Охота на лиса

Очнулся я в какой-то убогой лачуге. Маленькое окошко без стекла, земляной пол, низкий потолок, убогая мебель и утварь. Я лежал на постели, в ногах дремал, привалившись к стене, здоровый мужик в татуировках… знакомый такой… Я напряг память. А! Это же Берт. Это друг. Все нормально. Но что-то было не правильно. Что-то беспокоило. Я лежал и размышлял об этом, как вдруг память подкинула картинку, где крылатый, пронзенный десятком арбалетных болтов, скомкав безвольные крылья, камнем падает на землю. Меня подбросило на кровати: — Клей! Берт открыл глаза, потянулся, зевнул… Я вцепился в его руку, как утопающий: — Берт! Берт! Где Клей? Он жив? — Жив-жив, чего ему сделается? Успокойся, Ник. — оборотень потрепал меня по голове, — Все живы, здоровы. Ждут, когда ты очнешься. Все закончилось. — А как же… Я же видел… Где он? Я должен убедиться, что с ним все в порядке! — Погоди. Успокойся немного. И перекинься, что ли. На тебя без слез не взглянешь. Что там с тобой делали? Только теперь понял, что все серебро с меня сняли, но я по-прежнему в полуформе, грязный и потрепанный жизнью. Недолго думая, обернулся в человеческую форму. В голове сразу прояснилось, мысли пришли в порядок, память восстановилась. Как же приятно быть новеньким, свеженьким… и целым. Чувствительность кожи тоже пришла в норму и я слегка прифигел от нахлынувших ощущуний, отвык уже. Заодно вспомнил, что падающий Клей был нарисован моим разыгравшимся воображением и успокоился. Но я же был в бассейне. Как…? — Берт, а ты-то здесь откуда? Пока я одевался, он рассказал, как все происходило. Берт действительно быстро понял, что случилось, когда я пропал. Нагхааш тоже искал меня, и, когда оборотень объяснил ему, куда я запропастился, без раздумий отправился выручать. Хорошо иметь корабль и команду вооруженных нагов под началом! Берт увязался с ними. Через неделю плавания они прибыли в столицу шайханата. Но надо было еще меня найти и придумать, как вытащить. И тут в столицу прибыли послы Триединого Королевства. А с ними… Клей. Он, оказывается, наивно верил, что я скрываюсь в Хиллпорте от охотников за головами, и напросился в сопровождение посольства, чтобы попытаться решить эту проблему на месте. Встретиться с шахом, понять что это за человек и дальше по обстоятельствам. Ничего не напоминает? У дураков мысли сходятся… Обстоятельства превзошли все его ожидания. Бедняга чуть ума не лишился, когда увидел меня, обвешанного железками, на цепочке, сидящего в ногах шаха наподобие собачки. В общем, заинтересованные стороны встретились благодаря Берту и сообща разработали план спасения. В операции участвовали только крылатые и наги, людей из посольства не стали впутывать. Крылатым выдали оглушающие снаряды нагов, Клей разглядел меня с безопасной высоты и подал знак. Заряды были сброшены на казармы, охрану ворот и жилые помещения. Меня задело по касательной, поэтому быстро пришел в себя и память почти не пострадала. Клей успел вытащить меня из бассейна и вынес за пределы дворца. — А сам-то он где? — я все еще немного беспокоился. Хотя уже припомнил, от чего на самом деле скрывался в Хиллпорте. И уже не был так уверен, что хочу немедленно его увидеть. — Тут такое дело, — Берт усмехнулся. — Эти ребята, пока дворец атаковали, действовали заодно. А потом каждый из них захотел забрать твою тушку себе. Еле их разнял. Уговорил дождаться, пока ты придешь в себя. Так что они сейчас во дворе сидят. Ты подумай хорошенько сначала. С ними осторожно надо. Если эти двое сцепятся… Да уж. Ядовитые