Последний шинигами

После нескольких часов ожидания Микаэла, наконец, вернулся домой и, только шагнув внутрь, он увидел сидящего, сгорбившись, за обеденным столом Ичиго, который, заметив брата, лишь бросил короткое: — В горшочке осталось немного карри. Это тебе. Кивнув, блондин проследовал на кухню и, положив немного в тарелку и ещё немного на блюдечко, вернулся к Куросаки: — Ты не ел? Вопрос не требовал ответа. Ответ был очевиден — помотав головой, рыжий продвинул к себе заботливо принесённую тарелку и стал неспешно жевать. — Слушай, Юу-тян, как ты смотришь на то, чтобы сбежать..? — нарушил тишину Мика, привлекая внимание брата. — Я, конечно, не против, и ты это знаешь, но… как это сделать?.. У нас же нет ни оружия, ни карты… Торжествующе улыбнувшись, блондин щёлкнул предохранителем вытащенного из-за пазухи красивого старинного револьвера и шуточно нацелился в Ичиго: — Ты ошибся, братик. Я всё достал, — на стол полетела свёрнутая вчетверо бумажка — карта города, — Что скажешь? М-м? — Красавчик, но… как?! — нервно оглядываясь, прошептал рыжий. — Великий Микаэла не будет растрачивать свою драгоценную кровь за просто так! И вот результат! — Да уж, удивил… А вирус? Вне этого города нас всё равно ждёт смерть. — Ну… Он же не трогает детей, младше тринадцати? — Вроде как. — Вот и отлично. А нам двенадцать. Сбежав все вместе, мы сможем насладиться последним годом своей жизни вдали от Вампиров. Что думаешь? Куросаки не успел ответить — Акане спустилась с кровати и, потирая глаза, подошла к парням: — Куда это вы собрались, полуночники?.. Будто в первый раз увидев измождённую пленом бледную сестрёнку при слабом свете свечи, рыжий задумался — на кону счастье и благополучие не только его или Мики… братья ответственны за всех, и артачиться сейчас будет значить не уважать родных, поэтому… Бегло взглянув на голубоглазого, Ичиго с натянутой улыбкой и напускным энтузиазмом выпалил: — Сделаем это!

