будоражили во мне кровь, которая кипела, лишь стоило мне вступить в спарринг с учителем. Вы посчитаете меня психом, ведь какому омеге захочется драться на мечах, вместо того, чтобы носить драгоценности, шикарные наряды, строить всем глазки показывая своё превосходство? Наверное, только мне, потому что моя мечта стала такова — быть первым мечом Светлой Империи, стать самым сильным воином. Я бы никогда не сел за престол, ибо политика не моё, а вот быть правой рукой, доверенным лицом, то пожалуйста. И я уже себе представил это прекрасное будущее, как одним утром мне сообщили: — Через месяц ты отправляешься в РМА, где будешь учиться, — спокойно сказал Дарг, делая глоток из своего бокала с полусухим белым вином. Сказать, что я был ошарашен данной новостью, значит ничего не сказать. Я совершенно не планировал куда-либо отправляться, ведь именно на свой девятнадцатый день рождения планировал отправиться участвовать в соревнованиях в день Цветения Весенних Грёз. Но мои планы опять разрушили. — Зачем? — сдержанно спросил я, сжимая руки в кулаки. Несколько минут альфа молчал, испивая из своего бокала, а затем всё же ответил. — Наш договор с Тёмной Империей подходит к концу, отношения натянуты хуже не куда, поэтому тебе следует получше разузнать, что там творится, а я уже буду смотреть, что делать, — в этот момент, моё сердце сжалось от плохого предчувствия, ведь если подумать, то в данной ситуации есть несколько вариантов исхода событий. Первый, это война, о которой мечтают обе стороны, но вот кто победит? Какие последствия понесёт эта война? Сколько погибнет невинных душ? Много. Второй, это продолжение договора, но опять-таки, я уверен, что Владыка тех мест, чисто из своего гадкого характера, предъявит нам такие условия, что легче будет удавиться, чем на них идти, либо же это сделает мой брат, но тогда всё равно всё сводится к одному — война. И есть третий вариант — политический брак, а так как, я единственный омега в правящей династии, то именно мне и придётся идти на такую жертву. Увы, но такой жизни я себе не желаю.       Всю свою жизнь, я никогда не думал о браке, никогда не думал о принце на белом коне, который сделает мне предложение руки и сердца! Я всегда искал себя, и совершенно не ожидал, что найду себя в боевых искусствах. И именно поэтому, когда я готов посвятить всего себя фехтованию, я ещё больше не хочу замуж. Наверное, мой ответ был не особо удивителен. — Я согласен.

***

      Возможно, я довольно сильно поспешил с выводами, когда мне сказали про обучение в Расовой Магической Академии, которая, пусть, и находилась границе Светлой и Тёмной Империй, но всё равно, все считали её принадлежащей тёмным магам. Важным фактором этого «мнения» играло то, что ректорами этой академии, в основном, были тёмные маги, и нет, конечно, я ничего против них не имею, но мне кажется, было глупо её строить на границе. Скажу честно, большинство светлых магов, это сильно нервирует, ведь по идее, она тоже принадлежит нам, но наших магов на должность ректора не берут! С чего бы? Пускай, я гражданин своей страны, но не был любителем доказывать на что мы имеем право, а на что нет, особенно, если это что-то граничить или принадлежит тёмным магам. Сами по себе эти маги противные, жёсткие, прямолинейные, расчётливые и, вообще, ужасно отвратительные! Я слышал про их гадкие и невыносимые характеры, про то, как они всех задирают, что мысль о совместном обучение вызвала неописуемый страх.       В таких моментах я не знал, как бороться с этим страхом. Вроде и понимал, что это глупо бояться встречи, совместного обучения, проживания с неизвестными магами, но мне было тяжело. Все девятнадцать лет я жил в комфортных для себя условиях, так что предстоящая учеба была сравнима с пытками, очередным сложным испытанием жизни. Но, всё это быстро исчезло, когда я прибыл в академию, когда познакомился с Тэхёном и Юнги.       