Every stitch goes in

В жизни случалось всякое - взлеты, падения, в основном невысокие взлеты и болезненные падения, разочарования, ошибки, иногда ошибки с неплохим результатом - наверняка и с этим можно справиться. Кредиты безупречной репутации для того и копились, чтобы в какой-то момент их потратить, разве нет? Дио продолжал собирать пыль на полу аудитории, пока деятельность в его застывшем от шока мозгу продолжали всего две клетки: одна лихорадочно искала способ всех переиграть даже в такой патовой ситуации, другая же перебирала худшие сценарии. Его уволят и сдадут полиции. Дело предадут огласке и он получит ярлык худшего из преступников. Шиобана запретит ему видеться с ребенком. Хотя уж кто-кто, а Шиобана может пойти нахуй с такими претензиями. Нет, еще ничего не кончено. Какой-то сопляк Куджо и старый наебщик Джозеф Джостар. Кто они вообще такие по сравнению с ним, Дио? Дио поднялся, отряхнулся и нервно потянулся к смятой при падении пачке Мисти Роуз, но остановился на полпути. Какеин побежал спасаться под крылом этого метросексуального подонка Куджо в такой спешке, что забыл рюкзак. Конечно, теперь Какеин - пройденный этап, и лучше было не искушать судьбу подобным образом - но Дио неоднократно становился жертвой собственных желаний, которым не мог противостоять - как, например, и сейчас. Он приблизился к рюкзаку боком, будто кто-то сейчас мог бы его за это осудить, приоткрыл его и вытащил что-то, что попало в руку - конспект Какеина по какому-то дурацкому предмету типа истории искусства древнего мира. Дио зачем-то понюхал ее - пахло канцеляркой - и пролистал. Какеин писал очень тезисно и не всегда понятно - но внимание Дио привлекло не это. Почти все странички были изрисованы иллюстрациями - не эстетически великолепными, как у Бенуа - просто забавные скетчи. Человечек с длинной челкой - похоже, автопортрет - в пещере Труа Фрер. Котик, взбирающийся на коринфскую колонну. Щенок разбил амфору. Дио листал тетрадь, разрисованную скучающим студентом так, будто ему в руки попал редкий средневековый манускрипт. У стилизованного гротескно-мускулистого изображения Аполлона была растрепанная шевелюра и разлет бровей, которые интуитивно кого-то напоминали. Услышав шаги в коридоре, он не сразу придал им значение - вряд ли Джостар бы вызвал соответствующие инстанции настолько быстро - но шаги целенаправленно двигались к аудитории, и Дио торопливо сунул тетрадь в рюкзак и принял безобидный вид, готовясь валить все на гормональные фантазии школьников, насмотревшихся Порнхаба. После осторожного стука в аудиторию проскользнул Какеин и плотно закрыл за собой дверь. Дио совершенно не знал, что сказать в сложившейся ситуации. - Профессор, простите меня, - начало было интригующим, и Дио ждал чего угодно. - Я уговорил Джотаро никому не рассказывать. Сказал, что это была только моя инициатива. Какеин смотрел на него весьма воинственно - и Дио изо всех сил пытался представить себе его объяснения. Ну и какого черта ты это сделал - было бы логичным вопросом, но вместо этого Дио спросил: - И что теперь, Какеин? Если парень говорил правду - это дорогого стоило, а ведь он был достаточно смышленым, чтобы это понимать. Чем же был намерен торговаться этот юный любитель искусств? Одними оценками здесь не обойтись. даже если Дио будет исправно рисовать ему А+ до конца обучения. Денег? Чего-то конкретного, на что тратятся деньги? Может, связаться с кем-то из криминалитета и найти наемника... - Профессор Брандо, простите, - снова завел Какеин. - Это моя вина. Если вы дадите мне еще один шанс - обещаю, я все сделаю правильно. Дио понадобилась почти минута, чтобы осознать, что победный приз буквально вложили ему в руки. Какеин был просто находкой. Следующим вечером Дио сидел в своем Мустанге на неосвещенной парковке позади общежития и мог только надеяться что никто не заметит блеск его классического автомобиля. Были ли у него сомнения относительно того, что он делал? Да - и серьезные. Понимал ли он, что поступает, как последняя мразь? Вполне, он же не тупой. Хотел ли он Какеина? Сильнее, чем в детстве хотел, чтобы сводный брат Джонатан подавился своим