Глава 3
4 сентября 2020 г., 06:40
— Посторонись, твою налево! — задорно кричала девушка, жестами показывая отойди всех любопытствующих со "взлетной полосы".
Она была одета в свободные штаны с карманами, что были заправлены в высокие сапоги, которые она называла "берцами", сетчатую майку прикрывал его пиджак, который так и остался у нее после прихода в Суну, однако, был просто накинут на плечи, а цепочка меж пуговиц поддерживала его, не давая спадать. На голове были странной формы очки с желтыми стеклами, "гоглы" ещё одно странное название для обычных очков. Ирьенины смогли подправить ее зрение и теперь она не нуждалась в своих очках, и Гаара даже немного скучал по такому ее образу. Хитай-ате не успели сделать к началу полета, поэтому Гаара выдал ей свою старую повязку, которую он носил, когда был генином, да рекомендательное письмо, которое подтверждал то, что она из Песка. Она с гордостью завязала его на манер ободка (вроде, Харуно носит его так же?) и светилась от счастья, стоило подушечкам пальцев пробежаться по холодному металлу.
Колесница была с дополнительным местом для пилота, а стекло должно было экранировать пилота от встречных потоков воздуха. При штормовых условиях для колесницы и кабины была предусмотрена откидная крыша, и пожалуй, это все что он понимал в этой конструкции, искренне удивляясь, как эта штука должна прилететь, однако, механикам было виднее, раз тестовый залёт по Суне этот агрегат выдержал. “Законы аэродинамики” вновь говорила она что-то непонятно для Гаары, и ему оставалось только смириться с напором девушки. Главное, чтобы Эбони вернулась живой и невредимой, по возможности.
Она улыбалась, забирая документы , спрятав их в небольшую сумку на поясе, и горячо попрощалась со всеми, замеряя время вылета. Они не прощались на людях, всю свою нежность и восторг она излила ещё утром, долго обнимая чуть остолбеневшего Казекаге. К объятиям он уже давно привык из-за любвеобильной Темари, которая не упускала возможности смутить младшего брата, поэтому к телесным контактам он был вполне привычен, но только от семьи. Эбони уже считалась частью семьи, к его удивлению.
— В крайнем случае, вернусь к вечеру четверга, то есть, через два с половиной дня. Если случится авария, то постараюсь отправить почтовую птицу-голема. — она устраивалась на месте пилота, беря вожжи в свои руки. — Прошу разрешение на взлет.
— Взлет разрешаю. — Ранма отсалютовал ей двумя пальцами и она улыбнулась, на прощание взглянув на Казекаге, после чего лошади начали разгоняться.
Монструозные лошади, сверкая своими бирюзовыми глазами начали разбег, легко отталкиваясь от утрамбованного песка, взмывая в небо. Они взмывали постепенно, набирая все большую высоту, пока не скрылись за линией горизонта, и Гаара судорожно выдохнул, все ещё надеясь на благополучный исход.
Эбони набирала высоту, чуть посматривая вниз и прикидывая примерное расстояние, прежде чем заложить крутой вираж, корректируя маршрут по подсказкам Шукаку. Гогглы были на ней, защищая от яркого и чуть слепящего солнца, сумка закреплена и покоилась рядом, сама она сидела в неком подобии кресла, весьма удобном, к слову, пристегнутая ремнем безопасности.
— Левее метров на триста, потом можно и дальше по прямой. — Шукаку чувствовал себя более чем вольготно, расположившись на приборной панели. Не хватало привычного высотомера на панели, однако, у нее был парашютный высотомер, на который она ссылалась, набирая высоту.
— Как думаешь, в Конохе нас четвертуют сразу, или хотя бы бумажку посмотрят? — она задорно улыбалась, радуясь тому что снова может летать.
— Лучше бы площадку для приземление присматривала. — Шу беззастенчиво грыз галеты, которые вытащил из сумки брюнетки, и она вновь улыбнулась, смотря на миниатюрную версию Биджу.
— Коноха торгует с другими деревнями, дорога достаточно широкая для караванов и имеет хорошую протяженность. Сядем без проблем, это же тебе не самолёт тормозить. — Эбони с интересом смотрела вниз, с удивлением понимая, что пустыня уже кончилась, уступая место водоёмам.
Летели они в основном молча, лишь Шукаку вставлял свои комментарии относительно маршрута, и брюнетка удивленно смотрела на часы, которые показывали третий час полета. По ее скромным прикидкам, лететь оставалось не более двух часов.