Моя первая встреча с эльфом произошла в совместной комнате, где была небольшая гостиная с маленьким диваном, двумя креслами по бокам, у правой стены находился книжный шкаф, а с левой было две двери с надписями: «Ванная», «Уборная», а прямо передо мной было ещё три двери, и я сразу понял, что они являются отдельными спальнями, чему я был нескончаемо рад. Когда я только планировал зайти в ближайшую дверь, то она сама открылась, оттуда вышел миловидной внешности омега, у которого были заострённые кончики ушей. По ним-то я понял, кто стоит предо мной. Эльф немного удивился мне, его карие глаза увеличились в два раза больше, а я лишь мило улыбнулся и довольно громко сказал: — Светлых дней, я, Пак Чимин, боевой маг и твой сосед! — протягивая руку и протараторил, думая, какие же мне прекрасные соседи достались, да и сам парень мне кого-то очень сильно напоминал. — Эм, Ким Тэхён из дома Цветочный ветер, — ответил омега своим голоском, словно журчащий ручеёк. Эльф меня прям зачаровал своей красотой, своим голосом, что я лишь стоял и глупо улыбался, и лишь спустя пару ударов сердца, вспомнил где видел этого юношу. На одном из баллов, на котором присутствовали представители эльфийский земель, и там был глава дома Цветочный ветер и его семья. Моё оцепенение разрушил чей-то недовольный голос: — О-о, Мрак Всемогущий, за что ж ты меня так ненавидишь? Мне теперь пять лет жить под одной крышей со светлыми?! — громко озвучила своё недовольство девушка, и я сразу же развернулся, внимательно на неё посмотрев. Чёрные, как ночь волосы, белоснежная кожа, чёрная одежда, злой взгляд тёмно-синих глаз, и нежные губки, что были в кривой улыбке. — Светлых… — было начал я, но меня перебили. — Тёмных, я, Марта Деарбет, некромантка, поэтому, если не хотите поутру встретиться с «живым» гостем, то не разговаривайте со мной! — сразу же выговорила свои условия третья «соседка» и скрылась в последней двери. Что ж, мне и лучше, не придётся натягивать дружелюбную улыбку на свое лицо при встрече с ней, также я убедился в том, какие гадкие тёмные маги. Что ж, первый день удался!

***

      Время шло быстро. За пару дней я смог стать популярным. И нет, никто не знал, что я — принц Светлой Империи, ведь даже жители моей Империи меня толком в глаза не видели, так как брат ужасно боялся за мою безопасность. Лишь в семнадцать лет я стал присутствовать на балах, где было не так много народу, да и в основном там были представители других рас. Так вот, популярным я стал из-за того, что являюсь боевым магом. Да, жители Тёмной Империи точно не привыкли к тому, что омеги-юноши могут спокойно ходить по улицам, не скрывая своей личины. Я сразу заметил, что на моём потоке не было ни одного тёмного омеги-парня, только девушки, беты и альфы. И мне становилось их жаль, потому что пить подавители — это настоящий вред для омежьего организма, а длительное применение приводит к пагубным последствиям. Конечно, я не пытался заводить разговор с тёмными магами, потому что знал, какая реакция последует, ведь у каждого мира есть свои законы, традиции, к которым я лоялен. Да, и вообще, весь вид этих магов далеко не был дружелюбным. Поэтому я не удивился, когда увидел немало усмешек в мою сторону, стоило мне появиться на первом занятии. Но я также развеял их сомнения по поводу своего умения владеть мечом. Жаль, что не до всех дошло, ведь именно один из таких тугодумов и решил меня «проучить». Интересно, обливание грязью также входило в его планы? Но всё закончилось тем, что я познакомился с Юнги и его коронной фразой: — Что именно? — с озорной улыбкой спросил парень. — Я вот ничего не делал, а ты? Ну подумаешь, адепты летают. Им, наверное, так скучно жить с нами, приземлёнными, на одной земле, что решили немного сменить обстановку и отправиться ввысь. Но, а кто виноват, что там никто долго не задерживается? А то, что стоять не могут, это не наши проблемы, а их. Нужно стойко переносить удары судьбы! — его невозмутимые слова заставили мои губы дрогнуть в улыбке, а внутри поселиться первым сомнениям, потому что, как оказалось, не все тёмные маги злые. Не знаю, что тогда мною двигало, то ли было обаяние парня, то ли моё потайное желание завести знакомства с тёмным, но я начал разговор и предложил погулять.       Вообще, я не сразу догадался, что Юнги — омега, который скрывает себя, и как раскрылось позднее, спасал свою жизнь. Мин хоть и был слишком слащавым на вид, но вот его поведение, резкость и колкость никак не подходили для милого омеги. Возможно, это говорит моё воспитание и то окружение, в котором я рос, но признание Юнги меня сильно шокировало. В тот момент я мог уйти и оставить проблемного парня одного, но я остался и совершенно об этом не жалею. Единственное, о чём жалею, это о моём нескончаемом желание показать себя, ведь именно из-за этого чувства, я однажды пошёл в деканат, где встретился со своим прахом или это можно назвать первой любовью?

