Another life

Серхио вернулся домой из города с пакетами продуктов. Он побежал за припасами, пока Ракель еще спала. Когда он вошел на кухню, он обнаружил ее там с Андресом и Мартином, которые смеялись над чем-то, что сказал последний. Какой бы странной ни была сцена, он не мог не улыбнуться, увидев, что его брат и Ракель ладят. Из-за ограбления эти двое не начали на хорошей ноте, но он рад, что они нашли общий язык. Они оба важны в его жизни, и для него очень много значит то, что они не идут друг другу в глотку. — Как дела с продуктами, Серхио? — спросил Мартин. Андрес и Ракель повернулись к нему с улыбками на лицах. Ракель выглядит все лучше и лучше. Ее щеки снова приобрели румянец. Синяк на ее лице уже зажил, как и порез на голове. Сломанные ребра тоже хорошо заживают, хотя иногда он все еще видит, как она морщится. — Хорошо, я полагаю. Я взял все по списку, — ответил он и повернулся к Ракель. — Как ты себя чувствуешь? — он спросил. — Лучше. Хорошо быть в тени. Эти обезболивающие действительно сильные, — ответила она. Серхио поправил очки. — Что ж, они призваны помочь тебе с болью, — пояснил он. Андрес вдруг рассмеялся. — Hermanito! Я хорошо помню, что у тебя не было медицинского образования. Перестань относиться к ней как к младенцу! Сейчас ей лучше, и ей пойдет на пользу размять ноги, — воскликнул он. Ракель подавила смех, а Мартин не смог сдержать свой смех. — Я был просто обеспокоен. Вот и все, — пробормотал Серхио, смущенно глядя в пол. — Я ценю это, Серхио. Спасибо, но теперь мне лучше. Я бы чувствовала себя намного более расслабленной, если бы время от времени могла видеть людей и море, — сказала Ракель, и они встретились взглядами. Она выглядела более непринужденной, чем раньше. Возможно, сейчас ей действительно лучше. Серхио хочет смириться с этим, но он не может не чувствовать себя защищающим ее, так как он видел, как она истекала кровью на полу. Это изображение, которое каждую ночь вызывает у него кошмары, и он больше никогда не хочет его видеть. — Итак, теперь, когда все здесь... мы можем позавтракать? — спросил Мартин, и все кивнули. — Серхио, пожалуйста, позови мою дорогую племянницу на улицу. Я приготовил ей любимый блинчик с черникой. Маленькая принцесса не перестанет беспокоить меня, пока я не сделаю для нее это. Она определенно позаимствовала свое упрямство от вас двоих, — сказал Андрес. Серхио испуганно посмотрел на Ракель. Он не сказал ей, что рассказал им все о Пауле, но она только улыбнулась. Андрес, должно быть, уже сказал ей, и она, кажется, согласна с этим. Он пошел вывести Паулу и Анну на улицу. — Мама! — воскликнула Паула, как только увидела Ракель на кухне. В своем энтузиазме она забыла о травмах матери и внезапно бросилась к ней, чтобы обнять. Ракель застонала, когда ее охватила боль, и Паула отступила с ужасом в глазах. Она шокирована реакцией матери. Ракель схватилась за стол, чтобы расслабиться, вдыхая и выдыхая. Хорошо, что она села. В противном случае она бы уже упала на пол. — Паула! — воскликнул Серхио и сразу подошел к Ракель. Ракель потребовалось несколько секунд, чтобы собраться и взглянуть на него. — Я в порядке. Все в порядке, Серхио, — заверила она его, но Серхио находится в режиме полной боевой готовности. — Мама, мне очень жаль. Я забыла, — извинилась Паула. Серхио собирался что-то сказать, когда Ракель нашла его руку и сжала ее, чтобы остановить. — Все в порядке, милая. Мы все иногда волнуемся. Иди сюда... потихоньку, ладно? — сказала она, и Паула осторожно подошла к ней. Ракель обняла дочь. Прошло много времени с тех пор, как она в последний раз обнимала ее, и ей это не хватало. Затем она посмотрела на Серхио, и дым в его глазах исчез. Она понимала, почему он был расстроен, но он не мог взорваться на Пауле. По крайней мере, не в самый разгар этого момента. Когда ее дочь оторвалась от нее, Паула повернулась к Серхио, который все еще стоит на коленях рядом с ними. — Мне очень жаль, Серхио. Я буду осторожнее. Обещаю, — сказала она ему, и это испарило все его негативные чувства, которые он испытывал несколько секунд назад. — Это приятно слышать, и я надеюсь, что ты сдержишь свое обещание, — сказал он, и Паула кивнула. Андрес откашлялся, и все заняли свои места к завтраку. Паула вскрикнула, когда он подал ей блин, который она просила. — Спасибо, дядя Андрес! Ты лучший! — воскликнула она, и все за столом остановились. Она только что назвала Андреса своим дядей? Все посмотрели друг на друга, и маленькая девочка, кажется, не замечает, что кроме нее никто не ест. — Паула, дорогая... могу я спросить, почему ты назвал Андреса своим дядей? — Мартин первым задал вопрос. Паула посмотрела на него с полным ртом блина. Она сглотнула, а затем сделала глоток сока. — Серхио теперь мой папа, верно? Я слышала, как он разговаривал с дядей Андресом о маме, и он сказал, что любит ее. Думаю, мама тоже его любит, поэтому Серхио стал моим новым папой. Дядя Андрес - брат папы Серхио, так что он мой новый дядя. Это мой учитель сказал нам в школе, — ответила она практичным голосом и продолжила есть. Ракель и Серхио, красные, как помидоры, смотрели на свои пустые тарелки. Андрес не мог скрыть ухмылки на лице. Их дочь просто раскрыла их чувства друг к другу за обеденным столом, как падение микрофона, и никто из них не оспорил это откровение. Конечно, в анализе вещей Паулой есть только один недостаток. Серхио не ее новый папа. Он ее папа, но он оставит это Ракель, чтобы она раскрыла это молодой девушке. — Я, например, люблю быть дядей, так что ты можешь в любое время называть меня дядей Андресом, принцесса, — сказал Андрес Пауле, и это вызвало у него теплую улыбку. Серхио прочистил горло и указал на еду на столе. — Еда остывает, не так ли? Давайте поедим, — неловко сказал он, когда Ракель усмехнулась. Мартин поднял вилку и ложку. — Ага, давай поедим, папа Серхио, — поддразнил он, и взрослые засмеялись, за исключением Серхио и Паулы, которые задаются вопросом, что в этом такого смешного.