Одержимые

- Сколько можно болтать о танцах, - безутешно простонала Реджина, располагаясь на диване. Сабрина тем временем открыто обсуждала с хозяином дома разновидности танго. Эмма уместилась рядом с брюнеткой и периодически поглядывала на сестру, в надежде разглядеть решение их нынешних проблем. Но та выглядела совершенно иначе, ни капли грусти было не разглядеть в глазах, наполненных, казалось бы, лишь радостным настроем. - Знаешь, не помню, когда в последний раз видела ее такой ... жизнерадостной. Очень тихий голос Эммы привлёк внимание девушки, и та закивала в подтверждение. - Никогда не видела его таким увлечённым общением с противоположным полом. Твоя сестра смогла пробудить в нем то, что даже я не смогла за столько лет. Это обезнадёживает. - Зато ты вдохновляешь других. - Кого, например? - Меня. На лице Реджины заиграла игривая ухмылка, и уже через пару секунд рука проскользнула от шеи к ремню, но Свон лишь напрягалась от таких действий. - Слишком много всего произошло, и я не могу расслабиться. - Зато я могу помочь. Попросим у Филла ключи от спальни и вместе расслабимся. Эмма решительно покачала головой и добавила: - Не сейчас. Она с пустотой в глазах продолжила сидеть, прожигая глазами точку в стене, но поток мыслей остановила Миллс. - Эмма, о чем ты думаешь? - серьезно пробормотала Реджина. - Что-то не так. Его взгляд. Никогда не ощущала подобное. - Твой отец был зол. - Нет, он отреагировал на удивление спокойно, и меня никак не отпускает это чувство. - Какое? - заинтересованно вглядывалась в зелёные глаза брюнетка. Девушка встала, пожала плечами, выйдя из гостиной, и крикнула при этом, что ей нужно побыть наедине с собой. Такое поведение сильно настораживало. Реджина присоединилась к парочке, и Сабрина тут же спросила: - Что это с ней? - Понятия не имею. Через какое-то время Эмма почувствовала облегчение и присоединилась к остальным, которые на тот момент обсуждали звонок Мэделин. Блондинка вновь ощутила сильную головную боль, мешающую сконцентрироваться на любых вещах. Она буквально тонула в этих чувствах. - Может лучше все же принять лекарство? - вступил парень, на что блондинка недовольно поморщилась и пробурчала что-то невнятное в ответ. Когда Эмма простонала от боли, Реджина не выдержала, встала с дивана и начала шарить по шкафам на кухне Филла. - Лекарства не там, - проговорил хозяин дома. Миллер снова взглянул на умирающее выражение лица девушки и сам принялся искать сильное обезболивающее. Наконец он достал таблетку и протянул в руки брюнетки, которая в секунду оказалась около лежащей Свон. - Не буду я пить эту дрянь, - с закрытыми глазами пробормотала Эмма. - Нет, ты выпьешь. - Только хуже станет. - Ради меня. - Эмма сдалась и принялась подниматься. Реджина помогла девушке сесть и со стаканом воды помогла любимой проглотить обезболивающее. Эмма вспоминала тот день, как худший в ее жизни. Она не могла избавится от ужасного предчувствия, которое с каждым стуком сердца оглушало ее, напоминая чем-то ураган, ворвавшийся в ее хрупкое тело и сметающий все, что приносит ей какое-либо удовлетворение и спокойствие.