***

      Можно ли начать с того, что я никогда не любил? Я читал, слышал, наблюдал и знаю, что любовь — это, довольно, широкое понятие. Любить можно солнце, можно любить то, чем ты занимаешься, можно любить читать, любить чужое творчество, а можно любить сердцем, забывая обо всём на свете и думая лишь об одной встречи с Ним. Самая страшная любовь, которая может с вами произойти, это невзаимная. Но в моём случае, всё намного хуже! Здесь действует политика! Вспоминая мою первую встречу с Владыкой Тёмной Империи, то хочется признаться, тогда я был поражен его силе, его ловкости, то как он двигался и отбивал мои удары, это завораживало мой взгляд. И вроде бы, откуда здесь взяться любви? В тот момент я желал показать всю свою мощь, всё своё рвение, я хотел участвовать в играх, ибо это стало одной из моих целей. Победи я на них, брат бы разрешил мне участвовать в играх на день Цветения Весенних Грёз. Но что-то пошло не по плану. Да, мне дали добро участвовать в играх, да мне сказали, что я сильный, но почему внутри меня не было удовлетворения? Знал бы я, чем моё «неудовлетворение» закончится, покинул бы академию в тот же день. Но вместо этого, я стал готовиться к играм. Стал часто проходить мимо деканата, и на подсознательном уровне, надеяться на случайную встречу с Ним.       И вроде бы, вот на лицо те самые симптомы Любви, и вместо того, чтобы начать волноваться, я их игнорировал. Браво! Внутри меня распускался самый нежный цветок в мире, он горел любовью и благоухал первыми чувствами. И я лишь подпитывал его неосознанными мыслями о том незнакомце. Думал о нём, когда тренировался, когда шёл есть, спать. Он, гад, мне даже однажды приснился! Возможно, это были позывы о скорой течке, но я был уверен, что не в этом дело. О Светлая Богиня, сколько иронии в моих словах!       Хотелось бы, чтобы эта лёгкая, нежная и хрупкая влюбленность сама исчезла, и, возможно, это бы и произошло, если бы на балу перед Магическими играми я его не встретил. Тот танец всё ещё стоит перед глазами, заставляя моё сердце биться быстрее, а дыхание и вовсе сбиваться. Всего один взгляд в его глаза, и я терял связь с реальностью. И эта магия, что витала вокруг нас… Быстро испарилась, после пагубных для меня слов альфы: — Не думаю, что Ваш брат решится посадить в темницу Вашего будущего мужа, ему это ой, как не выгодно, — глаза мои быстро расширились, а я быстро сбился с такта, и скорее всего бы упал, но меня крепко держали сильные руки. Сначала в моей голове воцарилась пустота, а после ещё раз прокрутив слова «мужа», я почувствовал подвох и первую трещину на своём сердце. Постепенно меня начало накрывать возмущение, и захотелось ответить в очень грубой форме: «А Вам будет не выгодно становиться мои мужем, ибо тогда познаете все красоты супружеской жизни!». Мой яростный и пылающий взгляд заметили и оценили кривой улыбкой. И больше не смея этого терпеть, я резко отстранился от него. Тяжело дыша и мрачно смотря на мужчину, мне хотелось кричать о несправедливости. Но сейчас вы спросите, а чем я недоволен? Я влюблён и сейчас могу спокойно стать женихом того человека, в которого влюблён, но я не хотел. Внутри меня вопило чувство, что что-то идёт не так, где-то меня обманывают и всё