Невесомость

Сон на удивление был спокойным и безмятежным. И не мешали чужие руки и бедра, которые наверняка всю ночь так нежно и в то же время крепко держали Реджину. И совсем не раздражало это размеренное сопение в область шеи. Она проснулась и понимает, что ее обнимает Эмма. И из этих объятий не хочется высвобождаться. Напротив, хочется каждую ночь вот так засыпать и каждое утро просыпаться подобным образом. В своих мечтах она не заметила, что Эмма проснулась. Реджина неосознанно гладит запястье Эммы, на котором виднеется фиолетовый синяк. — Поцелуй, — шепчет Эмма. И Реджина подносит к губам запястье Эммы. Нежно и почти невесомо касается губами воспалённого участка кожи, и замечает как светлые волоски на руке Эммы приподнимаются и кожа покрывается пупырышками. Эмма еле слышно выдыхает и прикрывает глаза в наслаждении. А затем Реджина ощущает теплые губы на своей шее сзади и теперь ее тело реагирует подобно телу Эммы мгновением назад. Свободная рука Эммы поглаживает спину Реджины и задирает ночной пеньюар выше. Она высвобождает свою вторую руку и начинает выводить понятные только ей рисунки на спине Реджины. Не забывает целовать ее шею, иногда чуть покусывает, целует чувствительное место за ушком. От таких ласк Реджина ёрзает и в конце концов Эмма резко ее переворачивает на спину и нависает над ней. Реджина смотрит на нее и видит неприкрытое желание в глазах напротив и теперь ее очередь просить о поцелуе. — Поцелуй меня, — шепчет Реджина и облизывает пересохшие губы. И Эмма припадает к ней в страстном поцелуе. Поцелуи ее то нежные, то настойчивые и страстные, глубокие. Дыхание обоих сбилось и иногда с губ Реджины слетают стоны, которые пытается приглушить своими губами Эмма. Она спускается поцелуями всё ниже. И исследует шею, ключицу, грудь, подтянутый животик. Наконец, она целует лобок, поднимает глаза и вопрошающе смотрит на Реджину и ее затуманенный мозг даёт согласие, она еле заметно кивает головой. И Эмма в туже секунду припадает губами с самому чувствительному месту Реджины, к самому жаждущему и истекающему соками. И с губ Реджины срывается судорожный вздох. Давно к ней никто не прикасался таким образом. От каждого прикосновения Эммы ее прошибает как будто током. Она ерзает на кровати и осознавая, что ведёт себя громко, прикладывает к своему рту ладошку. Эмма проникает языком в манящую щелочку и пробует Реджину на вкус. А в следующий момент язык заменяют два пальца, а сам он возвращается к ласкам клитора. Спустя минуту таких непрекращающихся ласк Реджина бурно кончает. Перед ее глазами фейерверк. Она и припомнить не могла ничего подобного. Она румяная и капли пота стекают по шее. Реджина поднимает свои горящие глаза и наталкивается на зелёные Эммины, они затоплены желанием и страстью. И она не выдерживает. Она притягивает Эмму к себе и целует, при этом ощущает свой собственный вкус на ее губах и языке. С губ обеих срывается стон. Реджина переворачивает Эмму на живот и пристраивается сзади. Она убирает пряди белых волос в сторону и целует Эмму в позвоночник. И слышит одобрительное мурлыканье Эммы. Она улыбается сквозь поцелуи, которыми продолжает осыпать спину Эммы, спускаясь всё ниже и ниже. Она нежно целует ее ягодицы и даже немного покусывает, вызывая судорожный вздох или даже всхлип Эммы. Реджина больше не хочет медлить, очень резко она вводит в Эмму сразу два пальца. Она слышит приглушённый Эммин стон. А когда вынимает пальцы спустя какое-то время, по комнате раздается недовольный стон Эммы. Реджина улыбается и берет два пальца в рот, пробует Эмму на вкус. Которая в этот момент поворачивает голову и глаза ее темнеют ещё