Привет, любимый // Hey Lover

Слэш
Перевод
NC-17
Завершён
762
переводчик
stay_ugly бета
an_mai бета
Автор оригинала: Оригинал:
https://archiveofourown.org/works/4974076
Размер:
547 страниц, 32 части
Описание:
Сытый по горло насмешками по поводу отсутствия девушки, Эрен решает воспользоваться сайтом, который создаёт видимость существования второй половинки. Откуда ему было знать, что дерзкая девушка, которую он попросил, окажется не совсем такой, какой он её себе представлял.
Посвящение:
прекрасной залине за то, что она любит риренов
Примечания переводчика:
там только поначалу нудно и скучно, правда, к середине втянетесь!
А ЕЩЁ я очень хотела бы сподвигнуть всех познакомиться с таким замечательным сайтом, как ao3: https://archiveofourown.org/works/26092450/chapters/63466933
пожалуйста, переходите по ссылке, оставляйте комменты там и всё такое прочее
Публикация на других ресурсах:
Разрешено только в виде ссылки
Награды от читателей:
762 Нравится 669 Отзывы 263 В сборник Скачать

27. Если бы я попросил расстаться

Настройки текста
      — Вы слишком много занимаетесь сексом.       Леви медленно поднял взгляд от телефона и посмотрел на Ханджи: они стояли рядом с диваном, скрестив руки на груди, и буравили его обвиняющим взглядом.       — Чего? — спросил он       — Вы слишком много занимаетесь сексом. С Эреном. Это сумасшествие. Вы хоть выходите на улицу подышать свежим воздухом?       — Мы не занимаемся сексом, — проворчал Леви, в основном потому, что хотел, чтобы они им всё-таки занимались.       — У вас так часто секс по телефону, что я удивляюсь, как у вас до сих пор члены не отвалились!       — С трудом понимаю, каким боком тебя это касается.       — Я чувствую себя за бортом! — воскликнули Ханджи, вскидывая руки. — Он со мной больше не разговаривает, он слишком занят тем, что делает вид, что сосёт твой член!       Если совсем честно, то на самом деле Леви был доволен частотой, с которой они занимаются сексом по телефону. Ну или секстингом, потому как он убедил Эрена подрочить на парах ещё два раза за последний месяц, не считая того первого на английском. Каждый раз Эрен говорил, что это последний, но Леви всего-то и требовалось, что подождать неделю, не заниматься сексом по телефону, и он мог завести Эрена, просто спросив, в толстовке ли он сегодня.       Леви понимал, что пора остановиться, потому что май был в самом разгаре и Эрен не мог носить толстовку постоянно, иначе упарится до смерти, но теми несколькими разами Леви вполне себе гордился.       Зато теперь было чего ждать осенью, когда снова начнутся пары. При условии, что они всё ещё будут разговаривать к тому времени…       Он передёрнул плечами, чтобы отогнать эту мысль, потому что знал, что к началу следующего учебного года это не изменится. Они прошли через многое и теперь, Леви был уверен, смогут справиться практически с чем угодно. Пока Леви ведёт себя терпеливо и ждёт, прежде чем поехать к нему, всё будет хорошо.       Эрен стал справляться просто отлично, когда понял, что именно ему нравится. А именно: сам Леви и его команды. Он почти не упоминал коня, не считая гейминга. Леви знал, что они постоянно общаются, но, похоже, Эрен старался не выводить Леви из себя, и ему это очень нравилось.       Его собственная ненависть к Жану пошла на спад, что было хорошо, потому что, если честно, конь ему нравился. Ему просто не нравилась та угроза, которую он создавал.       Когда Леви повёл плечами, чтобы отогнать от себя все эти мысли, и повернулся, то понял, что Ханджи всё ещё стояли рядом и, размахивая руками, ныли из-за того, что им досталась роль третьего колеса. Леви пропустил их слова мимо ушей и, снова посмотрев на рабочий телефон, стал набирать одной из клиенток очередное сюсюканье в ответ. Кажется, теперь у него получалось делать это без недовольных мыслей, и одной из причин было присутствие в его жизни кое-кого важного.       Леви даже не знал, как ему называть Эрена. Парнем? Партнёром? Любимым? Ему очень нравилось называть Эрена любимым. Забавно, что именно это прозвище изначально стало причиной всех его проблем, а теперь он старался использовать его как можно чаще, наслаждаясь стонами, вырывающимися из Эрена, когда тот слышал его во время их телефонных «разговоров».       — Леви!       — Что? — он с раздражением повернулся к Ханджи.       Те фыркнули, скрещивая руки на груди, очевидно недовольные тем, что не являются для него центром Вселенной. Однако не успели они начать говорить, как у них зазвонил телефон. Раздосадованно поморщившись, они полезли за ним в карман, а затем, видимо, осознав, что это не тот, вытащили уже другой телефон. Леви не знал, какой из них был рабочий, а какой — личный.       — Ого.       — Кто это? — спросил Леви, снова глядя на свой рабочий телефон.       — Петра, — отозвались Ханджи и, ответив на звонок, поднесли телефон к уху. — Алло? Привет, Петра! Да. Хорошо, конечно.       В глубине души Леви возликовал, когда Ханджи повернулись и ушли обратно к себе в комнату, всё ещё разговаривая с Петрой. Он бы полюбопытствовал, в чём причина звонка, если бы не тот факт, что Ханджи с Петрой были на удивление хорошими друзьями, особенно в последнее время. Часто проводили время вместе, из-за чего у Леви появлялось больше времени на Эрена, и он это ценил.       Взгляд переместился на личный телефон, который по-прежнему безмолвно лежал на журнальном столике. Эрен готовился к итоговым экзаменам, которые должны были быть уже через две недели. Леви хотелось немного отвлечь его, но всякий раз, когда мысли об этом приходили ему в голову, он колебался. При мысли об итоговых экзаменах в голове всегда всплывали неуютные и слегка болезненные воспоминания, поэтому он решил, что лучше всего будет оставить Эрена в покое. Он по-прежнему желал ему доброго утра и вечера, они по-прежнему разговаривали, но Леви старался не писать ему слишком часто, что в принципе получалось, потому как Эрен говорил, что у него куча зубрёжки.       