Грань взаимопонимания

      Громкий крик и звуки разбивающейся посуды заставили вздрогнуть маленькую девочку, которая только что проснулась. Медленно поднявшись с маленькой лежанки, сделанной из соломы. Стараясь не шуметь, она пошла по каменному холодному полу босиком, чтобы не привлекать внимание. — Что значит, ты не пропустишь меня?! — громкий и хриплый мужской голос, от которого на коже появлялись мурашки, заставил девчушку вздрогнуть, но она не останавливалась, продолжая упрямо идти на звук. — Я не пропущу тебя к ней! — женский голос звучал испуганно, от чего девочка стала идти чуть быстрее. Однако когда она была совсем близко к выходу, ее кто-то взял за плечо и потянул назад. Именно в этот момент послышался громкий звук от пощечины и грохот от падающего тела. — Бабушка, что происходит? — испуганно пролепетала малышка, смотря на пожилую женщину, что вела ее вглубь дома, обеспокоено оглядываясь назад, заставляя девочку еще больше недоумевать. Она слышала звуки за своей спиной, но ей не давали смотреть. — Бабушка? — Милая, сейчас не очень простое время, — старалась улыбнуться женщина, но получалось не очень хорошо. Трясущимися руками, она открыла шкаф и запихнула туда малышку, у которой вдруг повеселел взгляд. — Мы играем в прятки? А кто водит? — зашептала она, тут же устроившись в вещах поудобнее и накрываясь сверху какой-то тряпкой. — Да, спрячься хорошо и не выходи, пока тебя не найдет мама, хорошо? — голос бабушки смягчился и она помогла внучке спрятаться. Уже закрыв дверцу шкафа, она сказала. — Не издавай никаких звуков.       Звуки шагов утихли и какое-то время не было ничего слышно, пока снова не раздались крики и звук открывающейся двери шкафчика, в котором сидела девочка, от нетерпения выскочившая из-под одежды, весело крикнув. — Меня нашли! — она вскинула руки вверх и подпрыгнула на месте несколько раз. Однако ее пыл немного поубавился, когда она увидела, что перед ней стоит незнакомый мужчина. Вид его был не очень опрятным, но на лице почему-то играла улыбка. Девочка задумчиво осмотрела его, но потом снова заулыбалась и спросила. — Кто ты такой? Я Леонор. — Мама тебе не рассказывала обо мне? Я твой любимый папочка, — мужчина не выглядел угрожающим, поэтому Лени с легкостью разговаривала с ним. — Мама сказала, что меня вытащил из земли добрый крот и подарил меня ей, а ты не похож на крота, — легкомысленно произнесла малышка, ткнув пальцем в грудь мужчины. — Ты что, обманываешь меня? — Я шахтер, поэтому можешь назвать меня и кротом, — хохотнул мужчина, присев на корточки перед названной дочерью. — Хочешь покажу тебе мои подземные владения? — Ты отведешь меня в свой замок? — глаза девочки загорелись, и она сразу же вылезла из шкафа. — А мама с бабушкой пойдут с нами? — Мама и бабушка не могут пойти с нами, к сожалению, потому что у них нет разрешения от верховного крота, — мужчина изобразил грусть, но потом погладил девочку по голове и добавил. — Но ты сможешь им все рассказать, когда придешь, хорошо? — Угу, — закивала Лени, потянувшись руками к мужчине, намекая на то, чтобы он взял ее на руки. Сначала в глазах у него появилась некая неприязнь, но он все же поднял девочку, вытягивая из себя улыбку. Довольная малышка даже не заметила мимолетной перемены в лице названного отца. Она лишь посмотрела на его рыжие, словно ржавчина, волосы, потом посмотрела на порядки своих ярко рыжих волос. — У тебя волосы почти что такие же, как у меня, только немного темнее! — Естественно, ведь я твой отец, — хмыкнул он, вынося девочку из дома так, чтобы она не обратила внимания за разгром вокруг и отсутствие своих бабушки и матери. Пусть ему периодически надоедала постоянная и пустая болтовня этого ребенка, он продолжал идти.       Они пришли спустя полчаса к заводу, который был построен возле шахт и от него всегда исходил густой черный дым, оседающий на трущобы. Он хоть и был постоянно наполнен рабочими, казалось, что был заброшен уже много лет и скоро совсем рухнет. Леонор с большим энтузиазмом рассказывала все истории, которые ей рассказывала мама про это место, и ее не смущало, что ее давно перестали слушать.       Пройдя внутрь огромного здания, мужчина зашел в какую-то комнату, где было большое кресло и еще какой-то человек, который кивком головы поприветствовал пришедших. Усадив на кресло Лени, отец улыбнулся. — А сейчас ты сядешь в кресло, которое отправит тебя к выдаче твоего пропуска в подземное царство, — проговорил он, вдруг пристегнув тонкую ручку девочки к подлокотнику кресла кожаным ремешком, от чего нельзя было даже двинуть ей. — Чтобы ты не выпала из кресла, тебя надо крепко пристегнуть. Веди себя хорошо. Встретимся у верховного крота.       На этих словах он ушел за дверь, а второй подошел ближе, застегивая все ремни и приковывая девочку к креслу. Сначала она с интересом за всем этим наблюдала, но когда этот незнакомец нацепил на лицо маску, а на руки перчатки, начала немного беспокоиться. — А это не больно? Почему надо так сильно предохраняться? — поток вопросов не заканчивался, от чего мужчина закатил глаза, доставая какой-то аппарат с иглой на конце. — Ты что, еще не поняла ничего? — хмуро спросил он, достав какую-то таблицу и вычеркивая номер в ней, садясь рядом с креслом. — Чего не поняла? Разве я не в подземное царство отправляюсь? — наивно спросила она, когда в тот же момент ее голову наклонили в бок, прижав ее к креслу, открывая участок на шее.       В миг на коже в районе шеи появилась боль такая, словно ее пронзали тысячи иголок. От этого хотелось убежать, вырваться, но кожаные ремешки не дали этого сделать. Голова тоже была намертво придавлена, и ей не получалось вертеть. Было настолько страшно и больно в тот момент, что крик, вырвавшийся из маленькой груди, рвал горло, а слезы текли без остановки. — Мне больно! Прошу! Прекратите! — кричала малышка, но никто и не думал прекращать. От этого казалось, что болезненный процесс никогда не прекратится.       Все это продолжалось больше часа. И когда это закончилось, жечь не перестало. Девочка не могла ничего сказать из-за разорванных связок. Так же как не могла остановить слезы. — Тебе не повезло иметь такого отца, дорогуша, — усмехнулся мужчина, пока что не отстегивая от кресла свою посетительницу. Отодвинувшись немного в сторону, он закурил, на выдохе сказав, — Тебя продали в рабство. К несчастью, тебе придется пройти через ад на земле в таком юном возрасте…

