Фиолетовые облака

День Цзян Хуаня начался с письма от младшего брата. Если говорить в общих чертах, Цзян Чжань писал, что Вэй Усянь опозорил его перед всеми учениками и Юй Цзыюань. Что конкретно случилось не упоминалось. Цзян Хуань, сидя за столом над бумагой и чернилами, думал, что написать в ответ. Его брат сдержан даже с ним, поэтому он и представить не мог, что могло произойти. А как утешить, не зная в чём проблема? Поэтому его письмо состояло из слов поддержки, просьб не унывать и писать ему обо всём, что тревожит. Он также упомянул, что Цзян Чжань мог бы поговорить и с Не Хуайсаном, ведь тот всегда рад ему. После Цзян Хуань направился на кухню, где попросил разные сладости: засахаренные фрукты и ягоды, булочки, рисовые пирожки. Со всем этим добром он пошёл обратно в комнату, достал из тумбочки стопку новеньких романов от любимых авторов Ванцзы и написал ещё одну строчку: «Чтобы избавиться от плохого настроения, съешь эти сладости и прочитай романы любимых авторов.» В дверь постучали. — Войдите. Это оказался Лань Ваньинь. — Молодой господин Цзян, учитель У просил вас срочно прийти на поле для тренировок. — Учитель не мог отправить никого, кроме вас? А как же урок? Лань Чэн отвёл взгляд. — Я всё-равно собирался взять из комнаты кое-что и предложил заодно позвать вас. Кажется, учитель У хочет отвести нас к одному из озёр. Цзян Хуань вспомнил, что У Хэань говорил за обедом о том, что неплохо было бы на практике показать ученикам, как нужно справляться с водными тварями. Но он не собирался делать это так скоро. Может, что-то случилось? — Я понял. Цзян Хуань закрепил меч на поясе. Он заметил, как Лань Чэн поглядывает на сладости и книги, которые он ещё не упаковал. — Эта небольшой подарок для А-Чжаня, — пояснил он. Лань Ваньинь задумчиво нахмурился. — Небольшой? Такого количества еды хватило бы на десятерых, а стопкой можно убить ударом об голову. Цзян Сияэнь усмехнулся. — Ну, будем надеяться, что А-Чжань не съест всё сразу и не прочитает всё за ночь. Цзян Хуань хотел спросить Лань Чэна, известно ли ему про инцидент, но быстро смекнул, что тот не был бы таким спокойным, если бы знал о проступке Вэй Ина. Говорить ему про это Цзян Хуань не посчитал нужным, так как сам слишком мало знает и это не касается Лань Чэна. Подождав, пока Лань Ваньинь не вернётся из комнаты с сяо, Цзян Сичэнь вместе с ним направился на поле для тренировок. Все ученики уже собрались, а на высоком массиве под тенью крыши стояли Цзян Цижень и У Хэань. Цзян Сичэнь подошёл к ним. — Дядя, учитель. У Хэань улыбнулся ему. — Цзян Хуань, прости, что так внезапно оторвал тебя от дел. — Что вы, учитель, я не занимался ничем важным. Но что случилось? — В одном из озёр появились гули. Цзян Хуань взглянул на учителя непонимающе. — И что? В Юньмэне воды больше, чем суши, нет ничего удивительного в появлении тварей в них. Это частое явление. Вместо друга ответил Цзян Цижень. — Их несколько десятков, если верить очевидцам, и появились они пару дней назад. Цзян Хуань наморщил лоб. Вот это уже нечто из ряда вон выходящего. У Хэань обратился к Цзян Циженю: — Братец Цзян, у меня есть мысли по этому поводу, но нужно убедиться лично. Заодно дети получат ценный урок. — Хорошо, — без раздумий сказал Цзян Цижень. Он не попытался выяснить, о чём именно подумал У Хэань, и не стал беспокоиться об учениках. Потому что безоговорочно доверял другу. — А я вам зачем? — поинтересовался Цзян Сичэнь. У Хэань сказал, улыбаясь,: — Мне может понадобиться умелый помощник. И страшно мне, что ты, ковыряясь в этих бумажках, форму потеряешь. Цзян Цижень возмутился: — Он не ковыряется в бумажках, а учиться управлять делами Ордена. У Хэань имитировал голос Циженя: — Учиться управлять делами Ордена! Правда-правда! Я не пытаюсь потихоньку скинуть на него свою работу! Цзян Цижень закатил глаза. — Ведёшь себя, как