яндере!Хеталия/нация!Читатель. Часть 2

Прошло уже больше недели, а Франция всë ещë держал меня рядом с собой любой ценой, он даже игнорировал большую часть своего гарема. Это становилось довольно раздражающим, ведь Франция следовал за мной повсюду, даже появление Эла не останавливало его, даже наоборот, Франциск становился ещё более цепким, когда Эл был рядом со мной. Когда мы остались одни в частной библиотеке Франциска, я завела разговор с ним, чтобы попытаться убедить его прекратить эту глупую игру. "Ты можешь перестать быть таким эгоистом и просто отправить меня в Японию, пока Кику не пришëл в ярость,"– кипела я от злости, но Франция отрицательно покачал головой. "Не могу, mon amour,"- ответил он с раздражающей меня улыбкой. "Почему нет?! Держа меня здесь, ты не заставишь меня присоединиться к твоему гарему,"– заключила я, и взгляд, который он бросил на меня, был не сердитым, а убитым горем. "Я не хочу, чтобы ты была в моём гареме!"– закричал он на меня, и я застыла от чистого шока, не зная, что сказать. "Но-о... Тогда почему ты держишь меня здесь?"– спросила я с легким страхом перед тем, что он скажет. Он приблизился ко мне спокойными шагами. "Я хочу, чтобы ты была в моём сердце... Я понял, как сильно люблю тебя и не могу просто так отпустить! Не тогда, когда я нашёл свою настоящую любовь!"– ответил он, крепко обняв меня и долго не отпуская. "Ты же понимаешь, что я не чувствую того же, что и ты?"– усмехнулась я в ответ, глядя ему в глаза, в то время как его голубые глаза смотрели в мои, его рот превратился в грустную улыбку. "Да, я знаю это... но тебе нужно больше времени, чтобы осознать свою любовь ко мне..."– прошептал он мне на ушко, покусывая мочку уха. Я попыталась оттолкнуть его, но он обхватил меня руками за талию и не отпускал. "Ф-Франциск! Мне не нужно время! Я не люблю тебя и никогда не полюблю!"– закипела я, но Франция не отпускал меня, вместо этого он прижал мою голову к своей груди. "Ш-ш-ш... Скоро ты станешь моей..."– он начал нюхать мои волосы,– Пахнешь совсем как роза,"– выдохнул он. Прежде чем я успела возразить Франции, дворецкий внезапно распахнул дверь к нам в комнату. Мы с Франциском быстро обернулись в сторону запыхавшегося дворецкого, и прежде чем мы успели что-то сказать, дворецкий выпалил: "К нам кажется проник Япония, и у него с собой катана,"– его дыхание было неровным, а на его теле было несколько незначительных порезов. "Он также привел с собой собаку..."– прохрипел он и упал в обморок на месте, я не могла поверить в то, что только что увидела. "Я же говорила тебе, что Кику разозлится!"– проворчала я и успешно вырвалась из рук Бонфуа. Я подбежала к раненому мужчине и начала рвать его одежду, чтобы использовать лоскуты в качестве бинтов, чтобы остановить кровотечение, даже если это были незначительные порезы, их было приличное количество. "Ma chérie! Тебе нужно спрятаться, я позабочусь о нём, так что просто спрячься! Спрячься где-нибудь, пожалуйста!"– умолял он, а я просто смотрела на него и отрицательно качала головой, продолжая ухаживать за мужчиной. "Почему ты должна быть такой упрямой и доброй..."– пробормотал он и с силой поднял меня на руки. "Ч-что ты делаешь?!"– запнулась я, а он лишь нервно улыбнулся мне. Он побежал к себе в спальню, и я услышала отдаленный лай, становящийся всë громче и громче с каждый разом. Франция втолкнул меня в свою спальню и захлопнул дверь, я услышала щелчок двери и попыталась открыть её, но она была заперта. Я глубоко вздохнула, что, чёрт возьми, происходит... Может быть, я смогу сбежать под шумок? Это самая гениальная идея, которая приходила мне в голову. Я открыла оконные створки и посмотрела вниз — не так высоко, но и не настолько низко, чтобы выпрыгнуть. Я оглядела комнату в поисках чего-нибудь, что можно было бы использовать в качестве веревки. Простыни Франции были очень тонкими, и, вероятно, недостаточно длинными, чтобы добраться до земли. Я снова выглянула в окно и увидела на внешней стороне здания толстые и крепкие виноградные лозы, плотно приросшие к стене. Я вылезла из окна и ухватилась за лианы обеими руками и ногами. Слава Богу, на этот раз на мне не было платья, только рубашка и шорты, а то в платье было бы очень неудобно спускаться. Поскольку Япония сеял хаос во дворце, ни дворецких, ни горничных не было рядом, чтобы присматривать за мной. Я соскользнула вниз по лианам к земле, моя рубашка цеплялась