больше. Она видит, что Реджина наслаждается, прикрывает глаза и Эмма замирает в предвкушении. И тогда Реджина ее переворачивает на спину и проводит языком по всей длине сочащейся щелочки Эммы, уделяет внимание клитору и поцелуями поднимается вверх. Она целует Эмму и их вкусы смешиваются и они стонут в унисон. Реджина проникает в Эмму снова двумя пальцами. Ее движения размеренные и плавные, она целует Эмму в шею, чуть прикусывает, а затем зализывает область укуса, не забывая при этом активно работать рукой. Она ощущает на своей спине ноготки своей любовницы. После непродолжительных ласк и после очередного укуса, Эмма бурно и громко кончает. — Вау! — говорит Эмма. — Очень красноречиво, — подшучивает Реджина. — В следующий раз нужно вести себя тише, — произносит Эмма. И тут же смотрит на Реджину немного испуганно. — В следующий раз? А ты уверена, что он будет? — спрашивает Реджина с лукавой улыбкой на губах. — Нам было хорошо. Это нельзя отрицать и я не против все это повторить, — говорит Эмма и щеки ее заливает румянец, — Твои поцелуи действуют на мои раны заживляюще, — добавляет она с улыбкой. Реджина улыбается и притягивает ее для очередного поцелуя. — Очень надеюсь, что в моем лечении ты будешь нуждаться ни так часто, — говорит Реджина, — и что я нужна тебе не только в качестве врача. Эмма не отвечает. Она притягивает Реджину к себе очень близко, нежно обнимает и целует в макушку. Они так нежатся в объятиях друг друга ещё какое-то время. — Пора вставать. Ты же хочешь сегодня прыгнуть с парашютом? — Только если с тобой вместе. — Я только за. Примерно через час они сидят в кафе и завтракают. Эмма рассказывает о себе. О своем детстве. О том что в парашютный спорт ее привел отец более десяти лет назад. Они редко видятся, так как ее родители живут в Канаде. Она рассказывает, что работает в сфере образования. Она преподает физкультуру в колледже Нью-Йорка. И Реджине сразу понятно откуда такое тело у Эммы. Обычно все свои выходные она проводит здесь. Прыгая с парашютом. Иногда за день она совершает до 10 прыжков. Она знакома с хозяйкой отеля и поэтому ее номер всегда для нее свободен на выходные. Ну, а Реджина рассказывает о себе и своей работе и о том как Генри устроил такой сюрприз для нее. — Так это была твоя мечта? — спрашивает Эмма и протягивает руки через стол и накрывает своими ладонями ее руки. — Да, и я рада что не отказалась от неё, — говорит Реджина и тепло смотрит в глаза Эммы. — Я тоже мечтаю прыгнуть с парашютом, — вмешаетсч Генри, — Эмма ты меня научишь? — Ты пока маловат. Подрасти, а через несколько лет — Я знаю, но я хочу быть уверен, что ты меня научишь. Вон, маме как ты помогла в первый ращ, она всю неделю думала только о том как прыгнет снова. — Генри, — немного укоризненно шепчет Реджина и щеки ее розовеют от смущения. — Небо оно такое заразительное. Если разок прыгнуть, то ничто больше тебя не остановит. — Да… — Даже Грэм, падая или приземляясь не туда, все равно продолжает прыгать. Даже Зелена не может ему это запретить. Думаю и Киллиана не остановит неудача с нераскрывшимся парашютом. — У прыгунов с парашютом что-то в крови содержится, что заставляет их прыгать вновь и вновь. — Дух авантюризма, — говорит Реджина. — Да. Мы романтики, — подтверждает Эмма. — Привет, — раздается голос Зелены и тут же свои руки размыкают Эмма и Реджина. Они и не замечали, что держатся за руки. А Эмма нежно поглаживает своим большим пальцем костяшки пальцев Реджины. — Привет, — хором отвечает троица. — Ну как спалось? — спрашивает Грэм. — Нормально, — отвечает Реджина, но вспоминает утреннее пробуждение, отводит глаза, но тут же ощущает касание