Камень цвета крови 2

Рейстлин лежал на низкой кровати, прижимая руки к животу. Абсолютная внезапная атака смутила его настолько, что ему хотелось и плакать, и смеяться. Маг расхохотался, запрокинув голову, но страшная, острая боль поразила его, и он закашлялся кровью, кровь текла и из раны, пачкая руки и одежду. Сознание помутнилось, и тусклый свет свечи постепенно исчезал. Боль. Боль, с которой он боролся всю жизнь, с самого детства. Вечные насмешки, издевательства, недоверие. Магия. Рейстлин вспомнил свою первую встречу с Антимодесом, первое маленькое испытание, когда ему явились боги магии... Потом картинка сменялась одна за другой, и маг понял, что перед глазами действительно пролетает вся жизнь. Близость смерти ощущалась все острее, она усиливалась вместе с болью и страхом. Он ведь не хотел... Он всего лишь хотел вернуться домой, а не сражаться с гномами против гномов, не хотел развязывать войну и вести за собой армию, не хотел сражать Такхизис. Где-то послышался женский надменный смех, а в темноте вдруг мелькнула радужная вспышка. Неужели сама Темная госпожа заберет его жизнь, его душу?.. Собрав последние силы, Рейстлин открыл глаза, чтобы убедиться, что он все еще жив, и с удивлением обнаружил, что его щеки мокрые от слез. «Я не хочу умирать. Я не должен умереть, я не могу умереть здесь. Меня ведь... ждут... Там, дома...» Еще одна вспышка боли заставила его закричать. -Даламар!.. «Ты умираешь», сказал Рейстлин сам себе и буквально завыл от собственного бессилия, прижимая окровавленные руки к ране, пытаясь удержать утекающую жизнь. Мысли путались и боле не вязались друг с другом, все стало будто бы неважным, кроме одного единственного образа, призрачного образа, далекого и родного – последняя ниточка, за которую цеплялся умирающий маг. В темноте слышались голоса богов. Одни смеялись, другие шептались между собой, третьи же звучали где-то совсем рядом, но Рейстлин не мог разобрать слов, как если бы они говорили на совсем другом языке. Внезапно маг обнаружил, что стоит в каком-то бескрайнем и бесцветном пространстве, окруженный пантеоном богов. Среди прочих явно выделялся Гилеан, хоть в своем сером плаще он должен был теряться в разноцветной массе остальных. Рядом с ним стоял и Паладайн в своих блистающих доспехах. Шлема на нем не было, однако из-за яркого слепящего света Рейстлин не мог разглядеть его лица – образ Паладайна был размытым и нечетким. Бог шагнул к нему, и маг шагнул назад, озираясь по сторонам и ища какую-нибудь лазейку из этого странного места. -Верните меня обратно, - требовательно произнес Рейстлин и выпрямился, гордо взирая на богов. -Много же с тобой возни, мальчишка, - фыркнул Нуитари, сложив руки на груди. -Тихо, - прервал его Паладайн. Бог черной магии прищурился и ушел в тень, молча наблюдая за происходящим. – Я слышу голос Крисании. Она молится за тебя. Рейстлин нахмурился, понимая, что это, очевидно, его единственный шанс вернуться в мир живых. Даже если все это - всего лишь сон, он может и не проснуться никогда. -Верните меня обратно, - тихо повторил он, сжимая кулаки. Паладайн поднял руку и подозвал его к себе. Рейстлин, неуверенно обернувшись на Нуитари, словно бы ища его поддержки, медленно подошел к светлому богу. Тот взял мага за руку и поднял ее, закатав влажный от крови широкий рукав. -Нити Судьбы, - задумчиво проговорил он, разглядывая едва заметные голубоватые полоски на запястье мага. – Не помню я, чтобы награждал тебя ими. -Они появились у меня в будущем, - честно ответил Рейстлин, хотя до сего момента он не знал, что это именно они - Нити Судьбы. Те самые Нити, которыми Паладайн награждает тех двоих, которые доказали, что ничто не способно их разлучить. Рейстлин читал об этом когда-то, но, как и все, не верил, считая эту историю просто легендой. Однако они оказались настоящими. -В будущем... – тихо повторил Паладайн и отпустил его руку. -Так вы вернете меня? -А разве ты не собирался открыть Врата в Бездну? -Собирался. В рядах богов прошлась волна возмущенного и испуганного шепота. Внезапно Рейстлин почувствовал в себе такую могущественную силу, с помощью которой наверняка бы смог уничтожить весь пантеон. Очевидно, боги тоже это почувствовали и стали нервно переглядываться друг с другом, то и дело кидая вопросительные взгляды