не так радужно. В глазах этого альфы, я больше не видел той нежности, что будоражила кровь, они будто превратились в две льдины. Это меня ужасно задевало и делало лишь больнее. Когда я хотел уже уйти, как в дверях увидел стоящего Императора Светлой Империи. Скрещенные на груди руки, лёгкая полуулыбка на губах, сияющий взгляд, а сам братец вольготно опирался плечом о дверной косяк. Весь его расслабленный вид говорит, что правитель здесь давно, и что вся ситуация его забавляет. И это ставит меня в тупик. Неужели, он сам предложил этот брак? От такой догадки у меня задрожали губы, потому мне пришлось их сжать. — Вы правы, мне совершенно не выгодно содержать Владыку Тёмной Империи в своей темнице, слишком затратно, — лениво сказал альфа, отстраняясь от двери и медленно подходя ко мне. А у меня сердце гулко ухнуло, а как дышать я и вовсе забыл. Но годы долгой практики дают о себе знать, когда у меня получается взять контроль над своими эмоциями. — Почему о таком событии я узнаю не от Вас, брат? — сдержанно спросил я, выпрямив спину и с холодом посмотрел на монарха. Дарг I скривился, видимо, не ожидал увидеть то, во что превратили этикет и правила его младшего брата. — Меня, к сожалению, опередили. Но я вижу, что ты не особо в этом разочарован, то, как ты забыл о всех приличиях, говорит о многом. Как давно вы знакомы? И только ли? Что я ещё не знаю? — слова правителя Светлой Империи были пропитаны ядом, от которого мне становилось плохо. Не знаю, как я ещё не сделал шаг назад, как позорно не разревелся, но держать всё в себе было тяжело. Я знал, что любовь — это боль, но продолжал любить. Мне стоило бояться и обходить стороной этого мужчину, но вместо этого, я искал встреч. Я ненавижу политику и власть, потому что только они разрушают всё в этом мире. — Думаю, что это был Ваш последний разговор со своим братом, потому что теперь Вы увидитесь с ним на церемонии бракосочетания и по праздникам, и то, по моему усмотрению, теперь, супруга, — холодно произнёс тёмный Владыка, опуская руки на мои плечи и прижимая меня к своей груди. Сначала меня удивили его слова, затем их смысл, и лишь после его действия.       Возможно, мне стоило повырываться для приличия, но сил не было. День совершенно не удался, а моя нелюбовь к баллам стала ещё больше. Дарг раскрыл своё настоящее лицо, от чего мне было больно, а незнакомец, как оказалось, был не просто аристократом, а самым настоящим Владыкой. — Это переходит все границы, Вы не можете просто так забрать моего брата, — зло сверкая глазами, прошипел Дарг I, но, кажется, на Владыку это никак не повлияло. — О, ещё как могу. Мы заключили договор, и в нём сказано, что Пак Чимин, принц Светлой Империи, принадлежит мне, Владыке Тёмной Империи. Поэтому не смею больше портить себе настроение Вашим присутствием, — саркастично ответил мужчина, и в этот момент на моих глазах появился самый настоящий портал, в который меня, собственно, толкнули, а затем зашли следом. Гадать куда ведёт этот портал даже не пришлось, ведь я знал, что это будет дворец моего, теперь, мужа. Горько было это признавать, и хотелось лишь одного — плакать, но так как я — принц, и меня с детства учили держать эмоции в себе, я не мог позволить себе такой роскоши.       