Собственники

После похода в бар Хосоку стало явно куда лучше, с Юнги и Намджуном ему весело, они понимают своего общего друга и стараются помочь расслабиться. Да, Чон осознаёт свою вину, что сам спровоцировал очередной конфликт, но и терпеть такого отношения к своим друзьям он тоже не станет. Юнги также старался достучаться до Тэхёна, но тщетно. — Сколько бы времени мы здесь не сидели, всё само собой не разрулится, нужно что-то делать, — приходит к великой мысли Намджун, уже собираясь заплатить за весь алкоголь, так как Юнги с Хосоком и так питаются последними пачками рамёна, но расслабиться этим двоим очень надо было. — Постарайтесь с ним поговорить спокойно, думаю, он поймёт, и вы придёте к какому-то верному, пусть и не полностью, решению. — Думаю, ты прав, — соглашается Хосок, вставая из-за стола не без помощи Юнги, так как алкоголь даёт о себе знать. — Только сначала мне надо выспаться. Однако Хосок совсем не ожидал наутро увидеть на дисплее своего телефона десяток пересланных сообщений от Чимина. Парень был ночью просто в ярости, что уехал ночевать к своим друзьям и сказал, что обязательно попросит выселить его из блока. Всё-таки, утро добрым не бывает. Это сильно расстроило Хосока, но тому нужно было собираться на учёбу, а потом полдня провести в библиотеке и позже поехать в студию, чтобы закончить с их общим с Юнги треком. Чимин был правда зол, когда к нему пришёл Тэхён и начал выяснять отношения, делая из себя жертву. По сути, Пак ни в чём не виноват, он никак лично не оскорблял Кима, поэтому и его агрессию понять можно, пусть и повёл тот себя, как маленький ребёнок. Хосок правда устал от всего этого, хотя это длится слишком короткое время. Юнги посоветовал не обращать внимания, отвлечься на учёбу, но эти два придурка просто вытеснили все мысли про зачёты и экзамены. А Хосоку просто необходимо выйти на стипендию, чтобы окончательно забить на подработки. Как оказалось, после ссоры с Чимином Тэхён записал ему несколько сообщений с извинениями, среди которых были просьбы простить его, а ещё озвучено желание покончить с собой. По какой причине? Потому что Ким посчитал Чона своим предателем, что его близкий лучший друг отвернулся от него — прямая цитата — «из-за какого-то придурка Чимина». Было обидно не только Паку, ведь тот является близким другом Хосока. Конечно, поговорить лично с Тэхёном Хосок так и не удосужился, сразу после занятий пойдя в библиотеку. Книги пусть и утомляют, но подготовка к истории искусств помогает отвлечься хотя бы на часок-другой. Слишком стало тяжело принимать на себя всю эту ситуацию. — Привет, Хоби, я присяду? — спрашивает подоспевший Юнги с книжками и большой тетрадью, в которой он делал пометки, когда готовился к своим зачётам. — А, привет, хён, да, конечно, — кивает часто Хосок, убирая со стула напротив себя свой рюкзак, куда вскоре присаживается его друг. — Я видел твои сообщения по поводу Чимина и Тэхёна, как ты вообще себя чувствуешь? Прости, что не ответил, весь день староста гоняла долги сдавать, времени совсем не было даже на обед, — устало вздыхает Мин, открывая свою тетрадь для записей. — Не против, если мы сегодня передохнём и никуда не поедем? Намджун сказал, что сделает несколько вариантов законченной песни и отправит на почту, а мы послушаем, вдруг что-то понравится. — Это хорошая идея, а то настроения вовсе нет, — расстроенно отвечает Чон. — Мне не нравится то, что сейчас происходит со мной. Тэхён совсем начал раздражать, хочется просто взять и убить к чёртовой матери, зачем он так поступает с теми, кто мне дорог? Я Чимина не для этого пригласил к нам жить, тем более, ему очень нравился инстаграм Тэхёна и его стиль, что такого плохого в том, чтобы он подражал своему кумиру? — Не знаю, но скажу одно — Тэхён дикий собственник, это и так понятно, а ещё у меня очень странное подозрение насчёт его чувств к тебе, — задумчиво произносит Юнги, вновь делая какие-то пометки в своей тетради. И как он умудряется одновременно усваивать две темы, которые