зубы и мощный хвост против стальных когтей и тяжелых крыльев… Меня передернуло. Если сцепятся, жертв не избежать. Я вышел в маленький дворик, зажатый между соседними строениями и огляделся. Меня ждали. С одной стороны, удобно развалившись на кольцах хвостов, сидели трое нагов. Напротив на стене невысокого строения устроились крылатые. В дальнем конце двора топтался паренек, в котором я с удивлением узнал Сири. Расслабиться мне не дали, я услышал шуршание чешуи, хлопанье крыльев, и вмиг оказался меж двух огней. Главное разделить, развести их по разным углам, пока не началось членовредительство. Повернулся к Клею спиной, прижавшись почти вплотную и потихоньку оттесняя назад. Нашел его ладонь сзади и успокаивающе сжал в руке. — Нагхаашш. Я хочу поблагодарить. Ты мне очень помог, спасибо тебе! Не знаю, что еще сказать… Я правда, очень благодарен! А сейчас, извини, мне срочно надо поговорить со своим… эээ… с Клеем. Это ненадолго. И пока никто не опомнился, затолкал крылатого в лачугу. Закрыл дверь и прижался к ней спиной, глядя на крылатого, что замер в нескольких шагах с совершенно нечитаемым выражением лица. Я стоял в растерянности — столько всего хотелось сказать… — Ты в порядке, Ник? Я кивнул: — В полном. А ты? — Тоже. Святые яйца! Почему так сложно! Ну помоги мне, Клей! Он будто прочел что-то на моем лице, шагнул ближе, взял за плечи и произнес, глядя в глаза: — Расскажи мне все. — Я не знаю с чего начать… — Почему ты сказал тогда, что прячешься от меня? Это как раз самое сложное. Я опустил голову. — Я решил, что раз больше тебе не нужен, то не буду ждать, когда… В общем решил уйти сам. — Разве я когда-нибудь говорил, что ты мне не нужен? — Но ты же собирался на тот праздник невест! — Весенний первоцвет? Но при чем тут развлечения? — Ты сказал, что мечтаешь про семью и детей, и полетишь на этот праздник выбирать себе невесту. — Да нет же! Небо и ветер! Ник, ты ничего не понял! — Разве? — я начал злиться. — А как это можно еще понять? — Да, я сказал, что мечтаю про семью. Кто же об этом не мечтает? Но почему ты решил, что семья исключает тебя? Ты — моя семья, Ник. А праздник… я просто хотел посмотреть, я же никогда на нем не был. Я, не веря, глядел на него. Как он может говорить такое с совершенно бесстрастным лицом? Неужели даже наедине со мной, он не может снять свою маску. И опять он все прочитал по лицу. Он как-то устало улыбнулся, янтарные глаза вдруг потеплели: — Ты — самое дорогое, что у меня есть, Ник. Почему ты не пришел ко мне, когда стал сомневаться? Всего бы этого не случилось, если бы мы просто поговорили. Верь мне. Я никогда не откажусь от тебя, и не променяю ни на кого другого. Я почувствовал как от этих слов внутри разлилось что-то горячее, к горлу подкатил комок, а глаза предательски защипало. Я не выдержал и сделал то, что давно хотел — прижался к нему, зарылся руками в его перья по бокам и воткнулся носом в шею. — Со мной детей не получится, — буркнул упрямо напоследок. — Уверен, мы придумаем что-нибудь, когда оба этого захотим. Большие крылья заключили меня в уютный кокон, и я с облегчением прижался всем телом к такому родному и любимому МОЕМУ Клею. На некоторое время просто погрузился в эти объятия, переживая бурю чувств, что поднялась внутри. — Я дурак, прости меня, — наконец смог выговорить виновато. — Обещаю все рассказывать. Только и ты пообещай мне то же. Ведь тебя тоже что-то тревожит, но ты молчишь. Если это не семья и дети, то что? Я почувствовал, как он мгновенно напрягся и закаменел рядом со