Прекрасный в своем несчастье

Улицы вечернего Токио накрыло ливнем, крупные капли дождя отражали свет фонарей и фар проезжающих машин. Люди спешили укрыться под зонтами, пакетами, козырьками магазинов и кафе. Шум дождя успокаивал и убаюкивал, отвлекая от всех проблем. На крыльцо делового центра вышли двое мужчин. Джедайт достал из кармана пиджака пачку сигарет, зажигалку и с видимым удовольствием закурил. — Ты не попытаешься догнать Хино? — спросил Мори, уже зная ответ на свой вопрос. Белокурый мужчина отрицательно покачал головой, выпуская изо рта дым кольцами. Джедайт наслаждался последними часами спокойствия. В настоящий момент его не заботило, что никотин вреден для организма, а дождь причинял большинству людей лишь неудобства. — Я подвезу тебя, — сказал Мори, дождавшись, пока друг докурит, направился в сторону своего автомобиля. — Очень неплохо, — кивнул Сато, сев в машину на сидение рядом с водителем. Пристегнув ремень безопасности, Джедайт включил радио, не спрашивая разрешения владельца автомобиля. Откинувшись на спинку сидения и закрыв глаза, мужчина спросил, — твои дела идут хорошо? — Более чем, — ответил Мори, поворачивая руль и выезжая с парковки, — можно сказать, что это ты купил мне машину и довольно неплохую квартиру. После твоего дела у меня сложилась определённая репутация. Адвокат дьявола, — при этих словах шатен поморщился, — однако мне грех жаловаться. Клиентов много. Выбираю сам за какое дело браться, а в каком отказать. — Не благодари, — криво улыбнулся Сато, не открывая глаза, — если ты все ещё мой адвокат, то очень скоро заработаешь ещё на машину своей жене. — У Макото уже есть машина. Спасибо за заботу, — излишне резко ответил Мори. В салоне автомобиля повисла тишина. Кацудзи скосил глаза на друга: Джедайт не изменился в лице, глаза по-прежнему закрыты. Мори вздохнул и перевёл взгляд на дорогу: — Я всё ещё твой адвокат. Возможно, даже сделаю тебе скидку, как постоянному клиенту. — Тогда подготовь иск в адрес Рей Хино и её издательства за вторжение в личную жизнь или как это вы называете, — попросил Сато. На его красивом лице появилась кривая ухмылка, однако о чём он думает на самом деле было невозможно догадаться, — в этой книжонке были использованы мои личные переписки и письма, на публикацию которых я не давал согласие. Причём стоит сделать это как можно скорее. Наши требования: возмещение морального ущерба и запрет на публикацию Книги Хино. Нужно сделать это максимально публично, чтобы о моём иске узнали как можно больше изданий и газет. Джедайт не приказывал, он просил Мори о помощи, несмотря на то, что оплачивал услуги адвоката в полной мере. Кацудзи понимал это и был благодарен за такое отношение. Понимая, что Сато совсем не глуп, но все же склонен к необдуманным поступкам, уточнил: — Я все подготовлю за сутки. Но ты понимаешь, что как только содержание иска будет опубликовано, в том числе и твои требования, книгу Хино буквально начнут сметать с полок книжных магазинов и количество загрузок в интернет-библиотеках начнёт возрастать в геометрической прогрессии? И мы уже не сможем на это повлиять? Джедайт утвердительно кивнул. Оставшийся путь мужчины провели в тишине. *** Как только автомобиль остановился, Джедайт открыл глаза. Голубые глаза мужчины казались поблёкшими, на лице угадывалась невероятная усталость. — Поднимайся — выпьем, — Сато кивнул в сторону многоэтажки, у входа в которую толпились журналисты. Не дожидаясь ответа, Джедайт двинулся в сторону своего дома. Выражение усталости на лице словно стёрли, а взамен надели маску безразличия и отстранённости. Мужчина спрятал руки в карманы, склонил голову и начал пробираться сквозь толпу к входу в холл. Позади неотступно следовал Мори, прячась под большим чёрным зонтом. — Сато! Джедайт! Почему Вы вернулись? Вас есть что добавить? Вы хотите оправдаться? — выкрикивали журналисты, пытаясь обратить внимание скандально известного автора именно на себя, но для Джедайта все сливалось в белый шум. Вспышки фотоаппарата ослепляли. Мужчина с силой сжимал кулаки, ногти впивались в ладонь, оставляя кровавые