корниш пасти и сдох. Какеин Нориаки в обозначенное время вышел из общаги, подошел к единственной приличной тачке на парковке и сел внутрь. - Добрый вечер, профессор Брандо. Дио кивнул и завел машину. Всю дорогу Какеин молчал и с вежливым любопытством рассматривал его обтянутый кожей руль и приборную панель с отделкой “под дерево”. Что ж, ничего неожиданного - Дио на его месте бы сам сходил с ума от ужаса, но храбрился из последних сил. Он заехал к себе, припарковал Мустанг в гараже и намекнул Какеину, что пора выходить. Какеин продолжал внимательно осматриваться и вести себя скрыто-настороженно. - У вас очень красивый дом, профессор. Наверное, на самом деле он сейчас ищет какой-нибудь тяжелый предмет, чтобы ударить меня и сбежать - подумал Дио. Какеин действительно стрельнул глазами в камин - но тот был лишь панельным муляжом и из орудий преступления там было разве что стекло в рамках с фотками его сына на гипсокартонной полке. Шах и мат, Какеин. - Хочешь выпить? - проявил джентльменство Дио. - Нет, спасибо, я в порядке. - Тогда оставь вещи здесь и иди за мной. Дио провел его в спальню и взял стабилизатор для айфона. Какеин сел на его заправленную кровать и с откровенным усилием пытался вести себя непринужденно. - Расслабься, я просто должен быть уверен, что ты поступишь честно, - Какеин, несомненно, умный мальчик и сам все прекрасно понимал, но эту напряженную тишину нужно было как-то рассеять. - Нам с тобой обоим не помешают гарантии, ты согласен? - Согласен, профессор. - Раздевайся. Это было совершенно грязно и бесчестно - но Дио помнил, что трое могут хранить тайну только в том случае, если двое из них покойники. Рычагов давления на Куджо у него не было - пока не было - поэтому на бедного мальчика Какеина ложились дополнительные обязательства. Когда Какеин снял одежду, неаккуратно сложил ее и отложил в сторону, Дио включил камеру. - Назовись. Пресвятая дева, какое красивое крепкое тело. - Меня зовут Какеин Нориаки, - представился Какеин в камеру айфона и нервно улыбнулся. - Сколько тебе, Какеин Нориаки? - Восемнадцать, - Какеин действовал по оговоренному сценарию. Прозвучало настолько неубедительно, что Дио почти видел выражение лица прокурора, когда эту запись будут демонстрировать в зале суда - но решил не перезаписывать ввиду уважения к искусству. - Хорошо, - Дио перехватил стабилизатор одной рукой, расстегнул ширинку и достал член. - Видел такой когда-нибудь? - Нет, - снова сыграл свою роль Какеин и, бросив короткий взгляд на Брандо-младшего, снова уставился в камеру. Хуй стоял, кажется, еще с тех пор, как Дио ждал Какеина у его общаги, размышляя о том, что им предстоит сделать. - Нравится? - теперь от ответа ему было не отвертеться. - Да… - тихо отыграл Какеин, и на его лице локально проступили красные пятна румянца. - Может, тогда поцелуешь его? Казалось, у Какеина расширились зрачки от пугающих перспектив, но он коротко кивнул, тряхнув челкой, судорожно вдохнул, приблизился губами к массивному стояку и поцеловал в головку с тихим “чмок”. Дио пообещал возблагодарить господа, если не кончит на его лицо прямо сейчас. - Хорошо. Еще. Какеин скользнул губами вдоль по стволу, оставляя невинные поцелуйчики и поглядывая то на Дио, то в глазок объектива. Господи, спасибо. Дио отпустил основание монстра из своих штанишек, оставив его опасно покачиваться перед лицом Какеина, и оттянул свое белье вниз, вскрывая перед Какеином все карты - если под картами подразумевалась тугая мошонка. - А здесь, Какеин? Какеин мужественно приоткрыл рот, высунул сексуальный розовый язык и легонько прошелся им по яйцам, уже слишком смущенный, чтобы смотреть в камеру. Господи, спасибо еще раз, но эту опасную игру пора прекращать. - Молодец, Какеин, - расстегнув за кадром пуговицу на поло в надежде, что так в голову будет поступать больше воздуха, Дио переместился на кровать. Какеин внимательно проследил за ним взглядом. - Почему бы тебе не прилечь, - Дио сделал короткий высокохудожественный клоузап его подтянутой груди. - И не раздвинуть свои красивые ноги? Какеин скованно откинулся на кровати, и его длинные поджатые ноги медленно разошлись в