***

Прежде чем, взбежав по невысокой лестнице, добраться до просторного светлого зала, своды которого были подпёрты величественными белоснежными колоннами, ребята потратили с десяток минут на сборы и ещё час на осторожное перемещение по городу с помощью карты; до сих пор им неплохо удавалось избегать бдительных глаз стражников, и это радовало, ведь такой желанный выход, суливший свободу, теперь темнел всего в сотне метров, на другом конце помещения. Вдохновлённо улыбнувшись, блондин рванулся было вперёд, увлекая остальных за собой, но Куросаки вдруг больно схватил его за руку, останавливая. И не зря. — Ой-ой-ой. Кажется, меня заметили, — протянул мягко выплывший из-за колонны Ферид, — Даже не знаю, как у тебя это получилось, мальчишка… Вампир остановился аккурат против единственной надежды ребят, резных ворот, вызывая у них выражение растерянности и ужаса; и только рыжий уже давно закипел и сейчас с отвращением буравил взглядом Лорда. — Ах, эти очаровательные мордашки, — с приторной ухмылкой почти что пропел, продолжая монолог, мужчина, а в это время карта в руках Микаэлы, по непонятной причине рассыпавшись пеплом, утекла сквозь пальцы парня, — Именно ради них я всё никак не могу перестать с вами, детишки, играть. …Всего лишь миг, и одна из самых младших девчонок оказалась в лапах Вампира, тут же вонзившего в её худенькую шею короткие, но чрезвычайно острые клыки: — Она уже мертва? Какая жалость, — неаккуратно отброшенное окровавленное тельце с глухим стуком коснулось почти зеркально блестящей напольной плитки. — Скуч… Выстрел. Ещё один. Ичиго, судорожно вцепившись в тяжёлый прохладный пистолет, нажимал на курок, а Зангетсу в его внутреннем мире лишь всё мрачнее хмурился, глядя на попытки прирождённого мечника использовать огнестрельное оружие; волнения Пустого в общем-то были обоснованы — Ферид с поразительной лёгкостью избежал неумело выпущенных пуль и, будто танцуя, переместился за спину Куросаки. — Это, случаем, не мой любимый Кольт⁽¹⁾, м-м? — холодный взгляд алых глаз остановился на замершем блондине, — А ты хорош, Мика-тян. Провернуть подобное способен далеко не каждый молокосос… — Сделав паузу, Лорд начал неспешно прохаживаться вокруг скучившихся ребят, — Хм… Осталась ли у вас ещё хоть немного воли к борьбе? Если да, то игра продолжится… За этой калиткой, — скользнув взглядом по съёжившимся фигуркам сирот, мужчина указал на злосчастные ворота, — внешний мир, в котором мы, Вампиры, не властны. Сумеете выбраться — скатертью дорожка, не буду вас преследовать, нет — пеняйте на себя. Итак, начнём! — Ферид с секунду полюбовался на свои аккуратно подстриженные ногти, — Я уже в предвкушении этой наимилейшей истерики от людей, сперва загнанных в угол мимолётной надеждой и отчаянием, а затем пойманных в секунде от достижения желанной цели… Мгновенно осмыслив положение вещей, Куросаки выстрелил в воздух: «Сваливаем! Быстро!», и ребята в панике ломанулись к выходу. «Поможешь его задержать?» — продолжил было, обращаясь к Микаэле, рыжий, но, не получив ответа и обернувшись, оказался оттолкнут далеко в сторону налетевшим, как штормовой ветер, Вампиром, который, стремительно пронёсшись мимо, начал голыми руками убивать напуганных детишек одного за другим. Старшие братья опомнились, лишь когда от небольшой толпы осталась одна Акане. — Акане!!! — изо всех сил закричал Ичиго и вновь поднял пистолет. Увы, было слишком поздно — девочка издала сдавленный стон и навечно закрыла глаза в руках Ферида, ровным леденящим душу тоном отчеканившего: — Познайте отчаяние, безрассудные маленькие смельчаки, дерзнувшие бросить своим хозяевам вызов! Потеря последнего члена семьи окончательно выбила парней из колеи — те, кого они обязывались защищать на правах старших, погибли. Из-за их слабости. Неутешительно, однако. — Юу-тян, надеюсь, ты будешь меня помнить… — вырывая тотчас же встрепенувшегося Куросаки из мрачного оцепенения, прошептал блондин и, выхватив из ладоней брата револьвер, с какой-то тоскливой безысходностью в потемневшем взгляде бросился к Лорду. — Твоя кровь и впрямь была потрясающей… — с лёгкой ухмылкой Ферид выполнил тот самый приём, от которого полегла семья Микаэлы, и от которого мальчик, к слову, сумел ловко увернуться… впрочем, удача не улыбнулась сироте дважды — следующим движением кисти Вампир с размаху пронзил детскую грудь, а протянутую для решающего выстрела тонкую бледную руку бесжалостно выдернул из плечевого сустава и вместе с ненужным уже вложенным в неё оружием отшвырнул в сторону, — Спасибо, Мика-тян, — парень полетел следом за своей конечностью. Тем временем Ичиго как можно незаметнее для уже отвернувшегося Лорда подобрал валяющийся на полу несчастный Кольт, следом подхватил поперёк туловища полумёртвого блондина, но дальше не двинулся — услыхав гулкие шаги где-то в подсознании, в удивлении обернулся, а в следующее мгновение его шею и большую часть лица пересекла глубокая царапина, сделанная появившейся из ниоткуда и тут же исчезнувшей в никуда белоснежной когтистой рукой, обрамлённой красной меховой манжетой (по всей видимости, она принадлежала его Пустому), заставляя выронить брата, а самому упасть навзничь, притворяясь мёртвым. «Ч-что за фигня… Ты, Зангетсу?» — подумал было рыжий, но ответа дожидаться не стал — времени было в обрез, давно пришла пора делать ноги. — Мика… Мика! — парень резво подполз к голубоглазому и начал слегка потряхивать его за плечи в попытках привести в чувства, — Забирайся ко мне на спину, вытащу тебя отсюда… Мика!!! Слышишь меня? Забирайся! — Б-беги, Юу-тян, — Микаэла предпринял слабую попытку оттолкнуть товарища, — Ты не спасёшь нас обоих, не выйдет… Беги… Оставь меня, но… но… хотя бы сам останься в живых! Скорее, Юу-тян… Ошеломлённо глядя в померкшие полуприкрытые, но где-то в глубине всё так же мерцающие добротой глаза человека, ставшего ему в этом мире самым близким другом, Ичиго принял труднейшее решение в его жизни, за которое ещё не раз корил себя, выслушивая возмущения Пустого, — спастись одному, оставив умирающих товарищей позади. Парню самому в это не верилось… Ни разу, ни разу он так не позорился; да, было тяжело, да, он рисковал в любой момент погибнуть, скрещивая клинки с противником, в разы сильнее, но даже в минуты слабости он не допускал и мысли о трусливом побеге — Куросаки привык сражаться до конца. Правда среди обличающих его в малодушии размышлений рыжий нашёл одно-единственное смягчающее обстоятельство — рядом не было Иноуэ с её Сунь’О и Аяме⁽²⁾, а посему жизнью следовало дорожить как никогда раньше. Неуклюже развернувшись, Ичиго рванул со всех ног к воротам, сквозь которые они с семьёй ещё совсем недавно хотели пройти все вместе; не разбирая дороги от застлавшей взор пелены слёз и душившего кома в горле, вскоре вырвавшихся наружу в виде горьких надрывных рыданий, он бежал около трёх минут, пока не почувствовал, что земля ушла из-под ног; это ощущение в общем-то длилось недолго — мальчик парил в воздухе всего миг, а затем плюхнулся в снег, скатываясь по пологому склону невысокого холма. Когда же он, отфыркивась, поднялся на ноги, то с удивлением заметил расстлавшийся внизу, под горой, разрушенный пустынный город, который казался и вовсе заброшенным из-за полного отсутствия в нём освещения. Куросаки уж подумал, что остался совсем один в этом застывшем мире, однако человеческий голос, внезапно прозвучавший в по-зимнему холодной звенящей тишине, развеял это секундное наваждение: — Отлично, испытуемый из разрушившей Японию лаборатории Хакуя, как и было предсказано, наконец-то появился здесь… — высокий мужчина в надвинутом на глаза капюшоне военной куртки приближался к Ичиго, — Пацан, ты станешь нашим оружием в борьбе против Вампиров. — То, что надо! — с высыхающими слезами на покрасневших, чуть прищуренных от непривычки к солнцу глазах рыжий кинулся в объятия к Гурену (именно так звали пришедшего офицера), сбивая его с ног прямо в большой пушистый сугроб рядом, — Клянусь, я уничтожу… уничтожу их всех! Мужчина никак это не прокомментировал, лишь сочувственно устремил долгий взгляд на ребёнка, представляя, через что тому довелось пройти.