Фиолетовые облака

На протяжении следующих нескольких месяцев Цзян Хуань и Цзян Чжань переписывались с Лань Чэнем и Вэй Ином, но, к сожалению, увидеться в живую шанса так и не выдалось. От этого радость братьев по поводу того, что дядя наконец-то решился взять их с собой на Великий Совет Кланов, стала в стократ сильнее, ведь Лань Чэн и Вэй Ин тоже туда поедут. Даже тот факт, что собрание будет в Безночном Городе не омрачало их радости. — Молодец, Цзян Чжань, хороший выстрел! А теперь попробуй отойти ещё на три чжаня. Цзян Ванцзы так и сделал, поглядывая на брата, тоже стреляющего неподалёку. При виде его твёрдой стойки, движения сильных рук и сосредоточенности на лице, у Цзян Ванцзы не оставалось сомнений в том, что именно Цзян Сичэнь займёт первое место на соревнованиях по стрельбе, да и на прочих тоже. Сам же Цзян Ванцзы был уверен, что займёт второе место, не ниже. Как и полагается, они будут стоять рядом, но он, как младший, немного позади. Может, некоторых и обижает, когда старший в чём-то превосходит младшего, но Ванцзы в их число не входил, ведь понимал, что Сичэнь заслуживает первое место. Знал бы он, что в это же время Цзян Сичэнь думал приблизительно то же самое, только на вершине пьедестала в его представлении стоял именно младший брат. У Хэань тоже не сомневался, что они займут призовые места, но чтобы быть уверенным он всё-таки решил как следует нагрузить их тренировками. Не мог же он упустить шанса утереть нос Вэнь Жоханю и Цзинь Гуаньшаню? — Молодцы! Впрочем, как и всегда. Юноши улыбнулись. — Ладно, сегодня закончим раньше, идите спать. — Но сейчас только восемь… — Мы встанем не позже шести, чтобы не придти в Цишань последними. — Дальше он сказал язвительным тоном: — Не можем же мы так оскорбить Великого и Ужасного Вэнь Жоханя. — Я что, в Гусу вернулся? — спросил Цзян Чжань. — А где радость на лице? Там же твой ненаглядный друг Вэй? — с дразнящей улыбкой спросил У Хэань. Цзян Чжань обидчиво отвёл взгляд, пытаясь волосами закрыть горящие уши. Цзян Хуань решил тоже поучаствовать: — Вот именно, учитель, ему нужен молодой господин Вэй, а не режим. — Брат, — протянул он недовольно. Цзян Сичэнь улыбнулся. — Прости, А-Чжань, я же любя. — Пошли уже спать. Цзян Хуань обнял брата за плечо и вместе они направились к себе. По обыкновению готовые ко сну они сидели в комнате у старшего. Цзян Хуань гладил спящего на его коленях Обжору и тихо посмеивался, наблюдая за тем, как Драчун следит, чтобы ничто не потревожило покой его друга. Цзян Ванцзы несколько минут смотрел на себя в зеркало, что показалось Цзян Сичэню странным. — А-Чжань, что случилось? Не отрываясь от зеркала, он ответил вопросом: — Брат, я сильно вырос? — Ну, да, ты почти меня догнал. — А лицо у меня стало взрослее? — А-Чжань, зачем спрашиваешь? Цзян Ванцзы наконец посмотрел на него. — Да просто так. Цзян Сичэнь улыбнулся, когда в голову пришла догадка. — Думаешь, достаточно ли ты взрослый для отношений? — Что за мысли такие?! — Ты же не объясняешь причину, вот я и додумываю. Может, ты влюбился в девушку старше тебя? — Нет, что за чушь? Просто Вэй Ин в последнем письме написал, что ему не терпится увидеть, по-прежнему ли у меня детское лицо, вот я и решил проверить. Так я выгляжу взрослее? Стоило прозвучать этому имени, как кролики насторожились: Обжора резко проснулся, Драчун принял боевую стойку. — Конечно, в твоём возрасте растут по дням. Цзян Ванцзы улыбнулся. — Хорошо, в противном случае мне пришлось бы выслушать не меньше сотни шуток. Брат, о чём ты так задумался? — А? Ни о чём важном. Цзян Ванцзы решил не допрашивать брата, вместо этого он сел рядом и принялся почёсывать затылок Драчуна. Цзян Сичэнь же продолжил представлять, как мог измениться Лань Ваньинь за эти месяцы. Наверняка, он подрос, черты его лица заострились, скулы стали более выраженными. Сичэнь еле сдержал разочарованный вздох: все вокруг него становятся выше, а он уже не в том возрасте. Цзян Хуань взглянул на Цзян Чжаня, у которого на коленях уже валялся Драчун, с наслаждением подставивший животик хозяину. — И как они без тебя столько дней протянут? — О них позаботятся. — А ты? Не будешь скучать? — Конечно буду.