за крохотные ветки и рвалась нещадно, так что я больше не могла носить её как обычно. Я сняла оставшиеся клочки рубашки с себя и обернула их вокруг своей груди, чтобы она больше не была такой открытой, в обмен на мои теперь открывшиеся живот, плечи и большую часть моей спины. Теперь они были видны всем, но это было лучше, чем моя открытая грудь. Нужно жертвовать чем-то, чтобы сбежать, верно? Единственным выходом были автоматические ворота, так что вам нужна была либо ключ-карта, либо охранник, у которого она была. Но был ещё один выход, река, которая соединялась с прудом, также могла стать жизнеспособным путем побега. Самым безопасным путем была река, если бы меня поймал охранник или одна/один из горничных/дворецких Франции у ворот, всё было бы кончено. Я побежала к реке так быстро, как только могла, не решаясь ощутить холодную воду на своей обнажённой коже. Я медленно вдохнула и выдохнула, чтобы подготовить своё тело к холодной воде, и слегка опустила свою ногу в воду, и, привыкнув, полностью погрузилась в реку. Я поплыла на другой конец реки так быстро, как могла. Течение реки было не слишком сильным, так что меня не унесло под воду. Когда я добралась до другого конца реки, я дрожала от холода речной воды, но к счастью, солнце уже взошло, так что моя одежда высохнет гораздо быстрее. Я услышала лай с другой стороны реки и, оглянувшись, увидела белую пушистую собаку, бегущую к реке, и Японию, смотревшего на меня своим смертоносным взглядом карих глаз. Японец был одет в свою привычную белую военно-морскую форму, а на спине у него висела его надёжная катана, и он не мог пересечь реку тем же путем, что и я. Я побежала как можно дальше, прежде чем Япония смог переместиться на другую сторону реки. Ему следовало использовать другой путь, и я держу пари, что у него уже есть ключ-карта. Я бежала по улицам Парижа и пыталась заговорить с людьми, но они не говорили по-английски, я сомневаюсь, что они знали мой родной язык. Я услышала отдаленный лай и поняла, что Япония уже близко, надо быстро спрятаться, а потом найти какого-нибудь англоговорящего француза. Я побежала в переулок, чтобы попытаться стряхнуть Японию со своего следа, но лай становился всë ближе и ближе, даже когда я меняла своё направление. Внезапно я наткнулась на что-то твёрдое, это была бетонная стена, чёртов тупик. Возвращаться было уже поздно, лай был слишком близко, чтобы проскользнуть мимо них незамеченной. Взобраться на стену было невозможно, да и пролезть через неё тоже, я огляделась вокруг и увидела достаточно большую картонную коробку, чтобы спрятаться под ней. Может быть, он не найдёт меня и пойдет другим путём. Я подняла пустую коробку и присела на корточки, накрыв коробкой всë своë тело, полностью скрывая свою фигуру из поля зрения. Под коробкой было совсем темно, слышались голоса и шаги. "Куда же она делась?"– услышала я, как Япония громко пробормотал вслух, пока его собака начала старательно принюхиваться. Я услышала, как она коснулась коробки, под которой я была, и начала возбужденно лаять. "Ты что-то нашёл, Почи?"– спросил Япония собаку, и она залаяла в ответ. Я услышала приближающиеся шаги, они были опасно близко. "Почи, это всего лишь коробка,"– сказал Япония, раздражённый собакой, а Почи зарычал и фыркнул на него. Почи просунул свою мордочку под коробку, чтобы он смог забраться внутрь. Когда собачка оказалась внутри коробки, мне пришлось сдержать вскрик, когда я увидела, что этот пушистый комок шерсти попал внутрь вместе со мной. Пёс радостно смотрел на меня, виляя хвостом. "Давай вылезай, Почи, у нас нет времени на игры,"– фыркнул Япония и поднял коробку, какого же было его удивление, когда он обнаружил, что я на самом деле пряталась под коробкой. Я воспользовалась его замешательством и начала убегать. Моё запястье крепко схватил Япония, и он притянул меня назад, так, что я упала ему на грудь. "Перестань убегать от меня, Т/И-чан,"– сказал он взволнованным тоном. Он осмотрел моё тело и начал безумно краснеть, я попыталась отдернуть руку, но Япония крепко держал меня за запястье. "Пожалуйста, отпусти меня, Кику,"– умоляюще сказала я. "Позволить тебе разгуливать по улицам в таком виде? Ни за что,"– резко сказал он, схватив меня за другое запястье. "Твои руки очень ледяные, Т/И-чан. Тебе не холодно?"