яндере!Хеталия/нация!Читатель. Часть 2

Поездка во Францию была утомительной, так как Россия всегда был рядом со мной, он даже следовал за мной в туалет, чтобы уберечь меня от опасности, если что-нибудь случится. Когда Франция встретил нас, чтобы сопроводить меня к нему домой, Россия мгновенно встал в оборону и спрятал меня за собой. "Здравствуй,"- Россия встретил Францию свирепым взглядом, но Франция только улыбнулся ему в ответ. "Bonjour*, мой русский друг, я надеюсь, ты привëл мою даму,"- его голубые глаза искали женщину с волосами Т/Ц*. Россия слегка отодвинулся в сторону, чтобы показать, что я действительно здесь, моë платье с принтом подсолнечника зашелестело, когда Россия случайно задел его. Голубые глаза Франциска загорелись, и я отчетливо увидела его светлые волосы до плеч. На нем был его обычный наряд — длинное синее пальто с накидкой и красные широкие штаны. "Дорогая моя, вот ты где!"– он сиял, когда шёл ко мне с такой скоростью, но прежде чем он смог добраться до меня, Россия преградил ему путь, снова встав передо мной. "У меня есть предупреждение для тебя, мой друг, если ты прикоснешься к моему подсолнуху в любом неподобающем месте или причинишь ей боль, я без колебаний убью тебя, ясно?"– заявил Иван с решительностью в глазах и ехидно улыбнулся Франции. Франция поднял руки в защиту. "Я обещаю, что не сделаю ничего, что повредило бы моей маленькому fleur*,"– Франция робко улыбнулся, а Россия глубоко вздохнул. Он обернулся и посмотрел на меня с грустным выражением, так как должен был отпустить меня сейчас. Прежде чем уйти, он крепко обнял меня. "Если этот француз сделает тебе больно, подсолнух, ты скажешь Ивану, да?"– прошептал он мне на ухо, я кивнула, и он ушёл, окидывая зловещий взгляд своих фиалковых глаз на меня. "Наконец-то мы одни, ma fleur*,– промурлыкал Франциск, подходя ко мне ближе. Он приподнял мой подбородок и я увидела его возбужденные голубые глаза. "Разве мы не едем к тебе?"– спросила я, явно раздражëнная его кокетством. "К чему такая спешка, ma chérie*? Почему бы нам не исследовать город любви!"– воскликнул он в волнении. "Мы можем сделать это завтра или чуть-чуть попозже? Поездка действительно лишила меня всякой энергии,"– объяснила я Франциску, и он выглядел довольно понимающим. "Конечно, ma fleur*, это неважно, ведь я наконец-то могу быть с тобой,"– он убрал руки с моего подбородка и вдруг крепко обнял меня. Я почувствовала щетину на его подбородке и вдохнула запах розы. Он отпустил меня, но нежно взял за руку: "Твои раны немного зажили, не так ли?". Я просто небрежно кивнула, раны уже давно зажили и затянулись. Бонфуа подвёл меня к своей старой, но очень красивой машине, должно быть, его личной. Она была гладкой и черной, в ней, вероятно, поместились бы только два человека. Франция открыл пассажирскую дверь для меня, и я села, кивнув ему в знак благодарности, он положил мой небольшой багаж, который я привезла с собой, в багажник и сел на водительское сиденье. Мы проехали не так уж далеко, и когда мы добрались до дома Франциска, я побледнела — он жил в чëртовом дворце! Если бы я была такой же тщеславной, как Франция, то, вероятно, тоже обзавелась бы дворцом. На стоянке было много небольших деревьев, мастерски расположенных вокруг. Ещë там был большой пруд и кусты роз, конечно, у него должны были быть розы. Я вышла из машины, когда он припарковал её, моё подсолнечное платье развевалось на ветру, солнце все ещë стояло, хотя было уже немного поздновато. Я уже привыкла к белым ночам, благодаря пребывании в России. Солнце приятно согревало мою кожу, так как было не слишком жарко. Погода во Франции была теплая, но не слишком жаркая и не слишком холодная, так что носить это платье было хорошим выбором. Франциск вдруг схватил меня за руку и нежно поцеловал тыльную сторону ладони: "Я знаю, что ты наслаждаешься моим садом, но дворец поразит тебя ещё больше, mon amour*". Он повёл меня внутрь огромного французского дворца, внутри него всё выглядело так царственно и величественно, пол и стены были сделаны из прекрасного мрамора с разными узорами и рисунками. Мои восхищённые глаза рассматривали всё вокруг, но Франция прервал моё восторженное разглядывание. "Может быть ты хочешь искупаться в воде с лепестками роз? Уверяю тебя, это восхитительно,"– он мягко потянул меня за руку, убеждая сказать "да". "Может попозже? Я хочу разобрать свои вещи..."