***

Безночный Город оказался именно таким, каким они себе и представляли: огромный, роскошный и ужасающий. Сюда стекались множество кланов, но не для того, чтобы обсудить важные вопросы. Великий Совет Кланов отличался от прочих тем, что развлечения на нём обязательны и на протяжении семи дней, в конце каждого из которых гостей ждёт пышный пир, проводятся соревнования, в которых могут участвовать только те, кому ещё не исполнилось двадцать. Особым требованием клана Вэнь стали красные одеяния, которые участники обязаны были носить. Участники выстроились на поле перед дворцом, ожидая, когда главы Великих Орденов займут свои почётные места на возвышении. Как наследник и старший ученик, Цзян Хуань возглавлял колонну своего клана, за ним стоял Цзян Чжань. Наследник слегка повернул голову в сторону колонны клана Лань, если быть точнее, в сторону Лань Чэна. К сожалению, им не удалось увидеться до официальной части, поэтому сейчас ему очень не терпелось поговорить с ним. В виду невозможности этого, он лишь растянул губы в улыбке, надеясь вложить в неё всю радость от встречи. Уверенный, что смотрящий вперёд Лань Чэн даже не заметил этого, Цзян Хуань еле сохранил лицо, когда уголки чужих губ немного поползли вверх, а потом Лань Чэн слегка склонил голову. «Он использовал боковое зрение? Может ли быть так, что он и до этого на меня смотрел?» Цзян Хуань тоже кивнул и посмотрел прямо, чтобы не показать свою дурацкую улыбку. Тем временем младшие не так сильно беспокоились о приличиях. Вэй Ин помахал рукой Цзян Чжаню, улыбаясь во все зубы, тот тоже помахал, но не так активно. — Цзян Чжань! Цзян Чжань, скучал по мне? Ванцзы кивнул. — Я тоже! Эй, секундочку… Ты что, стал выше меня?! — Да заткнись! — шикнул на него Лань Чэн. Вэй Усянь замолчал, но не по велению своего шиди, а из-за барабанов, шум которых, казалось, мог заглушить даже мысли. По легенде основатель клана Вэнь, Вэнь Мао, убил ужасного божественного зверя, собственноручно содрал с него кожу и сделал барабаны с изображением палящего солнца. Никто не сомневался в силе Вэнь Мао, но особенность Вэней, заключающаяся в том, чтобы преувеличивать достижения своего клана, заставляла многих думать, что и эта история всего лишь выдумка. Пока раздавался шум барабанов, сильный и громкий голос объявил: — Глава Ордена Ланьлин Цзинь, глава Ордена Цинхэ Не, глава Ордена Гусу Лань, а также достопочтенный господин Цзян из Ордена Юньмэн Цзян! После четверо мужчин прошли к возвышению, пожираемые взглядами молодых адептов. Братья Цзян сначала даже не узнали дядю, который величественно и не торопясь прошёл мимо них, бросив на племянников взгляд. Но в то же время их, как и остальных, насторожило, что Вэнь Жоханя не объявили. Его вообще не было! «Он так решил выделиться?» — подумал Цзян Чжань.

