Every stitch goes in

Насчет теста у Дио были сомнения - но все прошло неплохо. В основном он просто торчал за кафедрой и читал с телефона статью о признаках корректного развития двухлетнего ребенка. Пару раз прошелся вверх-вниз по аудитории со стаканом вишневого фраппучино, вышакаливая шпаргалки. Какеин как раз сидел у самого прохода, сосредоточено строчил и ощутимо напрягался, когда Дио проходил рядом, - это, конечно, очень возбуждало, но предпринимать ничего было пока нельзя. Сверившись в последний раз со сверкающими на запястье часами от Луи Муане, Дио объявил тест завершенным, и студенты, которые не привыкли с ним спорить, поплелись прочь из аудитории, по пути вручая Дио свои листки. За Какеином Дио следил периферийным зрением - тот бросил финальный взгляд на свой тест, быстро собрался и спустился к кафедре. Дио собирался задержать его под любым тупым предлогом - из-за теста даже студентки, которые бегали за ним хихикающей стайкой, нервно спешили покинуть аудиторию, и никто бы не стал уделять внимание подобной мелочи - но поганый Куджо выронил папку с неподшитыми бумагами им под ноги именно когда Какеин сдавал свой тест - и конечно же добрый вежливый мальчик принялся помогать ему их собирать. Дио брезгливо понаблюдал за неуклюжим Куджо сверху вниз и прошелся глянцевым ботинком-челси по одному из его листков с рисунками каких-то стремных медуз. Момент был упущен. Дочитав все лекции и посравшись с парой преподов, Дио сложил тесты первокурсников в кожаный портфель от Тома Форда, отправился пообедать в итальянское кафе недалеко от кампуса, по пути предложил свою компанию преподавателю физической культуры, которого с трудом понимал из-за густого техасского акцента, но все равно любил послушать - тот как обычно вежливо отказался. Скоротав остаток дня за изучением прессы и чашкой латте с убойной порцией корицы, Дио вернулся на парковку, сел в Мустанг и положил портфель рядом с собой на сиденье. Где-то там за шелковой подкладкой среди работ всякого сброда без будущего лежал листик, на котором писал Какеин Нориаки, терся об него своим запястьем, постукивал кончиками пальцев, писал, низко склоняя голову, так, что на бумагу опускалась нелепая длинная немного вьющаяся прядь его волос. Это всего лишь кусок бумаги - напомнил себе Дио и завел машину. Дома он умылся, переоделся, педантично разложил по местам одежду и аксессуары, достал тесты из портфеля и выложил на рабочий стол. На секунду его кольнула продуктивность - можно ведь сесть прямо сейчас, проверить все работы и весь вечер смотреть документалки с шокирующей истиной о пищевой промышленности, чтобы потом пересказывать эти ужасы приятелю-физруку, - но это было бы неправильно. Вместо этого Дио твердо развернулся и ушел на кухню. Пачка макаронных изделий-локотков Ронзони сиротливо сминалась на полке с его спагетти, листами для лазаньи и диким рисом. Пластиковая - Дио привык к пасте в картонных коробках и отнесся к пакету Ронзони, который персонально в перспективе засрет планету для его ребенка, с негодованием. Инструкция велела закипятить воду, посолить, всыпать в нее макаронные изделия и через три минуты снять с огня и слить воду. Дио достал медную кастрюлю, наполнил водой и поставил на варочную панель. Пока вода закипала, достал песто и приготовил миску. Согласно указаниям бросил ложку соли из солонки - и вода яростно вспенилась. Засыпал половину пачки макаронных изделий и засек на кухонном таймере три минуты, потому что уже снял французские часы. Наложив “локотков” в миску, Дио вдруг преисполнился неуверенности - но преодолел себя, замешал в склизких разваренных макаронах немного песто, попробовал и чуть не зарыдал. Во-первых, это было непростительное оскорбление органического-эко-зеленого-продукта песто с рикоттой и вялеными томатами. Во-вторых, это было то самое - мерзкий вкус нищеты, бессилия, его собственного детства. Вспомнив, как он радовался, когда мама готовила из этого издевательства над пастой мак-н-чиз, Дио сильно сжал вилку и челюсти. Какеин Нориаки питается этим до сих пор. Он заставил себя доесть до конца, заставил себя помыть посуду, потом решил окончательно превратить вечер в челлендж преодоления и заставил себя надеть пижаму и лечь спать. За проверку работ он взялся на следующий день - в субботу, когда его по невероятно удачному стечению обстоятельств не разбудили телефонными звонками ранним утром. Сначала помылся, набросил велюровый халат, позавтракал яичницей, которую заполировал протеиновым коктейлем, сделал себе кофе и удалился в кабинет. Там он сразился с желанием раскопать тест Какеина Нориаки, чтобы взяться за него первым делом - и победил, решив оставить его приятным сюрпризом и стимулом отнестись к работе со всей ответственностью. Время за работой протекло незаметно, потому что на самом деле он не особо размышлял над проставленными оценками. Наконец, под руку попался тест Какеина - и Дио понял, что это именно он, даже не глядя на подпись убористыми буковками - слишком долго он пялился на его записи и пометки, чтобы не узнать их с первого взгляда. Эта бумажка была своеобразным прощанием - в Какеине он был абсолютно уверен. Этот тест он сдаст на отлично - всрется, но сдаст - и занижением пары баллов Дио вряд ли разведет его на какую-то