ничего общего между собой не имеют? — Ощущение, словно он влюблён в тебя, не как в друга, а как в парня. Может быть, он чувствует, что теряет тебя, поэтому кукухой двинул? — Думаешь? — Хм, ну, это только мои догадки, всё равно правду мы не узнаем, пока Тэ сам не признается. Мне кажется, он даже не до конца сам это понимает, — пожимает плечами старший. — Давай вообще не о нём разговаривать, раздражает уже. Всё утро потратил на его истерику насчёт тебя. — Серьёзно? Что он такого говорил тебе? — Что ты предатель, ты должен был защищать его, а не рассказывать всё Чимину. — Я уже давно признал, что поступил неправильно, но с каких пор я предатель? — Не знаю, но тебе стоит в этом разобраться. Но для начала сдай все зачёты и экзамены. Ты, кстати, уезжаешь к родителям на новогодние праздники? Я думал предложить устроиться в загородном доме Намджун-и, он попросил тебя с собой притащить, если ты сам, конечно, захочешь. — Оу, правда? Я не против, всё равно мама с папой куда-то собирались на Новый год, — с улыбкой отвечает Хосок, уже представляя в своей голове, как будет весело проводить дни в компании своих хороших друзей, которые уж точно его не станут делить. Хосок по жизни такой — не любит собственников, но отчасти является таким же. Наверное, ему будет очень тяжело в будущем, когда у Юнги появятся какие-то друзья. От чего-то сердце ёкает, когда старший одаривает его своей десневой улыбкой, когда смеётся с глупых шуточек или встречает после пар, чтобы вместе куда-то сходить. После работы над общим треком они слишком сблизились друг с другом, что не может радовать немного влюблённого в этого хёна Хосока. Конечно, тяжело принять факт, что твой лучший друг может быть в тебя влюблён. Хосок никогда об этом не думал до Юнги, да и сейчас пытается отойти от этой мысли. Однако всё может быть. Никто не застрахован от того, что в тебя может быть влюблён тот, кого ты никогда не увидишь рядом с собой, как возлюблённого. День правда был тяжёлым, учитывая то, что Хосока постоянно донимала мысль о том, что Тэхён может быть в него влюблён. Только вот злость на парня всё ещё осталась и никуда не пропала. Желание только игнорировать, но никак не выяснять отношения. Хосоку нужно готовиться к зачётам. — Хосок-а, — когда Чон слышит этот голос по возвращению в блок, то хочет сразу развернуться и уйти. Потому что это голос Ким Тэхёна, его лучшего друга, которого он сейчас просто ненавидит всей душой. — Не хочешь поговорить? — Насчёт чего? Мне кажется, что мы всё выяснили в прошлый раз, не хочу с тобой разговаривать, — отмахивается Хосок, проходя в свою комнату, а за ним следом идёт Тэхён, всё ещё надеясь на разговор. Старший садится на кровать и устало смотрит на кинутый к рабочему столу рюкзак, пытаясь заглушить свою злобу, чтобы ничего лишнего в сторону Тэхёна не сказать. Парень садится рядом, сначала беря руку Чона в свою, но тот её отдёргивает и Ким сдаётся. Он просто хочет заплакать, но вместо этого вскакивает и начинает кричать. — Ты правда такой тупой, Хосок-хён! Обсуждаешь меня с Юнги, с Чимином, я в этом просто уверен, а со мной лично поговорить не хочешь? Я что, зря тебя защищал перед нашими бывшими соседями, чтобы теперь ты не защищал меня? — А я просил? — вспыхивает Чон. — Я ни разу не просил тебя отбеливать мою репутацию среди тех парней, потому что до твоего появления всё было замечательно! Тэхён, ты приносишь неудачу, поэтому прошу, оставь меня хотя бы на период сессии, я хочу нормально закончить семестр. Хосок уходит из комнаты, хлопая дверью, попутно набирая номер Юнги, чтобы встретиться за общежитием и выкурить сигарету, а то и несколько. Чон в целом почти никогда не курит, имеет пачку на особые случаи, которые начались совершенно недавно. Его так бесит Тэхён, но прямо послать его он тоже не может, всё-таки, они были слишком близки, пусть даже просто как друзья, со стороны Хосока. Юнги соглашается выслушать Чона. Уже декабрь, холодно, а Хосок вышел без куртки, из-за чего старшему пришлось накинуть