***

Не Минцзюэ первым поднялся по лестнице и увидел четыре низких стола, один повыше и трон. Сразу стало понятно, кому он предназначался. Не желая терпеть это, он развернулся, но спустя два шага перед ним оказалась рука в фиолетовом. Цзян Цижень сказал: — Глава Ордена Не, вам не кажется, что сейчас не лучший момент для этого? Как можно спокойнее Не Минцзюэ ответил: — Четыре Великих Ордена всегда старались относиться к Ордену Вэнь, как к равному, а сейчас мы должны терпеть столь явную демонстрацию неуважения? — На данный момент, да. Вэнь Жохань присоединил несколько столетних кланов на Севере и ещё больше расширил территорию Ордена Вэнь, поэтому ему нет больше нужды притворяться гостеприимным. — Вот и отлично, мне тоже эти пустые церемонии поперёк горла! Не Минцзюэ предпринял ещё одну попытку уйти, но Цзян Цижень схватил его за предплечье. Не Минцзюэ посмотрел сначала на его руку, потом на самого Цзян Циженя. — Я понимаю, что вы хотите отомстить за отца, но время для этого пока ещё не настало, Орден Вэнь слишком могуществен. Если вы сейчас оскорбите Вэнь Жоханя, он этого так не оставит. — Ослабляя хватку, он добавил: — Я не хочу, чтобы вы пострадали. Не хочу, чтобы это ранило сердце моего племянника. Не Минцзюэ прислушался к его словам, глубоко вздохнул и направился к своему месту. — Вы правильно поступили, глава Ордена Не, — певуче сказал Цзинь Гуаньшань. — Всё-таки вино и зрелища лучше бессмысленных скандалов. Не Минцзюэ ничего не ответил, раздражённо глянул на него и сел за столик, ловя на себе одобрительный взгляд Цзян Циженя. Лань Фэнмянь, севший справа от Не Минцзюэ, привычно спокойно спросил: — Все понимают, кому уготован этот трон, но кто же ещё будет сидеть выше нас? Ответ ему озвучил громкий голос объявителя вперемешку с барабанами: — Второй молодой господин Вэнь! Юноша горделиво поднялся по лестнице, не удостоив глав поклоном, вальяжно сел за своё место. Смотря на его не слишком правильные черты, которые искажала надменная ухмылка, злой взгляд без капли ума и полное неумение держать лицо, невозможно было сказать, что он является сыном Вэнь Жоханя. — Хорошо, что У Хэань не поехал с нами, все следующие семь дней сокрушался бы над этим, — пробормотал Цзян Цижень. — Если бы господин У меня не недолюбливал, сокрушались бы вместе, — сказал Не Минцзюэ. — Глава Ордена Не, поверьте, он хорошо к вам относится, когда вы с ним не вступаете в дискуссии о добре и зле. Посмеявшись, Не Минцзюэ выпил вина. — Нарушение общественных устоев — первый признак скорого хаоса, — тихо, с тревожным выражением лица произнёс Лань Фэнмянь. Цзян Цижень хотел согласиться, но не успел он разомкнуть губ, как снова раздался шум барабанов. На этот раз звук от каждого удара казался более торжественным, будто те, кто били, ужасно боялся и восхищался приветствуемым человеком одновременно. Оно и неудивительно, ведь наконец-то явился хозяин Безночного Города. Адепты клана Вэнь тут же рухнули на колени, стоило Вэнь Жоханю сесть на трон. Уткнувшись лбом в землю, они в унисон закричали: — Глава Ордена Вэнь, наводящий ужас на весь мир! Вечный как небо и земля! Светлый как солнце и луна! Цзян Цижень скривился. «На глазах у прочих кланов приветствуют его как императора! Даже у клана Вэнь должны быть представления о границах!» Он обеспокоенно взглянул на других мужчин. Лань Фэнмянь выглядел так, будто ничего странного не произошло. Если честно, Цзян Цижень иногда завидовал его самоконтролю. Не Минцзюэ нахмурился сильнее обычного, а чаша с вином в его руке могла треснуть в любой момент. Цзинь Гуаньшань тоже старался вести себя как обычно, но его выдавали уж слишком частые взмахи веера. Последним он окинул взглядом Вэнь Жоханя, который определённо остался доволен своей выходкой. Он лениво подал знак и соревнование по стрельбе из лука объявили открытым. Но… — Эй! А он что здесь забыл? — громко вопросил Вэнь Чао, указывая на юношу из клана Вэнь. Юноша вздрогнул и медленно поднял голову, взглянув на Вэнь Чао. — Да, ты! Как там тебя… Слуга шёпотом подсказал: — Его зовут Вэнь Нин. — Да, точно! Вэнь Нин-то что тут забыл? Он никто более, чем наш дальний родственник. Только посмотрите на него! Он же даже тетивы не натянет! Хотите, чтобы Орден Цишань Вэнь был опозорен?! Цзян Цижень пришёл в шок от подобного. Неужели Вэнь Жохань вообще не занимался воспитанием сына? «А-Хуань и А-Чжань никогда бы так себя не повели.» Он окинул взглядом трясущегося юношу. Сердце Цзян Циженя наполнилось жалостью к мальчику, вынужденному терпеть оскорбления на глазах у всех. Ещё он испытал страх. «Лишь бы А-Чжань в благородном порыве не учудил чего-нибудь…»

