Вампир

Юнги недовольно посмотрел на старшего вампира, который так нагло зашел в его обитель. — Во-первых, какого черта ты тут забыл? И с чего это тебе надо говорить о моем парне? — Я здесь потому-то из-за тебя твой парень в опасности, — показывая пальцем на Юнги, раздраженно ответил Сокджин. — А? —озадачено посмотрел на Сокджина Юнги. Мужчина ожидал услышать любой ответ на свой вопрос, но точно не такой. Сокджин тяжело вздохнул и сел на стол, скрестив руки на груди. Он начал свой рассказ с того момента, когда пару месяцев назад Гроссмейстер позвал его и еще двух глав других фракций. На той встрече Гроссмейстер поведал другим вампирам о своём плане изменить жизнь вампиров к лучшему, а, то есть подчинить себе всех смертных и заодно стать владыкой мира. Самое важное, что каждый вампир должен знать о Гроссмейстере это то что он старомоден, даже слишком. Он любит следовать правилам и традициям, как собственно и все Старейшины. Целью Гроссмейстера является не только захватить мир, но при этом и остаться хорошим Старейшиной в глазах Наблюдателей и вместе с этим оставить положительный след в истории. И поэтому он не может просто взять и воплотить свои планы в реальность. Он не может просто так взять и убить всех Старейшин, которые отказались от его плана по подчинению смертных. Но Гроссмейстер всегда заполучал, то что он хотел. Чтобы начать войну против Старейшин без видимого участия Гроссмейстера, нужно найти того, кто будет причиной этой войны. И Гроссмейстер выбрал одного вампира. Бесполезный и ненужный глава фракции Разбойников, Котёнок или, как он настойчиво продолжает себя называть, Шуга. Хоть Гроссмейстер и выбрал Котёнка своим рычагом в этой войне, он все ещё не мог придумать как можно воспользоваться этим тихим, непримечательным, но вспыльчивым вампиром. Разгадка этой проблемы появилась через пару месяцев в виде простого смертного, и план достиг своего совершенства. Для начала, Гроссмейстер прикажет фракции Бойцов убить смертного, что естественно заставит Котёнка снискать мести. По задумке Гроссмейстера, Котёнок объявит фракции Бойцов войну, а в свою очередь Бойцы будут искать помощи у Гроссмейстера и он конечно же ее окажет. Фракция Бойцов, Защитников и Высший Свет с легкостью одолеет фракцию Отбросов. И тогда в глазах Наблюдателей Гроссмейстер становится хорошим Старейшиной, который защищает свои фракции от угрозы, но он становится врагом других Старейшин. А все потому, что истребление одной из фракций, хоть и не считается за преступление, но и не поощряется, ведь негласная задача Старейшин — защита всех своих фракций, защита своих вампиров. Дальше все пойдёт проще, другие Старейшины попытаются устранить Гроссмейстера, но к тому времени, фракции других Старейшин присоединяться к нему и Гроссмейстер с легкостью одолеет Старейшин. И после того как его сложный план исполниться, он уже сможет сесть на трон, смертных посадить на цепи. — Хорошо, — сказал Юнги после того как Сокджин закончил говорить. Юнги все еще не до конца понимал смысл сказанных слов вампира, но самое главное он понял — Хосок в опасности. — Но если ты заодно с Гроссмейстером, зачем ты мне все это рассказал? — Я никогда не говорил, что я с ним. Гроссмейстер думает, что Новый Свет на его стороне… — Подожди, подожди, подожди, — вампир чувствовал, что ещё чуть-чуть и его голова взорвётся. — Что такое Новые Свет? — Новый Свет — это новые название для Высшего Света, Юнги, — сообщил Сокджин будто это была самая очевидная вещь. — Если целью Высшего Света была добыча денег и признания Старейшины, то Новый Свет добивается благополучия для вампиров. Юнги закатил глаза и руками указал старшему вампиру продолжать говорить. — Дело в том, — Сокджин снова заговорил серьезно, — у Нового Света и у Гроссмейстера одна цель, но у нас совершенно разные мотивы. Если Гроссмейстер хочет улучшить жизнь вампиров через порабощение людей, то Новый Свет хочет освободить вампиров от старых правил и традиций. Только представь, ни ты, ни твоей фракции больше не придется жить в этом… — Джин пытался подобрать правильное слово, —… месте, только потому-то когда-то