на Паладайна. -Зачем тебе нужно в Бездну? -Она перекинет меня в мое время, - признался Маджере. – Меня там ждут. -Понимаю, - с улыбкой ответил Паладайн. – Ты действительно из будущего. Значит, там, в будущем, я свяжу этими нитями тебя и твою возлюбленную. Рейстлин не сдержал смешка. -Однако, мы задержались, - ровным голосом произнес Гилеан, обращаясь к Светлому богу. – Продержим его здесь еще чуть-чуть, и его тело умрет. -Нельзя допустить, чтобы он попал в Бездну, - заметил Чемош с гадкой ухмылкой на лице. – Он должен умереть. -Тогда его история может измениться, - ответил Гилеан, внимательно разглядывая Рейстлина. – Ты ведь уже знаешь, что должно произойти. -Знаю, - маг кивнул. -Но нам об этом знать не следует, - поспешно добавила Лунитари. -Так вы вернете меня? – снова повторил Рейстлин, теряя терпение. На языке завертелись слова какого-то весьма мощного заклинания, руки были готовы ухватиться за компоненты. Боги притихли и сосредоточили взгляды на Паладайне. -Крисания молится за тебя, - проговорил он и взглядом указал на запястье Рейстлина. – Раз в будущем я наградил тебя этими нитями, значит, ты был достоин их. Посему, полагаю, я могу тебя вернуть, только один вопрос меня волнует. Рейстлин нахмурился. -Как ты собираешься выйти из Бездны? Снова – волна шепота. Рейстлин оглянулся, взглянув на каждого из богов, и лишь потом – на Паладайна. В его взгляде не было былой уверенности, хотя он и пытался это скрыть. Только сейчас он обратил внимание, что не видит, как стареют боги. «Не удивительно», подумал маг и тихо вздохнул, опустив голову. -Как-нибудь да выйду, - сказал он. – Но для начала мне бы хотелось вернуться в мир живых. Далее он ничего не видел – все постепенно пропадало во тьму, голоса становились какими-то далекими, а слова – незначительными. Рейстлин почувствовал, что снова лежит в душной палатке на жесткой койке, что боль все еще ноет где-то в животе, но крови более не было. Рядом он услышал тяжелый, усталый вздох, и затем – лишнюю тяжесть на кровати и чужое тепло. Открыв глаза, щурясь от света, он увидел Крисанию, которая опустила голову рядом с ним, совершенно выдохшись. Ее медальон светился мягким платиновым светом, постепенно угасая. Свеча, стоявшая на низкой тумбочке, тоже догорала и скоро совсем потухла, и в шатре стало темно. Рейстлин уснул спокойным, глубоким сном. Весть о том, что ведьма в белом полностью исцелила умирающего мага, разлетелась по лагерю со скоростью света, и воины теперь с особой осмотрительностью обходили шатры Рейстлина и Крисании. Жрица, ни на шаг от него не отходившая, все пыталась расспросить его, что он видел, пока был без сознания, но Маджере упорно уходил от ее навязчивых вопросов, размышляя о том, что ему привиделось. Сон ли это был, или действительно боги спасли его жизнь, буквально воскресили его – он не мог точно сказать. В задумчивости разглядывая свои руки, пытаясь ощутить эти таинственные Нити, он и не заметил, как быстро пролетело время и как армия быстро собралась в поход. До Замана оставалось всего ничего, и пусть маг был еще слаб, он должен оказаться там как можно быстрее... Когда Сот и Китиара покинули башню, Даламару пришло сообщение о том, что Элистан умирает*. Хоть темный эльф и не испытывал особой симпатии к жрецам Паладайна, он все-таки отправился в храм, чтобы попрощаться с умирающим стариком. Он еще помнил, как тот посреди ночи отправился с ним в башню, чтобы спасти Рейстлина от верной смерти... В одно мгновение Даламар очутился у дверей храма. В груди почувствовалось легкое покалывание, и маг решил, что задерживаться он явно не станет. Лишь перекинется парой слов с Элистаном и покинет это место. Как ни странно, но его уже ждали жрецы и немедленно проводили к умирающему старику. С каждым шагом боль его все усиливалась, но стоило войти в покои Элистана, как колючки в груди будто бы сжались, стараясь не тревожить нежную плоть. Даламар вдохнул полной грудью и лишь тогда заметил самого жреца, лежащего на постели, и рядом с ним – человека в доспехах. -Я пришел навестить тебя, Посвященный Паладайна, - тихо проговорил он, не обращая внимания на другого человека. Тот, лишь обернувшись и увидев его – темного эльфа – схватился за меч, но Элистан остановил его. -Все в порядке, друг мой. Это Даламар, и он нам не