Камень цвета крови 2

Как Рейстлин и ожидал – Такхизис так просто не выпустит его из Бездны. Стоило ему прийти в себя и найти жрицу, лежавшую неподалеку, как Темная госпожа наслала на них своих слуг. Рейстлин успел мельком оглядеться – он увидел бескрайнюю пустыню, желтый песок все время хрустел и проваливался под ногами, а песчаный вихрь от заклинаний и ветра застилал глаза. Над ними идеально ровным куполом расположилось кристально-чистое голубое небо, подобно перевернутой чаше покрывавшее песчаную бесконечность. Было жарко и светло, хотя солнца тут не было, зато от постоянного напряжения пот тек по вискам и шее, а тяжелый бархат мантии лип к коже. Мельком Рейстлин заметил, что его руки снова золотистого цвета, а волосы стали седыми, что монстры, которых насылала на них Такхизис, рассыпались прямо на глазах – и лишь затем действительно превращались в прах от мощных заклятий. Рейстлин чувствовал в себе силы пройти сквозь этот ад к самым Вратам. Он чувствовал в себе неведомую мощь, магия бурлила в его жилах и срывалась с рук бесконечными потоками оранжевого пламени и фиолетовых молний. Маг уверенно шел к своей цели, сжимая в руке посох Магиуса, который светился ослепительным голубоватым светом. Ему был ясен и план Темной владычицы – она бы хотела поймать пленников живыми, или хотя бы одного из них, а потом заставить его пройти через Врата. Рейстлин был уверен в себе и был также уверен в том, что живым он не дастся, но вот за Крисанию он беспокоился и старался держаться поближе к жрице, защищая ее от нападок бесов и демонов проклятой Бездны. -Ни в коем случае не выходи, пока я не разрешу! – крикнул он, и твердый голос его эхом пронесся по пустыне. Крисания крикнула в ответ, что поняла его, и сама же старалась не отставать, отбиваясь от чудовищ своими светлыми заклинаниями. Свет Паладайна не давал большой помощи, и, тем не менее, им тоже можно было пользоваться. Они вдвоем стояли против огромной, почти неиссякаемой армии Такхизис, которая стала между ними и Вратами, но Рейстлин прокладывал себе путь вперед, убивая чудовищ одного за другим. Изумленная Крисания, не видавшая ранее такой мощной магии, преисполнилась великой веры и следовала за магом шаг за шагом, помогая ему. Очередное заклинание слетело с губ Рейстлина – и мощный взрыв потряс Бездну, и окружающие их чудовища обратились в прах. Еще и еще – желтый песок покрывался пеплом, который уносило ветром в небо, а там он растворялся серебристыми блестками, уносясь в бесконечные дали. Армия становилась меньше, Врата были достаточно близко – они уже были видны на горизонте. Рейстлин, не чувствуя усталости, сражался изо всех сил, и вскоре тонкий слой пепла покрывал пустыню на много миль вокруг них, а путь был чист и открыт. Маг перевел дыхание. А затем, схватив Крисанию за руку, он помчался вперед, не сводя глаз с Врат. Они приближались с каждым шагом, и вот уже Рейстлин мог разглядеть свою лабораторию; он увидел Даламара и Таниса, стоявшего у эльфа за спиной. Но путешествие было незакончено. Глыбы песка под ногами затряслись, казалось, что пустыня сейчас расколется на несколько частей. Лишь небо стояло на месте, застыв неподвижным куполом. Рейстлин и Крисания остановились, так и не добежав до огромных Врат – могущественная магия, еще могущественнее той, которой Рейстлин только что уничтожил армию Такхизис, заставила их замереть на месте. Маг обернулся, крепко сжимая посох в правой руке и опираясь на него, чтобы не упасть. Земля ритмично дрожала, как если бы по ней шел кто-то слишком тяжелый, слишком могучий. На Рейстлина легла тень, и тянулась она до самого горизонта. Хотя, казалось бы, откуда тут взяться тени, ведь здесь нет ни солнца, ни луны. Но тень была, и с каждым новым земным толчком становилась все длиннее и темнее. Рейстлина и Крисанию накрыло волной страха и оцепенения, они не могли даже пошевелиться, а затем вдалеке показалась огромная пятиглавая драконица, у ног которой еле-еле угадывался маленький прозрачный женский силуэт. Дракон приближался, и разноцветные головы тянулись вперед, будто бы желая съесть пленников живьем. Рейстлин сглотнул – он ожидал, что придется биться с Такхизис один на один, но сейчас, увидев