***

*Спустя четыре часа...* Блондинка начала приходить в себя. Отдалённо она слышала, как Реджина что-то говорила про врача, а Сабрина спрашивала о совершенно ином, чем-то, связанным с наркозависимостью Мэд. Стоп! Что? Эмма резко поднялась, вызвав удивление у всех сразу. Первая отреагировала брюнетка. Она подбежала к очнувшейся и по виду абсолютно здоровой девушке и ласково проговорила: - Как же ты меня напугала. Как самочувствие? Та в ответ притянула за шею и впилась тёплыми губами к родной улыбке Реджины. Она начала более страстно отвечать, захватывая в плен язык девушки и притягивая ее к себе. Даже за это время они успели соскучиться по сладким поцелуям, и чем дольше это продолжалось, тем сильнее росло желание продолжить в более интимной обстановке. Раздался громкий кашель сестры, и они решили прекратить прелюдии. - Это значит, тебе лучше? - Мне хорошо только, когда ты рядом. Сабрина жестами изобразила, что на это тошнотворно смотреть, и те решили сразу организовать себе спальню. Эмма сама не могла понять, почему так захотела секса в эту трудную для неё минуту. Она чувствовала в этом абсолютную потребность. Нужно было срочно расслабиться. После действия таблетки спазм мигом прошёл и тогда начали одолевать похотливые желания. - Филл, спасибо за... - Не за что, - улыбаясь, перебил парень. - Можете поспать наверху, ко мне часто приезжают родственники, но белье абсолютно чистое, даже новое. - Спасибо, - повторила блондинка. Эмма даже не заметила, как «любовь всей жизни» завлекла ее в ту комнату. Оказавшись за дверью спальной, они сразу обратили внимание на огромную кровать, застеленную белым покрывалом. Сомнений не оставалось, девушки знали, чего хотят. Эмма первая сообразила и откинула мягкое покрывало. Одним движением выключив свет в помещении и закрыв дверь, она откинула темные волосы и мимолетными движениями начала строить узоры языком на шее брюнетки, на что та начала довольно выгибаться, прижимаясь сильнее к заведённому телу. - Ты точно хорошо себя чувствуешь? Свон не отвечала. Молча снимала с девушки все, что попадалось в руки. На полу в углу мгновенно оказалась вся одежда, а на смуглом теле красовалось прекрасное белье. Без лишних церемоний блондинка стянула лифчик и прильнула уже разгоряченными губами к груди, страстно посасывая, желанно впиваясь в каждую клеточку тела, она оставляла красные следы повсюду. Изнывающее тело Миллс готово было разорваться от жгучего возбуждения в животе. Она начала медленно отступать к кровати и, наконец добравшись, легла на неё. Эмма забралась сверху, начиная снимать с себя весь верх и почти полностью весь низ, оставаясь в одних мокрых насквозь трусах. Когда влажная тёплая ткань коснулась оголенного живота, Реджина издала хриплый стон. Та слегка потерлась, вызывая ещё более сильную пульсацию между ног и легла на брюнетку, полностью соприкасаясь обнаженными телами. Их сердца бились в унисон, но этого было ничтожно мало. Они тяжело дышали, когда их груди соединились, а Эмма оставляла мокрый след на животе. Миллс сняла последнюю деталь с лежащего на ней тела и бесстыдно начала поглаживать истекающую промежность, чувствуя, как подступает новая волна возбуждения. Рука продолжала двигаться, заходя все глубже, исследуя блондинку внутри. Она массажными движениями проходилась по внутренним бёдрам и возвращалась к желанному месту. При каждом таком прикосновении Эмма начинала протяжно стонать и двигаться навстречу, тем временем лаская языком грудь девушки. Круговые движения оказывали сильное влияние на тело Реджины, и она выгибалась так, что кровать начала издавать неприличные громкие звуки. Миллс наконец проникла тремя пальцами в лоно своей любимой и начала вбиваться в ту, ощущая, как по рукам стекает обилие влажности. Эмма почувствовала, как теряет самообладание, а в глазах темнеет, и вскоре сильно кончила. Но вместо того, чтобы слегка передохнуть, она стянула ткань с лежащей брюнетки и смело развела ее ноги настолько широко, насколько могла. - Эмма, ты в состоянии? - спросила Реджина, сосредоточено наблюдая за состоянием девушки. - Да. Блондинка начала спускаться к ногам чарующего тела и начала с животной страстью удовлетворять Миллс, оставляя поцелуи и проходясь языком по всем складкам. Реджина гортанно застонала, когда язык полностью погрузился внутрь и начал вытворять что-то невероятное. Эмма чувствовала вкус Реджины, осознавая, что не может им насытиться. Животная страсть одолевала, блондинка никогда и никого так не хотела, как в ту ночь. Миллс тем временем была на грани третьего оргазма. Она не хотела прерывать Эмму, но боялась потерять сознание от такой ласки. Когда наступил третий, блондинка слизала всю влагу с промежности и крепко поцеловала в губы Реджину. Свой вкус она сразу ощутила и начала ещё жарче погружаться в ту языком и, наконец оторвавшись от губ, прилегла. - Я хочу попробовать кое-что более приятное. - Я это переживу? - Конечно, но на всякий случай пусть будет стоп-слово - «красный». Реджина усмехнулась.