давно Старейшина приказал вам. Вампиры будут свободны, они сами смогут решать, что они хотят делать. Юнги усмехнулся, и медленно похлопал в ладоши после того как вампир закончил свою маленькую речь. — Это все хорошо, отлично даже, но как ты представляешь Отбросов наверху. Они воры, мошенники и убийцы, Сокджин, — вампир повысил голос на старшего. — Просто признайся, что Высшему, ой, простите, Новому Свету надоело носиться с другими вампирами. — Да, это правда, — невозмутимо ответил Сокджин и Юнги довольно фыркнул. — Но это не значит, что я до этого говорил не правду. Мы готовы помочь всем вампирам, которые перейдут на нашу сторону. Поможет встать на ноги, дадим цель и напомним о смысле человеческой жизни. — Очень вдохновляющее, но слишком не реально… — Юнги! — терпение старшего иссякло. — Не все вампиры в твоей фракции отбросы, вампиры это не отбросы. Ты и сам это прекрасно знаешь. У многих из нас есть желания и мечты, мы не дикие животные. Вампиры могут жить с людьми, нужно только из направить. — Не дикие животные? — Юнги посмеялся, словно он услышал самую смешную шутку в своей жизни. — Ты живешь в мире смертных слишком долго, Джин. Знаешь как именно мы познакомились с Хосоком? — В переулке, — уверенно ответил Сокджин. — Так он тебе рассказал, — довольно сказал вампир. — Только эти гляделки в переулке сложно назвать знакомством. Я познакомился с ним, когда узнал, что моя фракция принесла человека на ужин, если бы я не встречал Хосока до этого, то твоего друга давно бы уже не было в живых. На лице Сокджина проскользнуло беспокойство. — Как я и говорил до этого, — начал Сокджин, после долгой минуты молчания, — мы направим вампиров в правильном направлении или… если понадобиться мы избавимся от них, — тихо добавил Сокджин, но не настолько тихо, чтобы другой вампир не услышал. — Видимо, вам настолько надоело сидеть на цепи Гроссмейстера, что вы даже готовы выпустить монстров наружу. — Это не так… — Да, хорошо, я верю тебе. Я верю в Новый Свет, — Юнги наигранно поднял кулак вверх, показывая все своё воодушевление. — У меня другой вопрос, и давай говорить на чистоту, что тебе от меня нужно. Кроме того, что я должен спасти Хосока, я это и без тебя сделаю. — Как и Гроссмейстеру, ты нужен нам для начала войны. Ты должен быть тем кто ее начнёт. — Даже не знаю, льстит ли мне такая популярность? — Юнги, только ты из всех фракция не верен Старейшине. — Почему бы Новому Свету не убить Гроссмейстера? — Тогда Наблюдатели будут против нас и это уничтожит весь наш план. — Убейте Наблюдателей. — Юнги! — старший повысил голос еще раз. Он встал со стола и начал ходить по комнате. — Традиции вампиров очень запутанные, глупые и очень хрупкие. Один неверный шаг и все пойдёт насмарку. Высший Свет должен оставаться на стороне Старейшины. Нам нельзя портить репутацию. Сокджин остановился посередине комнаты и уставился на Юнги. — Ты хочешь правды? Я знаю, что ты уже на нашей стороне, потому-то только так ты сможешь спасти Хосока. Нам нужна твоя фракция, из-за того, что большинство из них отбросы, еще точнее, пушечное мясо, которое не жалко. И ты знаешь, что со мной твоя репутация очистится даже несмотря на то, что ты станешь противником старой системы после того как война окончиться. И тебе глубоко наплевать на то что случится с людьми, когда вампиры выйдут наружу, тебе просто хочется, чтобы я чувствовал себя виновным. Младший вампир внимательно рассматривал Сокджина. Он полностью облокотился на спинку стула и довольно улыбнулся, показывая свои клыки. — И какой же план по спасению Хосока? Юнги стоял перед дверью Хосока. Слова Сокджина все ещё звучали в его голове. Несмотря на всю правильность его последующих действий, Юнги все равно не хотел этого делать и продолжал тянуть время. — Он тебе и вправду нравиться, — заметил Сокджин, когда он уже собирался уходить. Тогда Юнги ничего не ответил. Он просто смотрел на пол, обдумывая план Джина, он даже не заметил, как вампир ушёл в тот вечер. Сделав глубокий вздох, Юнги нажал на звонок. Хосок всегда выглядел великолепно в глазах вампира, но больше всего Юнги любил видеть парня в