– спросил он, приближаясь ближе ко мне, я старалась отстраниться, но он подходил ближе, пока я не упёрлась в стену и больше не могла отступать. Он загнал меня в угол и прижал к стене, всё ещё крепко сжимая мои запястья. "Мне не холодно, позволь мне...Ч-ч-чи-их-х,"– внезапно чихнула я, и японец отпустил мои запястья, но положил одну из его рук на моё плечо, так что я всё ещё была загнана в угол. Он поднёс другую руку к моему лбу. "Ты вся горишь. Тебе лучше перестать сопротивляться и уехать со мной,"– сердито выдохнул он, измученный упрямством Франции. Моё тело было немного влажным и ледяным, я начала дрожать от холода. Япония вздохнул, не получив от меня никакого ответа: "Я одену на тебя свой мундир, пока тебе не стало хуже...". Он снял свой белый военно-морской мундир, накинул его на меня, и внезапно обнял. "Я знаю, ты не пойдёшь со мной добровольно, так что прости, моя sakura no hana*,"– прошептал Япония мне на ухо, когда я почувствовала укол в шее. Я изо всех сил пыталась вырваться из хватки Японии, когда почувствовала, что моё сознание затуманивается. Чёртов Кику и его снотворное. "Это поможет тебе снять жар и напряжение, не волнуйся,"– пробормотал он и протянул мне что-то пушистое, с полуприкрытыми глазами я увидела, что это была его собака... Кажется, по кличке Почи. Прежде чем я успела спросить, зачем он дал мне свою собаку, он внезапно подобрал меня в свадебном стиле, моё одурманенное состояние не могло сформулировать никаких связных слов. "Ч-чт-то-о-о т-ты-ы-ы д-де-ел-ла-а-ае-еш-ш-шь,"– это было единственное, что мой мозг мог сформулировать в моём нынешнем состоянии ума. "Я могу не показывать это, но я очень сильно люблю тебя, Т/И-чан. Давай наконец отправимся домой,"– это было последнее, что я услышала, прежде чем отключиться от неизвестного препарата с тёплым ощущением меха на моих руках. Я проснулась со спящей собакой рядом со мной, должно быть, по кличке Почи... Мы лежали на большом футоне, рассчитанном на двоих. Я села, что сообщило Почи о моём пробуждении. Белый пушистый пёс завилял хвостом, запрыгнул ко мне на колени и попытался лизнуть моё лицо, но не сумел, т.к. не доставал языком до моей головы. На мне всё ещё был белый мундир Японии, но моя одежда, которая была на мне, исчезла, оставив меня только в каком-то новом нижнем белье, которое я не носила раньше. Вероятно, он нашёл кого-то, чтобы переодеть меня. Я попыталась встать, но с трудом удерживала равновесие, и мне пришлось снова сесть из-за головокружения. Почи завилял хвостом и ловко открыл дверь лапой, выходя из комнаты. Я не могла последовать за ним, так как моя голова всё ещё кружилась. Я слышала, как лает Почи и чей-то голос вдалеке. Вскоре стали слышны топот лап и шаги, приближающиеся к тому месту, где была я. Я застегнула мундир, догадываясь, что это Япония следует за Почи сюда. Дверь полностью открылась, Япония заглянул внутрь и увидел, что я сижу на футоне в одном нижнем белье и его мундире. Он безумно покраснел и попытался скрыть это, но я уже увидела его смущение. "Т/И-чан! Т-тебе следует одеться, чтобы т-ты снова не заболела,– он повернулся спиной и указал на рядом лежащую сумку,– Там для тебя есть кое-какая одежда. Я буду ждать тебя на кухне..."– быстро объяснил он и вышёл, закрыв за собой дверь. Почи всё ещё был со мной в комнате, он катался по футону и просто веселился, вот же чёртова псина. Я нашла в себе силы встать и подойти к сумке, на этот раз не испытывая слишком сильного головокружения. Я сразу узнала эту сумку, эта была та самая сумка, которую я привезла с собой во Францию. Япония, должно быть, заставил Францию отказаться от своей глупой затеи и отдать мой багаж добровольно. Я порылась в сумке в поисках приличной одежды и нашла футболку с классным принтом и удобные брюки. Я сняла мундир Японии и надела одежду, которую нашла в своей сумке. Я была готова пойти на кухню... Но сначала несколько объятий и тисканий для Почи, Япония может подождать. Почи показал мне дорогу на кухню, и я увидела Кику, сидящего на подушке за низким деревянным столиком, потягивая чай, как я полагаю. Япония посмотрел на меня и жестом пригласил присесть, он тоже приготовил мне чашку чая... Надеюсь, без очередных непонятных ингредиентов. "Я приготовил тебе зеленый чай. Не волнуйся, я ничего туда не подмешивал... Я сделал его только для того, чтобы успокоить тебя, shi no chiisana koi uo*"– попытался объяснить он, и я фыркнула, садясь напротив него за стол. "Это меня не успокаивает,"– возразила я, не желая слушать его дерьмовые лживые обещания, только ради того чтобы снова накачать меня непонятно чем. "Этот чай и правда очень успокаивает, просто попробуй его и убедись в этом,"– снова продолжал он. Я устала спорить с этим сумасшедшим, поэтому решилась на глоток. "Будь что будет,"– было единственным, что я сказала перед тем как внимательно посмотреть на чай и отпить немного. Удивительно, но чай был без каких-либо веществ и довольно хорош, если бы Япония не удерживал меня насильно, я бы похвалила его за чай. Я нарушила молчание. "Как там Франциск? Ты ведь не прикончил его, не так ли?.."