И всё же Леви скучал по нему. И дело было даже не в сексе по телефону, потому что, несмотря на то что они занимались этим очень часто, это не было единственным предметом их разговоров. Он скучал по дурацким сообщениям Эрена и его странным вопросам. Он скучал по Halo с ним и конём. Он просто скучал по нему и искренне задавался вопросом, как вообще пережил три месяца без него, в то время как сейчас едва мог протянуть несколько часов.       Леви всё ещё размышлял на эту тему, когда его личный телефон оповестил о входящем сообщении, и он сразу же потянулся за ним, не успев осознать свою реакцию.       [Эрен]       Мне нужно с тобой поговорить       [Эрен]       Ты свободен?       Леви хмуро посмотрел на телефон. Он ненавидел, когда Эрен так делал, в такие моменты сердце ускорялось вдвое, словно его ждали неприятные новости.       [Пользователь]       Что такое?       [Эрен]       Я просто хотел у тебя кое-что спросить       [Эрен]       До этого       [Эрен]       Но Жан сказал мне, что лучше не надо       [Эрен]       Но я всё равно хочу спросить       [Пользователь]       Хорошо       [Пользователь]       Что такое?       [Эрен]       Ко мне приезжают родители       [Эрен]       Они собираются уехать на лето       [Эрен]       Какой-то там круиз или что-то такое       [Эрен]       Поэтому они сейчас поехали к сестре       [Эрен]       А потом поедут сюда       [Эрен]       Я знаю, что ты знаешь, что я говорил с ними насчёт того, что мне нравятся парни       [Эрен]       Но я хотел рассказать им про, ну, знаешь…       [Эрен]       Ну что мы как бы… вместе       [Пользователь]       Мы не «как бы вместе», Эрен       [Пользователь]       Не знал, что мне нужно было обозначить для тебя наши отношения.       [Эрен]       Хорошо       [Эрен]       Так вот, я просто не…       [Эрен]       Мы не говорим об этом, поэтому…       [Эрен]       Ну в общем да.       [Эрен]       Я не хочу говорить им, как именно мы познакомились, потому что… интернет и всё такое       [Эрен]       Но я хотел рассказать им про тебя       [Эрен]       Если ты не против       [Пользователь]       С какого перепугу я буду против?       [Пользователь]       Тебе даже не надо меня спрашивать       [Пользователь]       Просто сделай это       [Эрен]       Хорошо.       [Эрен]       Класс.       [Эрен]       Они приезжают на выходных, так что…       [Эрен]       Я скажу им, когда мы пойдём ужинать       Леви чувствовал, что что-то не так. Эрен как-то слишком колебался, что Леви мог бы понять, если бы тот уже не говорил родителям, что ему нравится парень.       [Пользователь]       Что не так?       [Эрен]       Не так?       [Пользователь]       Что-то не так.       [Эрен]       Просто мне страшно       [Пользователь]       Рассказывать родителям?       [Пользователь]       Почему?       [Эрен]       Да       [Пользователь]       Они же уже знают, что тебе нравится парень       [Эрен]       Дело не в этом       [Пользователь]       А в чём тогда?       Эрен не отвечал, и Леви досадливо нахмурился. Он знал, что Эрен расскажет ему, как только сможет как следует сформулировать то, что хочет сказать, но ненавидел тот факт, что не может вытрясти из него ответ. Молчание всегда заставляло его волноваться, даже когда он знал, что на это нет причин.       [Эрен]       Ну просто…       [Эрен]       Ты мне очень нравишься       [Эрен]       И я боюсь, что они не одобрят       [Пользователь]       Из-за того что я парень?       [Эрен]       Из-за твоего возраста.       От этих слов Леви ощутил укол паники в груди и, сведя брови, сжал телефон куда крепче, чем требовалось. Говоря откровенно, разница в возрасте всегда беспокоила его, и он часто думал об этом. Эрену только-только исполнилось двадцать два. Леви в декабре будет сорок.       Одна только мысль об этом вынудила Леви скривиться, он совсем не чувствовал себя на сорок. И уж точно не выглядел. Но всё равно всегда переживал, что Эрен найдёт кого-то лучше, кого-то ближе по возрасту. Строго говоря, разница была всего в восемнадцать лет, что не так уж очень плохо, но и не особо здорово.       [Эрен]       Мне всё равно, сколько тебе лет       [Эрен]       Это тут совершенно не при чём       [Эрен]       Но мои родители…       [Эрен]       Я хочу, чтобы они знали о тебе.       [Эрен]       Я хочу, чтобы можно было поговорить с ними об этом       [Эрен]       Но что, если они не одобрят?       [Эрен]       Восемнадцать лет — это большая разница, и я просто…       [Эрен]       Я не знаю, как они воспримут это.       [Эрен]       Я не хочу снова тебя потерять       [Пользователь]       Я никуда не уйду.       [Пользователь]       Если только ты меня сам не попросишь.       [Пользователь]       А может, даже если попросишь.       Леви задумался о том, что нужно было бы сделать, чтобы заставить его отпустить Эрена. Возможно, раньше это ещё как-то было возможно, но сейчас? Это было сродни тому, чтобы попросить оторвать себе руку. Эрен был его продолжением, и он не мог просто так отсечь его. Если это случится насильно, например, у Эрена отберут телефон или что-то подобное, Леви не знал, что сделает.       [Пользователь]       Ты забегаешь вперёд.       [Пользователь]       Ты не знаешь, возникнут ли вообще с этим проблемы.       [Эрен]       Точно       [Пользователь]       Всё будет хорошо       Леви крепче сжал телефон. Он не мог этого знать, но что ещё можно было сказать? Эрен и так переживал, и Леви не мог привнести ещё и собственную панику.       Говоря начистоту, он уже знал, что будет волноваться всё то время, что осталось до ужина. И, вероятно, продолжит волноваться до тех пор, пока Эрен не свяжется с ним после ужина.       Пока ему нужно было держать себя в руках. Эрен напуган, и усугублять это ему не хотелось.       [Эрен]       Угу       [Эрен]       Хорошо       [Эрен]       Я это…       [Эрен]       Порепетирую перед зеркалом или типа того       [Эрен]       Нужно просто сразу им всё рассказать       [Эрен]       Но только, знаешь, я не буду говорить им про сервис       [Пользователь]       Я, конечно, уважаю твоё нежеланием рассказывать им про знакомство в интернете       [Пользователь]       Но что ИМЕННО ты собираешься им рассказать?       [Эрен]       Правду       [Эрен]       Ну почти…       [Пользователь]       Что именно ты имеешь в виду?