простой домашней мешковатой одежде и с растрёпанными волосами как сейчас. — Юнги! — удивленно сказал Хосок и с широкой улыбкой на лице затащил вампира в квартиру. — Почему ты здесь? Я рад тебя видеть, конечно, но ты никогда сам не приходил ко мне домой. Вместо ответа, Юнги подошёл ближе к парню и сильно прижал к себе. Хосок ещё больше не понимал, что происходит, но обнял вампира в ответ. Юнги нравилось тепло Хосока, Юнги нравилось тело и лицо Хосока, Юнги любил Хосока. Вампир поцеловал тёплые губы человека. — Нам нужно расстаться, — сообщил Юнги, после того как он разорвал поцелуй. — Прости, что? — спросил Хосок, подумав, что слова Юнги ему послышались. — Я расстаюсь с тобой. — Какого черта, Юнги! — Хосок впервые повысил голос на мужчину. — Ты ночью приходишь ко мне домой, не объясняя почему, обнимаешь и целуешь, а потом говоришь, что ты расстаёшься со мной, — парень был раздражён. Он не понимает, что пошло не так, ведь буквально секунду назад все было хорошо. — Хосок, дай мне объяснить… — Тебе лучше иметь хорошую причину, Мин Юнги. «Я тебя спасаю», хотел сказать вампир, но слова, которые он произнес намного отличались. — Я вампир, а ты человек, — начал Юнги, Хосок же только фыркнул, но не перебивал мужчину, давая тому продолжить. — Сколько ты думаешь мы будем вместе? Месяц, год, или пока смерть не разлучит нас? Хосок посмотрел на Юнги с широко раскрытыми глазами. — Я знаю, что ты не хочешь становиться вампиром, хочешь прожить смертную жизнь, и я уважаю твоё мнение. Только я не хочу видеть как ты стареешь, не хочу видеть как ты умираешь. Ты дорог для меня, Хосок. Ты первый человек за последние несколько лет, которого я полюбил и когда придет твой день покидать этот мир, что я буду делать? Ещё один дорогой для меня человек уйдёт и я снова останусь один. — Юнги, но… — Здесь нет никаких «но». Нам лучше расстаться сейчас прежде, чем мы погрязнем в этих чувствах сильнее. — Что если, я уже погряз в чувствах к тебе? Юнги рассматривал красивое лицо парня, пытаясь навсегда запечатлеть его в своей памяти. Хотел бы он, чтобы на этом лице была яркая улыбка, а не печальный взгляд. — Я скажу, то что ты наверное знаешь, но не хотел признавать. Я убийца. Всю свою жизнь я кого-то убивал. В какой-то период времени меньше, в какой-то больше, но я не помню, когда бы руки не были в крови, — спокойно проговаривал Юнги, он не осмеливался посмотреть прямо на парня. — Помнишь тот день, когда ты пришёл ко мне, думая что я пропал? — Хосок кивнул, но вампир этого не увидел, и просто продолжал говорить. — Ты пришёл в тот момент, когда я оторвал голову одного из своих вампиров. Юнги наконец-то посмотрел на парня, но взгляд того был устремлён на стену позади мужчины. — А когда мы впервые познакомились, мои люди хотели убить тебя и разорвать на куски, желая полакомиться человечиной. И знаешь, если бы я не встретил тебя тогда в переулке, ты был бы мёртв, и я бы позволил тебя убить, — Юнги заметил как в глазах Хосока проблеснул страх. — Я тебе не рассказывал, но через неделю мои люди нашли ещё одного человека, они убили его вместо тебя. Тогда я задумался, что если один из твоих друзей встретит одного из моих вампиров? Мои вампиры приволокут его в канализацию и, не зная этого, я позволю убить твоего друга и… — Хватит! — резко вскрикнул Хосок, его глаза намокли и покраснели. — Я понял. Ты монстр, — слышать это от Хосока оказалось больнее, чем Юнги думал. — Я… ты, — взгляд парня блуждал по всей комнате, игнорируя Юнги, — уходи, — тихо выдавил из себя Хосок. — Прости меня. Юнги ещё раз осмотрел комнату и посмотрел на человека в ней. Он будет скучать по Хосоку. Прохладный воздух обдувал Чонгука, пока он смирно стоял возле здания в ожидании Шуги. Чонгук видел расстроенного и печального Юнги только дважды за всю жизнь. Первый раз случился слишком давно, а второй раз случился сегодня. Шуге стоило только кивнул в сторону Чонгука и тот сразу же понял приказ. Парень наблюдал за тем как вампир шел в сторону канализаций, а потом его взгляд переместился на окно человека в котором продолжал гореть свет. Под утро свет в квартире смертного погас. Все