на того свой пуховик, ибо сам укутался в тёплый свитер, под которым был ещё слой одежды. Младший безумно ценит эту заботу и даже хочет заплакать от того, как же он рад их с Юнги дружбе. Или не просто дружбе? Старший выслушивает Чона от начала до конца, даже соглашается закурить за компанию. Хосоку явно становится легче после того, как он выговаривается. Он именно тот тип людей, которым обязательно нужно с кем-то делиться своей ненавистью, иначе он превратиться в очень токсичного человека. — Спасибо, что выслушал меня, — улыбчиво говорит Хосок, крепко обнимая Юнги. — Это меньшее, что я могу сделать, — отвечает тот. — Обращайся, в любом случае, я так точно уже не могу терпеть этого придурка, он только о себе думает. Сок-а, сосредоточься на учёбе, пожалуйста, это сейчас важнее, чем Тэхён. — Я постараюсь, правда, — кивает часто Хосок, — я так безумно… благодарен тебе за поддержку? Хён, серьёзно, ты лучший. Когда Чон заглядывает в глаза Мина, то видит в них не просто заботу о своём друге, но что-то более… тёплое? Наверное, это симпатия или что-то вроде того. Сейчас, когда уже поздний вечер, от освещения только жёлтый свет фонарных столбов, а ещё начавшийся снег, который падает крупными хлопьями, оседая на макушках парней белой пеленой. Юнги такой сказочный, на его чёрных волосах снежинки выглядят по-особенному красиво, нежели на высветленных розоватых волосах Хосока. Последний, будучи укутанный в пуховик своего хёна, нервно сглатывает, надеясь, что никто их сейчас не видит. В таком очень неловком амплуа, когда Юнги, продрогший в одном свитере, смотрит влюблённо в Хосока и понять не может, испугает ли парня напротив его признание в любви или нет. — Есть одна причина, по которой, наверное, я всегда готов идти рядом с тобой нога в ногу, — признаётся неловко Мин, пытаясь не отрываться от глаз Чона. — Я тебе нравлюсь? — спрашивает Хосок. — Поэтому ты с такой ревностью говорил о влюблённости Тэ? — Хосок, прости, если… — Ты мне тоже нравишься, — прерывает того младший. — И я рад, что ты решился первый признаться, я бы не смог… — П-Правда? То есть… О Боже, это оказывается так легко, хах, — с облегчением вздыхает Юнги, боясь снова столкнуться с Хосоком взглядами. — Да посмотри же на меня! — вскрикивает Чон, заключая Мина в крепкие объятия. — Я так рад, что ты готов поддерживать меня, наверное, именно этого мне сейчас и не хватает, знаешь… — Я буду счастлив только тогда, когда будешь счастлив ты, Сок-а, — улыбается в ответ Юнги, крепко прижимая к себе Хосока, пытаясь таким образом согреться. — Т-Только, может быть, мы вернёмся в общежитие? Я сильно замёрз, а ещё у тебя на голове уже кучка снега, мы так можем заболеть и отменить наши планы на загородный дом Намджуна. Я хочу нормально выпить в Новый год, а не пичкать свой организм таблетками от кашля.

***

Всё шло достаточно хорошо, Хосок временно прекратил общаться с Тэхёном из-за подготовки к экзаменам, да и тот был весь в учёбе. Юнги отвлекал парня от плохих мыслей, даже помогал готовиться, до поздней ночи в общей комнате проверяя его знания по билетам с вопросами. Однако как только настал период всех зачётов, всё пошло не по тому сценарию, на который надеялся Хосок. Тэхён постоянно дёргал Хосока: «совершенно случайно» проливал кофе на его рефераты, которые позволили бы повысить оценку хотя бы до четвёрки, путал свои и хосоковы флешки и удалял нужные проекты, которые Чон восстанавливал на коленке, лишь бы сдать. Ким стал огромной проблемой в учёбе своего бывшего друга, из-за чего уже три предмета Хосока были закрыты на «удовлетворительно», а Чон после выходил со слезами на глазах, ибо не к этому его жизнь готовила. Когда начались экзамены, всё стало снова хорошо, Юнги поддерживал Хосока и тому удалось успешно сдать первые два. Последний, за который парень волновался больше всего, стал последней каплей, чтобы свести Чона с ума и довести до нервного срыва. Казалось бы, сначала всё было замечательно, пока прямо во время подготовки к сдаче Хосоку не