мной. Я высвободился из крыльев и пристально посмотрел ему в лицо. Он отвел взгляд. Неужели все-таки соврал? — Хорошо. Я скажу. — он прерывисто вздохнул, собираясь с силами. — Мне очень стыдно. Я поступил бесчестно с тобой. Ты спас мою жизнь, и я должен был отдать ее тебе. Сразу же. Но я не смог… Ты же помнишь чем это обернулось в прошлый раз. Я… — И всего-то? — не выдержал я. Но крылатый наградил меня таким взглядом, что смеяться мне сразу расхотелось. Для него это было не просто важно. — Но ты спасал мою жизнь уже множество раз. Я даже со счета сбился. Мы давно квиты. Точнее, это я тебе должен. — Ты не крылатый. И не должен следовать нашим правилам. Я нарушил закон чести. — Ясно. Я понял. Все серьезно. А если ты сейчас это сделаешь? Ну скажешь, что там нужно. А я сразу верну ее тебе обратно. Твою жизнь. Так пойдет? Тебе станет легче? — Думаю, да. — Ну давай тогда. Говори. Обещаю, ты не пожалеешь. Он отступил на шаг, собрался с духом и, будто ныряя в омут, быстро сказал: — Мое полное клановое имя Клей-Тон Рой Джарред. Открывая его тебе, я дарю тебе свою жизнь.Ты спас ее и теперь она твоя. Я твой. И тревожно и выжидательно глянул на меня. А мне в голову пришла мысль. И я тоже быстро, пока не передумал, сказал: — Я принимаю твой бесценный дар. Мое полное клановое имя Лаэникин ор’Равишан Лиронар. Пусть между нами не будет никаких тайн. Мое настоящее имя Никита Старостин и я родился в другом мире. Я умер в своем мире и попал в тело этого лисенка полтора года назад. Ты спасал мою жизнь уже много раз и, доверяя тебе эту тайну, я дарю тебе свою жизнь. Дарю тебе всего себя с потрохами. Как тебе такой обмен? Он ошарашенно смотрел на меня. — Лаэрникин… Никита… Ник… Я принимаю твой бесценный дар. — Если хочешь, я могу вернуть тебе… — Нет. Так даже лучше. «А теперь новобрачные могут скрепить свой союз поцелуем» — мелькнуло в моей голове. Я улыбнулся и потянулся к его губам. Он обхватил меня крыльями и прижал так сильно, будто хотел растворить и впитать в себя. Я был не против. Лишь ему готов сдаться и отдаться целиком и полностью, не требуя ничего взамен. Неужели чтобы понять это, нужно было его потерять? Клей забрался под мою рубашку и гладил спину, продолжая нежно целовать лицо и шею. — Ник, твоя спина… дай посмотрю. Помог ему стянуть с меня рубашку и повернулся спиной, я помнил, что он видел там в прошлый раз. Его руки заскользили по плечам, лопаткам, талии. Крылатый будто хотел убедиться, что зрение ему не изменяет. Потом притянул меня снова к себе: — Ник, ты обещал все рассказать. Что он делал с тобой? Я должен знать… — Только бил. — Только… Я видел, как он тебя бил. На твоей спине не было живого места. Как ты это вынес? — Понизил чувствительность к боли. Так что было терпимо. Только приходилось все время себя латать. Зато не насиловал. Нормально все, Клей. — Пропасть! Ты представляешь, что я испытал, когда увидел тебя там? — прошептал он, вновь принимаясь выцеловывать шею и плечи. Я развернулся к нему: — Все закончилось, Клей. Мы снова вместе, — я усадил его на кровать и забравшись верхом, начал стягивать с него одежду. — И я ужасно соскучился. Может быть я отвык от нормальной чувствительности кожи или соскучился по его рукам и губам, но каждое прикосновение порождало волну тягучего удовольствия, которое растекалось и накапливалось в теле, заставляло вздрагивать и выгибаться навстречу. Клей выцеловывал мою шею, плечи, ключицы, постепенно спускаясь к груди и соскам. Его руки гладили спину, щекоча перьями, тискали попу, а потом