Отторгая пустоту

      Северный ветер, шелестя сухими листьями, поднимал в воздух мелкую пыль. Порождённая пылевая буря неслась по улицам, закручиваясь в небольшие вихри, что в свою очередь вбирали в себя весь брошенный горожанами мусор. Вот опять, восходящий поток воздуха, вступив в конфронтацию с нисходящим, образовал мини смерч, что быстро набрав силу отправился вперед, разгонять спешащих по своим делам пешеходов. Немногие мужчины и женщины, оказавшиеся в эту ночь вне стен родных жилищ, старались укутаться в свои плащи как можно плотнее. Они то и дело хватали свои широкие прорезиненные капюшоны и закрывали ими лица, дабы грязь и пыль не попали им в глаза. За этой картиной наблюдал маленький ребёнок, одетый в серую, видавшую лучшие годы, больничную пижаму. Стоя босиком у окна, брюнет, не шевелясь, смотрел за надвигающейся на деревню бурей. Его зелёные глаза сияли потусторонним светом, а не шевелящееся зрачки смотрели на огромные кучево-дождевые облака, закрывшие купол неба чёрным меховым ковром. Казалось, что эта картина так увлекла мальчика, что он не замечал ничего на свете, не всполохов ярко-фиолетовых молний, каскадом бьющих в землю, далеко за пределами листа, не настойчивого покашливания за спиной. Неожиданный посетитель, тяжело вздохнув, поднял стоящий у кровати деревянный табурет и отнес его к окну и поставив справа от маленького пациента сел, не издав ни звука. Одетый в официальное одеяние хокаге, уже довольно старый мужчина стал наблюдать за ребенком, но уже через минуту негромко окликнул ребёнка: — Наруто, — мальчик никак не отреагировал, — Наруто ответь, нам надо поговорить. — И тут Хирузена не смог привлечь внимание. Потеряв терпение, он протянул к довольно худому плечу мальца руку, но не успели его сухие старческие пальцы коснутся брюнета, как он резко отскочил от Сарутоби и отбежав к дальней стене, сел, прислонившись к тумбе с цветами. Его худое и дрожащее детское тело приняло позу эмбриона, а руки, переплетенные между собой, стали судорожно цепляться за ткань пижамы. Наблюдавший за этим старик, ни слова не говоря, встал со стула и мелкими, тихими шагами направился к ребёнку. Он осторожно, чтобы больше не пугать, сел прямо на пол, в метре от ребёнка. Дальше, ловким движением, он выхватил из внутренних карманов, добротного вида, курительную трубку. Довольно важная вещь, столь необходимая любому любителю табака, была явно сделана из тёмного дерева и судя по трещинам, что разрослись по поверхности своеобразным узором, служила она своему владельцу очень давно. Взяв в правую руку трубку, правитель листа снова запустил руку в карман, вытащив оттуда небольшую деревянную коробочку, открыв которую, он кончиками пальцев схватил щепотку табака. Прежде, чем набить им курительную трубку он поднес сушёные, молотые листья, прямо к своему носу и глубоко втянул их запах. Удовлетворенно улыбнувшись, Хирузен взял в зубы деревянную трубку и запустив в чашу с табаком палец, стал раскуривать своё приспособление. Тут же, из ноздрей тени листа повалил серый дым, что густым потоком поднялась под потолок палаты, а после, закрутившись словно водоворот, устремился вниз. Клубы едкого бесформенного дыма, пробившись к полу, принялись преображаться в разные фигуры, что неожиданно стали миниатюрными зверями. И чем больше дыма выдыхал из своей трубки Хокаге, тем больше становилось забавных животных, пока вся поверхность пола между единственными живыми в палате людьми, не оказалось заполнено дымными фигурками. Старик, смотрящий на эту картину из-под прищура искрящихся весельем глаз, сложил двумя пальцами знак концентрации, после чего еле слышно прошептал: — Техника огня: танец пепла, — а после, — Техника воздуха: искажённый звук. Неожиданно, миниатюрные обезьяны, львы и другие экзотические для страны огня звери, закружились перед ребёнком, устраивая танцы с песнопениями. Под веселую мелодию невидимого оркестра, они, становясь на задние лапы, выполняли целые пируэты, комично дергая лапами, а некоторые вообще