– осторожно спросила я, искренне любопытствуя, жив ли ещё Франция. Если бы Франция умер, то было бы на одного одержимого мной меньше, но... Но тогда Эл будет должен найти другой способ обеспечить свою семью, так что в смерти Франции были как плюсы, так и минусы. "Ну-у-у... Это создало бы больше проблем, чем оно того стоит, но скажем так, он просто немного подстригся,"– его обычное пустое выражение лица немного сменилось злорадной улыбкой. Он снова замолчал, не то чтобы я была против его молчания, но то, что Япония усиленно пялился на меня своими карими глазами, заставило меня по-настоящему встревожиться. Почи запрыгнул ко мне на колени и начал требовать поглаживаний и объятий, которые он, конечно же, получил, Кику же выглядел очень ревнивым. "Никаких животных за столом,"– строго сказал он, но я продолжала гладить Почи. "Он не животное, он хороший мальчик, не так ли?"– ворковала я, а Почи залаял, соглашаясь со мной с самодовольным видом. Япония вдруг встал, подошёл ко мне и оттолкнул Почи. "Кику! Что ты делаешь?!"– начала говорить я, но меня вдруг прервали его мягкие губы на моих губах, он сел ко мне на колени, обхватив меня ногами так, чтобы я не могла встать. Его руки крепко держали мою голову и спину, так что я не могла отстраниться от него. Он ослабил хватку и убрал свои губы от моих, всё ещё сидя у меня на коленях. "Какого черта ты делаешь?!"– практически кричала я, пытаясь отползти, но его ноги удерживали меня на месте. "Мой дом — мои правила, если ты не будешь им следовать, я буду вынужден наказывать тебя... Но не волнуйся, я возьму ответственность на себя,"– сказал он, когда его карамельные глаза заглянули в мои Т/Ц глаза. "Ответственность?! Что ты имеешь в виду?!"– мой тон стал сердитым, когда я продолжила пытаться оттолкнуть его от себя. "Я стану твоим мужем, Т/И-чан,"– сказал он, наклоняясь вперёд, заставляя меня откинуться назад и упереться руками в татами, чтобы не упасть. "Я не хочу замуж, Кику,"– возразила я, всё ещё держа свои руки на ковре, его карамельно-карие глаза смотрели в мои Т/Ц глаза, выражение его лица всё ещё было пустым, так что я не могла сказать, о чём он думает. "Все уже решено,"– сказал он и толкнул меня так, что мои руки потеряли равновесие. Я упала на мягкий татами, оказавшись между его ног, но прежде чем я успела отползти, он прижал меня к полу, схватив за запястья и удерживая их. "Прекрати! Отпусти меня!"– прокричала я, пытаясь отпихнуть его, но его ноги крепко удерживали меня. У него был чёрный пояс по боевым искусствам, поэтому он мог легко обездвижить меня. "Ты должна согласиться выйти за меня замуж,"– угрожающе сказал он, в предвкушении, что же ему я отвечу. "А если я не соглашусь?!"– бросила я ему вызов. Его губы растянулись в злобной улыбке, он наклонился ближе к моему лицу и приблизился к моему уху. "Тогда мне придётся заставить тебя... Другим способом,"– шепнул он мне на ухо, убирая одну свою руку с моих запястий и поглаживая мой живот. Как только я поняла, что он имеет в виду, я побледнела. "Это отвратительно!"– выкрикнула я и начала сопротивляться изо всех сил, вырывая свою руку из его захвата и ударяя его свободной рукой, но он только мрачно рассмеялся. "Это «нет», моя sakurano ka*?"– он перестал тереть мой живот и крепко зажал мои запястья одной рукой, его свободная рука медленно скользнула мне под футболку. "П-прекрати, пожалуйста! Я согласна!"– умоляла я его, начиная плакать. Его действия напоминали мне о том, что Россия сделал со мной. Я никогда не забуду тот день, но, к счастью, у меня пока нет симптомов беременности. Он остановил свою руку и медленно вынул её обратно, касаясь моей кожи. "Не надо плакать... Это была необходимая мера,"– попытался он меня утешить, но неудачно. Он отпустил меня, и я начала выпрямляться, стягивая футболку вниз и отходя прочь от него. "Куда делся тот старый добрый Кику, не распускавший руки?"