валилось с рук. Хосок смотрел на разбитые колбы, которые он должен был отнести Сокджину. Он застыл в пространстве и продолжал так стоять, пока не заметил как слеза упала на один из осколков. Неделя прошла с того момента как Хосок видел Юнги в последний раз. Перед парнем до сих стоял образ вампира, он до сих пор помнит те слова, которые произносил мужчина. Хосок до сих пор помнит какое отвращение к вампиру он испытывал в тот момент. Тем не менее Хосок хотел увидеть и услышать хриплый голос вампира, хотел прикоснуться к нему. От этих желаний парню становилось тошно от самого себя. Хосок вздрогнул от прикосновения чужой тёплой руки к его плечу. Он быстро начал вытирать слёзы, когда увидел перед собой Сокджина. — С тобой все в порядке? — обеспокоено спросил мужчина. — Да, просто… — Ты же знаешь, что можешь мне обо всем рассказать, — Сокджин начал убирать осколки с пола. — Прости за это, — виновато сказал Хосок, спускаясь на колени, чтобы помочь старшему. — Все хорошо, — уверил его Сокджин. — Так что случилось? — Я расстался кое с кем. Сокджин промолчал. Неосознанно он начал сжимать осколки, которые находились в его ладони. Вампиру было больно смотреть на печальное лицо Хосока, но он уверял себя, что все это к лучшему. — Мне жаль, Хосок. Парень замахал головой. — Не стоит. Эти отношения все равно никуда не вели, — уверенно произнёс Хосок и попытался выдавить из себя улыбку. — Как скажешь, — Сокджин мягко улыбнулся. Мужчина подобрал последние осколки, выбросил их и оставил парня одного в комнате. За окном была глубокая ночь, а Хосок только закончил свою работу. Из-за того что он недавно потерял способность концентрироваться, он начал дольше засиживаться в лаборатории, не обращая внимания на время. Парень собрал свои вещи и пошёл домой. Хосок больше не ходил домой через переулок, слишком болезненно стало ходить по тому месту. Иногда парень думал о том, что прямо сейчас под его ногами стоит Юнги и слушает каждый его шаг. А иногда Хосок старался не думать о вампире. На улице Хосок заметил силуэт совершенно незнакомого мужчину, но он не придал ему большого значения. — Сигареты не найдётся? — спросил незнакомец, когда Хосок прошёл мимо него. Хосок быстро сказал «нет» и продолжил свою путь, только мужчина не хотел отставать от него. — Зачем ты так меня игнорируешь, малыш? — Хосок ускорился, вцепляясь стальной хваткой в свою сумку. — Ты меня обижаешь, красивый мальчик. Хосок уже хотел побежать, но незнакомец успел схватить его за руку. Парень открыл рот, чтобы закричать, но звук крика не был похож на его собственный. Перед собой Хосок увидел как незнакомец истошно кричал от боли, в это же время рука, которой он держал Хосока, начала превращаться в пепел. Хосок застыл в тихом ужасе, когда не только рука, но весь человек превратился в пепел. Хосок тяжело задышал, голова кружилась, ещё чуть-чуть и он потеряет сознание. Но сильные руки успели схватить парня перед тем, как он успел упасть. Кое-как Хосок повернул голову в сторону и увидел молодого парня. — Я убил его, — пропищал Хосок, указывая на горстку пепла. — Нет, не ты убил его, — тихо сказал Чонгук. — Но… но…- Хосок все ещё продолжал смотреть на то что до этого было человеком, — Я убийца. — Пошли. Чонгук взял человека за руку и повел его дальше от этого места. Хосок даже не задумался откуда вампир знал, где он живет. В тот же вечер Сокджин раньше ушёл с работы, оставляя Намджуна за главного и направился в свою квартиру в центре города. Там он одел новый коричневый костюм с белой рубашкой и галстуком. После того как он был готов, Сокджин сел в свою машину и поехал в театр. В холле театра Сокджин обнаружил двоих детей, которые бурно о чём-то спорили, но стоило им только увидеть вампира так они сразу заулыбались и побежали к нему. — Все уже почти готово, — прошептал им Сокджин и дети радостно побежали наверх в покои Гроссмейстера. В комнате Гроссмейстера уже были два посетителя. Рядом с Гроссмейстером сидел Горилла в своём сером потрепанном костюме, недалеко от них на зелёном кресле сидела красивая женщина. Её чёрные длинные волосы спадали на хрупкие бледные