ребёнок. Глава в первую очередь должен уметь работать с бумагами и людьми, а уже потом с нечистью. — Именно поэтому ты, взяв на себя обязанности главы, постарел, похудел и помрачнел. У тебя уже морщинка меж бровей не сходит. У Хэянь тыкнул большим пальцем между бровей Цзян Циженя, пытаясь разгладить складку, но тот отбросил его руку. — И посмотри на меня. Сильный, стройный, здоровый, весёлый, красивый… — Скромный, — вставил Цзян Цижень. — И это тоже! Ха-ха! — А я немного не понял момент про мою старость. — В голосе дяди звучала угроза. — Можно подробнее? — Кхэм-кхэм! Они оба посмотрели на Цзян Хуаня. — Нам, вроде как, срочно к озеру нужно. Цзян Цижень неловко кашлянул в кулак. — Верно. Я велю подготовить вам лодки. Они проводили его взглядом и повернулись к ученикам. — Ну что, готовы? Предупреждаю, вы вряд ли видели и увидите такое количество гулей за раз. Конечно, они были готовы. Даже если бы кто-то осмелился отказаться, У Хэянь от него и мокрого места не оставил. Каждый занял лёгкую плоскодонную лодку, благо они никогда не являлись чем-то дефицитным в Пристани Лотоса, и все поплыли по реке. Она вскоре вывела их к озеру, располагавшемуся почти на границе территории Юньмэня. У Хэань, плывущий впереди, громко произнёс: — На всякий случай держите мечи наготове! В воде тварей заметить особенно трудно и им не составит труда перевернуть лодку! У Хэань, Цзян Сичэнь, Лань Ваньинь и ещё несколько адептов подплыли к сетям, что поставили ещё вчера, и обнаружили дюжину гулей. У Хэань присел, чтобы лучше рассмотреть, и задумчиво промолвил: — Больше, чем в прошлый раз. Странным было то, что одни шевелились, а другие были мертвы. Будто не гули, а просто трупы. — Учитель, может ли быть так, что их число увеличилось? — спросил Цзян Сичэнь, рассматривая бледные лица утопленников. — Я в этом уверен. — Он встал. Пробежался взглядом по озеру и лодкам учеников. — Теперь можно сказать, что они появились не из здешних людей. — О чём вы? — спросил один из учеников Гусу, Лань Учжи — самый шумный из них адепт. — Как не здешние? Лань Ваньинь сказал: — Гулями становятся утонувшие люди и, как многие другие, они сильно привязаны к месту смерти. — Верно, — одобрительно сказал У Хэань. — Они могут уплыть в другое озеро или реку, но это в крайнем случае. Тем более в таком количестве. Неожиданно он выпустил меч из ножен и велел то же самое сделать остальным. — Мы с Цзян Сичэнем заставим гулей всполошится, а вы постарайтесь пронзить мечами как можно больше их. Цельтесь в головы. Следите, чтобы мечи были ближе к поверхности воды, в противном случае они застрянут в озере. — Он добавил уже тише: — Ни в коем случае не взлетайте, пока я не скажу. У Хэань взглянул на Цзян Сичэня. Тот кивнул. Их мечи стремительно полетели прямо в воду и исчезли из виду. Первое время ничего не происходило и ученики начали переглядываться, не понимая, что пошло не так. — Смотрите! — воскликнул Лань Учжи. По озеру прошлась рябь. В следующий миг мечи У Хэаня и Цзян Сичэня вынырнули, насадив на клинок гулей. Всплывать начали и другие твари. «Похоже, У Хэань и Цзян Хуань сильно разозлили их.» — подумал Лань Чэн. — Атакуйте! — скомандовал У Хэань. На гулей обрушился град мечей. Как и велел учитель, ученики старались держать мечи ближе к поверхности и целиться в головы. Одно за другим всплывали бледные надутые тела. Вдруг некоторые почувствовали тряску. Гули пытались перевернуть лодки. — Учитель! — позвала третья шимэй. У Хэань взглядом велел продолжать убивать гулей и не шевелиться. Она послушалась, хоть и не без страха. Нервы учеников были натянуты до предела. Особенно шокированы были ученики из клана Лань. Лодки покачивались всё яростнее. Их края почти касались неспокойной поверхности озера. Неожиданно к Лань Чэну в лодку что-то прыгнуло. Он быстро воткнул в это Саньду, но впал в шок, увидев… шевелящиеся