Таяние льдов Арктики

- Вон оно че, Михалыч... - протянула Люба, отставив стакан с соком в сторону. Эльмир вместе с кузиной Андрея и Николаем зашли в ближайшее кафе, чтобы окончательно все прояснить. Философу пришлось позвонить Ольге Алексеевне и голосом умирающего лебедя сказать, что он заболел. Завкафедрой хмыкнула и посоветовала ему хорошо опохмелиться. Эльмиру совет понравился. Сейчас он как раз сидел с бокалом вина. Ну, приближался полдень - самое время для того, чтобы выпить. Под красное вино даже рассказ Николая о жизни Андрея казался абсолютно нормальным. Несмотря на то, что там присутствовали такие слова, как "блять", ебанный пиздец", "охуеть", "берет", а также жалобы на эксплуатацию (Колян, видимо, устал таскать чужие яйца), возмущение поведением отца Андрея и краткое описание героического спасения принцессы из лап батюшки-дракона. - Я не Михалыч! - возмутился Николай на реплику Любы, - Я Васильевич! Как Гоголь! Который писатель! Любовь только тяжело вздохнула, но спорить не стала. Видимо, прекрасно знала, что некоторые вещи Коле лучше не объяснять. Все равно поймет по-своему. - Так, значит, у вас любовь? - уточнила Люба у Эльмира, - Никакого принуждения? - Ну... - пожал плечами философ, - Иногда Андрей пробовал переступать рамки и действовал очень упорно. Но я не назову его действия принуждением... Сдаюсь сам. Добровольно. Любовь нервно хихикнула. - Да, нужно брать нахрапом! - радостно закивал Николай, - Со всех сторон жертву... Ну, не жертву, а краша своего обложить! А то ведь уведут! Андрюха верно все делает! Любовь снова хихикнула. - Раз такое дело, - подытожила она, - То я с отцом поговорю, а он с дядей Сашей перетрет. Батя у меня мировой мужик! Тоже тренер, как и я! Я целенаправленно по его стопам иду! Эльмир недоверчиво хмыкнул. - А твой отец меня бить не придет, случайно? Я уверен, что к мнению своего брата он прислушается. А отец Андрея не очень-то рад нашему союзу, - поинтересовался спокойно философ. Только еще одного дзюдоиста ему и не хватало! Скоро всем двором его уже будут пиз... Бить. Его и Бориса Николаевича. Второго просто за компанию. Из-за подозрительной внешности. - Нет, отец только меня и мать слушается! - с возмущением возразила Люба, - Какой брат? Не беспокойтесь, как я скажу, так и будет! Да, иногда было хорошо, когда в семье царил матриархат. - Да, не парьтесь! - поддакнул Николай, - Любашин отец - клевый мужик. С юмором. Не такой строгий, как у Андрея. Это, конечно, радовало. - Кстати, мне тут Андрюха как раз пишет, - добавил через минуту Николай, - Он вас потерял, Эльмир Лазаревич! Ну, я ему все объяснил по-хорошему. Сказал, что мы с вами и Любой в кафе сидим, перетираем... Замечательно! Не хватало только того, что Андрей начнет сходить с ума! От ревности, разумеется. Потому что, сто процентов, он подумал, что Эльмира похитили коварные женщины. Философ уже раскусил этого паразита. Эльмир в который раз проклял себя за то, что не взял номер Андрея. Но с Князевым все как-то не до мелочей... Эльмир радовался ровно до того момента, пока Андрей собственной персоной с шумом и прытью барана не вломился в кафе, где они сидели. Издав вопль раненой выпи, Князев почти упал прямо на стол, закрывая собой Эльмира, и оглушительно проорал: - Люба, не убивай его, прошу! Пожалуйста! Люблю его, понимаешь?! Эльмир выплюнул прядь волос Андрея, которая попала ему в рот, а официантка, проходящая мимо, чуть не уронила поднос и поспешила ретироваться. - Я не собираюсь его убивать. Уже, - устало выдохнула Люба. Да, Андрей немного опоздал. Раньше надо было защищать своего возлюбленного! - Он у тебя ничего такой, - с тяжелым вздохом продолжила Любовь, - Одобряю и понимаю. Красивый. Так что не волнуйся так! Я с отцом поговорю, а он с твоим побеседует. Разрешим ситуацию! Разберемся! - Я ничего не смыслю в мужской красоте, - покивал согласно Николай, - Но Эльмир Лазаревич - не самый плохой мужик, это точно! Так что мы поможем! Не самый плохой... Так себе комплимент, конечно, но для Николая сойдет. Эльмир хмыкнул, а Андрей, завалившись ему на грудь, расслабился. И в этот миг философ понял две вещи. Во-первых, он начинал возбуждаться, а во-вторых... - Ты, что, пары прогулял, паразит окаянный? - анакондой прошипел Эльмир, - Ты с ума сошел?! - Почему вам можно, а мне - нельзя?! - возмутился Князев, надув губы, - И я за вас беспокоился, вообще-то! Сестра моя - женщина боевая! Да это уже все поняли! Но как будто Эльмир не придумал бы, как ему выкрутиться! - Ну, все! - выпалил недовольно философ, - Я тебя так накажу, что ты на задницу неделю не сядешь! Понял? Эльмир ничего такого не имел в виду, но каждый понимал в меру своей испорченности. - Да, накажите меня! - почти взмолился Андрей, - Пожалуйста! Сил моих больше нет! Хочу аж две недели на задницу не садиться! Выпорите меня, как следует! И не только! Эльмир не выдержал и хихикнул, возбуждаясь все больше и больше. - О Господи! - промямлила Люба, - Можно, пожалуйста, не при мне? Весь аппетит испортили! Ничего не хочу слышать про подробности личной жизни моего брата! Договорились? - О Господи! - подумал бедный Борис Николаевич, который почти зашел в кафе, чтобы опохмелиться, но сразу боязливо попятился, - И тут они! Чертовщина какая-то! А может, придурковатая семейка геев ему казалась? Наверное, стоило бросать пить...