Another life

Вечеринка по случаю дня рождения прошла успешно, несмотря на то, что произошло на кухне. Детям было так весело, и Пауле тоже. Ракель просматривает фотографии в iPad Паулы о событиях, произошедших ранее, когда она внезапно остановилась на фотографии, на которой она с Серхио и Паулой, когда они помогали ей задуть свечи на ее торте. Все они улыбались, и, если бы она не знала ничего лучше, она приняла бы их за одну счастливую семью. Ракель не могла не заплакать от фотографии. Это та жизнь, которой она должна была жить, а не та, которую она прожила с Альберто. Они должны были быть семьей, но этого не произошло. — Фиона сделала этот снимок, потому что мы все у торта, — внезапно сказала Паула, поразив при этом свою мать. — Что ты делаешь? У тебя завтра школа, — беззаботно спросила она, вытирая слезы с лица, но уже слишком поздно. Паула протянула ей салфетку, которая заставила ее мать улыбнуться. Для своего возраста Паула невероятно повзрослела. — Ты знала Серхио раньше. У вас был большой бой? Вот почему вы сейчас не друзья? — спросила она. Раскрыв глаза, Ракель собралась перед дочерью. Ей всего восемь лет, а у нее уже есть мозг отца и инстинкты матери. — Что заставляет тебя так говорить, дорогая? — она спросила ее в ответ. Паула пожала плечами. — Я больше не ребенок, мама. Я знаю, что вы знали друг друга раньше и ты злишься на него. Не знаю почему. Вы спорили на кухне, так что я предполагаю, что вы сильно поссорились раньше, поэтому ты злишься на него, — ответила она. …Слишком умно, подумала Ракель. — Ну да, можно сказать, что мы ссорились раньше, но это было очень давно. Просто много всего произошло, и мы потеряли друг друга из виду, поэтому раньше у нас был спор, но это все. Ты должна знать, что Серхио никогда не причинит мне физического вреда, — пояснила она. Несмотря ни на что, Ракель абсолютно уверена в одном. Серхио никогда не прикоснется к ней. Он не такой человек. Фактически, она была тем, кто ударил его и пнул ногой, а он вообще не мстил. — Я, конечно, это знаю. Он не похож на папу. Он намного лучше, — внезапно сказала Паула, и от этого Ракель затаила дыхание. Если честно, она понятия не имеет, насколько Паула знает о том, что происходило в их доме в Мадриде. Конечно, она изо всех сил старалась оградить ее от правды. Она отправляла ее спать, когда чувствовала, что Альберто вот-вот выйдет из себя, но Паула - любопытный ребенок. Возможно, она мало что видела или слышала, и Ракель никогда не сможет стереть это из головы. — Ты права, милая. Он определенно не похож на твоего папу, — согласилась она. После разговора с дочерью Ракель снова не спала всю ночь. Она сделала ошибку, подтвердив Серхио правду о Пауле? Он пообещал наверстать все те годы, когда он не был в их жизни, но она не может заставить себя полностью довериться этому обещанию. Ее слишком много раз избивали, и довериться тому, кто ее сломал, - непростая задача. Однако, помня выражение лица Паулы, она не может больше отрывать ее от Серхио. Она не может отрицать тот факт, что между ними существует связь, и они оба могут это почувствовать. Что, если он снова уйдет? Это разобьет сердце ее дочери. Сможет ли она заставить себя рассказать Пауле правду о своем отце? Она рассердится на нее? Прежде чем она сможет найти ответ на свои вопросы, солнце уже встало. — Вот дерьмо, — пробормотала она и поспешила собраться. Она приняла душ, а затем приготовила для себя две чашки черного кофе, чтобы разбудить свой организм, прежде чем разбудить дочь, чтобы подготовить ее к школе. После этого она отвезла Паулу в школу, прежде чем пойти работать в кафе. Утро в кафе - всегда беспокойный час, и, к сожалению, именно тогда начинается ее смена. Подавать кофе и выпечку - это совсем не то, чтобы быть инспектором, но, по крайней мере, люди к ней относятся хорошо. Она не получает никаких сексистских комментариев от коллег, а клиенты вежливы. Она быстро научилась готовить кофе, и через первую неделю менеджер разрешил ей делать самостоятельно. Однако бессонные ночи становятся ее проблемой. Она страдает бессонницей и не может себе позволить им стать. — Чашку кофе, пожалуйста, — заказал покупатель и подошел к стойке. — О, ты должно быть издеваешься надо мной, — пробормотала она, когда увидела, что это Серхио сделал заказ. Он улыбнулся, а затем усмехнулся. Раздражение исчезло, как только она увидела эту улыбку. У него всегда милая улыбка. — Я ничего не знаю об обслуживании клиентов, но совершенно уверен, что это не способ приветствовать людей по утрам, — поддразнил он. Ракель закатила глаза. Еще он любит вежливые приветствия. Она узнала об этом, когда они вели переговоры по телефону, когда она не знала, что он профессор. — Обычно я вежливо приветствую клиента, но для некоторых людей делаю исключения, в том числе для тебя. Почему ты здесь? — спросила она. Она пытается выглядеть жесткой и раздраженной, но не может скрыть улыбки, которая появляется на ее губах. Что с ней происходит? Мужчина ушел от нее и не возвращался восемь лет, а она улыбается как дура, просто увидев его улыбку. — Я надеялся, что мы сможем позавтракать вместе. Во сколько у тебя перерыв? — он ответил, а затем спросил. — Я уже выпила кофе, и моя смена только началась, — ответила она. — О, нет проблем. Я поговорю с Хавьером, чтобы мы вместе позавтракали. Подожди, — сказал он, и прежде чем она успела сказать что-нибудь еще, Серхио уже ушел. — Черт… дерьмо… дерьмо… — пробормотала она себе под нос и сняла фартук.