волосы? Неожиданно центр озера начал темнеть, а вокруг него образовалась воронка. Этого У Хэань и ждал. — На мечи! Лодки мгновенно опустели. Теперь адепты смотрели на практически чёрный водоворот, в котором проглядывались гули, одежда, волосы, конечности. Что-то из этого шевелилось. — Дети, вы сейчас смотрите на бездонный омут. Это по сути разумная вода. Когда в каком-то месте часто терпят крушения корабли и, соответственно, умирают люди, велика вероятность того, что вода напитается тёмной энергией и сама начнёт топить, чтобы получить сокровища и людские жертвы. — Бездонный омут хотел выманить нас, в надежде утопить, — заключил Цзян Хуань. — То есть гули, трупы, волосы и одежду он использовал как приманку? — уточнил Лань Чэн. — Да. Бездонный омут — хитрое существо. — У Хэань задумался. — Нет, забудьте, неправильно так его называть. — И как его обезвредить? Выловить всё, что тут плавает и уничтожить? — предположил Лань Учжи. — Это только часть работы. — У Хэань тяжело вздохнул. — Потом нужно высушить озеро, перед этим огородив его, чтобы чёрная вода не просочилась дальше. И в конечном итоге не заплывать сюда несколько лет и дать солнцу как следует прогреть его. — Кошмар… Так много и долго… Лань Чэн спросил обратился к У Хэаню: — Учитель, можно вопрос? — Конечно. — Вы сказали, что омут образуется на месте частых крушений кораблей. Но разве может быть такое на территории Юньмэня? У Хэань и Цзян Сичэнь обрадовались его наблюдательности. Конечно, в Юньмэне почти никогда не бывает подобных происшествий, поэтому омуту не откуда взяться. — Верно. Но бездонный омут можно вытеснить. В таком случае он со своим добром займёт другую территорию. — Да у кого на такое наглости хватит?! — возмутился четвёртый шиди. Шестой шиди спросил: — Где же был бездонный омут? О таком многие должны знать. Цзян Сичэнь посмотрел на раздражённого учителя, потом на адептов. Без лишних слов он указал на солнце. Цишань Вэнь. — Как они могли?! — Столько проблем из-за их лени! — Они так просто подвергли других опасности! — Лишь бы не работать! Учеников, даже из Гусу, охватила ярость. У Хэань, который думал о чём-то, прервал их: — Успокойтесь уже. Эти ублюдки всё равно не ответят. Ученики немного опешили. Заклинатели и простой люд боялись Орден Цишань Вэнь и от такого открытого оскорбления, пусть и не в их присутствии, мурашки пробежали. — Важно другое. Лань Ваньинь, подлети поближе. Он так и сделал. — Предполагаю, Вэни избавились не просто от большого, а от огромного омута. Это, — он указал пальцем на чёрный водоворот. — Случайно отделилось от большого и быстрого течения. — Какого течения? Подождите… — Течение, что приведёт омут прямо в Гусу. Повисла тишина, которую прерывал шум кружащейся воды. — Предупреди их, — велел У Хэань.

***

— Надеюсь, письмо дойдёт быстро, — пробубнил Лань Учжи. Цзян Сичэню удивился столь унылому голосу этого энергичного юноши. Лань Учжи вместе с Лань Ваньинем сидел за столиков возле небольшого пруда во внутреннем дворе резиденции. Сичэнь же пока не решался к ним подходить. — Я тоже. Но в любом случае им придётся потратить много сил из-за этих Вэней. Лань Чэн часто говорил с раздражением, хоть и старался исправить это, стараясь соответствовать своему клану. Но сейчас это было не раздражение, а тихая ярость. Цзян Хуань чувствовал это. Почувствовал себя неловко, из-за подглядывания, Цзян Хуань всё-таки дал им знать о своём присутствии. Лань Учжи в тотчас склонил перед ним голову. — Прошу, не стоит. Это лишнее, — сказал Цзян Хуань с лёгкой улыбкой. Лань Учжи быстро сориентировался и, ярко улыбаясь, сказал: — Вы подошли так тихо, я даже испугался. — На самом деле я давно тут стою, но не осмелился подойти. Атмосфера не располагала. — Вот оно как. Лань Учжи взглянул на молчаливого Лань Чэна. — Прошу меня простить, но я оставлю вас. Дела. — Конечно, не буду