Youth

Эмити притопывает нервно ногой, опустив глаза в пол. Она пытается успокоить бьющееся внутри сердце хоть как-нибудь. Она вдыхает и выдыхает пару раз, из-подо лба оглядываясь вокруг. Наверное, стоять в полной людей столовой и ловить панику было не лучшей идеей, но прямо сейчас Блайт мало что могла сделать с этим, поэтому приходилось довольствоваться счётом до десяти и заново, иногда поглядывая на причину своего состояния. Хорошим был бы вопрос, откуда взялся жар, который захватывал Эмити, вот только она сама понятия не имела, и помнила такие ощущения только в то время, когда едва начала осознавать чувства к несносной девушке. Сейчас же ей заново становилось жарко, и в горле застывал писк восхищения, с которым сражаться с каждой секундой становилось всё сложнее. Луз настолько ведёт себя просто как она, но в то же время… Увереннее, что ли? Конечно, Блайт начинала замечать изменения раньше — нет, ни в коем случае не плохие! Эмити в самом деле считала бы их довольно приятными, если бы не сердечные атаки. Сначала Луз стала приезжать в колледж на скейте (а Блайт отлично помнит, что этого прошлые два года не было, хоть та уже и умела). Эмити не хочет об этом думать, но она отчетливо помнит, как когда она и Боша подсели к троице друзей розововолосая пошутила о том, что Блайт нравятся скейтеры ровно один раз, а Луз уже с ухмылкой смотрела на зеленоволосую, которая пыталась сдержать желание убить Бошу. Это же не может быть из-за Эмити, правильно? В смысле, да, Носеда буквально призналась ей в чувствах, но… Эмити жмурит глаза, поднимая глаза к потолку и молясь, чтоб на щеках не было румянца. Боже, это признание… С него прошло две недели, за которые Луз стала ближе-ближе-ближе, и теперь постоянно держала Блайт за руку (в первые разы разрешения спрашивала, пока зеленоволосая не сказала перестать и просто «делать штуку»). А ещё она грела её ладони на улице, стоя рядышком совсем, держа аккуратно бледные ладони в своих, тёплых; дышала на них, целовала, ловя взглядом румянец на лице Эмити совсем не от холода происходящий. А ещё Эмити всё ещё едва ли понимает, встречаются ли они. В смысле, ну должны же, да? Только Луз ещё ни разу не называла её своей девушкой, а на подколы Виллоу и Гаса либо молчит, либо просит перестать. Хотя это Эмити могла понять: сама она почти не реагировала на смешки Боши, которая, ловя взгляд Эмити в момент, когда они сидят все вместе, переводит глаза на Луз так, чтоб Блайт заметила, затем обратно и дёргает бровями. Зеленоволосая жалеет о том, что понимает её намёки. Она передёргивает плечами, выдыхая и расслабляя шею, а взгляд снова падает на Носеду, вот только та на этот раз смотрела в ответ. Эмити прижимает рюкзак к себе покрепче, быстро отводя взгляд и смотря себе под ноги, как только доминиканка ей подмигивает. Бедное сердце девушки, итак не имеющее возможности успокоиться, только быстрее стучит, будто стараясь пробить грудную клетку. В следующий раз, когда Блайт осмеливается поднять голову, она видит Бошу, что шла к ней, и считает до десяти, усилием заставляя себя не смотреть в направлении, откуда чувствует пронзительный взгляд. — Меня ждёшь, а? — Усмехается Боша, подойдя. — Я думала, сядем опять к ним, — она кивает в сторону того самого стола. — Идём? — Нет, стой, — розововолосая непонятливо смотрит на подругу, — я не могу. — Почему? — Боша кидает взгляд на Носеду, и поворачивается уже с хищной улыбкой. — Это тебя так разносит с шапки Луз? Эмити, я, конечно, не врач, но