– спросила я, глядя на свои руки, сжимая их в кулаки, пока слёзы катились по моим щекам. Он осторожно взял мою руку и крепко удерживал её, чтобы я не могла выхватить её обратно, его другая рука смахнула мои слёзы. "Когда я узнал, что другие страны прикасались к тебе так же, как я сейчас, я решил немного измениться для тебя... Теперь я могу прикасаться и обнимать тебя, не стесняясь... Я люблю тебя, Т/И-чан, так что, пожалуйста, пойми меня,"– объяснил он, покраснев, но мои слёзы всё ещё текли. Вдруг он обнял меня так, как никогда не обнял бы прошлый Кику, он прижал моё лицо к своей груди, его белая майка-алкоголичка впитывала мои слёзы. "Всё будет хорошо, я буду хорошим мужем, обещаю... Завтра вечером будет фестиваль фейерверков, и я подумал, что мы можем пойти туда вместе... Звучит отлично, не правда ли?"– спросил он меня, и всё, что я могла сделать, это просто кивнуть и согласиться, когда мои руки безвольно повисли, пока он крепко прижимал меня к груди. Япония решил, что мне нужно немного успокоиться на свежем воздухе после того, что произошло, поэтому он пошёл прогуляться со мной по тихим улицам Токио. "Ты... не могла бы надеть для меня кимоно?"– вдруг спросил меня Хонда. "Ч-что?"– переспросила я его, глядя ему в глаза, пока его чёрные волосы развевались на лёгком ветру. "На фестиваль... Наденешь кимоно?"– снова спросил меня он. Мне не очень понравилась эта идея, но кимоно показалось мне очень интересным. Хотя я не уверена, что кимоно будет хорошо смотреться на мне. "Ну-у-у... Я не знаю как надевать кимоно,"– попыталась я отказаться от его идеи с кимоно, но он слегка улыбнулся. "Тогда я помогу тебе,"– просто сказал он. Я взглянула на Почи, который гулял вместе с нами. "Почи можно ложиться в постель?"– вдруг спросила я, застав Японию врасплох и привлекая внимание собачки, которая громко залаяла, виляя хвостом. "В смысле? Зачем ты это спрашиваешь?"– спросил он и посмотрел на меня с недоумением. Я наклонилась к Почи и начала гладить его, что ему очень понравилось. "Я хочу заключить с тобой сделку: если Почи будет позволено лечь со мной в постель, я надену кимоно по твоему выбору,"– смело заявила я, и Япония выглядел ошеломленным, ему потребовалось некоторое время, прежде чем он ответил. "Только на одну ночь..."– попытался договориться он, но я стояла на своём. "На всю неделю,"– настойчиво сказала я, решительно глядя ему в глаза. Если бы Почи был со мной в постели, я, по крайней мере, чувствовала бы себя немного в безопасности от Японии. Он ещё не сказал мне, где я буду спать, но я догадываюсь, что мы будем делить большой футон, на котором я проснулась. "Hai*..."– проговорил он и глубоко вздохнул от поражения. Я подняла Почи и прижалась к его пушистой шерсти, улыбаясь с неподдельной радостью. Я не заметила влюбленной улыбки и блеска в его глазах, когда я обнимала Почи. Когда наступила ночь, я с гордостью несла Почи на руках, когда Япония вёл меня в нашу комнату. Когда мы пришли, я положила Почи на середину постели. Япония понял мои намерения, он был недоволен, но сделка есть сделка как говориться. Япония снял свои майку-алкоголичку и белые военно-морские штаны прямо передо мной. Сейчас на нём были только боксёры. Он не солгал, когда сказал что изменился, ведь раньше он никогда бы так не поступил. Я отвернулась, не желая случайно встретиться с ним взглядом, это бы только ухудшило ситуацию. "Okiniiri*, ты не собираешься готовиться ко сну?"– спросил он, выглядя обеспокоенным. "Да, но не мог бы ты отвернуться?"– попросила я, не желая, чтобы он видел, как я переодеваюсь. Он кивнул и отвернулся, сильно покраснев. Я сняла только свои брюки и осталась в одной футболке. Как только я «переоделась», я запрыгнула в постель и накрыла ноги одеялом, чтобы он ничего не видел. "Я закончила,"– сказала я ему, и он обернулся, выглядя немного разочарованным. Он присоединился к нам с Почи, накрывшись общим одеялом. Я не заметила, как он пялился на меня влюблёнными глазами, пока я засыпала с Почи на руках. Я проснулась от ощущения, что что-то лежало у меня на груди. Я улыбнулась, думая, что это Почи, и протянула руку, чтобы погладить его, но когда я потянулась к его шерсти, его мех был каким-то другим. Некоторое время я скользила рукой по странной шерсти, пока не услышала человеческий стон, исходящий от того, кого я гладила. Я быстро остановилась, открыла глаза, взглянула вниз и увидела Японию, чья голова лежала на моей груди, а его тело рядом с моим. Я задержала дыхание, когда Япония взял мою руку и положил её обратно на свою голову. "Пожалуйста, продолжай,"– сказал он, глядя в мои Т/Ц глаза. "Э-эм, нет? Вернись на свою сторону,"– потребовала я, но он не сдвинулся с места. "Продолжай..."