***

      Эрен продолжал елозить влажными от пота ладонями по ткани джинсов, пока родители просматривали меню и обсуждали различные вина. Он слишком нервничал, чтобы даже просто думать о еде, поэтому, открыв меню, заказал буквально первое попавшееся блюдо, которое его желудок смог бы переварить, а затем отложил его.       Он стремился поговорить об этом как можно скорее, но в то же время нервничал и поэтому хотел дождаться, когда они окажутся в каком-нибудь общественном месте, где родители не смогут устроить скандал. Они пробыли в городе уже четыре дня, и Эрен едва не растерял всё самообладание из-за необходимости ждать, пока они согласятся на ужин в ресторане, а не на кухне их гостиничного номера.       Правая нога нервно тряслась, пальцы так и чесались схватиться за телефон. Эрен знал, что все ждут, когда он отпишется о результатах. Больше всего, само собой, Леви, но Жан, Микаса, Армин, Ханджи и даже Петра — все знали о сегодняшнем ужине. Они поддерживали его как могли, но единственным человеком, которому он действительно сейчас доверял, была Микаса.       Она настаивала, что всё будет хорошо, но он всё равно чувствовал себя так, словно его сейчас стошнит. Сложно будет организовать этот разговор так, чтобы он не обернулся катастрофой. И дело не в гендере! Эрен уже знал мнение родителей на этот счёт! Дело во всём остальном, не считая интернета. Он уже встречался с Леви вживую, поэтому на самом деле они больше не были друзьми по интернету, так ведь? С этим он мог поспорить. С грехом пополам.       Эрен подпрыгнул на месте, когда появился официант и спросил о напитках. Родители остановились на вине, а он, едва справившись с собственным голосом, попросил стакан воды. Официант кивнул и оставил их.       — Как сегодня дела в университете, Эрен? — спросил отец, откладывая меню.       — Хорошо, — голос прозвучал странно, и он прочистил горло, почти до боли сжимая одну руку в другой. — Всё хорошо. Я, э-э, пока ещё… готовлюсь к итоговым.       Эрен заметил, как родители переглянулись, но никак это не прокомментировали и продолжили задавать вопросы касательно учёбы. Он отвечал как мог, в то время как мысленно был не здесь. Спустя время официант вернулся с напитками и спросил, готовы ли они сделать заказ. Выслушав всех по очереди, он удалился, после чего Карла едва заметно вдохнула и разгладила тканевую салфетку у себя на коленях.       — Ну что же. Раз нас прервали, Эрен, что случилось?       — Случилось? — переспросил он и понял, что голос прозвучал как-то слишком высоко.       Карла ободряюще улыбнулась.       — Милый, ты же мой сын. Ты рос на моих глазах, и я всё о тебе знаю. Я вижу, когда ты нервничаешь, и сейчас ты выглядишь куда беспокойнее, чем я когда-либо видела. Это касается того, о чём мы говорили на Рождество?       — Ему не нравятся пироги? — спросил отец. — Дело в этом? Если да, то нет ничего страшного в том, чтобы не любить пироги, просто в таком случае он явно какая-то причуда природы.       Сердце в груди колотилось так, что было почти больно. Эрен не знал, готов ли он. Вся неделя прошла в ожидании этого разговора, а теперь, когда настало время, Эрен не знал, готов ли он к нему.       — Эрен, — позвала его мать и положила руку ему на плечо. — Что такое? Микаса говорила, что ты хочешь поговорить с нами и что тебе страшно, но, честное слово, всё будет хорошо. Просто скажи нам, в чём дело.       Что ж, по крайней мере, Микаса постаралась подготовить их. Эрен сомневался, что то, что он скажет, будет сильно хуже того, что они могли себе напредставлять. Возможно, поэтому Микаса и сделала это. Надо будет обязательно поблагодарить её за это.       — Хорошо, — Эрен кашлянул. — Хорошо. В общем, да, это касается того разговора на Рождество.       Поморщившись, он снова вытер руки о джинсы. Мать внимательно смотрела на него, отец же просто сделал глоток вина, ожидания продолжения.       Ему было очень жарко, всю кожу покалывало. Срабатывал инстинкт «бей или беги», и потребовалось значительное усилие, чтобы удержать себя на месте. Было так странно бояться этого разговора. По ощущениям он был в сто раз хуже того, что произошёл на Рождество.       Можно было только предположить, что тогда причина заключалась в том, что Леви не нравился ему по-настоящему. Тогда Эрен спросил просто потому, что ему нужно было знать, станет ли это проблемой.       Что же сейчас? Чёрт, сейчас он любит Леви. Любит так сильно, что становится страшно от одной только мысли о том, что он его потеряет. Эрен знал, что, наверное, это нездорово и опасно, но ничего не мог с собой поделать. Он любит его и не может потерять.       — В общем, э-э, когда мы расстались с Ханной, я… Вы же знаете её друга Леви?       — Тот, который был, когда у тебя разорвался аппендикс? — спросила мать с немного удивлённым видом. — Да, кажется, припоминаю.       — Так вот. Когда мы с Ханной расстались, то мы с Леви как бы… сблизились. Ну то есть мы были друзьями, но после расставания мы с ним перестали общаться, где-то до Рождества. Мы очень поладили, и он… стал мне нравиться. Это очень странно и непонятно, но да. Он мне нравится.       Мама всё ещё ободряюще кивала, слегка улыбалась. У отца было такое выражение, будто бы он не понимал, почему Эрен так нервничал, раз уж они это уже обсуждали.       Сцепив руки, Эрен заставил себя продолжить.       — Дело в том, что… Ханна с Леви друзья, да, они знают друг друга всю жизнь.       Было неловко вот так говорить о Ханне и Леви, учитывая, что они были одним и тем же человеком. Однажды Эрен расскажет им всю правду, но не сегодня. По одной порции правды за раз.       — Но, в общем, я… не был предельно честен относительно возраста Ханны.       Родители заметно переменились и переглянулись, что не укрылось от Эрена.       — Мне очень нравилась Ханна, у нас были хорошие отношения, но если не вдаваться в подробности, почему мы расстались, то я не думал, что эти отношения надолго из-за, э-э, разницы в возрасте. Поэтому я не говорил вам.       — Понятно, — медленно произнесла Карла, бросив быстрый взгляд на мужа, прежде чем снова посмотреть на Эрена. — Итак, Ханна. Вы познакомились не в университете.       — Не совсем, — так же медленно ответил Эрен. — Ну то есть я познакомился с ней через другого человека в университете.       Формально так и было, ведь он нашёл сайт, который кто-то оставил открытым.       — Но… В общем, мне было двадцать один, когда мы познакомились, и это всё было несерьёзно, поэтому мне казалось, что об этом можно не говорить.       — Но с Леви, — взял слово отец, внимательно глядя на него, — с ним всё серьёзно?       Эрен неуютно заёрзал.       — Ну, да. С-серьёзно, я думаю. Он правда мне нравится, очень, и… я просто… я хотел честно вам всё рассказать.       «Почти», — мысленно добавил Эрен. Всё-таки он не был дураком, чтобы сразу признаться, где он познакомился с Леви, этого бы родители точно никогда не приняли. Даже о возрасте говорить было немного рискованно, но Эрен не хотел им врать. Не про Леви. С Ханной в этом не было проблемы, так как и сами отношения не были настоящими, но насчёт Леви он был настроен серьёзно и знал, что однажды родители захотят с ним встретиться. Нужно было хотя бы частично раскрыть правду. Что он и сделал, даже более чем. Не считая обстоятельств знакомства.       — А где он? — спросила мама, оглядевшись, словно ожидала, что тот появится из сумрака. — Он придёт, чтобы мы могли поговорить с вами двумя?       — Нет, на самом деле он… живёт не здесь. Ну то есть мы познакомились через Ханну, но встречались в жизни.       «Один раз», — мысленно добавил Эрен, однако сомневался, что родителям нужно об этом знать.       — Я надеюсь, что вы сможете понять, потому что он правда мне нравится, но я хотел, чтобы вы знали правду, потому что вы мои родители и я вас люблю.       Они снова переглянулись, и Эрен сжал руки в кулаки, чувствуя, как сердце снова забилось быстрее. В его воображении всё казалось куда проще. Он уже почти жалел, что вообще начал этот разговор, но серьёзно, как он собирается познакомить Леви с кем-либо, если не признается родителям, с кем встречается?       — Хорошо, — медленно произнёс отец, глядя на него, — когда ты говоришь о разнице в возрасте, что именно под этим подразумевается? Десять лет? Пятнадцать?       Господи, как же Эрену хотелось, чтобы ответом было пятнадцать. Отец остановился на этой цифре, ну почему разница не могла быть в пятнадцать лет?!       — Ну…       Он снова вытер ладони о джинсы и увидел, как мать протянула руку к руке отца. Чёрт.       — Милый, ему… пятьдесят? Больше пятидесяти?       — Что? Нет!       Ладно, хорошо, пятьдесят было проблемой, что немного утешало.       — Нет, ему не пятьдесят. Ему всё ещё нет сорока.       Будет в конце года, но им об этом знать необязательно.       — Итак, тридцать пять? Тридцать шесть?       Эрен поморщился.       — Тридцать девять?       Родители снова посмотрели друг на друга, и прежде чем они бы заговорили, он положил обе руки на стол, чувствуя, как мозг заработал с бешеной скоростью.       — Я понимаю, слышите? Я знаю, что он гораздо старше и что я всё ещё учусь, и что все эти отношения с парнем для меня впервые, но он очень добрый и терпеливый, он внимательный, честное слово, он хороший человек. Я понимаю, что это неловко и вам, наверное, от этого неуютно, но правда, я счастлив, и он не заставляет меня делать ничего странного.       Ну, ничего такого, на что Эрен бы не был согласен, учитывая недавние события на парах. Вряд ли родителям стоило об этом знать, да и, если совсем честно, сомнительно, чтобы отношение к этому зависело от возраста Леви. Он с тем же успехом мог пойти на это и в двадцать девять, поэтому дело было не в возрасте.       — Я боялся вам рассказать, потому что не хотел, чтобы вы запретили мне с ним встречаться, но он мне очень нравится, и я хотел быть честным с вами, поэтому, пожалуйста, постарайтесь… понять.       Кажется, он только что совершил ужасную ошибку. Не похоже, чтобы его слова произвели на родителей впечатление. Мать выглядела обеспокоенной, а отец — так, словно не знал, как помягче сказать, что он против. Надо было солгать, сделать Леви немного помладше. Благодаря внешности он мог бы сойти за тридцатилетнего или около того. Уж лучше такая разница в возрасте, чем грёбаных восемнадцать лет. Чёрт.       — Милый…       — Мам, пожалуйста.       Эрен запустил руки в волосы и слегка потянул, пропуская пряди через пальцы.       — Вы не понимаете, мы прошли через многое. Очень многое. Я не могу… Это трудно объяснить, но он очень много для меня значит. И просто… Я уже один раз сделал ему больно, и если вы попросите меня расстаться, то я не смогу. Правда не смогу.       Карла крепче сжала руку мужа и улыбнулась, прежде чем попробовать заговорить снова.       — Милый, я не сомневаюсь в твоих чувствах к нему, совершенно понятно, что он тебе очень дорог. Я просто… не могу с уверенностью сказать, что всё нормально, потому что… Эрен, это твои вторые отношения в целом и первые с парнем.       Эрену потребовалось некоторое усилие, чтобы не скривиться. Формально это всё ещё были его первые отношения, и только с парнем они и были.       — Может быть, ты немного сбит с толку, — продолжила Карла, — и неправильно принимаешь свои чувства к нему за нечто большее.       — Нет, мам, это не так, — он сильнее потянул себя за волосы. — Всё… сложно.       — Что именно сложно? — мягко спросила мать.       — Я не могу…       Эрен бы очень хотел рассказать им всё, но не мог. Знал, что не мог. Не сейчас, когда всё и так трещало по швам.       — Сначала мне было немного страшно, понимаете? Из-за разницы в возрасте, из-за его пола, из-за всего. Но он не… он не давит, он очень понимающий, и он…       Эрен надавил на глаза основанием ладоней, пытаясь подобрать слова, чтобы объяснить.       — Всё началось не так, сначала мы были просто друзьями. Всё началось с дружбы. Ну то есть с Жаном мы тоже друзья, но с ним же этого не случилось.       — И слава богу, — едва слышно пробормотал отец в бокал вина.       Карла неслабо стукнула его под столом, и он скривился.       — Это было случайно, оно просто… случилось.       — И что же думает сам Леви по поводу вашей разницы в возрасте? — спросил Гриша, поставив бокал обратно на стол.       — Переживает. Ну, что я уйду. И из-за того, что вы думаете.       — А если ты захочешь уйти, он тебя отпустит?       Эрен посчитал этот вопрос странным.       — Да?       Это не должно было прозвучать как вопрос, но прозвучало. Отец не сводил с него глаз, перебирая в пальцах ножку бокала. Карла смотрела на мужа, словно ожидая, когда он скажет слово, прежде чем сказать своё.       — Можно мне с ним поговорить?       — Можно… Что? — переспросил Эрен в полном замешательстве.       — Он живёт не здесь, верно? Значит, вы наверняка переписываетесь и созваниваетесь. Можно мне с ним поговорить?       Этого Эрен не ожидал и отчасти хотел отказаться. Но было понятно, что отец фактически проверял его. Если Эрен не даст ему поговорить с Леви, значит, ему есть что скрывать. Если же даст, то велик риск, что отец скажет Леви что-то такое, после чего Леви больше никогда в жизни с ним не заговорит.       В голову невольно пришли все события, которые произошли после того ужина у Эрвина, когда в истории ещё была Ханна. Эрвин передал Эрена другому человеку и силой лишил их возможности общаться друг с другом. Эрен сжал кулаки, чувствуя ненависть к тому, что было, но всё же заставил себя достать телефон.       Проведя по экрану, он едва открыл контакты, как отец выхватил телефон и, отложив салфетку, встал.       — Под каким именем он у тебя записан?       — Леви, — тихо ответил Эрен, наблюдая за отцом, листающим список контактов.       — Необычно для тебя.       Он посмотрел на Эрена и поднёс телефон к уху.       — Я просто не хотел, чтобы ты его предупреждал. Сейчас вернусь.       Эрен открыл было рот, чтобы что-то сказать, но слов не было. Бессмысленно волноваться о том, что отец удалит номер, Леви всё ещё был у него на XBox'е, он знал его почту, не говоря о том, что номер знали ещё и Микаса с Жаном. К тому же оставался телефон Ханджи. Однако Эрен понятия не имел, что ему скажет отец.       Он беспомощно посмотрел на мать, которая слегка улыбнулась в ответ.       — Это просто… немного неожиданно, — честно сказала она. — Пусть они поговорят, отец не будет ему угрожать. Думаю, он просто переживает по поводу характера Леви из-за отношений с кем-то твоего возраста.       — Я же говорил, что… Леви не такой. Для него это… тоже было неожиданно. У него никогда не было каких-то настоящих отношений.       Карла лишь улыбнулся и погладила его по плечу.       Больше она ничего не сказала.