богиню воочию, совершенно не представлял, как ему удастся выйти из этой схватки живым. -Что бы ни произошло, - тихо проговорил он, повернувшись к Крисании, но не сводя взгляда с драконицы. – Что бы ни произошло, не выходи. -Хорошо, Рейстлин, - прошептала жрица, едва сумев совладать с собой. Магическое оцепенение понемногу уходило, и девушка отошла на пару шагов назад. Рейстлин же, наоборот, ступил вперед, сжимая посох обеими руками. Драконица замерла перед ним. Ее головы извивались и скалились, чешуя блестела радужными цветами, огромные глаза в упор смотрели на маленькую фигурку мага. Они стояли так несколько мгновений, разглядывая друг друга, а потом одновременно сотворили заклинания, и ослепительная вспышка сверкнула и почти тут же погасла – Рейстлин нанес удар первым, и его заклинание лишь чуть-чуть задело драконицу. Затем началась ожесточенная схватка. Крисания, наблюдавшая за этим, позже рассказывала, что Рейстлина почти не было видно за стенами песка и огненными лавинами, лишь какие-то промельки ярких молний, которые вспыхивали время от времени и уходили в самое небо. Маг наносил удары один за другим, но все они почти не причиняли драконице никакого вреда. Иногда жрица оборачивалась на Врата и видела там испуганного Даламара, который так и порывался переступить порог, но стоял, замерев, прижав одну руку ко рту и вторую вытянув вперед. Крисания видела странные нити, тянувшиеся от его запястья в самую Бездну, но разглядеть их далее не могла. Потом она видела, как Рейстлин отбежал от разъяренной драконицы и как уперся руками в колени, наклонившись и тяжело дыша. Теперь он уже усомнился в своих силах, теперь он чувствовал слабость и подступающий кашель, но еще было не время сдаваться. Все пять голов яростно ревели, что уши закладывало, и маг, собрав в себе силы, выпрямился, гордо взглянув на Такхизис. Пять пар глаз злобно сверкнули, пасти распахнулись. Рейстлин прошептал защитное заклинание, вложив в него и магию своего посоха, и вытянул руки вперед - вокруг его фигуры образовался прозрачный шар. В этот же момент три головы выдохнули на мага огонь. Стало невыносимо жарко, горячий воздух едва не снес Крисанию с ног, но Рейстлин держался стойко. Огнем дышали прямо на него, и лишь тонкий магический барьер защищал его от верной смерти. Но и тот начал трескаться, не выдержав такого напора. Кривые трещины расползались по шару, и задняя его часть почти сразу же отвалилась, как если бы шар был хрустальный. Пламя лизнуло подол мантии, черная ткань загорелась, но Рейстлин не обращал на это внимания. Стиснув зубы, он сжал покрепче посох Магиуса, и барьер на секунду перестал трескаться, но драконица дохнула на него огнем с новой силой, и защита не выдержала. В лицо Рейстлину ударил жар, огонь коснулся рук, достал до посоха... С ужасом маг вспомнил, что единственное, что способно уничтожить посох Магиуса – это пламя дракона, но было уже поздно. Дерево разломилось у него в руках на две части, шар потух, и Рейстлин ошарашенно вглядывался в половинки древнего артефакта. Заминка означает смерть. Огня больше не было, но была огромная когтистая лапа, которая схватила мага и подняла невысоко над землей. Рейстлин еще попытался прочесть какое-нибудь заклинание, но уже не мог – его со всей силы ударили о внезапно такой твердый песок, острые длинные когти вонзились в плоть, пронизывая его тело насквозь. Вспышка боли прошла мгновенно, Рейстлин лишь один раз сплюнул кровь, а потом безвольно опустил руки. Головы драконов рассмеялись, и драконица отшвырнула мертвое тело мага. Он перевернулся несколько раз в воздухе и упал на песок, более не пошевелившись. -НЕЕЕЕЕЕЕЕЕЕЕЕЕЕЕЕЕЕЕЕЕЕЕТ! – закричал Даламар и кинулся вперед, но Танис схватил его поперек пояса и сжал изо всех сил, не позволяя эльфу войти в Бездну. Тот отбивался, но слабо и хило, он не сдерживал слез и все время ощупывал свое запястье, которое вдруг перестало жечь, в надежде, что нити вот-вот появятся вновь, и Рейстлин встанет и выйдет к нему. Но Рейстлин лежал неподвижно, и Даламар упал на колени, сжимая руки в кулаки, не в силах что-либо сделать. Он чувствовал себя опустошенным, а мир вокруг будто бы перестал существовать. Перед глазами