– сонно проговорил он. Хотя... Если я продолжу гладить его по голове, возможно, он заснёт, и тогда я смогу вытолкнуть его на другую сторону... Стоит попробовать. Я продолжила гладить его по голове, и мой план сработал — он заснул, слегка похрапывая. Внезапно я услышала тихое скуление, доносившееся с другой стороны раздвижной двери. Я встала, осторожно положив голову Японии на футон, осторожно на цыпочках дошла до двери и попыталась открыть её, но она была закрыта. Замок было довольно легко открыть, и когда я выдвинула дверь, радостный пёсик Почи прыгнул мне на руки. Ясно, этот ублюдок Кику взял Почи из моих рук и запер его снаружи. Я вернулась в постель на противоположную сторону от Японии и снова обняла Почи. Утром я проснулась от того, что Япония обнимал меня за талию и зарывался лицом в мои волосы. Остаток утра прошёл довольно спокойно, без каких-либо вспышек и домогательств от Японии. Он настоял на том, чтобы приготовить мне завтрак, сказав, что так будет правильнее, ведь я его будущая «невеста». Он сказал мне, что у него есть кое-какие дела, поэтому он предложил мне провести время в его частной библиотеке или познакомиться с его старым традиционным японским домом, так как я его будущая «жена». На нём была его привычная японская военно-морская форма, но вместо белого она была чёрной, также на его спине висела его катана. Он крепко обнял меня. "За домом наблюдают охранники, shi no chiisana koi uo,*"– прошептал он мне на ухо, хищно улыбаясь. Потом он помахал мне на прощание, как ни в чём не бывало. Я не стала терять время и начала искать библиотеку, о которой говорил Япония, но он забыл упомянуть, где она находится... Наверное, нарочно, чтобы мне пришлось ознакомиться с домом. Дом Кику был запутанным, раздвижные двери вели неизвестно куда, т. к. они все выглядели одинаково. В конце концов я нашла библиотеку, мне пришлось пересечь мост, который шёл через небольшой пруд со всеми различными видами рыбок кои. Это было похоже на небольшой садик, расположенный в центре старого японского дома. Библиотека была полна японских книг, что не удивительно. Перебирая книги, я увидела странную книгу, на корешке которой было написано моё имя японскими иероглифами (когда-то давно Япония научил меня писать своё и его имя на японском языке). Книга была похожа на мангу, и на обложке был нарисован рисунок двух людей, подозрительно похожих на меня и Кику. Я открыла книгу, и то, что я увидела, повергло меня в шок. В манге были изображены я и Япония в откровенной позе. Помимо этого на мне были нарисованы... ТЕНТАКЛИ?! Я быстро закрыла книгу и положила её на место. Он заказал мангаке нарисовать свои грязные фантазии обо мне?! Я решила поискать в библиотеке что-нибудь почитать, чтобы отвлечься от неприятных мыслей, и увидела название книги, написанное на моём языке. Я достала книгу из книжного шкафа и прочитала название: "Как ухаживать за новорожденным ребёнком..." Почему у Японии есть книга о беременности на моём родном языке?! Он самоуверенный мудак, если думает, что я это прочитаю. Я вышла из библиотеки, в которой не было ни одной интересующей меня книги. Спустя некоторое время я обыскала почти каждую комнату от скуки, но осталась только одна комната, в которую мне ещё предстояло войти. Внезапно меня нашёл Почи, который решил идти вместе со мной. Почи всю дорогу мило вилял хвостом, он такой очаровательный... Хотела бы я снова увидеть И/П... Я очень по нему скучаю. Я открыла дверь, и мои Т/Ц глаза расширились от ужаса. Это была детская комната, полная детских игрушек. По середине комнаты стояла колыбель, над которой висели погремушки, которые обычно вешают чтобы заинтересовать ребёнка. Вдруг я услышала позади себя "Я дома" и поспешно обернулась. Я увидела Японию, прислонившегося к дверному проему с коварной улыбкой. Я сделала шаг назад, чуть не споткнувшись, благодаря колыбели, за которую можно было ухватиться. "Для чего эта комната, Кику?"