– объяснила я, явно не чувствуя себя в полной безопасности, принимая ванну в этом месте, ведь он может что-то задумать. Франциск рассмеялся, и я озадаченно посмотрела на него, мой взгляд требовал объяснений. "Mon petite fleur*, не волнуйся, мои дворецкие позаботятся об этом, а теперь пойдем,"– ответил он, потянув меня с большей силой, давая понять следовать за ним. Я глубоко вздохнула, когда начала следовать за ним маленькими шажками, он улыбнулся мне, а я просто закатила глаза. Когда мы добрались до раздевалки, там была только одна комната для мужчин и женщин. "Ты не пойдёшь со мной, не так ли?"– спросила я, боясь, что он согласится. "Я бы с удовольствием, но увы, мне придётся сообщить дворецким о твоём багаже, а также о том, что ты будешь жить в одной комнате с твоим покорной слугой, petite fleur*,– уверенно произнёс он, указав на себя и кокетливо подмигнув мне. "Я предпочитаю спать на диване или на полу..."– высказала я своё нежелание спать с ним, и Бонфуа нахмурился, но быстро улыбнулся: "Ты не будешь говорить это после того, как почувствуешь всю мягкость моей постели, ma chèrie*". Я закатила глаза и вошла в раздевалку. Я быстро разделась, часто оглядываясь назад, чувствуя себя параноиком. Я быстро обернула полотенце вокруг своего тела, что ж, будем надеяться, что Франция не станет ещё одним Китаем, или не дай Бог Россией. Я подошла к входу и оказалась в комнате с огромным бассейном, сделанным из причудливого камня, помещение пахло розами, а вода внутри бассейна имела розоватый оттенок. Моё внимание привлекли другие люди в бассейне! Они были совершенно голые, как женщины, так и мужчины! Все они заметили меня и улыбнулись, приглашая присоединиться. Не задумываясь, я присоединилась к двум из них, развернула полотенце, чтобы не намочить его и чтобы я могла быстро вытереться и уйти, если понадобится. "Ты, должно быть, новенькая? Добро пожаловать в гарем! Как тебя зовут?"– произнесла молодая женщина лет 25-30 с каштановыми волосами и мерцающими голубыми глазами. У Франциска есть гарем?! Я вспыхнула от удивления, я слышала, что у некоторых олицетворений стран есть свои гаремы, но я не думала что Франция является одним из них! "О, ты не знала? Странно, раньше он у всех нас спрашивал согласие на вступление в его гарем, и мы все соглашались,"– объяснила она, когда я глубоко вздохнула. Конечно, он не сказал мне такого важного фактора, и я не собираюсь вступать ни в какой "гарем". "Наверное, Франциск забыл спросить моё разрешение. Меня зовут Т/И Т/Ф, а тебя?"– спросила я молодую женщину, и она засмеялась. "О боже, ты, возможно, в шоке, я Эми, а парень позади меня, пытающийся скрыться — это Элейн,"– она хихикнула, когда я оглянулась назад, чтобы увидеть краснеющего мужчину с темно-каштановыми волосами и блестящими зелёными глазами. Я слегка помахала ему, а он покраснел ещё больше. "Ну, моя кожа становится морщинистой, так что я ухожу, позаботься о ней, хорошо?"– сказала Эми Элейну, и он быстро кивнул, он явно не из тех, кто постоянно болтает без умолку. Когда Эми уходила, Элейн придвинулся ближе ко мне с застенчивым взглядом и красными щеками. Он действительно часть гарема? Я думала, что люди, которым нравится быть в свободных отношениях более уверенны и откровенны, но я не буду судить людей с первого взгляда. "Ты можешь звать меня Эл,"– сказал он глубоким голосом, и я улыбнулась ему: "Хорошо, Эл, ты можешь звать меня Т/И или Н/С*". Он поёрзал руками, а я нежно положила одну из своих рук ему на плечо: "Эй, если тебе от этого станет легче, я не очень хорошо разговариваю с людьми, будучи голой". Он хихикнул и успокоился: "Да, я не очень хорошо общаюсь с новыми людьми, но мне комфортно разговаривать с голыми людьми." Мы оба рассмеялись, мы с Элом кажется хорошо поладили, пока я не услышала неприятный голос позади меня. "А вот и мой pétale de rose*!"