стояло лишь одно – пронзенный насквозь Рейстлин, кровь, хлыщущая из его огромных ран, его порванная мантия и разломанный посох... Собрав в себе силы, Даламар поднял взгляд и увидел, что драконицы больше не было. Вместо нее в воздухе повисло облако пепла, повторяющее силуэт дракона, а сама Такхизис приняла человеческий облик и подошла к Крисании. Темный эльф видел победную улыбку богини, ее белые руки, тянущиеся к перепуганной жрице. -Выпусти меня отсюда, - прошептала Такхизис, склонившись над съежившейся Крисанией. Та, сжав в руках медальон Паладайна, помотала головой и зажмурилась, ожидая боли. Она понимала, что Такхизис не убьет ее, а это значит, что ей уготована участь страшнее той, что постигла Рейстлина. -Выпусти меня отсюда, - повторила Темная госпожа и сжала хрупкое плечо несчастной девушки своими тонкими длинными пальцами, как вдруг случилось что-то невероятное. Рука Рейстлина дрогнула один раз, затем еще раз, а потом и все его тело выгнулось дугой и поднялось над песком, поднимая за собой страшный вихрь. Даламар, не веря своим глазам, поднялся с колен и уставился на это невероятное чудо. Тело Рейстлина парило над песком, холодный сильный ветер трепал его порванную мантию и белые волосы, маленькие разряды молний, треща, как сухие ветви, пронизывали его плоть и не причиняли вреда. Время как будто повернулось вспять, и кровь вливалась обратно в его тело, а раны заживали, как будто бы их и не было. Такхизис, испуганно глядя на это воскрешение, попятилась в сторону, бормоча что-то вроде «невозможно», Крисания же упала на колени, глупо улыбаясь и утирая грязным рукавом слезы. Искрившиеся фиолетовые молнии становились все ярче, воздух стал еще холоднее, а потом на руке Даламара вновь вспыхнули яркие Нити Судьбы. Потоки воздуха поставили Рейстлина на песок. Маг открыл глаза, неторопливо поднял руки и, прошептав родное имя эльфа, выпустил плотные лучи пламени прямо в Темную богиню. Не ожидав атаки, та отлетела назад, хотя магия и не причинила ей вреда. Торопливо поднявшись с песка, она хотела было ответить своим ударом, но новый луч сбил ее с ног. Теперь уже это был не огонь, а нечто совсем другое, чему никто не мог дать объяснения. Два луча, абсолютно белых и, казалось бы, не требующих никаких сил, были направлены на Такхизис и забирали ее силы! Краем глаза Рейстлин заметил, что его руки теряют этот отвратительный, болезненно-желтый оттенок, а пряди волос снова становятся русыми. Снова взглянув на Такхизис, маг убедился, что проклятие глаз никуда не делось и, кроме того, с этим заклятием, которое он использует, он не мог пошевелиться. Лучи связывали их, передавая одному из них силы другого, но никто из них не мог двигаться. -БЕГИ! – крикнул Рейстлин и на секунду прервался. Побежав вперед, он подхватил на бегу половинки посоха Магиуса и изо всех сил рванул вперед. Раскаленный воздух обжигал легкие, Такхизис приходила в себя и собиралась нанести новый удар. Рейстлину пришлось остановиться, чтобы задержать ее. Крисания уже добежала до Врат и выпрыгнула в лабораторию, без сил повалившись на пол. Даламар нетерпеливо топтался на месте, ожидая Рейстлина, но тому приходилось все время останавливаться и насылать на Темную госпожу какие-нибудь заклятия. Наконец, убедившись, что Такхизис еще некоторое время будет обездвижена, он опустил руки и со всех ног бросился к Вратам. Сзади донесся полный отчаяния и ярости крик: -МАДЖЕРЕ! Но все было кончено. Рейстлин выбежал в лабораторию и, соединив половинки посоха, стукнул им о пол. Каким-то чудом посох загорелся, а маг стал быстро шептать заклинание. Драконьи головы, охраняющие Врата, завыли и заревели, оглушая всех присутствующих в комнате, завились и снова застыли, а Врата закрылись, оставив по ту сторону Темную госпожу. Рейстлин упал на пол, тяжело дыша. Никто не осмелился подойти к нему, лишь Даламар замер рядом с ним. Заметив его перед собой, архимаг поднял голову и содрал с шеи серебряную цепочку с Кровавым камнем. Вытянув руку с древним артефактом вперед, он победно улыбнулся и закрыл глаза, теряя сознание. Даламар, Крисания и Танис так и стояли, все еще переживая события последнего часа. На самом деле никто их них не знал, сколько