стороны, открывая перед Дио оазис вожделения. Хуй почти болезненно дернулся - Дио даже до конца не верил, что наблюдает это таинство в реальной жизни. Если бы не стабилизатор, айфон бы сейчас трясся в его руке. - Очень хорошо, - Дио все еще старался звучать, как актер клубнички, хотя выражал совершенно искренний восторг. - Любишь раздвигать ноги перед мужчинами, Какеин? Он коснулся его горячего бедра, погладил по направлению к лобку, старательно не касаясь члена, который мило лежал на плоском белом животике, приласкал ягодицы и совсем легонько потер пальцами анал, от чего Какеин вздрогнул. Дио вознес хвалу господу про себя еще пять раз. - Любишь, когда тебя трахают сюда, Какеин? - вкрадчиво спросил профессор Брандо, подавляя звериное желание развернуть Какеина и выебать в жопу, держа зубами за загривок. - Не… Не знаю. Дио перевел обзор айфона с этой вылепленной на небесах промежности на лицо Какеина - который уже жмурился, тяжело дышал и, похоже, забыл о том, что участвует в съемке. - Кажется, ты вошел в образ, приятель, - Дио совсем немного надавил пальцем на его тугой анал и с удовлетворением отметил, что согнутые в коленях ноги Какеина задрожали. - Так убедительно отыгрываешь девственника… - Я правда не… - Какеин приоткрыл глаза, но смотрел исключительно в сторону - даже отвернул лицо от Дио. - Я ни разу такого не делал. Дио улыбнулся и повел руку выше, чтобы наконец накрыть ладонью этот очаровательный прибор любви - и его рука застыла, едва коснувшись аккуратной мошонки Какеина. Молодой человек вздрогнул снова. - Какеин, это правда? Какеин кивнул, все еще избегая смотреть Дио в лицо, будто покаялся в преступлении. Дио резко прервал съемку и отбросил айфон. - Ты что, серьезно? Вы, студенты, только и делаете, что ебетесь сутки напролет вместо того, чтобы думать о своем будущем… - Я же говорил, у меня нет здесь друзей, - Какеин скрестил на груди руки, но все еще выглядел недостаточно строгим с покрасневшим лицом и разведенными ногами. Связи между дружбой и сексом Дио видел не так уж много, но решил не вступать в полемику. Он был крысой, мразью, лжецом, наебщиком и всем прочим в этом роде - но вместе с тем он вынужденно был носителем гуманитарного знания и педагогом - и понимал такие вещи, как некорректно заложенная база. Если на первом занятии не объяснить студентам, где они находятся, чем собираются заняться и на кой хер им это все упало - в дальнейших занятиях просто не будет смысла. Если неаккуратно распломбировать этого мальчика - как знать, какими травмами это будет чревато. Веселый секс с вероятностью повторения - или сеанс рыданий с вероятностью безумных счетов у психолога - и ответственность за верный выбор легла на Дио Брандо, потому что правильный мальчик Какеин Нориаки в свои семнадцать оказался девственником. Дио горько вздохнул. - Профессор Брандо? - обеспокоенно завозился Какеин. - Это ведь не проблема? - Нет, конечно нет, - Дио попытался навскидку прикинуть, полный ли у него набор реквизита для таких процедур. - Перевернись на живот. И говори мне, как только почувствуешь что-то странное. Хотя, именно что-то странное ты и почувствуешь. Дио начал с массажа. Капнул на позвоночник Какеина масла, растер по спине, немного размял плечи и шею - и дальше просто гладил расслабляющими движениями, пока Какеин не задышал глубоко и спокойно. Возможно, на взгляд Какеина, их маленькая сделка по генерации контента, скрепляющего конфиденциальность, превращалась в банальное “горячее свидание” - но это уже были его проблемы, стоило решить вопрос девственности в пятнадцать лет с такой же малоопытной подружкой или однокласником, как и все нормальные подростки. Потом Дио добавил немного массажного масла в его впадинку на пояснице и растер по жопе, соскальзывая пальцами в ложбинку. На потирания своей пикантной зоны Какеин уже никак не реагировал - бдительность была усыплена, и сам Какеин тоже на грани дремоты. Почувствовав чуть больше свободы, Дио осторожно помассировал кончиками пальцев его анал. Немного припухший - Дио заранее просил его подготовиться, и кто знает, что могло бы из этого выйти с учетом его неопытности - но наощупь