И если я рассчитывал, что смогу отдаться своему самобичеванию в собственной спальне, предоставленной академии, то я горько ошибался, ибо ничего из этого не вышло. Мои планы снова разрушали, словно одним дуновением ветра, снесли карточный домик. Увы, моим ветром стал пленитель моего юношеского сердца, и самый, что ни на есть, настоящий Владыка! Чувствуете ужас, который я испытывал в тот момент? Я вот тоже нет, кроме одной чистой ярости, я ничего не испытывал. В такие моменты, когда я нахожусь на грани, ко мне лучше не подходить, не трогать, и самое главное — не злить! Но мой недалёкий будущий муж об этом не знал, поэтому на кой чёрт его дёрнул за язык, я в душе не чаю: — Сейчас ты отправишься в свою спальню, а с завтрашнего дня начнётся подготовка к свадьбе, — после его слов, которые он произнёс с таким превосходством, у меня нервно дёрнулся глаз, а руки сжались в кулак. Инстинктивно. Мужчина это заметил и удивлённо приподнял правую бровь. — Тебя что-то не устраивает? — спросил альфа, полностью разворачиваясь ко мне, чтобы, кажись, поговорить тет-а-тет. — Ой, а моё мнение, оказывается, тоже учитывается?! А я не знал! Что-то я не заметил, чтобы спрашивали про моё мнение, когда заключили этот мраковый договор! — скрещивая руки на груди, зло прошипел я, что явно не оценили. Правитель зло сверкнул глазами и сделал ко мне шаг. Сделал его настолько плавно, что мне невольно захотелось сделать шаг назад, а, может, лучше три. — Да? Какое упущение с нашей стороны, — с ухмылкой протянул альфа. — Но в данный момент, я решусь также проигнорировать твоё мнение и твоё неуважение по отношению ко мне, — мрачно произнёс он, а мне стало немного неуютно под взглядом потемневших глаз. — Так что тебя не устраивает? — Всё, — в ярости ответил я, судорожно вздыхая. — Начиная от скорой свадьбы и заканчивая проживанием здесь, — отчеканил я и с гордостью посмотрел. Альфа несколько минут стоял молча, рассматривая меня взглядом, а затем ответил: — К счастью, ничего поделать не могу. Так как ты — мой муж, Императора Тёмной Империи, то не можешь жить вне дворца, единственное, если тебя не устраивает отдельная спальня, могу предложить свою, только там мы будем одни. Я и ты, на одной кровати, поверь, тебе может понравиться, только слегка не подходит под рамки вашего этикета, — меня бросило в холод, когда я услышал слова мужчины, и всё же я сделал три шага от него. На своё нервозное действие я услышал лишь тихий и хриплый смех. — Не стоит, просто верни меня в академию, — сказал я, поджимая губы. Альфа усмехнулся. — Что мне ещё сделать? — Перенеси свадьбу до окончания моего обучения, — уверенно заявил я, но совершенно не ожидал отрицательного ответа. — Нет. — Что? — изумился я, и даже не пытался скрыть этого. Мужчина устало выдохнул. — Нет, а теперь прекрати устраивать концерт, и следуй за стражей, — повторил альфа, и в этот миг из ниоткуда появились двое стражей. Я сразу же подбежал к Владыке и схватил его за руку. — Нет! Пожалуйста, не надо, верни меня в академию, прошу, — дрожащим голосом прошептал я, сжимая руку остановившегося правителя. Несколько минут тёмный напряжённо молчал, а после произнёс то, что заставило упасть меня на колени. — Отведите его в мои покои.