– кипела я от злости, восстанавливая равновесие. Кажется, я начинаю понимать что к чему: сначала та книга про беременность, а теперь вот это? Он действительно думает, что я позволю ему оплодотворить себя?! "Для нашего ребёнка,"– сказал он и тупо уставился на меня с нейтральным выражением лица. Почему он всегда такой безэмоциональный?! "У нас нет детей,– сердито прошипела я,– И никогда не будет,"– продолжила твердить я, стоя на своём. Он медленно подошёл ко мне с влюблёнными глазами, его нейтральное выражение лица снова превратилось в злобную улыбку. "Не будь так самоуверенна, всякое может случиться в будущем, моя дорогая sakurano ka*,"– усмехнулся он, стоя так близко, что наши тела соприкоснулись. Не в силах отодвинуться, я была вынуждена смотреть в его карамельно-карие глаза. "Неважно,"– прорычала я, отталкивая его плечом с дороги, чтобы выйти из этой комнаты. Приближалось время фестиваля, и Япония пригласил даму, чтобы помочь мне с моим кимоно. Она была очень вежлива и добра, однако её английский оставал желать лучшего. Кимоно хорошо сидело на моём теле. На кимоно были изображены плавающие рыбки кои и ветка сакуры. Дама подняла мои Т/Ц волосы и вставила в них булавку. Она вышла из дома с вежливым поклоном, Хонда фальшиво улыбнулся и помахал ей на прощание, в то время как я искренне улыбнулась. Япония посмотрел на меня с румянцем, одетый в свою необычную чёрную военно-морскую форму вместо белой. "У нас есть немного времени до фейерверка..."– попытался намекнуть на что-то Кику, но я этого не хотела. "Давай придём пораньше, когда будет мало народу. Я не хочу заблудиться, ты же знаешь, я плохо ориентируюсь в новом месте,"– возразила я в ответ, и Япония вздохнул, приняв своё поражение. "Hai*... Ты права,"– громко пробормотал он и вывел меня на улицу, в небе всё ещё было немного солнечного света, но солнце уже собиралось садиться. Почи остался сидеть дома, я чувствовала себя виноватой, оставляя его там, но такой маленькой собачке очень легко потеряться в огромной толпе людей. Путь к фестивалю был не слишком длинным, но когда мы добрались туда, солнце уже село, уличные фонари и неоновые стенды давали свет. Пока я оглядывалась по сторонам, к Японии подошли какие-то подозрительные парни во всём чёрном. Я робко спряталась за Кику, не желая никакой драки. Они говорили друг с другом по-японски, Япония выглядел раздражённым до такой степени, что мог буквально убить кого-нибудь. "Hai*... Т/И-чан, мне нужно кое о чём позаботиться, но я обещаю, что вернусь до начала фейерверка, а пока возьми это и оставайся здесь,"– тихо сказал он и протянул мне несколько йен, которые я могла потратить на прилавках с едой и играми. Он легонько поцеловал меня в губы на прощание прежде чем уйти с сомнительными парнями. Когда Япония скрылся из виду, я вздохнула с облегчением, может быть, мне стоит просто наслаждаться временной свободой, которая у меня есть этим вечером, вместо того, чтобы снова провалить попытку побега... Вместо того, чтобы попытаться сбежать, пока никого нет, и быть пойманной охранниками, я могла бы заслужить чьё-то доверие и манипулировать им, чтобы он расслабился и потерял бдительность... Но кто из них настолько глуп, чтобы не раскусить меня? Япония быстро поймёт... Лучше всего манипулировать Италией, но, честно говоря, я чувствовала бы себя виноватой, если бы лгала ему. Я могла бы попытаться обмануть Германию, однако он слишком наблюдательный и остроглазый, он бы сразу понял, что я неискренна с ним... Последним оставался Америка. Это действительно могло бы сработать, если бы я вела себя так, как будто влюблена в него, играла на его самовлюблённости, называя его своим героем. Это должно сработать хотя бы на некоторое время. Мой план был готов, у меня есть по крайней мере полторы недели, чтобы придумать, как заманить Америку прямо в мою ловушку. Я немного поиграла в какие-то игры и купила немного закусок, чтобы перекусить. Японии уже не было довольно много времени, небо уже погрузилось во тьму, ожидая, когда фейерверки осветят его. Многолюдное место и отсутствие какой-либо охраны — идеальный сценарий для побега, но я уверена, что Кику нанял кого-то, чтобы следить за мной всё время, пока я нахожусь вне дома. "Т/И-чан! Я вернулся. Тебе понравился фестиваль?"– услышала я весёлый крик Японии, когда он быстро развернул меня лицом к себе, нежно держа мои руки в своих. "А-а, да, очень! Я купила кое-какие закуски, хочешь немного?"