Дорога у Раф-энд-Реди.

Она взмолилась, горячо-горячо, как не молилась никогда: Господи, пожалуйста, если б можно было всё изменить! «Я согласна снова пережить войну, голод, но пожалуйста, пожалуйста, пусть Мелли будет жива, пусть Ретт вернётся! Дай мне возможность всё исправить!» Вдруг вокруг неё все исчезло. Всё погрузилось во мрак. У неё сильно закружилась голова. Показалось, что пол уходит из-под ног. Показалось, что пахнет дымом. Скарлетт помотала головой, подумав, что всё это ей мерещится от усталости. Но запах дыма становился всё сильнее. К дыму примешивалось что-то ещё. Запах сухой травы, ночной свежести... Странные запахи, странные ощущения. Голова шла кругом. Она покачнулась и закрыла глаза. Когда открыла их через мгновение, то увидела, что стоит в поле, в ночи, а на горизонте разгорается багровое зарево. Она с трудом устояла на ногах. И сразу поняла, где она и когда. Это была дорога у Раф-энд-Реди! Начало сентября 1864. Ночь пожара в Атланте. Ночь, когда он сказал, что любит её. Ночь, когда он ушёл на войну! Когда она его ударила! У неё саднила рука, будто она действительно только что его ударила. Фигура в белом костюме исчезла за холмом. Ретт Батлер уходил в армию. В лакированных туфлях, с двумя дуэльными пистолетами за поясом. Скарлетт сделала шаг к повозке: «Мелли!» но остановилась. Она ещё успеет обнять Мелани, а сейчас нужно догнать Ретта. Она не может его так отпустить. Сейчас она догонит его! Сейчас он её не оттолкнёт! - Ретт! - она побежала по дороге. Побежала изо всех сил, надеясь, что этот сон, этот морок - что бы это ни было - не рассеется прежде чем она догонит его. - Ретт! Он шёл по дороге - его силуэт был хорошо виден на фоне зарева на горизонте. Он шёл быстро. А она бежала за ним и никак не могла догнать. Вдруг она подумала: что, если это очередной кошмарный сон? Сон, в котором она будет бежать, бежать, но никогда его не догонит? Отчаяние сжало ей горло. - Ретт! Он услышал, обернулся. Замер - Скарлетт не могла разглядеть выражение его лица. Да ей и не нужно было его видеть. Её сердце заныло: «Любимый мой!» Она подбежала, споткнулась, и упала бы, не поймай он её обеими руками. И от прикосновения его твердых рук её обожгло: это не сон! Он поймал ее и сразу отпустил. Стоял и смотрел на неё. И молчал. Она слышала его тяжелое дыхание. Хотела что-то сказать, но никак не могла отдышаться. Стояла и пожирала его глазами. Она не видела выражения его глаз в темноте, но как же он был хорош в этом белом костюме! Как давно она не видела его таким - молодым, красивым, полным сил... Он был дьявольски красив в эту ночь. - Вы хотели что-то добавить? - спросил он с иронией. - Да. - она подошла вплотную. Поднялась на цыпочки и поцеловала его в губы. Прикосновение обожгло её. Скарлетт почувствовала бушевавший в нём огонь - этот огонь наполнил и её. Она пыталась целовать его осторожно, она помнила, что ударила его по губам, но была слишком возбуждена. Как давно она не обнимала его! - Больно? - спросила она, оторвавшись. - У вас тяжелая рука, - прошептал он. В голосе его была ласка. Она вновь потянулась к его губам. Поцелуй становился всё более настойчивым. - Скарлетт, - выдохнул он. - Скарлетт, что это? Вы... вы передумали? - Ретт, как я буду без вас жить? - она провела по его щеке пальцами. Он поймал их губами, прижал ее ладонь к своей щеке. - Я только сейчас поняла, как вы мне нужны, как... Ретт, обнимите меня покрепче! Она гладила его чёрные волосы, ласкала их, ерошила. - Ужасный, несносный, нахальный, невыносимый капитан Батлер... - В ваших устах эти слова звучат как музыка. - Ретт! - она