***

      Меньше всего я ожидал такого отвратительного поступка со стороны этого альфы, хотя почему я удивлялся, он же тёмный! Дьявол! В ту ночь, я не смог уснуть, то и дело нервно поглядывая на дверь, в которую должен был зайти он. Но, шли часы, а альфы всё также не было. Уже под утро, когда начался рассвет, я всё же уснул, пряча лицо в подушке, которая была пропитана запахом Владыки. Пусть, этот мужчина меня злит, но его запах словно успокоительное действует на меня.       Утро началось в обед, когда солнце стояло в зените, слепило так сильно, что хотелось плакать, но это не всё. Слёзы пошли у меня куда позже, а именно после встречи с милыми дамочками, которые меня помыли, одели и накормили. Хочется заметить, что ванная у моего супруга пресная, волею бы и мрачная, но при этом такая романтичная, если свечек ряд поставить и тихую нежную мелодию, что будет добавлять изюминки. Нет, я не начал думать, как прекрасно было бы сейчас оказаться в этой в ванной вместе с Владыкой, чтобы ощутить его губы на своей влажной коже, чтобы снова почувствовать его родной запах, что действует на меня как-то неправильно. Я совершенно об том не думал, и это не я покраснел словно рак, когда мне натирали кожу. Стоило мне покинуть ванную, как леди занялись моим внешним видом. Всё было довольно просто. Белоснежный костюм, с золотой вышивкой, длинные сапоги, и лёгкая причёска. От макияжа я отказался, ведь совершенно его не любил, да и без него я был очень красив. Единственное, на что меня смогли уговорить, это помадку нежно вишнёвого цвета. Когда с внешним видом было покончено, меня отвели в трапезную, где я, в полном одиночестве, провёл свой завтрак. Но не переживайте, я был этому только рад, потому что за это время, я смог прикинуть несколько вариантов исхода событий, если не смогу договориться со своим супругом на перенос свадьбы. Мне нужно участвовать в играх, а уже потом становится решением этих политических разногласий. Всего вышло три варианта и один запасной, самый сумасшедший. После завтрака, я хотел было отправиться к Владыке, но мне сказали, что он сильно занят и не сможет меня принять. Сказать, что я был возмущён, значит громко промолчать. Но я промолчал и, выдохнув сквозь зубы, натянул улыбку и попросил, чтобы от меня передали всего самого отвратительного, и чтобы все его дела падали с горы. Стражник, который после всего услышанного нервно откашлянулся и сипло спросил: — А Вы точно светлый маг? — Что Вы, светлее меня может быть только солнце! — и с озорной улыбкой, я отправился в библиотеку. Меча не было, тренировочных залов я не наблюдал, а вот библиотеку нашёл быстро!       Второй день прошёл точно также — безрезультатно. С Намджуном, так оказывается звали моего мужа, я увидеться не смог. Видите ли, он весь в делах, а на своего мужа у него времени не было! Даже ночью не пришёл, гад! А я не то чтобы ждал, но всё равно спокойно уснуть не мог. Лежал, до часа трёх точно, и всё взволнованно на дверь поглядывал, однако супруг всё не приходил, да не приходил. И пусть я отгонял все самые неприятные мысли, легче мне не становилось. Но я снова засыпал под успокаивающий запах альфы. На третий день меня ожидал сюрприз, и это был самый отвратительный сюрприз в мире! Течка! А я-то всё голову ломал, чего же не хватает для полостной картины под названием «Неудачи Пак Чимина!». Вопрос с течкой следовало решать быстро, и желательно без вмешательства Намджуна, мысль о котором отдавалась сладостной болью внизу живота. Когда на мой зов помощи прибежала леди Ранэльда, то я сразу начал её просить о том золотом зелье, что в их стране распространено. Но мне последовал довольно неприятный ответ: — Мне жаль, но я не могу, мне следует сообщить Владыке, он как Ваш муж… — Он мне не муж! Не было свадьбы! Он даже не имеет на меня никакого права! Поверьте, Вы ничего не нарушаете, помогите мне! — со слезами на глазах молил я, и о светлые боги, получилось! Спустя несколько ударов пульса, мне принесли колбочку с голубой жидкостью и дали выпить одну чайную ложку, а затем отправили в тёплую ванную, где я провёл около одного удара колола.       Когда же я был готов к подвигам, то снова решился договориться о встрече с Владыкой, но вот, мужчина опять был занят. Что ж за напасть то такая? Однако, я больше не стал терпеть всего этого и лично направился в кабинет монарха. Меня пытались остановить, но я легко избавлялся от преграды огненным пульсаром и своим желанием. До тронного зала, где находился правитель, я дошёл быстро, а вошёл в зал и вовсе с огоньком. Жаль, что моё феерическое появление не оценили, а лишь зло посмотрели и грозно спросили: — Что ты здесь делаешь? — в это время, я уже прошёл к сидящему на троне альфе, рядом с которым стоял какой-то мужчина средних лет и держал в руках какие-то свитки. — Да так, решил проверить не изменяет ли мне мой муж, — с ухмылкой ответил я и улыбнулся удивлённому старичку. Владыка на моё заявление лишь вскинул правую бровь. — И как, полюбовался? — кажется, моей супруг начал злиться, вот только от чего? Кто вообще себя неправильно ведёт по отношению к мужу? Я или он? Думаю, пальцем указывать на очевидное не стоит. — Я ожидал большего, но и такой результат меня в полное устраивает, — ответил я, невинно хлопая ресницами. — Если на этом всё, то уходи, у меня много работы, — раздражённо сказал альфа, подзывая к себе собеседника. Но я был бы не я, если бы ушёл. — Нет. — Что? — изумился Намджун и удивлённо на меня посмотрел. — Нет, нам нужно поговорить, и лучше будет, если наедине, — твердо сказал я, а мужчина нахмурился. — Сэдерик, оставь нас, — не отрывая от меня глаз, приказал мужчина, и когда мы остались одни, то я не мог оторвать своих глаз от него. Какой же он всё-таки сильный, могущественный, волнующий…— У тебя одна минута, чтобы заинтересовать меня, — сказал муж, а я не смог сдержать улыбки.