своей ноги под столом и поднимает глаза. Эмма смотрит на нее мягко и с пониманием. — Реджина была шокированна моими синяками полученными на тренировках, — говорит Эмма и в подтверждение своих слов оттягивает рукав на кофте. В кафе тут же пронеслось дружное «Ох!». Зелена, Грэм, Генри и даже Робин были тоже немного встревожены таким видом. — Тебе помощь не нужна? — спрашивает Зелена. — Реджина уже помогла, — говорит Эмма. — И как же? — Я помазала заживляющее мазью все ее синяки и ссадины. Эмма качает головой в знак согласия. — Какая нежная и чувствительная кожа у тебя, — говорит Зелена. А Реджина мысленно соглашается с ней. И не только кожа, она вся такая, нежная и чувственная. — Ну что прыгнешь сегодня сама? Или в тандеме с Эммой? А может выберешь кого из мальчиков? — спрашивает Грэм. — Инструктора по прыжкам я бы не хотела менять. Поэтому если Эмма не против, то… — Я не против, — говорит Эмма. — Вот и здорово. А мы на вас будем смотреть. И смотрите мне, чтобы по два парашюта надели, — строго говорит Зелена. — Я пощабочусь об этом,  — говорит Эмма. — Мам, давай оператор будет с вами и снимет прыжок, — просит Генри. — Зачем оператор? Я могу камеру прикрепить к шлему своему и все ты увидишь, практически моими глазами, — говорит Эмма. И Генри мотает головой в знак согласия. — Спасибо, Эмма. — Не за что, малой. Они сидят в самолёте. Рядом с Реджиной Грэм и Эмма. Грэм ободряюще хлопает Реджину по плечу, она ему сдержанно улыбается. Как бы говоря, что она в порядке. И вскоре первая партия парашютистов прыгают среди них и Грэм. Дэвид пристегивает ремнями Эмму. И вот они уже стоят на краю у открытого люка. Реджина смотрит на Эмму, та пристально смотрит на нее и кивает головой. — Готова? — Да. И буквально за долю секунды до этого шага, Реджина ощущает на своей талии руку Эммы. А второй она включает камеру на шлеме и они шагают из самолёта. Все повторилось за исключением поцелуя. Море эмоций и выброс адреналина. Это потрясающе. Когда Эмма дала Реджине управление парашютом, та справилась сама и Эмма обняла ее за талию. Реджина даже думает, что она ее поцелует в шею. Но нет, этого не происходит. К разочарованию Реджины. — Ну дайте же скорее посмотреть мне видео, — не унимался Генри. Он сразу же подбежал к ним, как только они приземлились и твердо стояли на ногах. — Сейчас, малой не спеши, — Эмма снимает шлем и передает его Генри. Они смотрят видео и каждый любуется чем-то своим. Генри видом природы, а Эмма попавшими в кадр участком открытой кожи шеи Реджины. «О Боже это засос на моей шее?» пронеслось у Реджины в голове. На это же обратила внимание и Зелена. — Что это там на шее Реджины? — Тень наверное, — проговорила Эмма. Зелена уже хотела посмотреть получше. — Не очень идея с шлемом, Эмма. Она хороша когда ты один прыгаешь, но когда в тандеме, то партнёр все закрывает. Либо крепить нужно было камеру на шлем Реджины. — В другой раз так и сделаем, — заявляет Реджина. — Ты так и будешь с ней прыгать ещё? — спрашивает шутя Зелена. — Я не готова пока прыгать одна, — заявляет Реджина. — Ну чего ты боишься? Давай три парашюта на тебя наденем, — прикалывается Грэм. — Очень смешно. — Ну, ты что, он же шутит, милая, — говорит Зелена, — лично мне спокойно, когда ты в связке с Эммой. Я знаю, что ты в хороших руках. Эмма и Реджина чуть краснеют. Румянец смущения покрывает их щеки. — Спасибо, — смущённо говорит Эмма. — Ты будешь ещё прыгать? - спрашивает Грэм — Да, пошли, - говорит Эмма. Она забирает шлем из рук Генри и обещает снять видео намного лучше. В ответ он только радостно кивает головой. Грэм и Эмма ушли, а остальные остались дожидаться их на земле.