***

      [Пользователь]       Он писал тебе?       [Хочу ПРИБИТЬ засранца]       В последний раз говорю, НЕТ!       [Хочу ПРИБИТЬ засранца]       Всё будет нормально       [Хочу ПРИБИТЬ засранца]       Просто успокойся       «Не надо меня успокаивать, грёбаный конский мудень», — злобно рявкнул Леви, понимая, что просто вымещает свою досаду на том, кто этого не заслужил, но мог сдержаться. По крайней мере, он сказал это вслух, а не написал Жану. В ответ он всё же отправил сообщение по существу, параллельно задаваясь вопросом, с чего он решил, что почувствует себя лучше, поговорив с конём. Вероятно, потому, что тот знал родителей Эрена.       Ханджи уже попытались подбодрить его ранее и сразу же укрылись в своей комнате, когда стало понятно, что паника Леви заставляет его извергать ртом крайне недобрые вещи.              [Пользователь]       Жан, мне будет сорок в декабре       [Пользователь]       Думаю, у меня есть повод для волнения       [Хочу ПРИБИТЬ засранца]       Слушай Леви       [Хочу ПРИБИТЬ засранца]       Что бы ни случилось       Не успел Леви дождаться продолжения, как на экране появилось уведомление о входящем вызове. Высветилось имя Эрена, и Леви ощутил, как его накрыло ощущение облегчения. Если он звонит, значит, он либо ещё не говорил и они могут поговорить, либо он уже сказал им и всё прошло на удивление хорошо.       Приняв вызов, он поднёс телефон к уху.       — Привет, как оно?       — Здравствуйте, это Леви?       Внутри Леви всё оборвалось, и он, резко перебросив ноги, сел ровно, стараясь игнорировать неуклонно растущий пульс.       — Да, слушаю.       — Меня зовут Гриша Йегер, я отец Эрена.       Вот чёрт, это плохо. Ничего хорошо быть не могло. Мысли Леви метнулись к тому ужину с Эрвином, после которого Эрена насильно переназначили. После которого он его потерял. Сердце от страха забилось ещё быстрее, рука крепче сжала телефон.       — Добрый вечер. Прошу прощения, я думал, что это Эрен.       Было сложно говорить формально, но Леви не был уверен, как нужно реагировать. Как ему разговаривать? Почему отец Эрен позвонил? Какого хрена происходит?! Где Эрен?!       — Я знаю. Я попросил у него телефон.       Последовало недолгое молчание, которое лишь раз нарушил медленный вдох.       — У меня есть некоторые опасения.       — Я понимаю, — ответил Леви. — Полностью понимаю.       — Эрен сказал, что вам тридцать девять.       — Да.       — И что вы друзья с Ханной, которой тоже тридцать девять.       — Да, Ханне тридцать девять.       Это не ложь.       — Могу я спросить, что думает Ханна по поводу ваших отношений с моим сыном?       Леви пожалел, что не подумал о таком повороте. Ощущение было такое, словно шестерёнки в голове вращались со скоростью близкой к нулю, он едва мог думать, не говоря уже о том, чтобы составлять полноценные предложения о человеке, который по факту являлся им самим.       — Ханна очень счастлива за меня. И за Эрена.       Он не лгал.       — Мы с вашим сыном перестали общаться, после того как они расстались, но мне очень не хватало нашей дружбы, поэтому я приехал к нему перед зимними каникулами.       Ханджи направлялись на кухню, когда он говорил это, и замерли на словах «с вашим сыном». Они выглядели крайне обеспокоенно, но им хватило благоразумия исчезнуть из поля зрения, за что Леви был благодарен. И без зрителей было достаточно тяжело. Рука крепче сжала телефон.       — Понятно. А что вы думаете по поводу разницы в возрасте?       — Это… непросто, — честно ответил Леви. — Я изо всех сил стараюсь уважать его границы, — он поморщился, посчитав, что формулировка вышла неудачной. — Я часто переживаю, что он найдёт кого-нибудь своего возраста, но если это случится, то я пойму. Я понимаю, что нам обоим непросто из-за разницы в возрасте, но он мне очень важен.       — Если бы я попросил вас расстаться с ним, вы бы сделали это?       Эти слова были подобны настоящему удару, внезапно стало тяжело дышать. Если его попросят расстаться, сделает ли он это? Нет. Не сделает. Он не способен на это. Твою мать, только не снова!       Он тяжело сглотнул, крепче сжав телефон.       — Вы…       — Если бы я попросил расстаться, — повторил Гриша, — вы бы сделали это?       Свободная рука сжалась в кулак, и Леви наклонил голову, задышав чуть чаще. Он стиснул зубы, ощущая, как ненавидит всё это. Он понимал, почему Эрен рассказал родителям, но это он ненавидел. Сейчас он потеряет его снова, но он не может. Не может его потерять.       — Только если мне будет позволено быть честным касательно причины, — тихо ответил Леви. — Если бы вы попросили меня об этом, я бы положил конец нашим отношениям из уважения к родительской просьбе, но я бы рассказал ему, что сделал это не по собственной воле.       Мужчина на другом конце шумно вздохнул, но промолчал.       — Я люблю вашего сына. Это получилось ненамеренно, и я понимаю, насколько всё сложно и насколько вы обеспокоены, но он мне очень дорог. Больше, чем кто-либо. Я… — он нахмурился. — Пожалуйста, не вынуждайте меня так поступать. Пожалуйста, не забирайте его у меня.       В последний раз, когда он говорил эти слова, он потерял Эрена. И если это случится во второй раз, он не будет в силах с этим справиться. Чёрт. Надо было поговорить с родителями до того, как всё зашла так далеко. До того, как разлука грозила обернуться физической болью.       — Пожалуйста.       Гриша снова вздохнул и выругался.       — Чёрт возьми. Послушайте, не нравится мне это. Не нравится. И, честно говоря, никогда не понравится.       Сердце колотилось так бешено, что аж болело, рука ещё сильнее сжала телефон. Он задержал дыхание, ожидая продолжения, и даже не осознавал, что перестал дышать.       — Но я люблю своего сына. Я видел, как ему страшно, и я слышу, как страшно вам. Ему двадцать два года, он достаточно взрослый, чтобы самостоятельно принимать решения. Мне это не нравится, но вы, похоже, и так это понимаете, — небольшая пауза, за которой последовал вопрос: — Вы трудоустроены?       — Да, я соучредитель компании.       Это правда. Бумаги ещё не подписаны, но он всегда был соучредителем, по крайней мере, для Эрвина. Он знал, что процесс подписания затянулся, но Эрвин говорил, что хочет подождать до осени. Летом у них всегда был наплыв, и он хотел, чтобы Леви остался, пока ему не подыщут подходящую замену. Леви никогда этого не понимал, но Эрвин не любил, когда работа с клиентами напрямую пересекалась с закулисной работой, поэтому пока ничего подписано не было, однако Леви всё равно являлся соучредителем.       — Уже хорошо, — пробормотал Гриша, по большей части самому себе. — Если он уйдёт, вы его отпустите?       — Надеюсь, что этого не случится, но да, отпущу.       Ещё один шумный вздох.       — Мне всё равно это не нравится, но я доверю Эрену быть достаточно взрослым, чтобы выбирать самому, — ещё одна небольшая пауза. — Помните о его возрасте, не делайте ничего, с чем он не согласен, иначе я найду вас.       — Не буду.       Леви больше никогда, никогда в жизни не заставит его дрочить на парах.       — Даю слово.       — В таком случае хорошо. Был рад пообщаться с вами, Леви. С нетерпением жду нашей встречи. Похоже, мой сын очень счастлив благодаря вам.       — Я тоже. Спасибо.       — До свидания.       — До свидания.       Вызов завершился, и Леви просто сидел, не в силах пошевелиться и всё ещё держа телефон у уха. Ханджи медленно вышли из кухни, с неуверенным видом держа руки сцепленными перед собой. Они явно поняли, с кем он разговаривал, но, видимо, не хотели делать лишних предположений.       — Всё… в порядке?       Леви медленно выдохнул, наконец опуская телефон, и прикрыл глаза свободной рукой. До этого момента он не осознавал, как сильно любит Эрена. До этого момента, когда риск потерять его снова был настолько высок. Лишь спустя несколько секунд он смог взять себя в руки.       Ханджи присели рядом и с нерешительным видом протянули к нему руку, чтобы погладить по спине круговыми движениями.       — Леви?       — Всё нормально.       Он встал, и рука Ханджи упала на диван.       — Это был отец Эрена.       — Это понятно, — тихо сказали они. — Видимо, он ему рассказал?       — Да.       — И?       Они, похоже, нервничали не меньше самого Леви. Он всё ещё не был уверен, что сможет успокоиться, казалось, каждая клетка тела была в напряжении, словно ожидая, что вот-вот перезвонит Гриша и закричит: «Псих! Никогда больше не разговаривай с моим сыном, извращенец!»       — Он не в восторге, но примет это.       Леви был рад, что Ханджи не стали восторженно скакать по гостиной, очевидно, почувствовав настроение ситуации. В ответ они лишь закрыли лицо обеими руками, чувствуя такое же облегчение, как и он сам.       — Спасибо, господи. На самом деле у меня был к тебе разговор по поводу следующего месяца, и время было явно неудачное.       Леви с непонимающим видом повернулся к ним.       — В смысле?       — Когда Петра мне тогда позвонила, мы разговаривали по поводу моего отпуска. У меня накопилось много дней за последние два года, поэтому Эрвин хочет устроить мне отпуск. Меня давно не видели дома, поэтому я забронирую билеты на последние две с половиной недели июня.       — А.       Мозг всё ещё отказывался работать как надо.       — Но ты же ненавидишь свою семью.       — Да, но всё же это семья.       — А. То есть ты уедешь?       — Да, — ухмыльнулись Ханджи и ткнули его в бок. — Постарайся не очень сильно по мне скучать, Леви.       Мозг работал медленно, но не настолько, чтобы он упустил тот факт, что Ханджи приблизились к нему, чтобы чмокнуть его в щёку. Он успел поднять руку и, оттолкнув чужой лицо, избежать поцелуя.       — Отъебись, недоразумение.       — Грубиян, — поддразнили они, но это не прозвучало оскорбительно.       Они по-прежнему улыбались, явно испытывая искреннее облегчение.       — Я пойду за мороженым, купить тебе.       «Нет», — пронеслось в голове, но вслух он согласился.       Ханджи улыбнулись и, поднявшись с дивана, поскакали к себе в комнату, вероятно, за ключами и кошельком. Леви откинулся на спинку, в голове всё ещё творился сумбур, а сердце заходилось в бешеном темпе. Трудно было поверить, что всё прошло хорошо. Было ясно, что Гриша не рад тому, что узнал, но, похоже, отнёсся к ситуации с пониманием. Вероятно, он понимал, на какую боль может их обречь, и втайне надеялся, что со временем у Эрена это пройдёт.       Леви не нравилось, что он переживал из-за этого же, но зато он был честен. Если Эрен захочет найти кого-то своего возраста, Леви будет очень плохо, но он примет это. И поймёт.       Когда телефон загорелся, он посмотрел на экран и понял, что звонок оборвал их переписку с Жаном.              [Хочу ПРИБИТЬ засранца]       Эрен не перестанет с тобой разговаривать.       [Хочу ПРИБИТЬ засранца]       Леви?              [Пользователь]       Только что звонил его папа              [Хочу ПРИБИТЬ засранца]       Его ЧТО?!       [Хочу ПРИБИТЬ засранца]       Срань господня       [Хочу ПРИБИТЬ засранца]       Ладно, проехали       [Хочу ПРИБИТЬ засранца]       Что случилось?              [Пользователь]       Мне нужно поговорить с Эреном              [Хочу ПРИБИТЬ засранца]       Чего?!       [Хочу ПРИБИТЬ засранца]       Нет чел, ты не можешь взять и кинуть меня!       [Хочу ПРИБИТЬ засранца]       Леви!       Леви выключил экран, откинулся назад и стал ждать. Он слышал, как ушли Ханджи, как отъехала машина. Он слушал звуки, наполняющие улицу: звуки проезжавших мимо машин, разговоры людей. Он слышал, как машина Ханджи заехала во двор, слышал, как они вошли в дом. Он не открыл глаза и тогда, когда они оставили ему мороженое на журнальном столике, а затем ушли за ложкой. Он слышал, как хлопнула дверь в их комнату.       Он ждал.       Мороженое растаяло. Он поднялся, чтобы убрать его в морозилку, после чего вернулся на диван. И стал ждать.       Прошёл час. Он продолжал ждать.       Спустя почти два часа телефон зазвонил, и он распахнул глаза. Посмотрев на экран, принял вызов и поднёс телефон к уху.       — Эрен, я люблю тебя.       — Отстань, дурак, — ответил Эрен, слегка рассмеявшись, в голосе его слышалось то же облегчение, что ощущал сам Леви. — Не превращай эти сопли в привычку.       — Не буду.       — Как разговор с отцом?       — Страшно.       — Извини. Он буквально выхватил у меня телефон.       — Я понимаю, почему он это сделал. И рад, что он согласился.       — Я тоже. Мама колебалась, но, мне кажется, больше всего был против папа, поэтому когда он решил, что не против, то она как бы просто согласилась. Они, э-э, хотят встретиться с тобой.       — Встретятся, если ты этого хочешь.       — Ты же знаешь, что хочу, иначе бы я им не рассказывал.       — Можем запланировать что-нибудь на лето, если хочешь.       — Я не могу, у меня уже есть планы, забыл? Да и их не будет почти всё лето.       Леви нахмурился: напоминание о том, Эрен будет занят, его не обрадовало. Однако он заставил себя промолчать. Нельзя было давить сейчас, после того, как он почти потерял его, поэтому он решил не зацикливаться.       — Тогда на Рождество. Когда угодно. Время есть.       — Ага, — Эрен совершенно точно улыбался. — Время есть.       Чёрт возьми, Леви любил этого глупого пацана. И понятия не имел, как так получилось.       — Эрен?       — Да, что такое?       — Никогда больше не пугай меня так.       Эрен рассмеялся.       — Хорошо! Потому что я сам чуть не наложил в штаны! Иди в жопу, Леви.       — Только если хорошо попросишь, любимый.       — Работаю над этим.