***

Цзян Чжань испытал острое желание заступиться за Вэнь Нина. Даже если Вэнь Чао прав на счёт его навыков, это не даёт ему права так вести себя. Он сделал шаг из колонны. — А-Чжань? — взволнованно произнёс Цзян Хуань. Неожиданно раздался голос Вэй Ина: — Второй молодой господин Вэнь, с чего вы решили, что он не сможет натянуть тетиву? Он тоже вышел из колонны под недовольный шёпот Лань Ваньиня. Вэнь Нин обескураженно наблюдал за тем, как он встал рядом с ним. — Я с полной уверенностью могу сказать, что он не только тетиву натянет, но и попадёт точно в цель. — Хочешь сказать, что он хороший стрелок? — насмешливо спросил Вэнь Чао. — Это правда? — Да, правда, — ответил вместо Вэй Ина Цзян Чжань. Он подошёл к нему. Вэй Ин одарил его счастливой улыбкой. Хоть Цзян Чжань понятия не имел о навыках Вэнь Нина, слова Вэй Ина не оставили в нём никаких сомнений. Да и смущённо растянутые губы Вэнь Нина и его благодарный взгляд вселяли уверенность. Вэнь Чао, против которого выступили сразу и Вэй Усянь, уже в столь юном возрасте славящийся умением стрелять, и Цзян Ванцзы, не менее талантливый стрелок, успевший прославиться своей честностью, заметно стушевался, но отступать даже не подумал. — Что ж, Вэнь Нин, докажи, что слова Вэй Усяня и второго молодого господина Цзян правдивы. Выстрели разок. Испуганный Вэнь Нин повиновался. Он дрожал так сильно, что Цзян Чжаню казалось, что лук и стрела вот-вот выпадут у него из рук. — Не бойся, — поддержал его Вэй Ин, — Ты же так хорошо стрелял до этого. Только он закончил говорить это, Вэнь Нин опустил тетиву, но стрела пролетела мимо мишени. Вэнь Чао разразился смехом. — Что и требовалось доказать! Чего стоишь, как истукан? Пошёл вон отсюда! Замените его кем-нибудь и поскорее! Вэй Ин потрепал Вэнь Нина за плечо. — Ты просто перенервничал, ничего страшного. Поверь, ты превосходный стрелок, так что не слушай этого Вэнь Чао. Видишь вон того парня? — Он указал на Лань Чэна. — По сравнению с ним ты — бог стрельбы. Лань Ваньинь как можно скорее приблизился к нему, незаметно пнул и потащил обратно. — Цзян Чжань, удачи тебе! — И тебе, Вэй Ин. Наконец соревнование началось.

***

— Брат, ты уверен, что это короткий путь? — спросил Цзян Ванцзы, свернувшись в три погибели ползая в пещере. — Может, вернёмся на главную дорогу? — Не бойся, А-Чжань, — избежав столкновение сталактита с его лбом, произнёс Цзян Сичэнь. — Совсем скоро мы окажемся в самом центре охотничьих угодий. — Я не боюсь, просто откуда такая уверенность? Ты же здесь ни разу не был. — Интуиция. Хоть Ванцзы и был недоволен тем, что это издевательство над его спиной и коленями Сичэнь оправдал интуицией, вслух ничего не сказал, только издал смешок, когда сталактит всё-таки закончил дело предшественника и впечатался в лоб наследника клана Цзян. Наконец они увидели свет в конце пещеры. К удивлению младшего, они действительно оказались средь скал, вокруг которых летало множество духов. — Ну вот, а ты мне не верил. Цзян Хуань натянул тетиву и начал прицеливаться. — Я этого не говорил. Цзян Чжань сделал то же самое. Духи сразу заметили их и устремились к ним. Раздался свист, стрелы пронзили головы двух духов. В следующий миг братья кинулись в разные стороны. Цзян Хуань заранее наметил несколько духов, отправил в них три стрелы и с улыбкой понаблюдал за тем, как они растворились чёрным туманом. Следующий дух полетел к нему с большой скоростью. Наспех натянув тетиву, Цзян Хуань лишь в последний миг заметил, что это не настоящий дух, а подделка, попадание в которую, как и промах, исключит его из соревнования. Доля секунды и он отпрыгнул. Хоть подделка и не достала его, боковым зрением Цзян Хуань заметил настоящего духа совсем рядом. Он не успеет выстрелить. Рядом с ухом Цзян Хуаня раздался свист. Стрела влетела прямо в открытую пасть твари. Удержавшись на ногах, Цзян Сичэнь взглянул в сторону, откуда стреляли и увидел Цзян Ванцзы. — Ты в порядке? Цзян Хуань улыбнулся. — Благодаря тебе, в полном.