Полеты открывали огромные возможности для маневров между деревнями, существенно сокращая время, которое обычно тратилось на путь. Если эти испытания пройдут успешно, как и все остальные тестовые полеты с другими полугражданскими, как и она сама, то это станет огромным прорывом в мире шиноби. Из минусов, конечно, оставалась навигация и возможности ее реализации в мире, где не было спутниковой связи и портативных карт. Радары ещё можно как-то сделать, тут можно с сенсорами придумать что-то, а вот навигация была основным вопросом, и похоже, что она пока что является единственным военным пилотом который может осуществлять полеты, не без помощи Шукаку.
— Мы должны придумать, как ориентировать людей на месте. Нужно составить общий маршрут полетов по единой карте, и не помешает помощник, который будет считывать текущие координаты и корректировать маршрут в случае отклонения от него. — она задумчиво жевала печенье, искоса поглядывая на биджу. — либо брать шиноби с хорошей фотографической памятью, которые смогут запомнить маршрут, а так же хорошо ориентируются на месте.
— Обсуди это с детенышем Лиса, он из клана Узумаки и буквально фонтанирует идеями. Может что-то и придумаете с другими людишками. — енот вновь вернулся к своей мерзотной манере разговора, называя всех людишками без какого либо разграничения.
Не сказать, что Эбони это напрягало, скорее, чуть запутывало, когда она пыталась понять, кого именно подразумевает Шукаку под обобщающим термином "людишки'. И если Гаару и ее саму биджу всегда называл по имени, то других маркировал крайне редко и неохотно, предпочитая грести всех под одну гребенку. Должно быть, его пакостный характер и был причиной излишней жестокости Пятого, биджу просто нравилось доводить своих джинчурики до крайней степени бешенства, а там уже перехватывать контроль. Но подобная ненависть не была удивительной, если вспомнить как обошлись с самым первым джинчурики Суны.
Мысль о навигаторе вытеснила все остальные, и девушка увлеченно прорабатывала план реализации в своей голове. Можно, конечно, отдать свой телефон на растерзание, да только проку от этого не будет, так как текущая геолокация определялась через спутники, или же, через включенный интернет, однако, здесь не было спутников, она вообще сомневалась, что люди знают хоть что-то о космосе. Живут же себе за барьером и в ус не дуют. Вон, даже отсюда было видно темную дымку, поднимавшуюся над морем. А за ним было море и другая земля, которая совершенно не интересовала шиноби. Этакий Бермудский треугольник масштаба маленького мира. Интересно, а шиноби вообще знали что за темной дымкой водоворотов есть земля, и что она достаточно близко от их континента?
Возможно, действительно стоило обсудить этот момент с печатниками, если она объяснит, что именно хочет, то они, на пару с механиками, смогут что-нибудь сварганить. Продвижение воздушного транспорта было выгодно всем, если учесть что за пилюли из чакры людям выплачивались деньги. Совсем мизерные, но они для многих могли стать решающим фактором в таком непростом для житья месте.
— Снижаемся. — пробухтел биджу с набитым ртом, показывая своим шишкообразным хвостом на разрушенную долину Завершения.
Было непонятно, почему биджу с таким удовольствием поглощал ее запасы провианта, если он был просто энергетическим сгустком со своей собственной личностью, и полным отсутствием пищеварения, но девушка не рискнула забирать у енота печенье, к которому он чуть ли не намертво прирос, смакуя каждую галету. Пусть наслаждается, а Эбони не жалко.
Она вырулила на главный тракт, заходя на посадку достаточно круто, однако, ей как раз хватит места чтобы затормозить перед самыми воротами. Можно было и постепенно снижаться, однако, ей бы пришлось делать круг над Конохой, и это явно не способствовало мирным переговорам с постовыми, которые воспримут ее как угрозу и могут шмалять техниками. А то никто не знает как был похищен Казекаге в свое время, ага.
Лошади останавливаются почти впритык, и она ловко спрашивает с колесницы, на ходу вытаскивая документы, которые должна была продемонстрировать напряженным Изумо и Котецу. Увидев доверительное письмо от самого Казекаге они кивнули, а Эбони преспокойно записала время прибытия, насчитывая не много ни мало пять часов полета. По сравнению с тремя днями пути пешком, это был просто поразительный результат. Заметив ее хитай-ате они чуть успокоились, но документы отказались принимать.