все было не катастрофично. К счастью, Какеин - смышленый и сообразительный мальчик. Одной рукой Дио продолжал наглаживать его спину и плечи, а пальцем второй совершил немыслимое вторжение. Какеин отреагировал только когда Дио повел пальцем обратно - и задышал немного глубже. Дио повторил манипуляцию еще много раз, пока не рискнул добавить еще один палец. Какеин вздохнул через рот. Такой нежный, такой потрясающе изящный - Дио залюбовался движением своей руки по рельефу его лопаток и, кажется, немного ослабил выдержку - Какеин под ним широко распахнул глаза и часто задышал, потому что Дио пихал в него пальцы, будто разрабатывал в его жопе карьер по добыче каолина. Он притормозил и отстранился - здесь требовалась специальная экипировка. Дио встал с кровати, чтобы взять на тумбочке смазку для таких запретных игр - Какеин встрепенулся и поднял голову, должно быть, решив, что секс только что произошел и вот из-за этого все так сходят с ума. Дио вернулся и лег на бок рядом с ним, задрав на себя одну его ногу. Правило, которое он усвоил в начале своей карьеры - что когда имеешь дело с игрушками, смазки все-таки бывает слишком много - здесь не работало. Какеин был игрушкой только в метафорическом смысле. - Держись, сейчас будет немного иначе, - чистую руку Дио положил под Какеина, чтобы в случае необходимости вжать его в себя. Звуки обильно смазанных пальцев, которые уже без сопротивления ходили в мягком горячем анале Какеина, были влажными и звонкими, когда Дио немного их разводил. Дыхание Какеина было громким и каким-то тоже влажным. Спина Дио была совершенно мокрой. Он бросил взгляд ниже, когда собирался вставлять третий палец, и обнаружил то, что вполне ожидал бы видеть в эротических снах - но для реальной жизни это было слишком смело. Какеин был порядочно возбужден. Дио показалось, что если бы не скользкие звуки трех пальцев там, где им быть не положено, и не шумное дыхание Какеина, - можно было бы услышать плеск, с которым кровь снова хлынула в его член, возвращая всю похоть от которой он кое-как абстрагировался, чтобы сосредоточиться на деле. Дио вставил пальцы глубже, чем до этого - и Какеин наконец разомкнул губы и застонал. Не воспользоваться этой ситуацией было бы, наверное, правильно, но Дио все-таки прижался к его рту губами и вклинился между ними языком. И Какеин ответил ему. Последняя капля рисковала опрокинуть чашу выдержки Дио, и спасая Какеина от риска быть выебанным до проблем с сидением, он достал пальцы и перевернул Какеина обратно на живот. Услышав, как Дио зубами отрывает край упаковки с гондоном и сплевывает его на пол, Какеин беспокойно зашевелился. - Профессор, что мне сделать? - Вот так, - напялив резинку, Дио поставил его в коленную стойку, скорректировал позицию руками и приложил головку к точке, где она уже практически рисковала сама заскочить вглубь. - А теперь выдыхай как можно дольше. Похоже, Какеин и сам не заметил, как это произошло - даже Дио понял это уже постфактум и тупо уставился на собственный хуй, чей конец скрывался в разработанном очке примерного мальчика Какеина. - Профессор, он внутри! Профессор… - Какеин пришел в движение, пытаясь заглянуть себе за спину, и Дио пришлось удерживать его руками. - Нет еще нет. Если хочешь глубже - скажи, - Дио про себя обращался к господу беспрерывно, потому что от ощущений у него почти отказывало тело. - Скажи, Какеин. - Хочу, профессор. Конечно, он мог сказать это просто потому, что у его визита к преподавателю была весьма конкретная цель - но эта мысль пришла Дио в голову значительно позднее. Он положил руку между лопаток Какеина, прижимая к постели, и принялся медленно двигаться, с каждым движением оказываясь все глубже в засасывающем горячем блаженстве. Смышленый, вдумчивый, вежливый, - если к этому прибавить еще отзывчивый и чувствительный, то это станет реально опасной ситуацией. Дио пообещал себе принять меры потом, - когда голова перестанет кружиться от наслаждения. - Хорошо, Какеин. Очень хорошо, - громко шептал Дио, засаживая ему - не до конца, но насколько позволяли остатки здравого смысла. - Ты способный мальчик, очень старательный. Мне это