***

При виде сигналов в виде фиолетовых лотосов, Цзян Цижень улыбнулся. Цзинь Гуаньшань сказал ему: — Достопочтенный господин Цзян, навыки ваших адептов впечатляют: соревнование не успело начаться, а они уже разделались со столькими духами. — Благодарю за похвалу, глава Ордена Цзинь. — Уверен, это Сичэнь с Ванцзы, — произнёс довольный Не Минцзюэ, попивая вино. Вскоре небо снова окрасилось. Они увидели не меньше десяти чёрных солнц. — Они так быстро выбыли? И в таком количестве? — спросил Цзинь Гуаньшань, но тотчас заткнулся при виде недовольного лица Вэнь Чао. Его испугал не обнаглевший мальчишка, а мысль, что его не менее обнаглевший отец смотрит на него точно так же. К счастью для общего спокойствия, вскоре в небе появились красные солнца. Но стоило снова появиться лотосам, а за ними облакам, быкам и пионам, Вэнь Чао снова искривился. К всеобщему удивлению, он поднялся со своего места, поклонился Вэнь Жоханю и с уважением попросил: — Отец, позвольте сыну тоже поучаствовать. Не Минцзюэ раздражённо бросил: — Ему уже больше двадцати, по правилам дорога на стрельбище для него закрыта. Вэнь Жохань не посмеет. Но властный голос главы Ордена Вэнь ответил: — Хорошо. Не Минцзюэ с такой силой опустил чашу с вином на стол, что та треснула, а на столе осталась трещина. Пока слуги убирали осколки, он беззастенчиво поносил весь Орден Цишань Вэнь. Лань Фэнмянь сказал: — У меня дурное предчувствие. Цзян Цижень взглянул на ехидную морду Вэнь Чао. — У меня тоже.