***

Тем временем в другой комнате... - Интересно, они знают, что здесь хорошая звукоизоляция? - внезапно произнесла Сабрина. - Вряд ли это можно контролировать. Наверное, не знает. - Ты думаешь, их отношения к чему-то приведут? Или это так, развлечения. - С Эммой она дольше всех, но про неё она говорила уже не как про свою очередную шлюху. Я как-то спросил про то, сколько она собирается на этот раз посвятить игрушке. После этих слов она взбесилась и даже книжкой в меня запустила. Точнее, не в меня, а в стену, но я был близко, - усмехнулся парень. - Может она наконец смогла полюбить по-настоящему? - Сложно в это поверить, но выглядит никак иначе. Сабрина улыбнулась и ощутила, как ее тело замирает от одного взгляда парня. Она лишь думала о том, какие эмоции испытывает при контакте с ним. Очень хотелось кое-что спросить, но решиться было сложно, особенно в тот момент, когда на втором этаже во всю трахают её сестру. - Ты не знакома с Мэделин? - Я видела ее на квесте, а в чем дело? Внезапно девушка дёрнулась, услышав очередной томный стон, но уже не от ее сестры. Парень пожал плечами и добавил: - Все как-то слишком драматично. Она опять сорвалась, и попытки ей помочь не обвенчались успехом. - Она и раньше употребляла? - Перестала где-то год назад, но поссорилась с отцом и опять пошла в притон. Нельзя ее оставлять в таком состоянии одну. - Эмма говорила, что они сдружились. - Так вышло, что и у одной и у второй сейчас кризис, но им некогда разделять беды друг друга, своих хватает. - Может все серьёзнее, чем просто ссора с отцом? - Это уже никто кроме неё не знает. Когда в спальне на пару минут стихло, блондинка все же решилась спросить. - А что насчёт того вечера? - Ты о чем? - Я про наш танец и ... Филл прекрасно понимал о чем речь, но не планировал продолжать разговор, ведь был уверен, что произошедшее - ошибка и не более. Его действительно привлекала Сабрина. Не только красотой, но и внутренним стержнем, а таких девушек сложно не полюбить. Но Миллер не был озабоченным противоположным полом, он считал, что не нуждается в любви, а присутствие младшей Свон заставляло его не способное на любовь сердце стучаться в разы сильнее. Не придавая этому значение, он лишь пытался забыться и не повторять ошибок прошлого. - Спасибо за тот вечер. Но не думаю, что он что-то означал. Как думаешь? Как удар в спину... девушка лишь понимающе улыбнулась и согласилась с утверждением парня: - Конечно. Я сама хотела это сказать. Лучше забудем. Тот довольно улыбнулся, по-доброму глядя в небесно-голубые глаза, и принялся убирать ужин со стола, периодически ловя на себе те самые глаза, пропитанные болью, скрытой за пленкой лжи. Сабрина не представляла из себя приставучую особу, но если ей отказывали, она такое не могла забыть. Своё самомнение было выше горы Эверест, так что гордость не унимала ее разочарования...