устроили акробатический номер, в котором прыгали через друг друга или через появляющиеся прямо из воздуха, дымные кольца. Сидящий на корточках мальчик, никак не отреагировал на шум, поднятый техниками Хокаге, лишь, задрожал сильнее, на что дымные звери принялись бегать прямо у ног малыша и щекотать его пятки, и это дало результат. Подняв голову, он стал наблюдать за животными- циркачами, из-под чёрной челки появились ярко-зелёные глаза, что опасливо посматривали на сидящего напротив. Старик тем временем, широко улыбнувшись, выпустил между губ струю дыма, что плавно подлетела к мальчику, а после опустившись к полу обратилась ковром невероятно ярких цветов. — Здравствуй, Наруто. Извини, что напугал, я не причиню тебе вреда, — сказал с улыбкой Хокаге, — Меня зовут Сарутоби Хирузен, ты же знаешь кто я? Ребенок не ответил, но чуть дернул головой. — Это хорошо. Знаешь, я как Хокаге чувствую личную ответственность за то, что с тобой случилось, поэтому пришёл перед тобой извиниться, — тут голос старика сделался тоскливо-виноватый. — Я должен был уделять твоей защите больше внимания, но, к сожалению, я проявил преступную халатность и ... — Почему их убили? Это из-за меня? — прервал говорившего, тихим бесцветным голосом мальчик. Прервавшийся старик сперва ничего не сказал, лишь сильно затянулся трубкой, выпуская из ноздрей густой дым, а после спросил: —Хм с чего ты так решил? — Тот ... — Мальчик, напрягшись, потянул ткань пижамы с такой силой, что в швах затрещали нитки, — Тот мужчина, что делал мне больно, сказал, что я ... — тут голос мальчика надломился, — Я во всем виноват. Если бы я не владел особенной силой, он бы не пришёл за мной, и ... — из зелёных глаз ребёнка полились слёзы. — Они ... они были бы живы, значит, я во всем виноват. — Хммм, он прав, — услышав эти слова, ребёнок втянул свою голову в плечи и зашелся тихим плачем навзрыд, — И неправ одновременно. — Тут же продолжил Хирузен, твёрдым голосом, — Понимаешь Наруто, ты особенный человек, — и увидев, что вернул внимание собеседника, продолжил. — В тебе есть сила, что не подвластна другим, а таких людей в мире шиноби всегда подстерегает большая опасность. Твои друзья тоже были ниндзя, а значит в любом случае рисковали жизнью, и ты не можешь быть в ответе за все жизни вокруг себя. — Моя сила, Вы можете её забрать? — Спросил с надеждой ребёнок, — Я не хочу больше боли, не хочу крови, я вижу их во сне. Они обвиняют меня. Говорят, что лучше бы я не рождался, я вижу кровь везде, везде куда бы я не посмотрел. Аоба-сан, та, кто всегда была добра, говорила, что любит меня, мертва, а теперь из её рта слышны лишь пожелания смерти. Ребя..т.т..та, я ни..ког..да не.. люю..бил их, но я не хотел их см..м.ерти. — Стал заикаться плачущий ребёнок.       Тут Хирузен поднялся с пола и осторожно подошёл к малышу. Сев рядом с ним, он облокотился спиной на стену и медленно протянул к нему ладонь. Сперва мальчик дернулся, но всё же позволил положить на свою голову шершавую старческую ладонь, после чего, Хирузен принялся гладить его гладкие, отливающие смолью волосы, на что он отреагировал бурно. Вскочив, мальчик бросился и уткнувшись в грудь Сарутоби разревелся. Он долго плакал, размазывая слезы по белой мантии, но через некоторое время он успокоился и подняв взгляд на Хирузена сказал: — Вы не ответили. — Прости, я не могу забрать твое бремя, но могу научить им пользоваться. Могу дать силу, что позволит тебе побеждать врагов и защищать друзей, никто и никогда, не сможет сделать тебе больно. — мальчик слушал Хокаге и смотрел взглядом полным надежды, тут же спросив: — Вы обещаете? — Старик ответил не сразу, сперва он затянулся из своей трубки и выпустил дым в потолок, и не смотря на мальчика сказал: — Да, Наруто, я обещаю тебе, - тут Хокаге резко поднялся и отнес ребёнка к постели. Положив свою ношу в кровать, он накрыл его одеялом. — Прошу, не уходите, я не смогу уснуть, я... — Тише Наруто, тише, я посижу с тобой пока ты не уснёшь. Я обещаю, теперь тебя никто не тронет.