***

      [Эрен]       Знаешь, чего я не понимаю?              [Пользователь]       Концепт сна?       [Пользователь]       Потому что ты должен уже спать       [Пользователь]       Или готовиться к итоговым       [Пользователь]       Хотя уже поздно, так что, скорее всего, спать              [Эрен]       БУУУУУУУУУУУУУУУУУ       [Эрен]       АРРРРРРРРРРРРРРРРРР       [Эрен]       ИТООООООООООООГОВЫЕ       [Эрен]       Ненавижу универ       [Эрен]       Поскорее бы уже стать взрослым и закончить всё это       [Эрен]       Как ты              [Пользователь]       Не вынуждай меня перекидывать тебя через колено              [Эрен]       ЛОЛ       [Эрен]       Это мерзко       [Эрен]       Хватит с меня учёбы на сегодня       [Эрен]       Моему мозгу нужен перерыв :(              Леви бы солгал, если бы не признался, что испытал своего рода облегчение, когда Эрен объявился. Прошло уже несколько часов с их последнего разговора, потому что Эрен занимался с Марко практически весь день. Благодаря этому у Леви появилось время сосредоточиться на клиентах, но он всё равно ненавидел это молчание. Оно постоянно напоминало ему о том времени, когда Эрен не разговаривал с ним.       В то же время Леви понимал, что это важно. Эрену нужно было учиться. Хорошо учиться. Он знал, что Эрен думает так же, а именно что в плохих оценках его родители будут винить их отношения.       «Ты слишком много времени тратишь на разговоры с Леви». «Ты уделяешь недостаточно внимания учёбе из-за ваших отношений». «Твой парень недостаточно осознаёт твой возраст и тот факт, что ты всё ещё студент».       Лучше всего, если Эрен будет усердно учиться и сосредоточится на университете. Для разговоров у них будет ещё целое лето.       «Если, конечно, у него будет связь», — раздражённо пробурчал Леви. Его бесило, что Эрен уезжает на всё лето, но он не знал, как сказать это так, чтобы не выставить себя последним ублюдком. Поэтому он просто начинал недовольно ворчать всякий раз, как что-нибудь напоминало ему о планах Эрена. А это случалось часто, потому как Эрен был весь в предвкушении и говорил о них нон-стоп, и Леви очень старался не вымещать ни на ком свою злость.       Кроме Ханджи.       [Пользователь]       Так и оставишь меня в неведении?              [Эрен]       А?              [Пользователь]       Чего ты не понимаешь?              [Эрен]       А!       [Эрен]       Точно!       [Эрен]       Так вот, я не понимаю людей, которые бросают монетки в фонтаны       [Эрен]       Ну то есть, это же ДЕНЬГИ!       [Эрен]       Как-то я ездил к Микасе в Канаду       [Эрен]       И мы пошли в ТЦ       [Эрен]       И там буквально в КАЖДОМ фонтане была КУЧА монет!       [Эрен]       В смысле какой-нибудь человек без денег мог бы просто прийти в ТЦ, залезть в фонтан и насобирать двадцать долларов!              [Пользователь]       Хочешь сказать, что ты этого не делал?              [Эрен]       ЛОЛ       [Эрен]       Нет…              [Пользователь]       Точно?              [Эрен]       …       [Эрен]       Ну       [Эрен]       Было дело       [Эрен]       Один раз              [Пользователь]       Я так и подумал.              [Эрен]       Там был луни!       [Эрен]       Это же просто тупо!              [Пользователь]       Втф луни?              [Эрен]       Канадский доллар       [Эрен]       У них есть монеты в один и два доллара              [Пользователь]       Ну, если кто-то бросил в фонтан целый доллар       [Пользователь]       Возможно, они очень старались, чтобы их желание исполнилось.              Леви фыркнул, посчитав своё же собственное сообщение слегка сентиментальным и жалким, но всё же задумался, что, может, он не всегда был таким и просто стал открываться с этой стороны под влиянием Эрена. Было заметно, что он сильно изменился с тех пор, как они с Эреном сошлись.              [Эрен]       Ну, моё желание стать на луни богаче точно!              [Пользователь]       Людям свойственно совершать нелогичные поступки по нелогичным причинам       [Пользователь]       Таково человечество       [Пользователь]       Мы всегда хотим попытаться привлечь побольше удачи       [Пользователь]       Ну или сделать себя лучше любыми способами       [Пользователь]       Монетками в фонтанах некоторые люди пытаются сделать себя лучше              [Эрен]       Ну, это тупо       [Эрен]       Слушай, Леви?              [Пользователь]       Что?              [Эрен]       Я очень рад, что мы всё ещё разговариваем              Леви нахмурился, не совсем уверенный, что именно Эрен имеет в виду. В смысле вообще? Или после сегодняшнего перерыва? Или после того, что случилось с родителями?       [Эрен]       Я просто много думаю об этом       [Эрен]       Обо всём, что было       [Эрен]       Через что мы прошли       [Эрен]       И когда я иногда думаю о том, что тебя не будет       [Эрен]       Мне становится очень страшно и грустно       [Эрен]       Я знаю, что я немного странный и вспыльчивый и всё такое       [Эрен]       Но ты миришься с этим, и я это очень ценю       [Эрен]       Поэтому спасибо тебе       [Эрен]       И я люблю тебя       [Пользователь]       Помолчи, любимый       [Пользователь]       Уже поздно       [Пользователь]       Тебе надо спать              [Эрен]       Наверное       [Эрен]       Эх       [Эрен]       Завтра с утра опять будем с Марко заниматься.       [Пользователь]       Хорошо       [Пользователь]       Старайся       [Эрен]       Беееееееееееееееееее       [Эрен]       ляовытасдлыгпылврдлваиыдлр       [Эрен]       Универ отстой       [Эрен]       Ладно       [Эрен]       Спокойной ночи, Леви!       [Пользователь]       Ночи, любимый.       Леви улыбнулся, после чего вздохнул, закрыл глаза и положил руку на лоб. Крепче сжав телефон, медленно выдохнул.       «Вот придурок. Приезжай уже ко мне».       Как же он ненавидел этого грёбаного коня.