это пиздец. — Это не… поэтому, — Эмити задирает голову к потолку. — Ладно, может, и поэтому. Она слишком классно смотрится с этим новым стилем. Я не могу подойти туда. Я умру. — Окей, ты безнадёжна, — Боша хватает её под руку (Эмити вскрикивает от неожиданности) и тащит к нужному столу, пока Блайт едва ли не брыкается, пытаясь извернуться так, чтоб подруга её отпустила, и она могла сбежать. Когда она понимает, что выбора у неё нет, то просто плетётся за Бошей, не поднимая взгляда и чувствуя жар по шее и щекам. Боша буквально дотаскивает её до стола, и Эмити думает, что страдания почти закончились, садится за стол и прячет лицо в ладони, выдавливая тихое «привет», которое слышит только Луз, оказавшаяся по воле случая, конечно, рядом. Но Боша даже так не успокаивается. — Луз, будь солнцем, — розововолосая немного наклоняется к доминиканке, опираясь на её плечи, — твоей девушке холодно. Сделай с этим что-нибудь, пока она не умерла. Блайт со смущенным писком роняет голову на стол, накрывая её руками. Проходит пару секунд. Эмити слышит, как Боша со смехом садится напротив, и краем глаза видит, как она даёт пять Гасу и почти ловит несильный удар в плечо от Виллоу. Шуршания рядом она не замечает. — Эй, Эми, — Луз аккуратно касается её плеча, и Блайт тут же дёргается, резко поднимая голову на тихий голос. — Хочешь надеть мою рубашку? — Эмити только сейчас замечает, что Носеда сняла рубашку и сидела в полосатой футболке с длинными рукавами. Зеленоволосая закусывает губу. — В смысле, Боша так-то права, в одной футболке сейчас холодно ходить. И ты вся красная, и ещё я вижу, что тебя трясёт, — Луз потирает ладонью шею. — Мне стоит перестать говорить, да? — Нет, — качает головой девушка, улыбаясь. — Я могу сходить в гардероб за ветровкой, так что не обязательно… — Тебя смущает носить мою одежду в колледже? — Вдруг спрашивает Луз, видимо забыв, что за столом сидят ещё три человека. Те, собственно, были слишком заняты обсуждением чего-то своего, поэтому на катастрофу рядом обращали минимальное внимание. — Мы же… — Луз ощутимо напрягается, сквозь ком в горле произнося следующие слова: — мы подруги. Никто не подумает, что мы встречаемся, Эмити. Если тебя это волнует… — Луз, — девушка собирает всю свою храбрость в руки, чтоб сделать свой голос холодным и не дать ему сорваться на писк. — Я думала, я уже дала тебе понять, что не боюсь чужого мнения? — Доминиканка виновато склоняет голову, а Эмити тут же жалеет о том, какой тон использовала. — Это становится неловко, — выдыхает зеленоволосая. Носеда не находит слов, что можно было бы сказать, поэтому просто грустно кладёт рубашку между ними на лавке и пытается включиться в разговор Виллоу, Гаса и Боши. О нет, только не это, думает Эмити, поглядывая на Луз, я её обидела. Чёрт. Эмити мажет взглядом по подругам и Гасу, и поджимает губы. Блайт берёт с лавки фланелевую рубашку и надевает её на себя, а затем немного подкатывает слишком длинные рукава. Луз на неё больше не смотрит, и Эмити знает, что ей просто страшно. Она придвигается ближе к Носеде, поднимает её руку со стола, оборачивает её вокруг себя, кладёт голову на плечо Луз, ожидая хоть какой-то реакции. — У меня есть кое-что для тебя, — ладно, Эмити ожидала не этого. — Что это? — Спрашивает зеленоволосая, немного поднимая голову, чтоб взглянуть на Луз. — Сюрприз, — усмехается она. — Хорошо, — Блайт возвращает голову на плечо, — зайдёшь после занятий ко мне? Ну, знаешь, показать этот твой «сюрприз»? — Конечно.