***

      В коридоре госпиталя открылась дверь, после чего из палаты вышел правитель листа. Постояв у двери немного, он подошёл к окну, затем открыл его и стал выбивать содержимое трубки прямо на тёмную улицу. Закончив очистку, он не особо громко произнес: — Ёж, если с ним что-то случится, ты умрёшь, как и все твои люди, второго шанса не будет. Ты меня понял? — голос каге листа, был твёрд и грозен. Позади Хокаге раздался сиплый голос, что четко ответил: — Так точно, Хокаге-сан. — Надеюсь. Да и ещё, чтобы не случилось с ребёнком, плохое самочувствие или чихнет, он больше обычного, — тут он с нажимом добавил. — Я должен знать об этом секунд через десять. — Да.       Развернувшись, Хокаге отправился к выходу с этажа. Спустившись по лакированной лестнице, он вышел на улицу. Втянув носом прохладный ночной воздух, он устремил свой взгляд на одно из окон больницы, после чего неспешной походкой направился в путь. Пройдя по ровной дороге он шёл мимо домов и магазинов, парков и памятников. Останавливаясь у последних, он складывал руки в молитвенном жесте шепча что-то в тишину ночи. Окончилась ночная прогулка у огромных деревянных ворот, на которых был изображен мон веероносного клана. Ночной гость подошёл к дверному молотку, изображённому в виде трёх закрученных томоэ и стал им бить по металлической пластине. Хозяева не стали долго томить полночного визитера, открыв ворота, показался молодой привратник и поприветствовал гостя: — Здравствуйте, Хокаге-доно. Проходите, я отведу Вас к дому Фугаку-сана. — Доброй ночи и благодарю, проводник-кун.       Довольно молодой Учиха вежливо поклонился и закрыл за Хокаге ворота, после чего повел его по освещенной факелами улице. Этот участок деревни, был построен полностью из дерева и здесь чувствовался традиционный стиль архитектуры, что использовался ещё в эпоху клановых войн. На каждом здании можно было увидеть герб и другие украшения рода, ещё часто встречались монументы, посвящённые героям клана с резными табличками, что рассказывали великие истории. Идущий Сарутоби с почтением рассматривал героев прошлого, пока не дошёл до центрального дома. Жилище главы Учих было внушительным и дорогим, каждая деталь в нём говорила, что здесь живет элита. Подойдя к двери, сопровождающий постучал в дверь. Ответ последовал через минуту, среднего возраста женщина с правильными чертами лица, выйдя, поклонилась гостям и улыбнувшись сказала: — Здравствуйте, Сарутоби-сан. Очень рады принимать Вас в нашем доме, я провожу Вас к мужу. — Здравствуй, Микото-чан, ты всё так же прекрасно выглядишь. — Благодарю, Вы тоже в прекрасной форме.— Весь этот разговор проходил пока они шли через прихожую и гостиную к личному кабинету, — Хокаге-сан, я бы хотела узнать, — вдруг неуверенно проговорила хозяйка дома. — Как Наруто-кун, с ним всё нормально? — Хм, скажем так, его жизни ничего не угрожает. Не волнуйся, Микото, я смогу защитить сына твоей подруги. — Благодарю. - Тут они подошли у двери с металлическим моном рода, сопровождающая тут же постучала в дверь, после чего показался и сам хозяин дома. — Сарутоби-сан, я ждал Вас чуть раньше, - в его голосе можно было услышать нотки недовольства. — Прости, я задержался в больнице — мальчик боится спать один, пришлось его убаюкать. —Хм, хорошо я понял, проходите. Микото, пожалуйста, будь добра, принеси нам чай, я думаю наш гость не откажется. — Гость кивнул, а жена главы, удалилась на кухню. Расположившись в двух, стоящих у камина креслах, они стали обсуждать обыденные темы, такие как погода и урожай, собранный в этом году, но стоило Микото выйти из кабинета после того, как она принесла чай, как дискуссия изменилась и стала конкретней. — Так, о чем Вы хотели поговорить, Хирузен-сан? Ваше письмо меня заинтриговало. — Об ошибках прошлого, Фугаку-сан, — тут он в последний раз отпил чай из фарфорового бокала и поставил его на поднос, — не будем ходить вокруг да около, и вы, и я знаем, что между руководством деревни и вашим кланом натянутые отношения. — Тут он глубоко вздохнул. — Признаю, что в большей степени здесь виноваты мы, но и ваш род в своей гордости, довольно резок на поворотах и поэтому я предлагаю вам мир. — Что вы имеете в виду? — Заинтересовано сказал Фугако. — Я предлагаю вам должность старейшины деревни. - Собеседник Хокаге прикрыл глаза и крепко задумался, а после открыв спросил: — Зачем это вам? — Я не хочу войны, между нами. Коноха и так потеряла слишком много людей, а судя по накалу между нами, может потерять ещё больше. Если вы, знатный Учиха, встанете у власти, ваш клан успокоится, а вам будет легче искать точки соприкосновения с другими влиятельными семьями. Мы же получим стабильность, для меня сейчас это особенно важно. — У меня пока нет замены: мой старший сын Итачи слишком молод и неопытен. — Ни беда. Не обязательно, уходить с поста главы клана, это должность не требует отречения, Вам хватит времени подготовить нового главу. — Фугаку погрузился в тяжелые думы, хмуря брови и не отрывая взгляда от пламени, а после ответил. — Согласен.