***

Со временем выслеживать духов стало сложнее, но братья Цзян уверенно продолжали набирать очки. Вот и сейчас Цзян Чжань наметил парочку духов. Успешно поразив первого, он прицелился для второго выстрела, но мишень поразил чужой выстрел. Это оказался Вэнь Чао, стоявший на высоком выступе с парочкой слуг. Налюбовавшись загоревшимся знаком Цишань Вэнь, он заносчиво проговорил: — Здравствуй, Цзян Ванцзы. Ты случайно не видел поблизости Вэй Усяня? «Я бы многое отдал, чтобы увидеть сейчас его вместо тебя.» Он покачал головой. — Жалко, но соревнование ещё не скоро закончится. Если встретитесь, передай, что с моим приходом вы теперь не разгуляетесь. Цзян Ванцзы не имел ни малейшего желания находиться рядом с ним, тем более явившийся Цзян Сичэнь взглядом велел подойти к нему поскорее. — Разве он должен здесь быть? — спросил он у Цзян Хуаня. — Нет, но Вэням законы не писаны. Поглядев на хмурое лицо брата, Ванцзы спросил: — Почему ты примчался ко мне, если ничего не произошло? — Адепты других кланов рассказали мне про Вэнь Чао, отнимающего у всех подряд добычу, и сообщили, куда он пошёл дальше. Цзян Хуань тогда испугался за младшего брата, ведь ходило много слухов о завистливости и неконтролируемой агрессии Вэнь Чао. Конечно, он не думал, что Цзян Чжань устроит ссору или, того хуже, драку, но одна мысль оставить его с Вэнь Чао поднимала в душе Цзян Хуаня волну гнева. — А ты почему так задумался? — Кажется, он ищет Вэй Усяня. Складка меж бровей Цзян Сичэня стала глубже. «Молодой господин Вэй с его характером может быть в опасности, а если Лань Чэн с ним… Нет, молодой господин Вэй всё-таки благоразумней, чем кажется, да и Лань Чэн не позволит чему-нибудь плохому случиться.» Братья Цзян никогда не были кровожадными и сильно сомневались, что хоть кто-то вызовет у них желание убить, но Вэнь Чао успешно справился с данной задачей. Он не отставал от них ни на шаг, когда они или адепты других кланов, присоединившиеся к ним, находили духа, он первым его убивал. От злости Цзян Чжань чуть не сломал лук. Если бы не рука брата на плече, он бы прямо сейчас помчался к Вэнь Чао и придушил его. Глубоко вздохнув, он прицелился и, как и ожидалось, заметил пролетевшую мимо стрелу Вэнь Чао. Но на этот раз дух оказался быстрее. В небе загорелось чёрное солнце. Цзян Чжань еле сдержал улыбку. «Наконец-то!» Но Вэнь Чао лишь выругался и снова натянул тетиву. — Второй молодой господин Вэнь, — спокойно обратился к нему Цзян Хуань. — Вы не заметили знак? — Мне дела до него нет, Цзян Сичэнь! Взгляд Цзян Хуаня похолодел. Пусть с Орденом Вэнь и нужно засунуть гордость куда поглубже, но всему есть предел. — Пожалуйста, соблюдайте приличия и зовите меня молодой господин Цзян — это во-первых. Во-вторых… — Ты вздумал меня учить?! Ваш Орден Юньмэн Цзян идёт лишь четвёртым, уступая этим никчёмным монахам, а ты ещё что-то из себя строишь?! — Мой брат — наследник Великого Ордена, поэтому он ничем вам не уступает, — сквозь зубы проговорил Цзян Чжань. — Более того, уважительного обращения заслуживает каждый, независимо от положения. Вэнь Чао принялся переводить взгляд с Цзян Хуаня на Цзян Чжаня и обратно. Наследник клана Оуян бросил: — А чего ещё от него ожидать? Каков отец, таков и сын. Похоже, это была последняя капля для Вэнь Чао, но, скорее всего, он просто нашёл того, на ком можно сорваться: всё-таки он не настолько глуп, чтобы вредить наследникам Великого Ордена. Натянув тетиву так, что она чуть не порвалась, Вэнь Чао выстрелил в Оуяна. — Оуян! — закричал Цзян Сичэнь. Цзян Ванцзы бросился к нему. Оуян же застыл на месте. Вдруг в стороне что-то блеснуло. Чужая стрела попала в стрелу Вэнь Чао и разломала её, а после стрелявший даже умудрился убить духа. Загорелся знак Ордена Гусу Лань. — Вэй Ин! Они увидели Вэй Усяня и Лань Ваньиня. — Второй молодой господин Вэнь, вам бы обратиться к целителю и проверить зрение, такой большой знак о выбывании сложно было не заметить. — Второй