Всё тайное становится явным.

      Изрядно устав после тяжёлого дня, семья устроилась в уютной гостиной и просто коротала вечер за непринужденной беседой. Мистер и Миссис Забини очень хотели узнать, что происходило с Гермионой, пока она жила с Грейнджерами. Чем больше они узнавали о подвигах своей дочери, тем больше ей гордились. Когда разговор подходил к концу, миссис Забини вдруг предложила: — А давайте через два дня устроим шикарный приём в твою честь, Гермиона? На нём и представим тебя обществу. Если ты, конечно же, не против? — и с надеждой в глазах посмотрела на дочь. — Нет, я не против, — сказала девушка и, встав с кресла, медленно направилась в сторону лестницы. — Я сегодня очень устала, поэтому хотела бы пойти отдохнуть. Вы же не против? — Конечно нет, — улыбнулся Александр, — можешь идти. Спокойной ночи. — И вам спокойной ночи, — пожелала она и, поднявшись на второй этаж, зашла в свою комнату.       Подойдя к шкафу, Гермиона достала спальную одежду. Её выбор пал на розовую майку, белые пижамные штаны и розовые тапочки. Переодевшись, девушка решила заглянуть к своему брату (теперь уж точно), в надежде, что тот ещё не уехал в Хогвартс. — Блейз? — позвала она, постучав в дверь. Не услышав ничего в ответ, она, расстроившись, уже хотела вернуться к себе, как из комнаты послышалось: — Гермиона? — спросил парень и, открыв дверь, пропустил её внутрь. — Заходи. — Спасибо, — прошептала девушка. — А что ты здесь делаешь? — Живу, как бы, а что? — усмехнулся парень. — Хочешь выселить? — за что получил хорошего подзатыльника от своей новоявленной сестрёнки. — Ай, больно же! Полегче. — Забини! — крикнула Гермиона, влепив брату новый подзатыльник. — Я серьёзно спрашиваю, ты же должен быть уже в Хогвартсе? Прогуливаешь? — Ой, Грейнджер, отстань, — парень сам не заметил, как назвал старую фамилию девушки. — Как была заучкой, такой и осталась. Во-первых… — он наконец заметил изменения на лице своей сестры, и это ему не понравилось. — Гермиона, что с тобой? — Я… Я лучше пойду, — Гермионе было очень больно слышать свою старую фамилию и понимать, что люди, носившие эту фамилию — ей никто. Совершенно чужие. Из глаз начали идти слёзы. Девушка развернулась и уже хотела уйти, как Блейз схватил её за локоть. — Гермиона, прости меня, пожалуйста, я не хотел тебя обидеть, —прошептал парень и обнял свою сестрёнку, с которой не виделся 18 лет. — Прощаю, —улыбнулась она и обняла брата в ответ. — Ладно, время уже позднее, тебе уже пора в кроватку, —Блейз потрепал Гермиону по волосам и отстранился. — Спокойной ночи, сестрёнка. — Ах, — Гермиона зевнула и поцеловав брата в щёку, направилась к себе в комнату. — И тебе, Блейз. Так как время и вправду было уже позднее, Гермиона быстренько убрала заклинание с волос, которое наложила ещё утром, легла на кровать и заснула.