***

      Мне стоило огромных усилий, чтобы добиться своего, чтобы выторговать свою свободу, перенос свадьбы и участия в играх. Свадьба должна будет пройти сразу же после игр, а вот моё обучение в академии сразу же закончится. Но почему-то я уверен, что ещё смогу поторговаться с Намджуном и добиться своего обучения в РМА. Единственное, я не смог рассчитать свою эмоциональную нестабильность. В академии я оказался лишь на день игр, и был лишь ещё больше подавлен. Течка проходила с огромной болью, даже не смотря на принятие подавителей. На это леди Ранэльда сказала, что мне нужен альфа, и лучше не тянуть, иначе будет хуже, но кто в этой жизни не ищет лёгких путей? Но лучше бы я его нашёл, тогда бы не произошло той истерики при Юнги, тогда бы я не умер от боли, после слов Намджуна, тогда бы я не испугался за жизни тех, кто мне дорог. Магические игры прошли очень по-магически, особенно бой с тварями Тьмы, спасение Юнги и шокирующая правда, о которой мне после рассказал Владыка. Тогда я понял, что мои проблемы были несравнимы с проблемами Юнги. Тогда я в очередной раз восхитился силой друга, и понял, что совершенно не жалею, что после того разговора остался с ним.       Магические игры перенесли, а значит и нашу свадьбу тоже. Этому я был нескончаемо рад, и я бы был ещё больше рад, если бы мне разрешили окончить обучение, стать воином, но это, как оказалось, были мечты за гранью реальности. Меня также радовало, что течка прошла в тайне. Намджун так и не узнал о моём употребление подавителей, и я бы с огромным удовольствием их начал бы принимать во второй раз, если бы не один случай. Хочу немного рассказать, какие наши отношения с Владыкой стали после вызова Тьмы. Хм, холодные. Я был слишком горд и обижен, вспоминая каждый раз слова мужчины, что меня ранили, а он был подстать мне: горд, заносчив. При наших встречах, кроме холода ничего не было.       Только моё сердце ныло, от умирающей любви, глаза тухли, а улыбка больше не была такой счастливой. Я понимал, что наконец-то добился чего хотел, но… Что это изменило? Разве я стал счастливее, когда мои чувства стали умирать? Разве мне стало легче, когда я смотрю на него и понимаю, что являюсь сплошным договором, сплошным условием, чтобы не начать войну. Я ненавижу политику, власть, но ещё больше я ненавижу Ким Намджуна, который стал моим мужем именно из-за этой политики. Ким Намджун, которого я, кажется, полюбил раз и навсегда. Жаль, что моя первая любовь стала такой горькой и чёрной.       Возможно, нам был нужен толчок. Возможно, нам следовало перейти через свои характеры и начать общаться, но мы решили делать боль, править и выпивать эту боль до дна! Возможно, это длилось бы вечность, но на второй месяц моего пребывания во дворце Владыки, у меня снова началась течка. И снова неожиданно, но только в этот раз мне было хуже. Мне было больнее, а когда я закрывал глаза, то видел образ своего мужа и от этого хотелось рыдать в голос. Именно в этот момент я понимал, как глупо поступаю. Как сильно я причиняю себе боль, которая растекается по всему моему телу и разбивает до конца моё сердце. Наверное, мне в тот момент было настолько больно, что не успел попросить леди Ранэльда об подавителях, возможно, именно поэтому она посчитала своим долгом сказать о моей течке Намджуну. Когда альфа вошёл в спальню, я почувствовал сразу, и сразу же с моих губ слетел стон боли. Ведь больно было нереально. Ведь хотелось его до безумия и ломоты во всём теле. Затуманенным