вновь прильнула к нему. Она и забыла, какие у него губы. Ей хотелось, чтобы этот поцелуй длился вечно. Они исступленно целовались, стоя посреди пустой дороги. Она наслаждалась поцелуем, наслаждалась его близостью - никогда он не обнимал и не целовал её так, как сейчас, - и думала: ведь это их первый поцелуй. Первый поцелуй в этой новой жизни. - Ретт! - она оторвалась от него, запрокинула голову. - О, Ретт! - Любимая, - простонал он. Начал целовать ей шею. Она прижала его голову к груди, застонала от горячего дыхания. - Как я буду без вас жить? Обнимите меня, обнимите покрепче... - Любимая моя! - Ретт Батлер, что вы там говорили о сладостных воспоминаниях? Он бросил сюртук на землю. Ловко расстегнул ей платье, расшнуровал корсет. Он раздевал её умело, как опытная горничная. Она тихо стонала от прикосновения его рук. Нижнюю сорочку она нетерпеливо скинула сама. Кончики её грудей затвердели от ночной прохлады и губы Ретта согрели их. Она вскрикнула, запуская пальцы ему в волосы. Он уложил её на импровизированное ложе из их одежды и опустился на колени. - Моя прекрасная любимая. - он смотрел на неё, и, казалось, не дышал. Его глаза были темны, как небо над ними. - Дорогой мой, - прошептала она и провела рукой по его бедру. Он застонал: - Скарлетт, я люблю вас! Больше жизни люблю! Он склонился к ней. Накрыл своим тяжелым большим телом. Он упирался руками в землю, но ей все равно было тяжело. Было приятно от этой тяжести, от его запаха, от тепла его кожи. Ретт овладел ею. Она колотила руками по его горячей спине и кусала губы, чтобы не закричать, как сильно любит его. - О, Ретт... Одежда была слишком тонкой преградой. Комья сухой земли впивались ей в спину. Но она почти не чувствовала этого. Ей хотелось крикнуть, что она его любит, так любит, но она сдерживалась. Лишь на вершине наслаждения она выдохнула его имя. - Ретт... - Ну что, - спросила она, приподнимаясь и заглядывая ему в лицо: - Моему воину хватит воспоминаний? - Любимая, - прошептал он. - Если б я знал! Если б я знал, что вы так попрощаетесь со мной, я бы отправился на войну год назад. - Боюсь, год назад я бы так не попрощалась. - Теперь мне стократ больнее уходить, чем после вашей пощёчины... Он целовал её - медленно, нежно, долго, - но в этом поцелуе уже чувствовалось расставание. Поэтому они никак не могли оторваться друг от друга. Наконец она села. - Мне пора. Нужно довезти Мелли в Тару как можно скорее. - Вы правы, - он тоже поднялся. Надел кальсоны и брюки. Порывисто обнял ее. - Я помогу вам одеться. Но ещё мгновение. Ещё минуту. Как вы прекрасны сейчас! Я в жизни не видел никого прекраснее. Я запомню эту ночь на всю жизнь. Скарлетт! Любовь моя... Обхватив его изо всех сил, она прошептала: - Я не хочу вас отпускать! Не хочу! Я только сейчас поняла, как вы нужны мне, а вы уходите... - Любимая... - Уходите скорее, иначе я снова вас ударю! - Я помогу вам одеться. Можете бить меня, сколько захотите. Он одевал её, то и дело целуя - живот, грудь, плечи... - Мне снова хочется вас раздеть. Это отдельное удовольствие - раздевать вас. - он застегнул крохотные пуговки платья и прижался губами к её затылку. - Любимая, вот теперь мне действительно пора идти. Прощайте. Спасибо за чудеснейший миг моей жизни. - Прощайте, Ретт. - она коснулась губами его щеки и пошла назад по дороге. Впереди был тяжкий труд, впереди были самые трудные времена, но она шла, расправив плечи. Она всё исправит, всё изменит. Ведь теперь у неё есть Ретт. Он вернётся, как только сможет. Как только кончится война. Она знала, что он вернётся. И всё у них будет по-другому.