молодой господин Вэнь, я понимаю, что законы вам не писаны, но неужели даже правила, которые установил ваш же Орден, не имеют для вас никакого значения? — спросил Лань Ваньинь, окидывая его свирепым взглядом. — Вы! Вэнь Чао шагнул к ним, но остановился, когда услышал странный звук. Он обернулся и увидел, как Цзян Чжань прикладывает стрелу к луку, при этом без тени страха смотря на него. Даже миролюбивый Цзян Хуань вызвал страх своим ледяным взглядом. Даже беззаботный на первый взгляд Вэй Ин таил в себе опасность. О разгневанном Лань Чэне даже говорить смысла не была. — Вы!.. Вы все!.. Вань Чао бросил лук на землю и рассерженно потопал вон со стрельбища, слуги, подобрав оружие, последовали за ним. Оуян поклонился Вэй Усяню. — Молодой господин Вэй, вы спасли мне жизнь, я во век этого не забуду. — Да не стоит. Не мог же я упустить шанс утереть нос этому псу и заодно продемонстрировать свой талант? — Выстрел и правда был великолепный, молодой господин Вэй, — сказал заметно посветлевший Цзян Хуань. Но смотрел на Вэй Ина он недолго, так как его внимание сразу переключилось на Лань Чэна. Юноша заметно подрос, скулы его заострились, а фигура стала более складной. Разве мог кто-нибудь сказать, что Ваньинь не красив? Даже если и да, Сичэнь не поверил бы. — Лань Ваньинь, не против, если мы все вместе поохотимся? С лёгкой улыбкой он ответил: — Конечно нет. — Вот и отлично, — произнёс Вэй Ин. — Цзян Чжань, спорим, я больше духов убью? — Спорим. Вэй Ин весело зашагал туда, где, как ему казалось, должно быть больше тварей. Цзян Чжань заметил, что лобная лента Вэй Ина съехала и вот-вот развяжется. Оно и не удивительно, он так скакал по этим скалам в поисках духов. Повинуясь неизвестному порыву, он потянулся к голове Вэй Ина, чтобы поправить ленту, схватил её, но так как Вэй Ин продолжал идти, она совсем развязалась. В следующую секунду Цзян Ванцзы удивлённо смотрел на лобную ленту в своей руке. Весь мир будто замер вместе с Вэй Ином. Он стоял неподвижно, будто не мог осознать, что произошло. Он медленно повернулся и увидел свою ленту. Цзян Чжань всерьёз испугался за него, когда выражение лица Вэй Ина стало то ли напуганным, то ли шокированным. Он растерянно огляделся и заметил ужаснувшегося Лань Чэна и такого же ничего не понимающего брата. — Вэй Ин, всё в порядке? Просто твоя лента ослабла и я решил… Извини, я не специально… Вот, держи. Спустя какое-то время Вэй Ин пришёл в себя и улыбаясь забрал ленту. — Да не бойся ты так, Цзян Чжань! Я не сержусь. Хоть он и старался выглядеть весёлым, Цзян Чжань понял, что и улыбка и смех вымучены. Вэй Ин поспешил уйти, Цзян Чжань же пока не решался пойти за ним. Наблюдавший за этим Цзян Сичэнь спросил: — Лань Ваньинь, что за реакция? Я знал, что лобные ленты много значат для вас, но чтобы настолько. — Ты не знаешь про значение лобной ленты? Не переписывал соответствующий трактат? — Этим обычно занимаются наказанные, я в их число не входил. От Цзян Хуаня не скрылся чужой румянец. Лань Чэн сжал губы в тонкую линию, обдумывая ответ. — Лобная лента символизирует контроль над собой, нося её мы держим себя в узде. Это очень интимная вещь, поэтому дотрагиваться до неё может лишь хозяин и… Человек предназначенный судьбой с… с которым он может отпустить себя… — О… В-вот оно как… А-Чжань, ты слышал? Цзян Хуань и Лань Чэн наблюдали за тем, как лицо Цзян Чжаня стало бледным, потом красным, снова бледным и снова красным. Глаза юноши, как и он сам, бегали из стороны в сторону. Они разобрали его бормотание: — Что я наделал? Нет, какой позор… Бедный Вэй Ин… Я так оплошал… Нужно на коленях просить прощения!.. Идиот! «Вот, держи»… Надо же было такое ляпнуть!.. — Не думал, что увижу твоего брата таким эмоциональным. Цзян Хуань посмеялся. — С ним такое иногда бывает. — Он обратился к Цзян Чжаню: — Почему ты просто не сказал ему, что ленту нужно поправить? Обычно ты не трогаешь людей без надобности. — Я!.. Я не знаю…