взором я видел, как Намджун был напряжён, как стоял, сжимая руки, как тяжело дышал. Его глаза покрывались пеленой, а после я услышал его хриплый голос, от которого у меня по всему телу прошлись мурашки. — Почему такой сильный запах? — задал вопрос альфа. — Он принимал подавители в том месяце, это их результат, — ответила леди, а я снова издал глухой стон, только разочарования. — Что? Почему я об этом узнал только сейчас?! — разозлился муж, но леди Ранэльда лишь опустила голову, отводя глаза, а я больше не выдержал: — Намджун… — это было не только спасательным бегством для леди, но и наконец-то спасением для меня, потому что Владыка направился ко мне, зло рыча: — Уходи, разберусь с этим позже. Хлопнула дверь, и мы остались одни. Моё громко бьющееся сердце, тяжёлое дыхание тёмного, а после его нежное прикосновение к моему лицу, и я потерял связь с реальностью. Я помню, как горячие губы исследовали моё тело, как подолгу мы целовались, и как наконец признались в своих чувствах. Я помню, те яркие эмоции, мои стоны, переходящие на крики от удовольствия. Я помню, как прижимался к горячему и сильному телу, как меня обнимали и прижимали к себе. И как я наконец-то осознал, что хочу всю свою жизнь провести в его объятиях, что хочу слышать его недовольный голос, его горячий шёпот, нежные поцелуи, и знать, что он мой. Только мой.

***

Сидя у камина, я сильнее укутывался в плед и смотрел, как пляшут языки пламени, тихо потрескивая. За окном царила зима. Заснеженный Дэрмирак завораживал своей красотой, той атмосферой, которую создавал народ тёмной Империи, и которую я полюбил всем сердцем. Уже прошло четыре года, как я стал мужем сильнейшего правителя, самого прекрасного мужа и любящего отца. Как бы то странно не было, ведь я совершенно не планировал так скоро детей, но на второй совместный год нашего брака на свет родился самый сильный и милый альфа — Нэйт! Со смешанным даром, и как бы я не пытался переубедить мужа, что у нашего сына будет преобладать светлый дар, тот всё равно утверждал, что у Нэйта — тёмный. В моменты таких споров я лишь закатывал глаза и соглашался, а про себя был ужасно рад, видя, как Намджун бережно прижимает к себе маленького принца и целует в носик, шепча нежные слова. И за все остальные два года, это была моя самая любимая картина. В академию я всё также хожу, только в этом году планирую сдать предметы экстерном и посвятить свободное время семье. Мысль об этом мне грела душу и заставляла улыбаться.       Я бы так и продолжал сидеть, смотря на огонь, если ты не почувствовал, как нежно меня поцеловали в щеку: — Нейт уснул? — сразу спросил я, ластясь к руке мужа, а когда тот сел рядом, то и вовсе прижался к нему. — Да, и как всегда он со всей силы прижимал к себе игрушку, подаренную Дэном, — пробурчал муж, а я тихо хихикнул, вспоминая милого малыша Тэхёна и Хосока. Дэн — это омега и второй ребёнок семьи некроманта. Хосок души не чает в своем маленьком чаде, а Тэхён не перестает умиляться. — Ты его ревнуешь? — с улыбкой спросил я, поглаживая щеку любимого. — Он мой сын, будущий правитель Тёмной Империи, а он не может оторваться от игрушки, что была подарена ему омегой! — возмутился Намджун, а я засмеялся. — Чимин, это не смешно! — Намджун, успокойся всё ещё впереди! У него самый сильный отец, великий правитель, которого любит весь народ! — И папа, который является Первым Мечом Тёмной Империи, и которого я очень сильно люблю, — с нежностью прошептал мой альфа. — И я люблю тебя.