***

      Эрен сидел левой рукой зарывшись в волосы, а правой постукивая ручкой по листу бумаги и тряс правой ногой. В какой-то момент он посмотрел на часы, обвёл взглядом помещение, снова уставился на задания. Он отвлекался. Он знал, что отвлекался. И ничего не мог с собой поделать. Так всегда было во время первого экзамена. Мозг усиленно работал, думая обо всех остальных экзаменах, которые его ждали, и о лете, которое за ними последует. Об этом прекрасном, потрясающем времени, полном свободы.       Мотнув головой, он попытался заставить себя сконцентрироваться, заставить мозг думать в нужном направлении, но это было трудно. Он хотел, чтобы это закончилось. Чтобы было уже лето. Он ненавидел универ и не мог дождаться того дня, когда устроится на работу и больше не должен будет переживать из-за этого дерьма.       И снова он отвлёкся. Просто больше не хотелось быть здесь. Он закусил кончик руки и перечитал вопрос. Нужно хорошо сдать экзамены, иначе родители обвинят во всём Леви. Нужно получить высокий балл по этому предмету.       Чёрт, нужно получить высокие баллы по всем предметам. С самого отъезда родителей Эрен пребывал в состоянии стресса. Он даже ограничил общение со всеми и вернулся к тому, что было в прошлом семестре. Каждый день они с Марко ходили в библиотеку. Большинство вечеров проводили за учёбой у кого-то из них в комнате. В этом семестре он ощущал себя даже более подготовленным к экзаменам, чем в прошлом.       Но прямо сейчас сконцентрироваться не мог. В голове был полный бардак, он то переживал, то размышлял о чём-то, то мечтал. Никак не мог разобраться с собой, и это сводило с ума.       Сосредоточься. Сосредоточься! Взгляд снова метнулся к часам. Время шло, нужно было скорее переходить к заданию с эссе.       Перечитав темы ещё раз, Эрен мысленно выругался и просто выбрал ту, которая, по его мнению, была самой вразумительной и принялся писать. Утешало одно: это был последний год английского. На следующем курсе будут только предметы по специальности. Никаких больше языковых кредитов, никаких научных кредитов и никаких кредитов грёбаного английского. В следующем году будут только те предметы, которые ему интересны. Поскорее бы.       Но сейчас нужно было сосредоточиться на экзамене. Ручка громко елозила по бумаге. Кто-то слева сидел с простудой, и постоянное шмыганье и кашель отвлекали. Эрен потерял нить рассуждений, перечеркнул абзац и начал заново. Затем понял, что хотел добавить ещё кое-что в предыдущий, поэтому дописал предложения и поставил стрелку, указывающую наверх.       Время продолжало идти, чем больше он писал, тем нервознее становился.       Кто-то с первых рядов встал и сдал работу. Эрен нахмурился, когда спустя время громко хлопнула дверь. Он постучал ручкой по листу, почесал голову и снова принялся писать.       Едва дописав заключение, Эрен стал перечитывать эссе, и где-то на полпути прокторы объявили о том, что время вышло. Он отложил ручку, потёр лицо и откинулся на спинку стула, оглядевшись вокруг. Один из однокурсников слегка нервно посмотрел на него, и в ответ Эрен пожал плечами. Экзамен кончился, уже ничего не поделаешь.       Он дождался, пока соберут работы и объявят, что можно уходить, после чего собрал свои три ручки и корректор, встал и направился к выходу — из вещей можно было взять только это, а также карточку студента и телефон, которые и так всё это время лежали в карманах.       Выйдя в коридор, Эрен обнаружил, что его ждёт Марко, который уже написал свой экзамен, проводимый в другой части этого же здания.       — Долго ждёшь? — спросил Эрен, подозревая, что Марко, наверное, закончил свой трёхчасовой экзамен за час.       — Да не особо. Подумал, что можно было бы сходить поесть перед твоим следующим экзаменом. Он же в шесть, да?       — Угу, — пробормотал Эрен. — И потом следующий через два дня.       — Посмотри на это с другой стороны: в первый же день ты сдашь два, а значит, у тебя будет больше времени на остальные три.       — Наверное.       Застонав, Эрен провёл ладонями по лицу, и они с Марко направились к выходу. В общем и целом ему повезло. Да, сегодня у него целых два экзамена, но зато следующий только через два дня, а после него будет ещё три дня, в том числе выходные. Между предпоследним и последним экзаменами перерыв ещё три дня. То есть в целом экзамены были раскиданы в течение всей сессии, и самый сложный уже позади. Дальше будет самый лёгкий, и поэтому да, нет смысла унывать.       — Я рад, что закончу всё за две недели, — произнёс Эрен и повернулся к Марко. — Извини, что тебе пришлось ждать до конца.       — Не первый раз же, — пожал плечами Марко. — Ты всё ещё хочешь съехаться в следующем году? Я просто подумал, что могу поискать жильё в августе, когда вернусь, если ты не против, что я буду выбирать.       — Нет, конечно, давай. Будет круто жить с тобой, — Эрен улыбнулся и приобнял Марко за плечо. — Мы и так практически живём вместе.       — Точно. Только это, предупреди меня, когда Леви соберётся приехать, хорошо? Мне нужно будет подружиться с остальными, чтобы мне было где пожить.       Эрен шикнул на Марко и толкнул в бок, заявив, что тогда Марко тоже должен будет предупредить его, когда приедет Жан, за что Марко заехал ему локтем в живот и быстро зашагал вперёд. Даже несмотря на боль, Эрен не смог сдержать улыбки и поспешил догнать друга.       — А ты поедешь к Жану летом? Дашь ему возможность провести время со своим сладким пирожочком?       — Ненавижу тебя, — пропыхтел Марко, заливаясь краской с самого затылка.       — Ну а если серьёзно, у нас дома куча места. Родители уедут, и наверняка Жан с Армином будут постоянно торчать у нас. Если ты можешь приехать, то приезжай. Жан скучал по тебе в прошлом году.       — Я подумаю. А ты сам? Всё ещё собираешься в поездку? — спросил Марко, подтолкнул Эрена плечом.       — Ага, всё хорошо. Должно быть весело, — ответил Эрен и потянулся. — Я собираюсь есть в «Макдоналдсе» до посинения на этой неделе.       — Однажды ты точно умрёшь, Эрен.       — Мы все однажды умрём.       Эрен полез в карман за телефоном, пока Марко бормотал что-то про то, что он у него нездоровые мрачные мысли.       Пока телефон грузился, они продолжали идти, обсуждая свои экзамены, Эрен уточнил, будут ли они готовиться завтра, на что Марко ответил утвердительно. Несмотря на то что телефон наконец ожил, Эрен не стал проверять его, дождавшись, пока они окажутся в столовой и разойдутся. Ему не хотелось сидеть в телефоне в присутствии Марко, это было бы некрасиво по отношению к нему.       По пути к прилавку с пастой он открыл сообщения и улыбнулся.              [Леви]       Удачи со всей этой символичной хернёй       [Леви]       Просто помни, что лампа — это символ любви       [ЙегерМейстер]       Вот чёрт       [ЙегерМейстер]       А я-то думал, что она символизирует сексуальную неудовлетворённость главного героя       [Леви]       Что ж, тогда тебя поимели, да?       «Пока нет», — пробормотал Эрен с улыбкой и отправил Леви ответ.
Отношение автора к критике:
Приветствую критику только в мягкой форме, вы можете указывать на недостатки, но повежливее.
© 2009-2021 Книга Фанфиков
support@ficbook.net
Способы оплаты