– громко объявил Франция, привлекая всеобщее внимание. Он слишком близко приблизился ко мне, на мой взгляд, и я подвинулась к Элу так, чтобы наши ноги соприкасались. Все смотрели на меня, и я чувствовала себя очень неловко. "Я вижу ты заигрываешь с Элом!"– сказал он с ревнивым блеском в его голубых глазах. Я решила держаться поближе к Элу, а не к Франциску. "Не знала, что у тебя есть гарем, может быть, тебе следовало сказать мне об этом до того, как я вошла сюда?"– сказала я со скрипом в зубах, явно демонстрируя свой гнев. "Oh mon Dieu*, не будь такой, ты всё-таки моя самая любимая из всех,"– его слова только разозлили меня ещё больше, он думал, что завоюет меня, показав, насколько он сексуално активен?! "Ну, сейчас Эл — мон амур*, или как там говорится, так что ты можешь пойти и развлечь других мужчин и женщин вон там,"– я указала на большую группу людей. "Ma chère*, не будь такой злой,"– Франция потянулся, чтобы коснуться моего лица, но Эл преградил ему путь. "Я не думаю, что Т/И хотела, чтобы её сейчас трогали,"– объяснил он Франциску, нахмурившись. "Хорошо, Т/И, после ванны, пожалуйста, прийди в нашу спальню, хорошо? Ты, должно быть, устала,"– подмигнул нам Франция, уходя, чтобы развлечься с группой, выглядящей похотливо. Я искренне надеюсь, что у них не будет прямого полового акта, по крайней мере при мне. "Спасибо, Эл, я правда благодарна тебе..."– тихо пробормотала я, но достаточно громко, чтобы он услышал. "Нет проблем, я не знал, что Франциск может так себя вести... Вы с ним официальная пара?"– спросил он с любопытством в его зелёных глазах. "Ну-у-у, нет, это не так, можно сказать, что у него ко мне безответная любовь,"–объяснила я, совершенно не собираясь рассказывать ему свою сумасшедшую историю, ведь я едва знаю этого парня, хоть мы и видели друг друга голыми. "Ну, это объясняет его напористость, он, вероятно, никогда не встречал никого, кто не влюбился в него в ответ,"– он хихикнул, в то время как я просто устало улыбнулась ему. Мы с Элом хорошо сдружились, думаю, что я вижу в нём только платонического друга, ни больше ни меньше. "Ты когда-нибудь встречалась с девушками, Т/И?"– я чуть не утонула от неожиданного вопроса Эла. Я была в отношениях с Сейшелами несколько лет назад, но это нельзя назвать серьёзными отношениями, мы просто хотели поэкспериментировать в постели. "Д-да, мне очень понравилось, но я скорее считаю себя Т/О*,"– честно ответила я. Мы ещё немного поболтали, не обращая внимания на холодные голубые глаза, смотревшие на меня с ревностью. "Наша кожа становится морщинистой, хочешь выйти из воды? Мы можем немного выпить пару напитков, пока Франциск не заметил,"– сказал Эл с ухмылкой и подмигнул мне, и я кивнула. У меня закружилась голова от того, насколько теплой была вода в бассейне, и теперь мы оба пахли розами. Мы с Элом оделись, повернувшись друг к другу спинами, Франция сменил моё подсолнечное платье на платье с красными розами, и если бы я заметила его в тот момент, то ударила бы его по лицу. Я неохотно надела его, так как больше нечего было надеть. "О, Т/И, это платье... Великолепно на тебе..."– пробормотал Эл, краснея. "Я бы поблагодарила тебя, но это означало бы, что у Франциска действительно хороший вкус,"– мы оба рассмеялись. Мы взяли наши напитки и поболтали ещё немного, но нас прервал раздражённый Франция. "Пойдем со мной сию же минуту!"– сердито сказал он, глядя на меня. Я посмотрела на Эла и грустно обняла его на прощание, Бонфуа протянул ко мне руку, призывая взять его за руку или нет. Я заколебалась на мгновение, но взяла Франциска за руку, и он потащил меня туда, где, по-видимому, была его спальня. Было ясно, что Франция любит красный цвет, большая часть его постели была красной с золотой окантовкой и сделанной из шелковой ткани. Комната выглядела очень царственно, с мраморными стенами и мягким ковровым покрытием на полу, хотите угадать цвет ковра? Да, он красный. "Ma fleur*, то, что ты там делала, недопустимо! Если мы собираемся пожениться, ты должна смириться с тем, что у меня есть гарем!"