***

      Лихорадка, жжение, постоянное кровотечение на месте татуировки. Тошнота, рвота и боль во всем теле были лишь малой частью того, что могла пережить Лени за весь месяц. Каждый день ее заставляли делать то, что физически не может делать четырехлетний ребенок. Таскать мешки с цементом или другими материалами, разгребать грязь и толочь какую-то смесь. Руки болели, как и все тело в целом. Однако за время, пока Леонор пришлось находиться здесь, она поняла, что лучше потерпеть боль в теле, чем получить побои от надзирателей.       Таких как она было много. Дети здесь все были несчастны, но никто из них не решался поддержать друг друга, погруженные лишь в свои проблемы и боль. Всех их продали в рабство и не мало таких, кого просто украли. Надзиратели не терпели истерик, поэтому те, кто пытался вспомнить о своих близких, которые сейчас не рядом с ними, отправлялись в холодный карцер для усмирения.       Только за один месяц умерло больше десятка детей, которые то ли замерзли насмерть в карцере, потому что их забыли вытащить, то ли были забиты старшими, а так же были те, кто не выдержал даже побочных эффектов после нанесения татуировки с их номером. Санитарные условия здесь не соблюдались, поэтому многие получали не только плохое самочувствие, но и заражение крови, от которого кожа начинала постепенно сгнивать. Для многих понятие смерть стало известными только здесь, но не многих она удивляла. Это уже стало неотъемлемым элементом их существования здесь.       Лени повезло гораздо больше, потому что заражение не дошло дальше ее кожи и не перешло на кровь. Приходилось терпеть все, потому что побои она уже один раз пережила и не хотела повторений. Она уже даже не помнила о том, откуда она пришла и что произошло, потому что мучения для нее были словно с самого рождения. Лишь изредка в голове возникали какие-то смутные образы двух людей, которые ласково гладили ее по голове и нежно касались губами ее лба.       Но более явственно в ее голове вырисовывался тот, кто обрек ее на это, кто обманул и заставил ее страдать. Я убью тебя собственными руками…       Сон Лени продлился не больше двух часов. Неприятные воспоминания о прошлом заставляли просыпаться каждый раз и не давали спокойно спать. Это было невыносимо. От этого она начинала злиться, но не могла ничего поделать, особенно сейчас, когда она была на экзамене охотника. Ее злость на то, что она была слишком наивна и глупа когда-то, ничего не изменит. А так как сна не было ни в одном глазу, то Леонор с сожалением в глазах, ушла с места ее временного нахождения, оставляя спящего Курапику одного.       Леонор не особо спешила куда-то. Однако часто делала намерено резкие движения и напрягалась, надеясь, что боль приведет ее в чувства. На следующий день она вернулась на свое прежнее место, чтобы искупаться в ручье, там ее тоже никто не застал, поэтому для нее это тоже был день расслабления. Лишь на четвертый день испытания девушка решила сходить на разведку и узнать, что происходит на острове и есть ли чем поживиться.       Она шла по лесу полдня, прежде чем в какой-то момент случайно не увидела валявшийся в траве белый значок. От подобного она даже встала в ступор и слегка нахмурилась. «Ловушка?» пронеслось в ее голове, но она не чувствовала ничьего присутствия, во что она долго не хотела верить. Лишь спустя минуты три напряженных попыток найти чье-то присутствие поблизости, она поняла, что кто-то очень неаккуратно ходил. Цифра 197 была выведена на значке. «Значит, мне снова повезло» подумала Лени, прокрутив на указательном пальце значок, а потом направившись дальше по лесу в уже приподнятом настроении. — Еще два значка и дело сделано, — радостно проговорила она, прогулочным шагом продолжая путь. Так как по ее соображению, торопиться было некуда, да и желания не было, она шла совершенно спокойно, просто осматриваясь вокруг, словно гуляет по парку. Конечно, она по-прежнему хотела выполнить это задание как можно скорее, но не хотела рисковать своим здоровьем еще больше. Пусть и двигалась она достаточно медленно, не теряла бдительности.