опасен. Человек нехотя, но отпустил рукоять меча, а маг подошел ближе. -Надеюсь, это небольшое путешествие не принесло тебе много боли? – тихо спросил жрец и кивком головы указал на кресло, стоявшее рядом с кроватью. Даламар с благодарностью опустился в него и ответил, что он вполне благополучно добрался до покоев Посвященного. -Стоит ли представлять вас друг другу? – с улыбкой заметил Элистан. -Танис-Полуэльф, - тихо проговорил Даламар, с усмешкой наблюдая, как перекосилось от злости лицо рыжего воина. – Шалафи рассказывал о тебе, - добавил он на своем родном языке и снова усмехнулся – на этот раз лицо Таниса перекосило от изумления. -Кто ты такой? -Я Даламар, ученик Рейстлина. Танис нахмурился, но более ничего не сказал и перевел взгляд на Элистана. -Палантасу грозит опасность, - тихо произнес Элистан. – Не избежать нам новой битвы, и я позвал вас сюда за тем, чтобы вы объединили свои силы и не стали ссориться. Сейчас как никогда свет и тьма должны объединиться, чтобы дать отпор надвигающейся грозе. Словно бы подтверждая слова Элистана, запястье Даламара загорелось, нити будто бы въедались в кожу, но помимо этого привычного ощущения было и новое – все тело вдруг налилось свинцом, и темный эльф, проклиная себя за слабость, откинулся на спинку кресла, сдерживая дрожь в руках. В его голове раздался шум, как будто бы где-то ревела сотня драконов и тысячное войско бряцало доспехами, мечами и копьями. Среди всей этой какофонии раздалось мелодичное женское пение и тихий шепот, произносящий слова на так хорошо знакомом языке магии. Даламар сжал губы – боль в запястье становилось невыносимой, голоса оборвались, и весь шум исчез – и только сейчас эльф заметил, что Элистан и Танис смотрят на него с удивлением и беспокойством. -Простите, мне сделалось дурно, - прошептал Даламар, поспешно пряча руки за спину. – Если вы позволите, я пойду. Я ни в коем случае не стану мешать вашим планам, и если кому-то из воинов света, - маг многозначительно взглянул на полуэльфа, - понадобится помощь темных сил, я сделаю все, что смогу. Прошу простить меня, Посвященный Паладайна, - обратился он к Элистану, вставая с кресла, - что не могу уделить тебе больше времени. Хочу снова поблагодарить тебя за то, что ты сделал для моего шалафи. Сказав это, темный эльф поклонился, снова удивляя Таниса, а затем поспешно вышел из комнаты и почти бегом направился к выходу. Выйдя на улицу, он отошел еще на несколько кварталов, подальше от храма, и спрятался в тени какого-то дома, переводя дыхание. Несомненно, прямо сейчас Рейстлин открыл Врата. Пытался их открыть – Даламар не мог объяснить, почему голоса прервались, но божественная связь их не оборвалась, а значит, Рейстлин все еще жив. Нужно спешить. Даламар достал тот самый кристалл, с помощью которого некогда перемещался с Элистаном в башню, но его окликнули, и темный эльф, не постеснявшись в выражениях, проклял того, кто сейчас помешал ему. Обернувшись, он увидел, что к нему бежит Танис с явным намерением его задержать. -Чего тебе, полуэльф? – прошипел Даламар, когда воин оказался в нескольких шагах от него. Спрятавшись в тень дома, Танис перевел дух и взглянул на мага. -Рейстлин написал мне однажды, - сказал тот прямо и протянул ошарашенному Даламару потрепанный конверт. Тот, недоверчиво косясь на Таниса, взял конверт в руки. -Он не говорил мне, - прошептал маг, доставая письмо. Быстро прочитав его, он сжал губы и вернул конверт Танису. – К сожалению, Карамон уже знает. -К сожалению, - подхватил полуэльф. – Он отправился в Вайрет как раз тогда, когда я пришел в Утеху. Даламар кивнул и накинул на голову капюшон. -Извини, полуэльф, но у меня нет времени с тобой разговаривать, - он повернулся в сторону башни. Вдруг земля под ногами содрогнулась, и на город легли тени – высоко в небе парили драконы, и было слышно, как вокруг стен Палантаса собирается армия. Даламар, сам не понимая, почему это делает, схватил Таниса за руку и быстро прочел заклинание. В мгновение ока они оказались перед дверьми лаборатории – за ней что-то гудело, скрежетало и ревело. Толкнув поддавшуюся дверь, эльф и полуэльф ввалились в залитую неестественно-ярким светом лабораторию... *автор честно не помнит, когда он умер, за возможное несоответствие с хронологией канона глубочайше прошу прощения.