***

— Ладно, говори, что там? — Эмити свешивает голову с кровати, глядя на Луз, что рылась в своём рюкзаке, вверх-тормашками. Луз загадочно улыбается, прикусывая язык, и Блайт переворачивается на живот, складывает руки и кладёт на них голову, наблюдая за доминиканкой с полуулыбкой. — Почему ты на меня так смотришь? — Интересуется вдруг Носеда, застыв на месте. — У меня что-то на лице? — Не-ет, — смеётся Эмити, пряча улыбку за руками. — Ты… очень милая. — Я?.. — Луз краснеет, резко чувствуя дрожь по всему телу. Она тяжело и неровно выдыхает. — Ты понимаешь, что я из-за тебя сейчас дышать не могу? — Девушка сжимает ткань футболки на груди, пытаясь привести дыхание в норму. — Тебя посадят за убийство, Блайт. Зеленоволосая на это лишь невинно хихикает, пряча лицо в одеяло. Луз постепенно успокаивается и продолжает поиски некого «сюрприза» в рюкзаке, который в этот раз уже находит быстро. Она достаёт небольшую коробочку и залазит на кровать к Эмити, садясь около неё. Та, почувствовав движение, поворачивает голову к девушке, приоткрыв один глаз. — Что это? — Сядь ко мне и посмотри, — зовёт Носеда. Блайт нехотя поднимается и садится напротив доминиканки так, что их коленки касаются. — Я не знаю, понравится ли тебе эта идея, но… — Девушка открывает коробочку, и Эмити с удивлением замечает множество наклеек-звёздочек, которые должны светится в темноте. — Я подумала, может, ты захочешь сделать комнату чуть светлее? — Луз опускает голову, потирая шею ладонью. — Ещё я заметила, что ты часто открываешь окно, чтоб посмотреть на звёзды, когда я ночую здесь, и ты думаешь, что я уже сплю, — тише признаётся она. — Я понимаю, что это не то, но скоро будет слишком холодно, чтоб часами сидеть у окна, и… я не знаю, может, это глупо. Эмити почти падает на Луз, когда резко дёргается к ней, чтоб обнять. — Луз, я уже обожаю эту идею, — шепчет она, немного отстраняясь. Луз боязливо смотрит на неё, стоящую на коленях и всё ещё держащую руки на плечах девушки, а сама всё ещё призрачным касанием оставляет ладони на локтях Блайт. — Я схожу возьму стул на кухне, и мы их расклеим прямо сейчас, хорошо? — Эмити быстро целует доминиканку в лоб и уходит из комнаты. Носеда подносит ладонь ко лбу. Сейчас произошло что? Когда Эмити возвращается в комнату, Луз всё ещё сидит с рукой у лба, и она на секунду думает, что сломала её. — Эй, ты в порядке? — зеленоволосая кладёт ладонь на плечо Носеды. Та вздрагивает, падая с кровати с резким «ва-а». — Луз! — Я в порядке! — Вскрикивает тут же она, потирая ушибленную спину. — Я в порядке. Дай мне секунду. Луз в секунду поднимается с пола, неловко улыбаясь девушке перед собой, и та усмехается. Затем она ставит стул на кровать и просит подругу подержать его, чтоб не упал. Та сразу кивает, вскакивая на кровать, и держит стул обеими руками, пока Блайт пытается нормально встать на него, в руках сжимая несколько наклеек. Пару минут проходят в тишине. Носеда слишком сосредоточена на том, чтоб не уронить случайно Эмити, пока та нервно перебирает в голове темы, с которых можно было бы начать разговор, который они обе откладывали слишком долго. Но по итогу мысли просто гуляли вольным ветром, не оставляя ни единой адекватной, и Блайт тяжело сглатывает, прежде чем сделать, как она сама думает, глупейшую попытку диалога. — Можно вопрос? — Тебе всё можно, Эми, — улыбается Луз. — Почему ты назвала нас подругами? — На одном дыхании выдаёт она, не опуская