прошло времени. Танису казалось, что прошло не более двадцати минут, а вот для Даламара и Крисании все это растянулось на много-много часов. Никто не решался прикоснуться к Рейстлину. Его воскрешение прямо в Бездне всех повергло в шок, а его преображение этот шок лишь усилило. Внезапно в коридоре послышался чей-то чужой голос, и в лабораторию со смешным кряхтением вошел седой старик в серых одеждах и такой же серой шляпе с широкими полями. Даламар весь вытянулся, не понимая, как незнакомец попал сюда, Крисания не обратила на него никакого внимания. Танис облегченно вздохнул. -Так, так, ребятушки, что тут у нас?.. – прошептал Фисбен, шагая по лаборатории и стуча своим посохом. Заметив Таниса, он стал серьезным и даже снял свою нелепую шляпу и вручил ее вместе с посохом полуэльфу. Отодвинув ошарашенного Даламара в сторону, он склонился над Рейстлином, внимательно осмотрел его, его Кровавый камень и Нити Судьбы, которые постепенно тухли. Затем выпрямился и обратился к присутствующим. -Ты, Танис, займись жрицей, - сказал он, поднимая дрожащую девушку с пола. – Отведи ее в Храм, там с ней все будет хорошо. И не бойся, - добавил он, улыбаясь. – Войны уже не будет, можешь смело идти по Палантасу. И хоть Таниса распирало любопытство, что же произошло с Рейстлином в Бездне, он послушно взял Крисанию под руки и, взяв из рук Фисбена-Паладайна какой-то амулет, оказался сразу за пределами Шойкановой рощи. Когда же полуэльф и жрица исчезли, Фисбен повернулся к Даламару. -С Рейстлином все в порядке, - сказал он, положив руку эльфу на плечо. Тот ощутил какое-то странное, потустороннее спокойствие, заполнившее его сердце, и даже улыбнулся, с нежностью взглянув на своего шалафи. -Ему нужен покой, - тихо сказал эльф и поднял Рейстлина на руки. Следуя за Фисбеном, он спустился в спальню и уложил мага на уже расстеленную кровать. Тот встрепенулся, но не проснулся. Он дышал ровно и выглядел очень умиротворенным – Даламар не мог отвести от него взгляд. Обломки посоха Магиуса так и висели у него на поясе - он не знал, как с ними быть. Фисбен, видя его нерешительность, взял несчастные половинки и присел в кресло, увлеченно рассматривая разные зазубрины и царапины на дереве. -Что же это было? – тихо спросил Даламар, обращаясь скорее сам к себе, но Фисбен услышал его вопрос. -Про Нити Судьбы ты уже знаешь, юный эльф, - ответил тот с улыбкой. – Что же касается чудесного воскрешения Рейстлина, то даже я не знаю, кто этому поспособствовал. Возможно ли, что даже я сам не знаю всех возможностей этих Нитей?.. Даламар невольно взглянул на свое запястье. Оно было в порядке, и он задумчиво улыбнулся, вспоминая, какую подчас боль они могли причинять. Переведя взгляд на Рейстлина, он заботливо убрал с его лба несколько темных прядей, с удивлением ответив, что среди них остались и белые. -Мда... – протянул Фисбен, потеребив свою бороду. – Он мог победить Такхизис одним этим заклинанием, но лишь перенял часть ее силы, чтобы исцелить себя. -Но зачем ты послал ему жрицу? – спросил Даламар, снова ощущая этот противный укол ревности. Конечно, кто он такой, чтобы оспаривать решение Паладайна, и, тем не менее, это было немного обидно. -Дело в том, что когда Фистандантилус хотел перенестись в будущее, ему помогла сама Такхизис, так как верила, что старый маг не сможет ее одолеть и тогда она выберется из Бездны. Рейстлин же этого не знал и не мог знать. Он верил, что победив Фистандантилуса, сможет вернуться сразу сюда. Но Всебесцветная решила иначе. И пусть она хоть трижды заперта в Бездне, ее магия слишком сильна. Рейстлин же взял с собой кендера, надеясь немного изменить будущее. Что ж, это было разумно, но даже твой шалафи не мог всего предусмотреть... – Фисбен грустно улыбнулся. – Я знал, что ему придется пойти по следам Фистандантилуса и послал ему жрицу, чтобы, когда пришло бы время, он смог открыть Врата. Даламар кивнул. Внезапно на него накатила ужасная усталость, и он, не выдержав, присел на кровать рядом с Рейстлином. Откуда-то издали донесся голос Фисбена: -Вам обоим нужно отдохнуть. Даламар что-то пробормотал в ответ, а потом забрался под одеяло и обнял мага, наслаждаясь родным теплом и постепенно засыпая.