плечи, а красное платье с вульгарным вырезом на груди полностью обволакивал ее тонкую фигуру. — Джини, — довольно сказала Гадюка, глава фракции Бойцов. — Как же я тебя давно не видела. Я правда не понимаю почему так получается, что каждый раз ты выглядишь все лучше и лучше? Гадюка подошла ближе к Джину и оставила невесомые поцелуи на его щеках. Сокджин любезно улыбнулся и попытался аккуратно отцепить от себя женщину, которая прижималась всем телом к нему. — Гроссмейстер, я пришёл рассказать про смертного, — сообщил Джин, когда он избавился от женщины. — И какую же информацию ты принёс мне, Джин? — Котёнок расстался с ним. Мне смертный сам рассказал об этом. Гроссмейстер долго смотрел на вампира в ожидании, когда тот продолжит свой доклад, но Сокджин молчал. — И что в этом такого значительного раз ты решил потратить на эту информацию моё время? — строго спросил Старейшина. — Я не думаю, что смертный достоин нашего внимания и я могу прекратить свои исследования по тому как снять метку. — Кто ты думаешь ты такой? — Гроссмейстер был зол. — Я тот кто решает, что достойно моего внимания, а что нет! Я тот кто решает, что ты можешь делать, а что нет! — Но почему представитель Высшего Света должен тратить время на смертного? — спокойно, сдерживая свой гнев и неприязнь, спросил вампир. — Не забывайся, Джин, я тот кто сделал тебя Высшим Светом. Ты никогда меня не разочаровывал до этого дня, но я прощаю тебя в первый и последний раз. Помни своё место, жалкий слуга! — Гроссмейстер указал своим длинным ногтем на свои ноги. — Простите, мой господин. Джин подошёл к старому вампиру и встал на колени перед ним. Наклонившись вперёд, он поцеловал сморщенные и вонючие ноги Гроссмейстера. В комнате было тихо, две главы фракций не смотрели на унижения вампира. Они знают, что чувствует Джин в этот самый момент. — Я чувствовал насколько сильную метку оставил Котёнок на смертном, — сказал Горилла Джину, когда тот поднялся на ноги. — Этот смертный слишком дорог Котёнку, может он почувствовал, что-то не так и попытался избавиться от смертного путём расставания, — это он уже сообщил Гроссмейстеру. — Джини, ты же такой умный, а не смог догадаться об этом, — Гадюка подмигнула Сокджину и загадочно улыбнулась. — Иди и делай, что тебе велено, Джин, — уже незаинтересованно приказал Гроссмейстер, разворачиваясь спиной ко всем в комнате. — То есть, ты хочешь сказать, что Юнги пометил меня какой-то хреновиной. И теперь все кто ко мне прикасаются превращаться в пепел? — истерично, повышая голос до писка, спросил Хосок. — Хосок, ты должен успокоиться, — устало попросил Чонгук. Уже пару часов Джей Кей пытался рассказать о Метке Вампира, но Хосок слышал только то что он хотел слышать. — Не говори мне успокоиться, — Хосок начал тыкать пальцем плечо вампира. Чонгук сморщил лицо от этих безболезненных, но неприятных действий. — Сколько тебе вообще лет, чтобы так грубо со мной разговаривать? — Я уверен, что я старше тебя на пару лет так точно, — самодовольно улыбнулся вампир. Только через пару минут Хосок вспомнил кто перед ним стоит. Ещё один чертов вампир. — Слишком много у меня развелось мышей в доме, — злобно прошипел Хосок. Он сел на диван, приглашая Чонгука сесть рядом с собой. Просидев в тишине некоторое время, Хосок заговорил. — Расскажи ещё раз про эту метку, но чтобы я все понял на этот раз. Вампир устало простонал и закатил глаза. — Метка вампира это один из самых сильных способов защиты от, по сути, всего, кроме смерти по естественным причинам, — начал Джей Кей. — Метка предназначена только для смертных и может быть поставлена только тогда, когда вампир сильно привязан к человеку. Чем сильнее чувства вампира к человеку, тем сильнее действия метки… — Насколько сильная у меня метка? — как можно безразличнее спросил Хосок. — Настолько сильная, что я могу чувствовать присутствие того кто ее оставил. С твоей меткой любой, кто захочет причинить тебе вред превратиться в прах. — А если кто-нибудь захочет застрелить меня или ударить ножом? — Не получится. Ни пуля, ни нож не смогут даже притронуться к твоей коже, но все зависит от силы