интимную активность. Намеренно заваливать такого студента не имеет смысла - любая комиссия сразу же оценит его уровень и старание. Потому что Какеин - хороший, очень хороший мальчик. Проверив тест, и на всякий случай сверившись с методичкой дважды, Дио совершенно охуел. Выходные прошли скомканно - все из-за чертового Какеина, и в понедельник, начав занятие с раздачи тестов, Дио едва удержался от того, чтобы лично вручить Какеину его чертов листок. Во время лекции он дважды сбивался с мысли, бросая взгляд на красную макушку Какеина, уткнувшегося в стол - и, наконец, достигнув более-менее логического завершения параграфа, велел всем расходиться. Воодушевленные лишними десятью минутами свободного времени, студенты ломанулись прочь из аудитории. - Какеин. Было уже все равно - повод побеседовать с Какеином у него был совершенно официальный. Какеин и сам, похоже, все понимал. Студент в темно-зеленой толстовке встал перед кафедрой, понуро опустив голову, и поднял глаза только когда дверь за последним его однокурсником закрылась. - Как это понимать, Какеин? Какеин ничего не объяснял, только смотрел. - Тридцать баллов - это в два раза ниже проходного. В два, Какеин! - Дио нервно взъерошил пальцами волосы. - Разве не тебе я все это объяснял? Я зря тратил свое время? - Простите, профессор. - Твои извинения бесполезны, Какеин. - У меня была очень тяжелая неделя. Я растерялся. Дио вышел из-за кафедры и встал перед Какеином, оперевшись на нее спиной. - Ты понимаешь, что это значит, Какеин? - Понимаю, профессор. Дальше произошло что-то неожиданное. Какеин подошел еще ближе и опустился на колени. Если бы Дио не опирался о кафедру, он бы упал. Какеин протянул руку к пуговице на его брюках, и Дио пожелал, чтобы время остановилось. - Не так быстро, Какеин, - Дио изо всех сил старался сохранить голос ровным. - Собираешься работать с сырым материалом? Он протянул руку, и Какеин вложил в нее лицо. Дио аккуратно прижал его к паху, и Какеин потерся о него щекой. Кровь потекла к члену с такой мощью, будто в его основании был насос. - Ты ведь умный мальчик, Какеин. Очень способный, - с намеком проговорил Дио, перебирая пальцами его волосы.. Какеин стрельнул в него вопросительным взглядом, отстегнул пуговицу и взялся зубами за молнию ширинки. На короткое мгновение Дио увидел за его зубами розовый язычок, и у него дернулся хуй. - Я знаю, ты бы справился с материалом. Ты просто устал, да? - ободрил его Дио. Какеин кивнул, сглотнул и взялся пальцами за резинку его дизайнерских трусов. Исполинский хуй закачался в миллиметрах от его красивого покрасневшего лица. - Проходной балл… - Дио взял член пальцами и провел головкой по розовой щеке Какеина. - А может, и оценка повыше. Все зависит от твоих стараний. Если бы Дио включил порно с такой завязкой - он бы не стал смотреть его из-за чрезмерно пошлой наигранности - но жизнь имитировала искусство. - Да, профессор, - прошептал Какеин прямо ему в хуй, приоткрыл рот и положил головку на язык, который уже находился у Дио в топе эротических видений. Кто-нибудь другой - не Дио Брандо, который научился на своих ошибках - схватил бы его за волосы и надел на член, яростно пихая эрекцию в самое горло - но Дио считал себя джентльменом (хоть и с примечаниями). - Молодец, - похвалил он и заправил прядь волос Какеину за ухо, погладив его по контуру пальцами. - Схватываешь все на лету. Какеин, не отрывая от его лица выжидающего взгляда, словно сверялся, все ли в порядке, медленно погрузил член в рот чуть глубже. - Нравится? - самодовольно повторил Дио вопрос с предыдущей партии. - Ты предпочитаешь сдавать тесты таким способом, Какеин? Какеин ничего не ответил - взял член еще немного глубже, издал давящийся звук, подался назад и снова вперед, не отрывая глаз от Дио. Сладкие мурашки от движения его губ буквально возносили на небеса. - Вот так, - Дио было уже не остановить, он поглаживал Какеина по щеке и задевал большим пальцем его губы, едва держась на ногах - было такое чувство, что тело медленно погружается в теплое густое наслаждение. - Ты такой нежный, Какеин. Ты такой… Дальше произошел пиздец - из-за того, что дела в этот день происходили слишком безумные, и Дио так и не вспомнил, что неплохо бы закрыть дверь на ключ. Под пиздецом подразумевался Куджо. Кафедра была метрах в шести от двери, и Дио не понимал, какие шутки с временем мутил Куджо, но он оказался рядом с ними мгновенно - и с размаха, явно усиленного разгоном, въебал ему по лицу. Кое-как Дио успел поставить блок, но все равно оказался на полу с болью в члене - похоже, Какеин задел его зубом, когда этот ублюдок заставил его резко прерваться. - Ты в порядке, Какеин? Кажется, Куджо спросил это на японском - но Дио понял суть. Какеин все еще шокированно сидел на полу. Дио застегнул штаны и привстал на локте. Нужно было срочно придумать, как разыграть эту ситуацию как можно выгоднее для него, иначе произойдет фиаско. Что там у Куджо за тест? Может, удастся сторговаться на оценке? Или на иных материальных ценностях? - Куджо. Послушай... - Декан Джостар узнает об этом, - процедил Куджо, прерывая его экспромт оправдания, и вышел из аудитории. - Джотаро, постой! Какеин вскочил и, не отряхивая пыль с джинсов, выскочил вслед за однокурсником. Ну что ж, пиздец.