забрались в штаны и сточенный коготок закружил вокруг дырочки. Он знал все мои чувствительные места и уделял внимание каждому, и вскоре я уже не мог сдержать глухих стонов. Мои руки давно были в его штанах. Но не в состоянии сосредоточиться я только судорожно тискал и поглаживал его член. Мой собственный орган уже стоял колом, натягивая ткань штанов, и я решил от них избавиться. Чуть только они оказались на полу, я сам оказался на кровати попой кверху, а крылатый покрывал поцелуями мою спину. — Опять? Еще не убедился, что там все в порядке? — Изучаю твой рисунок. Он очень красивый! — он раздвинул мои ягодицы, — Особенно здесь. — кончик языка прошел, петляя, по линии татуировки. Омайгад! А вот там уже точно никакого рисунка нет! Клей подтянул мою корму повыше и углубился… в меня. Его бесстыжий язык забрался просто в глубину глубин, мягко, но настойчиво раздвигая колечко мышц. Я уже ничего не соображал, только стонал в подушку, нетерпеливо комкая простыню. Горячие волны одна за другой накатывали и накрывали с головой, порождая внутри мучительное нетерпение. Руки потянулись к члену, я больше не мог терпеть этот накал. Но меня мягко отстранили от собственного тела, несмотря на возмущение, и продолжили мучить. — Клей… ммммм… Клееееей, — стонал я, не в силах сформулировать, что от него хочу. Наконец, он сам догадался, его рука нырнула под живот и приласкала мое достоинство. Омайгад! Тело прошила сладкая судорога. Перед глазами поплыли черные пятна. Еще! Я толкнулся в его руку, но был пойман второй рукой и зафиксирован. В сексе Клей ужасный тиран! Я опять заскулил: — Клей… не могу больше! Рука прошлась по члену вверх-вниз по всей длине, большой палец приласкал головку, и мне этого хватило. Во мне что-то взорвалось, тело выгнулось, из горла вырвался хриплый стон. На несколько мгновений я выпал из реальности. Пришел в себя, лежа на боку, тело еще потряхивали отголоски оргазма. А Клей уже размазывал по промежности мою же сперму, оглаживая яички и ныряя пальцами в расслабившуюся дырочку, что вызывало просто нестерпимые вспышки ощущений, близких к боли, будто проходился по оголенным нервам. — По… погоди, Клей… дай отойти чуть-чуть. — Хорошо. Он оставил в покое мой зад, но, опрокинув на спину, принялся жадно целовать. Разомлевший после оргазма, я слабо отвечал, позволяя насиловать свой рот языком, и прижимался всем телом. Так увлекся, что не заметил, как его пальцы опять оказались между моих ног и задвигались внутри меня. Лишь когда меня прошило острым спазмом удовольствия, я понял, что он там и нашел простату. Ну все, капец мне, сегодня меня затрахают до беспамятства, понял я и отдался процессу. Продолжая поочередно терзать соски губами, Клей вырисовывал внутри вензеля на самом чувствительном месте, порождая во мне горячую бурю. Мне казалось, что у меня кипит кровь и временами прошивает током, тело дрожало и билось, и я не мог его контролировать. Я безостановочно хрипло стонал, и о чем-то просил Клея. Наконец, он пристроился между ног, приподнял мои бедра и вошел. Святые яйца! Как-же хорошо! Я каждой клеточкой, как оголенным нервом чувствовал его. Как он наполняет, растягивает меня изнутри. А потом он задвигался. Сперва неторопливо, раз за разом проходясь по простате, посылая по телу разряды удовольствия, которое опять принялось копиться, грозя взорваться в любой момент. Самым нестерпимым было то, что момент никак не наступал. Я то замирал в напряжении, чувствуя, как подкатывает, то опять начинал откликаться на каждый толчок. А потом он перешел