метки, а у тебя она довольно сильная. — Как это даже работает? — Хосок всеми силами пытался понять принципы работы метки с научной точки зрения. — Не знаю, — пожал плечами Чонгук. — Я только знаю, что эта метка эффективна для защиты дорогих мне людей, а как именно она работает меня не интересует. Я не ученый, чтобы этим интересоваться. — Хорошо, — Хосок явно не был доволен таким ответом. — Но как тогда он поставил эту метку? — Это прозвучит странно, но случалось ли так, что слюна Юнги перемешивалась с твоей кровью? — стыдливо спросил вампир. Чонгук не ожидал, что человек серьезно воспримет его вопрос и начнёт даже раздумывать о нем. — Я думаю, да, — пытаясь достать из своей памяти хоть что-то, ответил Хосок. — В тот день, когда я его искал… — Хосок запнулся при воспоминании слов Юнги об убитом им же вампире. — Он случайно поцарапал меня, но я даже не придал этому значения. — Скорее всего тогда он и поставил метку. — Что мы будем с тем человеком… я хотел сказать прахом? — тихо спросил парень. — Я займусь этим. Тебе не о чем беспокоиться. И тут Хосок вспомнил о чем давно хотел спросить. — Как… от куда ты знал, где я находился или где я живу? — парень посмотрел прямо в красные глаза Чонгука. — Я, эм, — вампир начал неразборчиво говорить, его и вправду напрягал злой взгляд человека, — я просто прогуливался. Вампиру любят гулять по ночам. — Чонгук, — Хосок схватил лицо вампира одной рукой и заставил смотреть на себя, — говори правду. — Шуга оставил меня следить за тобой, — вампир вздохнул с облегчением когда он освободился от обжигающих рук человека. Но не на долго он смог расслабиться, как Хосок начал яростно ходить по всей квартире, пытаясь хоть как-то выплеснуть свой гнев. — Мне нужно связаться с Юнги! — Я не могу этого сделать. — Почему? — Шуга запретил вести тебя к нему. Сказал, что если будут проблемы, то нужно позвонить Джину. — Кто этот Джин? Я в жизни не видел никаких Джинов! — Шуга сказал, что ты знаешь его под именем Ким Сокджин. Хосоку резко захотелось закричать на всю квартиру. Через полчаса в квартире Хосока раздался звук дверного звонка. Парень быстро побежал к двери и увидел перед собой высокого мужчину в костюме. Он выглядел так же как и днём на работе, но только его глаза выглядели иначе. Они были красными. — Хосок, послушай… — только и успел сказать Сокджин перед тем, как его челюсть встретилась с кулаком Хосока. Чонгук молча наблюдал с дивана за этой сценой, радуясь, что это не он на месте Джина. Сокджин с достоинством принял удар, хотя он до конца не понимал за что именно, но догадывался. А Хосоку просто нужно было выпустить пар. — Доволен? — спросил старший, подтирая свою челюсть. — Нет. Хосок тихо поплёлся к одному из кухонных шкафчиков и достал оттуда бутылку алкоголя. — Теперь я доволен, — сказал он, после того как он сделал первый глоток прямо из бутылки. — Сокджин, что происходит? — даже слегка жалобно спросил парень. — Все это время, что я тебя знаю, ты всегда был человеком, но сейчас… как твоя кожа стала бледной, глаза красными, и сам ты весь холодный? — Для кожи я обычно наношу загар, на глаза одеваю линзы, а температуру тела я меняю через специальный аппарат. — Да, точно, ты же наверняка из Высшего Света. Юнги мне о вас рассказывал. — Хосок, я не знаю, что именно ты сейчас переживаешь или о чем ты думаешь, — Сокджин аккуратно подошёл к парню и прикоснулся к его плечу. — На тебя многое свалилось, даже то о чем ты не должен был знать. Хосок фыркнул. — И то что я попрошу сделать тебя сейчас будет звучать грубо, но, пожалуйста, не делай ничего и не спрашивай ничего. То что сейчас происходит не касается тебя. И, пожалуйста, оставайся подальше от Юнги. Хосок кивнул. Ему было уже было все равно. Все равно на Юнги, на Чонгука, на Сокджина, на всех вампиров и на то что с ними происходит. — Возьми неделю выходных, хорошо? Парень только что-то промычал в согласие и скрылся в своей комнате подальше от всех проблем. — Следи за ним, — сказал Сокджин Чонгуку. — Он в опасности. А если с ним что-то произойдёт, то Юнги убьёт нас двоих. Чонгук и так все это прекрасно знал и без Сокджина.