взгляда с потолка. Она уже приклеила все звёзды, которые взяла, и теперь надо бы спуститься, чтоб взять ещё, но снизу не будет оправданий, чтоб не смотреть на Луз. — Сегодня в столовой, помнишь? — Я помню, — бормочет та. — Спустись, пожалуйста. Ага. Вот и тот самый момент, которого Эмити последние две недели боялась больше всего. Она соступает со стула на кровать, давая Носеде возможность убрать его с кровати, а затем они просто… стоят. Не зная, с чего начать и что правильнее было бы сказать. Эмити осторожно поднимает взгляд на Луз. Она заметно мнётся, а затем резко поднимает голову на Блайт, делая шаг вперёд по кровати, и каким-то образом умудряется упасть. Блайт смеётся, садясь рядом с ней. Луз тоже слабо хихикает, и Эмити думает, что, в конце концов, может, она тут не одна сильно волнуется. Носеда виновато улыбается, глядя на подругу (мысленно она исправляет это слово на «почти-девушка»). — Я хотела драматично тебя поцеловать, — жалуется темноволосая, закрывая лицо ладонями и снова смеясь. — Из меня ужасный романтик, да? — Да, но мне нравится, — кивает девушка. — Дать тебе ещё один шанс? — На драматичный поцелуй? — Луз привстаёт на локтях, радостно глядя на Эмити. — Можно и не драматичный, — Блайт младшая склоняет голову в сторону, прикусывая губу. — Хорошо. Носеда встаёт и садится, подогнув под себя ноги, совсем близко к зеленоволосой. Та улыбается смущённо, и Луз чувствует себя пиратом, крадущим самый ценный клад. Она аккуратно бёрет краснеющее лицо девушки в ладони, немного приближаясь к ней. — Вау, — шепчет она едва-едва, и Эмити непонятливо смотрит на неё. — Я держу целый Мир в руках, — объясняет Луз со смешком, заставляя Блайт робко пискнуть от того, насколько Носеда пытается превратить весь момент в сплошное клише. Зеленоволосая опускает взгляд на губы доминиканки, давая той намёк. — Точно можно? — Всё же уточняет она. — Да, боже, — нетерпеливо проговаривает Эмити. — Пожалуйста. Луз тихо смеётся с реакции девушки, находя её очаровательной, и закрывает глаза, наклоняясь ближе к зеленоволосой. Их носы сталкиваются, и она немного отстраняется, слыша «ай» от Блайт. — Прости! — Восклицает она, распахнув глаза и резко отстранившись. — Я испортила наш первый поцелуй. — Луз убирает ладони от лица Эмити, но та тут же хватает их, возвращая на место. — Ты можешь попробовать ещё раз, если хочешь, — говорит она. Луз смотрит на девушку с какой-то совершенно новой эмоцией, до этого словно несуществующей. Она восхищённо приподнимает уголки губ, а сама вздрагивает, а в то время как взгляд совсем мягчает; темноволосая расслабляет плечи и хихикает. — Ты так хочешь меня поцеловать, — удивляется Носеда со смешком, — иди сюда, солнце. «Солнце» придвигается совсем близко: настолько, что она начинает путать, где чьё дыхание, и задаётся вопросом о том, дышит ли она вообще. Луз поглаживает нежно её щёки, успокаивая, и Блайт чуть подаётся вперёд, мысленно крича. Они целуются. Они целуются, и это происходит всего каких-то пару недолгих секунд, как они отстраняются, обе красные до жути и смущённые; с губ слетают робкие смешки, а руки Блайт находят себе место на коленках Носеды, на которые она опирается, чтоб украсть ещё один мимолётный поцелуй. Луз едва дышит, несмотря на то, что это всего лишь быстрое касание, и она поднимает широко распахнутые глаза на Эмити, что обворожительно улыбается. Луз не выдерживает. — Эмити, ты будешь моей девушкой? … … … Мы все знаем ответ.