следы. Те секунды, которые друзья пробирались сквозь толпу, казались Джеду вечностью. Едва за мужчинами захлопнулась входная дверь, Сато расслабился. Достав из бумажника пару крупных купюр, Джедайт подошёл к швейцару, который предусмотрительно открыл двери, позволяя избежать еще большего количества вопросов от папарацци. — С Вами чрезвычайно приятно иметь дело, — Сато незаметно вложил купюры в ладонь мужчины. — Я всегда к Вашим услугам! — с готовностью воскликнул работник. Швейцар неплохо заработал с приездом нового жителя элитного дома: господин заплатил ему дважды, кроме того, позволил сообщить в газеты о своём приезде и, конечно, издания тоже были щедры. Сато кивнули и направился вглубь холла, где его уже ждал Мори. — Как же я соскучился по такому вниманию к своей скромной персоне, — с улыбкой сказал Джедайт едва двери лифта закрылись. — Либо я снова не понял твой сарказм, либо ты страдаешь мазохизмом, — равнодушно ответил Мори, глядя на быстро меняющиеся цифры на табло. — Ты никогда не понимал сарказм, — с той же улыбкой пояснил мужчина, — а мазохизмом я наслаждаюсь. — Я никогда не понимал твой сарказм, уточнил шатен. На табло высветилась цифра 17 и лифт остановился. Джедайт вышел первым и направился к своей квартире. Пикнул кодовый замок и дверь отворилась: — Прошу. В квартире было пыльно, словно вместо апартаментов в элитном комплексе Мори зашёл на склад. Множество коробок оставались запакованными, лишь пара — тройка были вскрыты. Свет от лампочек не освещал в нужной мере комнаты и немногочисленные предметы интерьера отбрасывали тени. Картина, представшая перед глазами, не выглядела зловеще, лишь удручающе. Джедайт, не снимая пальто, прошёл на кухню: — Что хочешь выпить? — А есть из чего выбрать? — с насмешкой спросил Мори. Кацудзи обвёл взглядом кухню. Это помещение также не отличалось от предыдущих комнат: пыльный кухонный гарнитур, несколько закрытых коробок, отсутсвие штор на панорамных окнах. Судя по всему, Сато не собирался задерживаться в этой квартире. С усмешкой на лице Джедайт открыл дверцы одного шкафчика: две полки были буквально забиты бутылками с крепким алкоголем. — Выбирай, можешь не торопиться, — с этими словами Сато достал уже открытую бутылку, в которой плескалась янтарная жидкость. — Безалкогольное пиво есть? — хмуро спросил шатен. Увиденная картина совсем не впечатлила Мори, лишь повергла в уныние: видеть, как твой лучший друг катится на полной скорости в бездну и даже не пытается остановиться, довольно тяжело. Словно услышав мысли Мори, Джед пояснил: — Этим запасам уже несколько лет. А это, — Сато открыл холодильник и, достав банку холодного пива, передал ее другу, — купил накануне специально для тебя. — Я могу задать тебе пару вопросов? — сделав глоток пива, спросил Кацудзи. Джедайт утвердительно кивнул головой. — И ты на них ответишь? — Постараюсь, — улыбнулся Сато. Однако Мори не разделял веселья мужчины. Подойдя к кухонному столу, шатен взял книгу, написанную Хино Рей, и, открыв нужную страницу с фотографией письма Джеда к Минако, протянул её Сато: — Это на самом деле твое письмо? Или фотомонтаж? Ты должен ответить мне правду. Проведут графологическую экспертизу. Твои старые рукописи хранятся у издателя. Так что проблем у полиции с этим не возникнет. Конечно, мы заявим о подделке документа и… — Правда, — перебил Джедайт друга, — только это не письмо, а скорее неизданная глава. Кацудзи недовольно цокнул языком и посмотрел на Сато. — Я не желаю тебе ни счастья, ни радости, только лишь страданий, ровно столько, сколько пришлось и еще придется перенести мне. Однажды я верну тебе долг. Всегда твой Дж.