– попытался отругать меня Франция, но эта болтовня "мы поженимся" мне уже порядком надоела. "Мы не собираемся жениться, Франциск,"– строго сказала я ему с мёртвенно серьёзным выражением лица, и ему это явно не понравилось, но мне было всё равно. "Хо-хо-хо-хо-хо, ma chérie*, у тебя нет выбора, это написано в контракте,"– угрожающе сказал он, придвигаясь ближе ко мне, почти опрокидывая на кровать. Я рассмеялась ему в лицо: "Слушай ты, в контракте говорится об одной из стран, которые были перечислены. Почему ты думаешь, что я выйду именно за ТЕБЯ замуж?"– храбро изобразила я уверенность, но улыбка Бонфуа стала шире и более угрожающей. "Oh ma fleur*! Это не значит, что ты не можешь выйти замуж за всех нас! Хо-хо-хо-хо-хо-хо,"– рассмеялся он в ответ, и я была потрясена. Замуж за них всех?! Кто, чёрт возьми, думает, что я пойду на это?! "Ч-что?! Ты не можешь всерьёз говорить это!"– воскликнула я вслух, но Франциск снова рассмеялся, когда он наклонился к моему плечу и прошептал мне на ухо: "Ну, по крайней мере меня всё устраивает, в конце концов у меня есть гарем... Хотя я уверен, что другие будут не очень довольны этим решением". Я ахнула, когда он толкнул меня на кровать. "Ч-что ты делаешь?!"– потребовала я ответа, когда он прижал меня к кровати. "О, я всего лишь хочу опылить ma fleur*. Хо-хо-хо-хо-хо-хо,"– рассмеялся он, задирая моё платье, чтобы коснуться моего бедра. Я попыталась стряхнуть его руку, но она не поддавалась. "Твоё тело выглядело довольно восхитительно в той раздевалке, mon amour*,"– сказал он с усмешкой и поднял руку ещё выше и взял подол моих трусиков, прежде чем он успел их спустить, я закричала: "Я расскажу всем, что ты сексуально надругался надо мной!"– воскликнула я, вспомнив, что случилось с Россией. Франция фыркнул и убрал от меня руки, он перекатился на другую сторону кровати с разочарованным видом: "Ты такая зануда,"– пробормотал он, но достаточно громко, чтобы я услышала. "Уж лучше быть занудой чем жертвой изнасилования,"– сердито ответила я. Он ничего не ответил, только вздохнул, накрыл нас красным одеялом и хлопнул в ладоши, когда внезапно стало темно, мне пришлось сдержать удивленный вздох. Бонфуа хихикнул. "Боишься темноты, ma chérie*? Не волнуйся, я здесь рядом с тобой,"– проговорил он низким ласковым голосом, положил голову мне на грудь и обнял. "Спокойной ночи, ma fleur*. Ты увидишь, что со мной тебе будет хорошо,"– тихо сказал он и быстро заснул. Я попыталась встать с кровати, но хватка Франциска становилась крепче, когда я пыталась вырваться из неё, его ноги с силой впивались в меня. Я начинала чувствовать себя очень усталой, а низкое дыхание Франции делало меня ещё более сонной, прежде чем я окончательно заснула. В следующие несколько дней мы с Элом по-настоящему узнали друг друга. Я узнала, что он присоединился к гарему, потому что ему нужны были деньги, чтобы содержать свою семью, (хорошо знать, что Франция платит людям в его гареме) а также у него есть четыре брата и одна сестра. Я никогда ничего не говорила Элу о своей ситуации, боясь, что он кончит так же, как Белорусь и Литва. Я надеюсь, что у них всё в порядке, и если Россия хотя бы попытается причинить им вред, я убью его. Я несколько раз пыталась сбежать, но за мной постоянно наблюдали, особенно горничные и дворецкие, которые не спускали с меня глаз. Англия и Россия, должно быть, рассказали Франции о моих попытках побега. Франциск пытался проводить со мной гораздо больше времени, даже если я делала что-то скучное. Например, когда я читала, он следовал за мной и пытался поговорить со мной, иногда ему это удавалось, но Эл спасал меня большую часть времени, сопровождая меня везде, где не было Франции. Когда пришло время ехать в Японию, Франция сказал мне, что задержит меня у себя подольше, я попыталась спросить его: "Почему?", но он не ответил. Я сказала ему, что если он не отправит меня в Японию, то, вероятно, начнется новая война, но он не слушал, говоря, что если Япония хочет меня видеть, он должен сам приехать сюда и силой забрать меня, я просто была в шоке от того, что услышала. Япония будет в бешенстве, а это никогда не заканчивается хорошо...