Поцелуи между парнями никогда не станут гейством.

Своеобразный поцелуй получился робким, неумелым и не спокойным. Это был их первый. На скулах малыша начал сильно играть румянец (не в нарды), что отличало его от всей этой темноты. Забавный факт: когда монстр испытывает чувство влюбленности, вне зависимости от расы, на его скулах появляется румянец и светится. Это есть даже у скелетов, они же тоже монстры. Фреш начал отрываться от мальца, но не убирать руку. Она осталась на плече у творения чернил и воображения Инка. Пожалуй, его создатель никогда бы не подумал, что его малыш будет целоваться с его лучшим другом. Вообще, Инк был как мамочка. Он пытался уберечь своё дитятко абсолютно от всего! Даже от Эррора. Хотя его появление ему уж точно не избежать, это сто процентов. Когда Создатель выполнял свою работу, создавал, он не думал, что у него получится что то одушевлённое. Но уже на этапе формирования тела тот понимал, что если Пи удастся оживить-то он останется чистым, словно белый лист. Что никто не будет способен убрать эти веселые огоньки из его глаз. Но мелкому исполнилось 10 лет, его коленки были все в царапинах от вечных падений, и Чернила словно осознал. Ему не удастся уберечь его от всего, как бы ему не хотелось этого... что печально. Получается, он не выполнил свою должность защитника. Хотя кто его прозвал защитником? Он атакует, но никак не защищает бедных монстров. Тем, что он создаёт новых монстров, он делает хуже одним, но лучше другим. Вот такая двуличность есть в его работе. Но скелет с чёрным пятном не способен разрушать, как бы тот не пытался это начать. Вернёмся к муткам ПиДжи и Фреша. Фреш все ещё думал над происходящим, пока малыш гладил его по щеке. Вскоре его рука потянулась к его очкам. Взрослый хотел его остановить, но передумал. Что он там не видел? Перед глазами ПапперДжема предстала ужасная, и одновременно прекрасная картина. Из двух чёрных глазниц, с фиолетовым обрамлением и небольшими трещинками, на него глядели ярко-белые зрачки с перевёрнутым сердцем. Скелет привёл аналогию с Ластом у себя в голове. Но из левой глазницы направили выползти мерзкие щупальца. Они были разного цвета, одна жёлтая, другая розовая... почему кто то считает эти глаза некрасивыми? —мистер Фреш? —наконец разорвал тишину голос гостя этого дома. —да, бро? —пожалуй, впервые за все их общение его голос впервые был максимально тихим и спокойным. Но сленг остался. —почему ваши глаза считают страшными? —потому что монстры и люди не любят тех, кто не похож на них, малой. —но вы не похожи на меня, но я вас... люблю? —последнюю фразу парниша сказал более тихо. Ему было непонятно чувство любви, но тем не менее он решил произнести это слово. Ведь он любил его? Наверное. —хах, я тебя тоже, —его голос был на столько непринужденный, что создавалось ощущение, что ничего между ними не было все это время. Что ПиДжи просто съел не аскорбинку. Их зубы снова соприкоснулись в некотором поцелуе. Мелкий сразу приоткрыл рот, вдыхая комок воздуха и впуская старшего. На этот раз поцелуй был более нежным и умелым, нежели первым. Первый поцелуй был позади. Фреш взял Пи в свои руки, тем самым пересаживая его себе на бёдра. Ему тут же что то уперлось в магию между ног. Это было тело Фреша и небольшой бугорок, что был под штанами. Вообще, монстры способны наращивать себе тело с помощью магии, что аж могло сделать из них полноценных людей. Но если ты не будешь прокачивать это тело, то ты не сможешь создать его лучше, чем оно есть, то есть как у людей. Если ты не занимаешься в зале-то мышцы не появятся. Скелеты способны нарастить любую часть тела, даже по отдельности, и это не зависит от их гендера. ПаперДжем понимал, к чему идёт дело и начал создание мужского тела с небольшим членом, примерно 10-12 сантиметров. Это займёт не более 5-ти минут. Пока тот, что снизу уже сделал себе половой признак и просто наблюдал. Постепенно с малыша начали сползать штаны, приподниматься футболка и сниматься шарф. Его нагло раздевал кошмар из 90-х. Пассив не стал отставать, и начал повторять за ним. Штаны, жакет, футболка... и теперь перед скелетами восходила прекрасная картина голых тел. —хочешь? —манера речи Фреша изменилась до неузнаваемости. Ушёл странный акцент, пропал сленг. Он стал куда серьёзнее и.. похотливее. Ответом послужило молчание. Почему бы не попробовать это с ним? Радужный сел на кровать, дабы Пи было удобнее садится, и меньше смущать его. Язык прошёлся по шее скелетика, заставляя его вздрагивать. Он почувствовал палец, что активно направлялся к его дырочке. И вот, один из них уже был в нем. Парниша томно выдохнул, тихо простонав и сжав партнёра за плечо. Его же укусили за шею, начиная двигать пальцем. Ритмично и нежно, но бы доставлять лишь комфорт. Ощущение чего то инородного не давало покоя малышу, и тот начал ёрзать. Он понимал, что это когда то случится, но не сейчас. Но взрослый ускорился, а из рта малыша вырвался более громкий стон. Он почувствовал второй палец. И ведь это лишь разминка. Что же будет потом? Дальше-больнее. Но со временем и приятней. —малыш, не много потерпи, это может быть больно, —прошептал старший, вытаскивая пальцы. Тот подождал кивка мелкого и начал медленно входить. Это ощущения были невыносимо прекрасными. Так тепло и дико приятно. От этого ему хотелось его быстро оттрахать во всех позах, но потом он понимал, что это будет лишним пока что. Он способен просто испугать его. Из темненького вырывался грудной стон, что тут же был притуплен поцелуем. На его глазах появились слёзы. Они как маленький град потекли с его щёк, как на их первой встрече. Но теперь это были не те слёзы, и не тот малыш. Фреш вошёл полностью. Давая партнеру привыкнуть, он начал движение вверх-вниз. Что бы он все прочувствовал, он входил и выходил полностью. Поцелуй был разорван ради его таких громких и томных стонов. Свежий (?) вновь перешёл к его шее, не забывая двигаться, хотя вскоре это начал делать и сам малыш.

***

Утро. Рассвет пробирался в комнату похотливых скелетов, что не смогли удержать в себе страсть на одну ночь. А может и не на одну. Хотя кто знает, кто всё это время мог стоять за дверью и тихо передергивать, или собирать компромат на них?