Сато. — прочитал Мори последний абзац страницы с фотографией, — это прямая угроза. Полиции этого для начала хватит. Скажи, пожалуйста, ты дурак или психопат? — Джедайт промолчал, ожидая продолжение тирады Мори. — Что ты собираешься делать, если тебя арестуют? Сато потянулся за бутылкой виски, чтобы наполнить опустевший бокал. Равнодушно пожав плечами, мужчина ответил: — Сообщу о местоположении Касахара. — Касахара или тело Касахара? — интонации голоса Мори изменились. Словно гончая, почуявшая добычу, шатен старался говорить спокойно и вкрадчиво, боясь спугнуть Джедайта. Сато едва заметно улыбнулся, отметив эти изменения. — Касахара или его тело? Не совсем понимаю твоё уточнение. Естественно, тело. Как Касахара может существовать без тела? — И где же его местоположение? — Мори с трудом заставил себя не обращать внимание на издёвку со стороны клиента. Джед, хранящий молчание, впервые за несколько лет заговорил об этом. — Когда мы крайний раз связывались… — Как связывались? — сразу уточнил шатен. Джедайт не выдержал: — Спиритическим сеансом. Мори, черт побери, по телефону. Набираешь нужный номер и тебе отвечают… — Ты знаешь, где Айс? Как давно? — Всегда знал. Кацудзи с грохотом поставил банку пива на стол и, схватив Джедайта за лацканы пальто, с силой прижал к стене: — Тебя обвиняли не в смерти Минако. Пускай публика и считала, что результаты экспертизы куплены и подделаны, но ты прекрасно знаешь, что её смерть не была насильной. На месте преступления были следы крови трех людей: твоей, Айно и Касахара, который бесследно исчез. Ты пропал на 4 чертовых года из-за этого, будучи в силах доказать свою невинность? — Мори с силой тряхнул Джедайта. Сато понимал, что равнодушие и рассудительность друга были напускными — Кацудзи был обижен. Мужчина ждал, когда Мори взорвется и выплеснет всё, что накопилось за эти годы душе. — Ты знаешь, что случилось за это время? У меня родилась дочь, которую ты никогда не видел. До этого Макото потеряла нашего первого ребёнка. Я нуждался в своём когда-то лучшем друге, я был один… — голос Мори сорвался на крик Джедайт, с силой сжав руки Кацудзи, заставил того отпустить пальто: — Ты никогда не был один, с тобой всегда была Макото, — голос Джедайта звучал холодно и спокойно, — позволь тебе напомнить, когда я разводился с Айно, когла Минако потеряла возможно моего ребёнка, когда я её хоронил, то был совершенно один. А ты в этот момент, если мне не изменяет память, — Сато говорил все тише, — был занят подготовкой к свадьбе, которая состоялась через 2 недели после похорон. Я не ошибаюсь? Не ошибаюсь. Так что не тебе меня обвинять. Воздух между мужчинами словно искрился. На кухне наступила тишина. Казалось, ещё мгновение и начнётся драка. — Ты прав, — кивнул Кацудзи, — я не имею права винить тебя. Ты сам понимаешь свои ошибки и чувство вины сожрёт тебя. Тут я даже не нужен. Подхватив банку пива, шатен отошёл к окну, поворачиваясь к другу спиной. Руки мужчины слегка дрожали. — Я сочувствую вашей потери, — голос Джедайта звучал искренне, — мне жаль, что вам пришлось пройти через это. — Сато поправил сбившееся пальто. После недолгого молчания он добавил, — поздравляю с рождением дочери! На кухне вновь повисла тишина. Сато сел на ближайшую коробку, морщась от вкуса тёплого виски. К сожалению, в холодильники не было льда, который мог бы исправить ситуацию. — Я не знал, что у тебя все настолько плохо, — заговорил Мори, продолжая смотреть в помутневшее от грязи окно, — не знал, что это приведёт к такими последствиями. — Джедайт не отвечал и мужчина продолжил, — мне не в чем тебя винить, я уверен, что если бы ты знал о происходящем, прилетел. — Но я не прилетел, — подвёл итог Сато. — Ты, наконец, расскажешь, что произошло на самом деле в тот вечер? — повернулся к друг Мори, — сколько ещё должно произойти бед, сколько пройти лет, чтобы ты перервал своё молчание? Джедайт встал и прошёлся по кухне. Подняв с пола брошенную другом книгу, Сато протянул её мужчине: — Разве ты не знаешь ещё об этом? Мори с вызовом посмотрел на друга: — Я прочитал эту книгу больше 10 раз. Это выдумка Хино? Версия Касахара? Я хочу услышать обо всем от тебя. Я хочу знать правду! Сато сел на край стола и задумчиво посмотрел в окно. Мори терпеливо ждал, когда друг заговорит. — Я не знаю, какую правду ты хочешь от меня услышать. Точнее не знаю, какая правда тебя устроит. То что ты услышишь, лишь разочарует тебя, — Джедайт говорил медленно, тщательно подбирая слова. Однако разговор мужчин прервал стук в дверь и громко сказанная фраза «Откройте! Полиция!».