задерживать. Похоже, ему стало неловко перед Цзян Хуанем. Присутствие же Лань Чэна позволило ему уйти, при этом не бросив собеседника одного. Цзян Хуань подошёл к столику. — Не против, если я присяду? — Нет. Он сел на место Лань Учжи. — Вы уже отправили письмо в Гусу? — Да. Ответы, состоящие из одного слова, насторожили Цзян Сичэня. — Вы волнуетесь? Лань Ваньинь опустил взгляд на свои руки, сжатые в кулаки. — Есть такое. Избавиться от омута будет хлопотно. — К сожалению, иного способа нет. Но, я уверен, мадам Юй справится с этим. — Конечно, матушка справиться. «Надо бы перевести тему, а то разговор слишком тяжёлый.» — Кстати, вы так и не достали своё сяо. Лань Чэн удивился. Он достал сяо из-за пазухи. Цзян Хуань протянул руку. — Вы не против? В ответ Лань Чэн положил сяо в его раскрытую ладонь. Этот инструмент поражал своей красотой и утончённостью. — Великолепная работа. Представляю, как его можно было бы использовать против гулей. Такая возможность упущена. — Мне казалось, что клан Цзян не слишком жалует музыкальные инструменты в бою. — В принципе, да. Многие считают их пригодными только для успокоения души, допроса и прочего. Но я видел, как сражаются с цинем, и это было прекрасно. Надеялся увидеть в деле и сяо. Лань Ваньинь улыбнулся краешками губ при виде горящих глаз Цзян Сичэня. — Может, это прозвучит странно от члена клана Лань, но я тоже не в восторге от музыки. — Правда? — Правда. — Лань Чэн теперь полностью сосредоточился на собеседнике. — Я умею играть на гуцине, флейте и сяо, но не… — Не? — Не получаю удовольствия. Наверное, так будет правильно. — Понимаю. Я вот не получаю удовольствие от бумажной работы, но статус обязывает. — Он театрально вздохнул и опустил голову, чем вызвал ещё одну улыбку у Лань Чэна. — Дядя скоро уедет на собрание наших кланов, так что несколько дней меня будет не видно из-за кип бумаг. — Значит, отец тоже скоро покинет Облачные Глубины, — задумчиво сказал Лань Ваньинь. Но из мыслей его вывела неожиданная просьба. — Сыграете мне? — Что? Сейчас? — Да, мне хочется услышать вашу игру. После минутных уговоров Лань Чэн сдался под влиянием этих жалостливых ореховых глаз. — Кстати, а как зовут сяо? — Ну, никак… Почувствовав дискомфорт из-за шокированного лица Цзян Хуаня, Лань Чэн объяснил, не глядя на него,: — Сяо у меня не так давно. И, мне кажется, оно не до конца приняло меня. Из-за этого сложно выбрать имя. — Ясно. Взяв себя в руки, Лань Ваньинь всё-таки начал играть. Цзян Сичэня мигом окутала полившаяся мелодия сяо. Не слишком громкая, успокаивающая, она проникала внутрь него, уводя сознание от проблем. Он не мог отвести взгляда от Лань Чэна. Тот сидел прямо, закрыв глаза. Лёгкий ветер трепал его белые одежды, лобную ленту и волосы. Цзян Хуань до этого не замечал, какие у него длинные, бледные, изящные пальцы. «Он похож на нефритовую статую. Так же красив.» Когда музыка утихла, Лань Чэн медленно открыл серебряные глаза. Он смущённо посмотрел на Цзян Хуаня. — Надеюсь, вам не наскучило? — Это было… Прекрасно. Лань Ваньинь заалел. Почему то щёки Цзян Сичэня тоже покраснели. Он, будто пытаясь разрядить атмосферу, достал кулёк сладостей. — Совсем забыл. Угощайтесь. — Это же для вашего брата. — Несколько засахаренных мандаринов и пара пирожков не испортят подарок, а для его зубов так даже полезнее будет. — Вы переживаете за здоровье зубов брата, засыпая его сладким? Лань Чэн усмехнулся, беря дольку засахаренного мандарина. — Это же мой младший брат, я не могу ему ни в чём отказать. — Вы прям как моя сестра. Она чтит правила, но для нас с Вэй Ином часто делает исключения. Упоминание сестры, казалось, окончательно расслабило его. Сичэнь был рад. — Слушая вас, мне пришёл в голову вариант имени для вашего сяо. Лань Ваньинь посмотрел на него с интересом, жуя мандарин. — Лебин. Лань Чэн немного подумал. — Хорошее имя.