на бешеный темп, загнув меня буквой «Зю» и вбивая в матрас, так, что мне пришлось упереться руками в спинку кровати, чтоб не разбить голову. Долго такого я не мог выдержать, вскоре накрыло новой мощной волной оргазма. Перед глазами заплясали цветные пятна. В этот раз я даже не успел прикоснуться к члену, руки были заняты. Клей вскоре тоже кончил в мой судорожно сжавшийся зад. Мы некоторое время просто валялись, отдыхая и гадая, все уже ушли или еще кто-то ждет за дверью. А потом забили на все и продолжили. Прошло уже больше часа. Во дворе лачуги, где прятали Ника, остались только Берт, карауливший дверь, мрачный Нагхаашш и смущенный Сири. По звукам, доносившимся из домишки, было понятно, что Ник с Клеем помирились, ну или в процессе. Бедный лисенок сидел абсолютно красный и не знал, куда девать глаза, но упрямо ждал. Берт придвинулся к нагу и примиряюще проговорил: — Дружище, у тебя не было шансов. Эти двое уже давно вместе. У них все серьезно. — Не важно. Теперь мне придется убить птицу. Зря ты не дал мне сделать это раньше, пока Ник не пришел в себя. — Угу. И он возненавидел бы тебя лютой ненавистью до конца своих дней. Тебе это надо? — Мне нужен этот лисенок. Ничего не могу поделать. Ты должен меня понять, ваши обычаи схожи с нашими. — Последнее время только и делаю, что всех понимаю… Чем он тебе глянулся? Если тебя его шерстяная хвостатая задница сразила, то такая у каждого лиса-оборотня есть. — Запах. Ты разве не чуешь, как он божественно пахнет? — Божественно? Что там божественного? Ник пахнет лисом. Нагхаашш выпустил язык в сторону оборотня. — Вот ты пахнешь немытым волколаком. А Ник чем-то таким… у меня просто голову сносит от его запаха! Так что дело не в заднице. Точнее не только в заднице… Хотя она тоже хороша. — Ваши женщины… так же пахнут? Может стоит поискать среди своих. Ты думал про семью, детей? — Нагини? Нет. Ничего похожего. Нагини прекрасны, но я не хочу сейчас ни гнездо рыть, ни яйца охранять. Ник мне нужен не для этого. Я просто хочу его… хочу его иметь. — Как вещь? Не, приятель, ничего не выйдет. Я пробовал, сплошное разочарование. Партнера уважать нужно. Это самое главное. — Я не просил твоих советов, волколак. — Я ж по-дружески. Ну, извиняй, не сдержался. Вижу, как ты напрасно столько сил и времени гробишь… С Ником ничего не светит, точно тебе говорю. Поищи другого. — Как будто это так просто… — Хэх. А ты вон того малыша понюхай, — Берт указал на смущенного Сири, — Это брат Ника. Он тоже умеет в полулиса перекидываться. Только еще более наивный. Наг смерил ковыряющего землю ботинком паренька немигающим змеиным взглядом, подумал и скользнул к нему. Вместо запланированной недели дипмиссия продлилась месяц. Столица шайханата приходила в себя после дерзкого нападения неизвестных на шахский дворец. Целью нападения было ограбление (наги своего не упустили), но в его ходе молодой шах Джалал Абд Максуд безвременно погиб. Нападавшие применили оглушающую магию, и шах, по трагической случайности принимавший в это время ванну, утонул. (Хм, а я помню, что он на бортике сидел… кто-то ему помог, видимо.) Его место на троне занял принц Камал Абд Максуд, о существовании которого мало кому было известно. (Мог бы просто назваться Джалалом, никто б не догадался. Но это ж честный Камал! Не хотел строить свое правление на обмане.) Делегация Триединого Королевства сразу же наладила с молодым правителем дружественные связи, предложила всеобъемлющую помощь, и вскоре они уже совместно принялись за разработку планов сотрудничества