начал писать и звонить Тэхён, требуя срочного разговора. Тому было всё равно, что у его бывшего друга экзамен, ему нужен был этот разговор. Хосок сходил с ума, потому что и так предмет особо не знает, он усердно готовился, но начинал снова и снова путаться в каких-то терминах или ходе решения определённой задачи, которая попалась ему в билете. — Да что тебе надо от меня? — вскрикивает Хосок, когда, ответив на звонок, выбегает в коридор. — Тэ, я на экзамене, отвали от меня! — Нет, Хосок, это срочно! Меня достала твоя ненависть ко мне, хотя я лично тебе ничего не делал. — Да что ты говоришь, Боже, завались, не хочу знать тебя, я слишком пожалел о том, что когда-то стал защищать тебя, — с приступом очередной истерики, Хосок положил трубку и выключил телефон, чтобы остыть и вернуться в аудиторию с чистой головой. Однако так не получилось. Когда настала очередь Хосока сдавать экзамен, преподаватель был слишком строг с ним. Чон скрыл свою эмоциональную неустойчивость и из-за Тэхёна совсем перепутал все вопросы у себя в голове. Не сказать, что Хосок не сдал, нет, но на тройку честную натянул. — Не расстраивайся, у тебя всё равно уже есть тройки, в следующем семестре попробуешь снова выйти на стипендию, — с лёгкой улыбкой сказал преподаватель, отправив Хосока домой. Тот вышел из аудитории с ощущением моральной истощённости. Ему было настолько плохо, что хотелось прокричаться, хотелось разбить голову Тэхёна об стену, просто придушить его к чёртовой матери. Так обидно, невыносимо больно от того, что с ним сделал человек, которого он когда-то считал слишком близким другом. Хосок лишь в слезах позвонил Юнги и попросил того прийти в университет и встретиться с ним на лестнице третьего этажа. Мина ждать долго не пришлось, он прибежал, обеспокоенный состоянием своего новоиспечённого парня (они не так давно решили, всё-таки, сделать свои отношения официальными), увидев Чона сидящим на ступеньках и рыдающим, с зачёткой в руке. — Хоби, что произошло? Боже, кто обидел тебя? — встревоженно спросил Юнги, садясь рядом и прижимая юношу к себе. Хосок, как маленький ребёнок, уткнулся в чужое плечо и просто протянул открытую зачётку, на которой виднелась очередная тройка. Очередная неудача, причиной которой стал Ким Тэхён. — Ну что ты, нашёл из-за чего расстраиваться, оценки же всё равно не главное, ты сдал и это уже хорошо! А с Тэхёном мы разберёмся обязательно, я обещаю тебе. — Я его ненавижу, Юнги! — признаётся Хосок, вытирая рукавом своего белого мягкого свитера слёзы. — У меня нет сил, просто нет сил на всё это дерьмо. Ещё вчера Чонгук весь вечер оправдывал Тэхёна, сразу видно, что тот на уши присел, пиздец! — Оставь ты Чонгука, у него всегда будет в приоритете Тэхён, он с ним неплохо ладит, это уже их дело. Ну же, посмотри на меня, — Юнги берёт Хосока за щёки, заставляя взглянуть в его глаза, а после чмокает аккуратно в нос, заставляя парня слегка улыбнуться. — Улыбайся почаще, тебе не идёт грустное лицо совсем. Пошли в общежитие, положим учебники, сходим в магазин за закусками и сядем смотреть фильм у меня на кровати, договорились? — Да, хорошо, — кивает Чон, вставая со ступенек и убирая в свой рюкзак чуть помятую зачётку. С Юнги правда было слишком весело, слишком хорошо. Он заставлял Хосока улыбаться, даже громко смеяться. В магазине они закупились снеками и газировкой, а уже в общежитии, удостоверившись, что Тэхён теперь точно будет ночевать в другой комнате с Чонгуком и Чимином (скорее, только Чонгуком, так как Чимин уже пару дней не ночует в общежитии), спокойно расположились на кровати Юнги. Было не так много места, но им двоим хватило, чтобы удобно устроиться в обнимку и смотреть какой-то фильм. Хосок уложил голову на плечо Юнги, постепенно начав засыпать. Мин заметил это не сразу, но не стал дёргать парня, лишь накрыв того одеялом и сам решив, что пора бы вздремнуть после слишком тяжелого дня. Однако до него только сейчас дошло, что за всё время они с Хосоком так ни разу и не поцеловались в губы…