— К сожалению, это не в нашей компетенции. Резиденция Хокаге по прямой, там вы можете передать документы секретарю Хокаге-сама, Шизуне-доно. Знаете, как она выглядит? — Эбони покачала головой из стороны в сторону. Она смутно помнила ее, было бы лучше, если бы ее проводили. — Вы не ошибетесь, у нее стрижка такая же, как у вас, среднего роста с карими глазами, и наверняка очень злая. Если вдруг не найдете ее, то можете отправляться прямо в кабинет Хатаке-сана, он на четвертом этаже в середине коридора, на двери есть табличка, так что не перепутаете.
— Благодарю. От ворот долго идти до Башни?
— Нет, минут семь по крышам. — Мелроуз неловко улыбнулась.
— Видите ли, я не шиноби. У меня нет очага и я не могу использовать чакру. — Изумо неловко почесал подбородок, выдавая свое смущение. — И нет, не нужно извиняться, я бы тоже подумала что передо мной шиноби, раз на нем есть хитай-ате. Повязка нужна как обозначение того, к какой деревни я принадлежу, индивидуальная повязка с летным подразделением еще не готова, так что пришлось обойтись стандартной.
— Ммм, я думаю что примерно полчаса ходьбы в одну сторону. — Котецу поспешил загладить возникшую неловкость.
— Еще раз благодарю. — она поправила сумку и вошла в деревню, удивленно оглядываясь по сторонам.
В Конохе было красиво, несмотря на то что верхушки деревьев уже начали желтеть от приближающейся осени. Улочки были чистыми, нигде не было видно мусора и бродячих животных, на которые она успела насмотреться в своем родном городе. Он считался столицей ее страны, однако, туристы умудрились засрать центр города настолько, что ей самой становилось противно от всего этого. Коноха чем-то напоминала ее малую родину, но все же, деревьев здесь было гораздо больше, а верхушки гор, что выглядывали из-за моря зелени заставили ее улыбнуться. Миленько тут.
До Резиденции она добралась чуть больше, чем за полчаса, постоянно отвлекаясь на рассматривание людей и магазинчиков. И даже успела поблагодарить все высшие силы за свою юношескую увлеченность Японией, из-за которой она выучила язык и даже успела пожить некоторое время в этой странной стране, но так и не смогла привыкнуть к местному менталитету, возвращаясь обратно на родину. Разговорным японским она владела очень даже хорошо, но сомневалась что не будет допускать ошибок при письме, все же, прошло не мало времени с того раза, когда она писала что-то от руки на другом языке.
Как ей объяснили, Шизуне на месте не было, но ее согласились проводить прямо к Хокаге, так как Эбони отказалась передавать документы кому-либо еще. Она еще не в полной мере понимала мироустройство военных деревень, но будет лучше, если подобного рода документы будут доставлены непосредственно Хатаке, а он уже сам решит, в какой отдел их отправить, раз его помощницы не оказалось на месте. С Хокаге тоже не возникло лишних вопросов, он без проблем забрал у нее бумаги и поставил личную печать в бланке, подтверждающем доставку всех необходимых документов. Мелроуз поклонилась и уже собиралась уходить, как мягкий и чуть усталый голос Шестого остановил ее:
— Могу я узнать ваше имя, раз вы упомянули что скорее всего теперь будете доставлять всю срочную документацию?
— Эбони Мелроуз. Эбони, это имя. — она удивленно смотрела на Рокудайме. Вроде она не настолько важная персона, что самому Хокаге нужно знать ее имя. Да и тем более что в будущем ее сразу будут отправлять в нужный отдел.
— Хатаке Какаши. — брюнетка улыбнулась.
— Я знаю. Сложно найти человека, который бы не знал как зовут Рокудайме Хокаге. И сложно не догадаться, как будут звать Нанадайме Хокаге. — она позволила себе чуть вольности. Все же она действительно знала, что Наруто станет Седьмым.
— Не помню вас среди шиноби Суны. — брюнетка чуть напряглась. Складывалось ощущение, что Хокаге прощупывал почву.
— Я не участвовала в ней, так как я не шиноби и на тот момент еще не проживала в Суне. — “да и там было столько народу, сомневаюсь, что ты знал всех их в лицо, тем более, что уже больше двух лет прошло.” — разрешите откланяться, Хокаге-сама.
— До скорого. — он с легким прищуром помахал рукой, фальшиво-дружелюбно улыбаясь, отчего по спине девушки пробежали мурашки.
Она вернулась к экипажу, и развернувшись, снова начала набирать высоту, прокручивая сегодняшний день в голове. Все же, шиноби были странными. Но между тем, в ее голову пришла очень занимательная идея.
— Эй, Шукаку, прогуляемся?