двух государств. Все это время я благоразумно ныкался по трущобам. Но в компании Клея меня это не напрягало. По окончании миссии в честь высоких гостей был устроен торжественный прием. И я, наконец, рискнул появиться в шахском дворце в человеческой форме и нормальной одежде. Но старался особо не отсвечивать. Прийти сюда уже было большим риском. На банкете после торжественной части Камал нашел меня. — Ник? — Добрый вечер, Великий Шах, — поприветствовал я, вежливо улыбаясь. Не видел его с тех пор, как покинул дворец, и не знал, как он теперь ко мне отнесется. Все-таки его брат погиб, он может винить в этом меня. — Поразительно! — он пристально меня разглядывал. — Ты и похож и не похож. Если бы не знал, что ты здесь, мог бы не догадаться. — Это хорошо. Не хотел бы чтобы меня узнали. — Не беспокойся, я не буду выдвигать никаких обвинений. Я предупреждал Джалала, что он этим кончит. А после того, как он запер меня в покоях будто преступника, я понял, что он уже не одумается. Так что версия о нападении неизвестных грабителей так и останется официальной. — Спасибо, Камал. Я так рад, что именно ты теперь на троне. Теперь ты сможешь реализовать все те планы, о которых мечтал. — Это верно. Теперь мы будем тесно сотрудничать с твоими соотечественниками. Вскоре в столицах будут организованы постоянные посольства. Но я не для этого тебя искал. Послушай, Ник. Не хотел бы ты остаться? Твои способности мне бы очень пригодились. Я сразу сник и даже отвернулся. Гребаный карась! Опять чертовы способности! Снова лишь они определяют мою ценность. Достало! — Я что-то не то сказал? — для шаха Камал был еще слишком внимателен. — Извините, Великий Шах. Но мои способности не продаются. Я бы с удовольствием передал их вам, но не могу. Не выковыриваются. — Мои слова обидели тебя, Ник. Почему? Я вскипел: — Да задолбало уже! Всем только и нужны мои чудесные способности! Так и норовят заграбастать и на цепь посадить! Надоело уже бегать и прятаться. А мое мнение при этом никого не колышет. От тебя не ожидал, если честно… — Прости. Но я имел ввиду твои личные качества. Какие у тебя магические способности, мне не известно. Только, что можешь быстро регенерировать, исчезать и парализовать людей. Пожалуй, все. Но мне нравится твой боевой, неунывающий характер, упрямство, свободолюбие. А еще ум и образованность. Ты стал мне другом. Поэтому я не хочу расставаться с тобой. — Спасибо, Камал! — было немного неловко, но очень приятно слышать все это. — А что, многие хотят тебя заполучить? Я махнул рукой, ныть и жаловаться расхотелось. — Позволь дать совет. Тебе нужен сильный покровитель. Я удивленно на него уставился: — В каком смысле? — Если тебя многие хотят заполучить, скрываться ото всех — не единственный выход. Ты можешь выбрать самого сильного и достойного, который смог бы тебя защитить от остальных. Да, ты лишишься части свободы. Но зато все преследователи оставят тебя в покое. Сила твоего покровителя будет служить тебе защитой. — Хм. Себя сейчас имеешь в виду? — усмехнулся я. — Не только. Хотя мое приглашение остается в силе. Неужели Фридрих IV еще не заинтересовался твоей персоной? Я задумался. — Сам-то нет… а вот рыжая ведьма Саммерсон из его окружения… Да и сам Саммерсон тоже подозрительно быстро меня на работу позвал… — В любом случае Бенедикта ты уже заинтересовал. Он однозначно догадывается об истинных причинах нападения. Так что можешь ожидать приглашений в ближайшее время. И не отказывайся сразу. Я обещал подумать. Возможно, это и впрямь выход.