нравится. Экспромт-молитва путалась в голове, перемежаясь с совсем не благочестивыми словами. Дио держал в руках его упругое крепкое тело. Дио буквально чувствовал его изнутри - это было невероятно. - Профессор, мне можно потрогать себя? Возможно, по пути он попал в аварию и незаметно оказался в раю. Дио перехватил его рукой поперек груди, оторвал от постели и прижал спиной к себе, продолжая неторопливо погружать хуй в его податливый анал. - Зачем, Какеин? - прошептал Дио ему прямо в ухо. Сообразительный Какеин догадался без подсказок. - Я хочу кончить, профессор. - Вот как… - Дио не удержался и снова огладил весь его торс в зоне досягаемости, будто пытался нагладиться на будущее. - Раз уж ты такой замечательный трудолюбивый студент, я исполню твое желание. Едва не выскользнув из райских внутренностей Какеина, Дио дотянулся до массажного масла, брызнул на руку и обхватил его идеальный хуй. Если ладонь способна испытывать оргазм - то это только что произошло. Такой гладкий. Такой крепкий. Одно ощущение его тяжести на ладони заставило Дио впиться засосом в шею Какеина. - Говори, как тебе нравится, - хрипло прошептал он и начал работать. - Быстрее, профессор. От этой команды в мозгу Дио финально закоротило и он прижал к себе Какеина, выдавливая из его легких весь воздух. - С тобой так хорошо, Какеин, - Дио показалось, что он даже кончил как-то странно и не до конца, будто организм не желал так просто расставаться с новым приятелем. Постепенно возвращаясь в унылый реальный мир, он прошелся по плечу Какеина мягкими поцелуями. Кожа была даже нежнее, чем он представлял себе на лекциях, и помимо масла пахла чем-то сладким, почти как... - Еще быстрее. Дио ускорился, позволив Какеину откинуться на свою грудь. - Быстрее, пожалуйста, еще! Исступленное “пожалуйста” от Какеина Нориаки только что вошло в топ его вишлистов на все праздники - даже на те, на которые не принято дарить подарки. Какеин кончил с приглушенным криком - в основном на себя же - и продолжил громко дышать, опираясь на Дио спиной. Дио не без сожалений отпустил его хуй, взял за бедра и аккуратно медленно вытащил свой. Поверхностная инспекция не выявила никаких тревожных признаков. Дио осторожно отсоединил от себя Какеина. - Там ванная. Я приготовил тебе полотенце, - он кивнул в сторону двери. - Смой все и одевайся, я отвезу тебя назад. Какеин несколько секунд неподвижно постоял на коленях на кровати Дио, потом слез и нетвердо ушел в ванную, захватив свою скомканную одежду. Дио лег на бок, снял резинку и заправил хуй в штаны. Тот опять стоял - причем так крепко, будто ему снова было тринадцать и они с братом проходили на домашнем обучении тот невероятно чувственный отрывок из Шекспира, но Дио напомнил себе, что жадность - это грех. Он подозревал, что произошедшее дойдет до него лишь через время - и это уже слегка тревожило. Всю дорогу до общаги Какеин молчал и немного ерзал - и Дио с тревогой поглядывал на него, но тоже ничего не говорил. Лишь у самой общаги, заворачивая на парковку, он сообщил: - Эту запись никто не увидит, если ты и твой приятель Куджо будете вести себя как достойные молодые люди. Это ясно? - Да, профессор. - Ложись сразу спать. Ты сегодня неплохо поработал над своими оценками. - Профессор, а я могу рассчитывать на… Что-то выше, чем минимальный проходной балл? Дио посмотрел Какеину в незамутненные глаза и улыбнулся, почувствовав, что все еще выигрывает в этом тайме. - Не наглей, дружок. Спокойной ночи. - Спокойной ночи, профессор. Какеин вышел из машины и скрылся за зданием. Дио решил еще немного постоять у общаги, мысленно отсчитывая время. Сейчас Какеин, наверное поднялся к себе. Теперь разделся и осматривает тело на предмет признаков становления взрослым. Не находит и идет чистить зубы. Переодевается в пижаму, как правильный мальчик. Ложится в постель. Засыпает от усталости. Или блюет и рыдает, проклиная свою жизнь и обещая себе сделать что угодно, чтобы такого больше никогда не повторилось. Набирает маме и сбрасывает. Пишет Куджо и стирает сообщение. Успокаивается и просто сидит без мыслей в голове, пялясь в стену. Наверное, не так уж это важно.