– небрежно спросила я его, и на мгновение Япония выглядел ошеломлённым тем, что я предложила ему, но он снова улыбнулся. "Hai*, но мы должны найти место получше, чтобы наблюдать за фейерверками,"– сказал он и покорно взял одну из закусок и откусил её, а потом взял меня за руку и повёл вверх на холм по каменной дорожке. Вид был потрясающий, вокруг не было людей, только я и он смотрели на ночное небо в ожидании фейерверка. Он всё ещё держал меня за руку и смотрел в небо, пока я наслаждалась тишиной перед фейерверком. Внезапно раздался громкий хлопок, и небо озарилось множеством разных цветов. Я была так очарована всеми различными цветами и узорами, оставленными фейерверками, что не заметила, как Япония приблизился ко мне, пока его рука обвилась вокруг моей талии. Я была выведена из транса тёплым дыханием на своей шее, и повернулась туда, откуда оно исходило. Наши лица были в нескольких дюймах друг от друга, карие глаза Японии мерцали, вдруг он внезапно закрыл промежуток между нами нежным поцелуем. Он крепко держал меня за талию одной рукой, пока его другая рука держала мою собственную. Его поцелуй был мягким, но нуждающимся, как будто у него не было тактильного контакта в течение многих лет. Он не требовал войти в мой рот, как будто его устраивал простой поцелуй без языка. Он оторвал свои губы от моих с улыбкой. "Уже поздно... Нам пора возвращаться домой,"– прошептал он мне на ухо и повёл нас домой. После фестиваля Япония стал более прилипчивым, чем обычно. Он то и дело пытался укусить меня за шею во сне или подержать меня за руку без всякой причины. Оставшиеся дни прошли довольно быстро, это был последний день с Японией, он также сообщил мне, что Германия уступил свою очередь Италии, так что Германия был последним, кого я должна была посетить. Мы сидели за кофейным столиком и пили зеленый чай, как вдруг Кику заговорил о чём-то возмутительном. "Т/И... Пожалуйста, сделай со мной ребёнка, прежде чем ты уедешь к Италии,"– почти умолял он. Я чуть не подавилась тёплым чаем, пока его рука схватила мою, заставляя меня посмотреть ему в глаза. "Ч-что, нет! Я не хочу никаких детей, я уже говорила об этом раньше,"– резко ответила я. У него было пустое выражение лица, поэтому я не могла сказать, сердится он или грустит. Его хватка на моей руке усилилась. "Я ещё раз прошу по-хорошему, роди мне ребёнка,"– сказал Япония угрожающим тоном. Я попыталась выдернуть руку, но он не отпускал меня. Вдруг я почувствовала сильную боль в животе и зашипела, чувствуя что-то тёплое между своих ног. "Не думаю, что я смогу сейчас... Даже если бы хотела,"– прошипела я, когда боль стала сильней, пока Япония выглядел обеспокоенным и испуганным. Он отпустил мою руку и в мгновение ока оказался рядом, пытаясь понять, в чём дело. "Sakurano ka*! Ч-что случилось?!"– заикался он. Я сгорбилась, когда Япония нервно потёр мою спину, пытаясь облегчить мою боль. "Похоже у меня настали «эти» дни,"– прохрипела я, мои судороги становились всё сильнее. На долю секунды на лице японца отразилось замешательство, пока он не понял, что я имею в виду. Япония вздохнул с облегчением и нашёл несколько обезболивающих таблеток от боли в животе. Позже он пошёл в магазин, сказав, что ему нужно купить мне «важные принадлежности», прежде чем Италия прибудет за мной, чтобы забрать меня в свою страну, так как Феличиано вряд ли будет знать, как облегчить моё состояние. Я никогда так не радовалась месячным, как сейчас, ведь они по сути спасли меня от изнасилования Японией, и это также означало, что я не была беременна ребёнком от России. Радость, которую я чувствовала, превзошла все спазмы в животе, когда я плакала счастливыми слезами. Япония вернулся домой с различными предметами, такими как тампоны и прокладки, но самое главное — шоколад. Он покраснел как свёкла, когда отдавал мне купленное в пластиковом пакете. Я быстро обняла его от счастья и поспешила в спальню за чистым нижним бельём. Кику улыбнулся, хотя и был разочарован, что не может зачать мне ребёнка... Пока. Я вернулась обратно с меньшей болью, но всё-таки болью; Япония внезапно заключил меня в объятия. "Это то, что чувствовал Франциск?"– тихо пробормотал он себе под нос и отпустил меня. Я решила не вдаваться в подробности, что же он имел в виду. Я собрала все свои вещи на случай, если Италия приедет раньше, зная, что он, вероятно, так и сделает. Ещё одна неделя, и я смогу выполнить свой план по манипулированию Америкой, а пока, возможно, мне следует насладиться страной Италии.