***

      На следующий день Лени смогла найти одну легкую цель и достать еще один значок с номером 89. «Еще один… Неплохо» подумала девушка, подкинув значок, но тут же напряженно обернулась, почувствовав за спиной ауру еще одного человека. — Выходи, раз не смог достойно скрыть свое присутствие, — сказала она, нахмурившись и наблюдая за тем, как из-за кустов выходит тот ниндзя, который пришел четвертым. С ним Леонор не хотелось прямо сейчас вступать в бой. Однако она очень сильно сомневалась, что ему нужен был 89 номер, потому что иначе он бы быстрее покончил с этой целью. И она не могла поверить в то, что он просто так профукает свою цель или же будет слабее нее, если, конечно, его целью будет не Хисока или же Гиттаракур. — Кто твоя цель? — Давай ты просто отдашь мне тот значок, который только что взяла и никто не пострадает, — ответил он, пожимая плечами, чем заставил девушку раздраженно нахмуриться в ответ. Еще никто не воспринимал ее настолько несерьезно, когда был порядком слабее нее. — Не отдам, потому что я сомневаюсь, что ты сможешь предоставить мне что-то такое же стоящее, — ответила Лени, упрямо гнув свою линию, хоть и понимая, что в нынешнем состоянии она не сможет просто так отделаться от него, потому что он не слабый противник, пусть и не обладает пока что нэн. Это ее, к слову, заставляло недоумевать, потому что она сомневалась, что у него могли произойти какие-то серьезные проблемы с противником. Примерно от осознания этого к ней в голову пришла мысль. Она достала значок, который нашла, но не показывала номер. — Но у меня есть условия интереснее. У меня есть еще один значок. Если повезет, то он может оказаться и номером твоей цели, однако если нет, то я отдам тебе оба значка. — Это весьма интересное условие, но тебе не кажется, что это неоправданный риск? Так ты могла лишь один значок отдать и продолжить охоту, но теперь тебе придется пожертвовать всем, — юноша немного не понимал, почему она так опрометчиво действует, однако именно это привлекало его внимание до сих пор. — Во-первых, я не договорила. Не могут же условия идти только в твою пользу. Мне не нравится подобное положение дел, но в последний раз это сработало и мне повезло, кто знает, может если я снова рискну всем, то мне снова повезет. Поэтому, если же окажется так, что второй значок с номером твоей цели, ты отдашь мне все значки, которые ты уже смог собрать. Тебе они все равно не будут нужны, если у тебя будет нужный номер, — пожимая плечами, предположила Леонор, а потом уверенно посмотрела в глаза напротив и твердо спросила. — Ну что? Согласен? — Номер 197, — с некой насмешкой ответил Ханзо, с охотой согласившись на условия, потому что такое заставляет хоть и на миг, но расслабиться и повеселиться. Подобное его более чем устраивало. Он был уверен в своей правоте, да и не теряет он ничего в любом случае, потому что он уже собрал два значка и еще два будут очень кстати, а если у нее по какой-то невероятной удаче окажется номер его цели, то он опять же не потеряет ничего. Именно поэтому он уже протянул руку для того, чтобы забрать свои законные два значка, но девушка лишь озадаченно нахмурилась, уставившись на землю. — Ты не врешь? — слегка настороженно спросила Леонор, поднимая вопросительно одну бровь. В доказательство своих слов, ниндзя достал карточку с номером его цели, который действительно был 197. От этого Лени усмехнулась и подошла ближе, так же протягивая руку и поворачивая значок лицевой стороной, от вида которой лицо парня вытянулось. — Ты знала кто моя цель? — предположил он, потянувшись за заработанными им значками, потому что договор есть договор. — Просто мне везет на подобное, — с ухмылкой проговорила девушка, взяв значки и протягивая 197. От ее слов Ханзо слегка улыбнулся, но потом освободил свою руку и протянул ее девушке, которая с радостью ее пожала. — Надеюсь, что встретимся в финале… Продолжение следует…