***

Соревнование объявили закрытым через несколько часов. Участники собрались там же, где и в начале. Когда начали оглашать места, никто не смел даже пикнуть. Первое место занял Вэй Усянь, вторым стал Цзян Сичэнь, третье место занял Цзян Ванцзы, четвёртое же Цзинь Цзысюань. Конечно, многие нашли смешным то, что из Ордена Вэнь никто не попал в первую четвёртку, особенно сильно потешались над Вэнь Чао, но немало людей начали беспокоиться из-за Вэнь Жоханя, покинувшего гостей сразу после оглашения результатов и не явившегося на пир. — Вы прекрасно справились, — сказал Цзян Цижень племянникам. — Я и весь Орден гордимся вами. Юноши улыбнулись. — Спасибо, дядя, — поблагодарил Сичэнь. — Но мне наверное следует извиниться: я был так близок к первому месту. — А-Хуань, ещё раз скажешь нечто подобное и я тебя выпорю. Не смей так говорить и даже думать. Понял? — Понял, дядя. Цзян Хуань взглянул на младшего брата, который безразлично смотрел то на изысканные угощения, то на завораживающее выступление артистов. Цзян Хуань был уверен, что если бы не случай с лобной лентой, выбивший Ванцзы из колеи, он занял бы первое или хотя бы второе место. Немного подумав, Сичэнь решил, что следует послушать дядю и гордиться тем, что Орден Юньмэн Цзян занял целых два места в первой четвёрке. Расслабленный, он принялся разглядывать стол Ордена Гусу Лань. Лань Чэн что-то сказал отцу и поспешил покинуть пир. Цзян Хуань, забрав с собой тарелку с сочной бараниной, которую успел съесть только на половину, последовал за ним. Лань Чэн нашёлся в саду возле пруда с лотосами и карпами. — Не возражаешь, если я присяду? Лань Чэн покачал головой и Цзян Хуань сел рядом, положив тарелку на колени. — Твой Орден занял первое место, поздравляю. — Спасибо. Уверен, Вэй Ин будет припоминать эту победу каждый день до самой смерти. Лань Ваньинь улыбнулся. Цзян Сичэнь увидел радость и гордость за друга, но в то же время было что-то печальное во взгляде серых глаз. «Он расстроен, что не вошёл в первую четвёрку и что победил молодой господин Вэй, а не он.» Цзян Сичэнь хотел как-то поддержать его, но он не знал как именно. Любые слова сейчас могли бы показаться Лань Ваньиню жалостью, а жалость он не любит. Но Сичэню и не пришлось ничего говорить. — Поздравляю и тебя. Вы с братом великолепно показали себя. — Спасибо. Но, если честно, я чувствую себя немного виноватым. Лань Ваньинь приподнял бровь. — Почему это? — Учитель У пророчил мне первое место, не хотелось его подводить. Лань Ваньинь возмутился: — Что за бред ты несёшь? Участвовало столько людей, а ты сумел подняться так высоко! Вэй Ин и то опередил тебя только на несколько очков! Твоему брату, наверное, и вовсе следовало утопиться, раз у вас такие завышенные стандарты. Цзян Сичэнь удивлённо моргнул, прежде чем смущённо отвести взгляд. — Вот как ты думаешь… — Пожалуйста, не улыбайся так, другие решат, что ты дурак. Сичэнь прикрыл рот. — Но других здесь нет, только мы. Или ты считаешь меня дурачком? — Признаюсь, иногда посещали подобные мысли, — добро усмехнувшись, ответил он. Цзян Сичэнь рассмеялся. — Кстати о А-Чжане, он после лобной ленты так и не вернул себе хорошее настроение. А как молодой господин Вэй. — Тоже ведёт себя странно. Я подумать не мог, что лобная лента может для него что-то значить. Но твоему брату не из-за чего нервничать, этот придурок на следующий день всё забудет и уж точно не будет держать на него зла. Кивнув, Цзян Хуань мельком глянул на лобную ленту Лань Чэна с вышивкой голубых облаков. Он особо никогда не обращал внимания на неё, но сейчас Цзян Хуань посмотрел на неё иначе. Появилось странное желание дотронуться до неё. Осознав неправильность таких мыслей, Цзян Хуань дал себе воображаемый подзатыльник. — А почему ты ушёл? Праздник в самом разгаре. Лань Чэн наморщился. — В Гусу обычно не проводят громких празднеств, а Орден Вэнь в этом плане превзошёл всех, поэтому мне стало неуютно. Вот и решил посидеть в тишине. Но пришёл ты. — Я всё испортил? Мне уйти? Лань Чэн осторожно дотронулся до лепестка лотоса, что рос почти у самого берега пруда. Смотря на то, как цветок медленно покачивается из стороны в сторону, он произнёс: — Нет. На несколько минут повисла тишина, но её не хотелось прерывать. Уют и спокойствие, ощущаемые Цзян Сичэнем в данный момент, невольно заставили его думать, что он мог провести так всё оставшееся время. Пруд, лотосы, карпы, звёзды, приглушённый шум праздника вдали. И Лань Чэн. — Наверное, ты не успел нормально поесть. Вот. Он протянул Лань Чэну тарелку. — Ты же знаешь, что мне нельзя есть мясо? Цзян Хуань кивнул. — Ещё я знаю, что тебе нравится нарушать это правило. Лань Чэн улыбнулся. Лишь чуть-чуть, но столько радости было в этой улыбке. — Если бы родители узнали, как часто я нарушал правила в Пристани Лотоса и продолжаю нарушать, они бы ни за что не отправили бы меня туда, — сказал он, принимая из чужих рук палочки. — Уже ничего не поделаешь, время в спять не повернуть. — Это хорошо.