Отцовский инстинкт Тобиаса Снейпа

Элоис решил перекинуть на меня обязанности члена Попечительского совета Хогвартса, будто мне мало было хлопот. Правда, я немного шифровался, изображая то ленивого бездельника, то занятого делового человека, в зависимости от того, желал ли я вообще заниматься с большим объёмом работы. Вначале я поворчал, но позже признал, что контролировать ситуацию в школе волшебства — идея неплохая. Пришлось Дамблдору побегать с возмущением, что этот вампир, то есть я, делает в школе. Волей-неволей пришлось переделывать защиту школы, чередуя магические плетения от различных магических существ. Поскольку в школе есть оборотень, прибудут вейла и леший, что было сказано по большому секрету, то не было смысла обороняться от них. Наоборот, следовало создать все условия проживания и учёбы максимально комфортными. Побольше размером кровати и ванные комнаты. Для лешего надо было поставить несколько кадок с зеленью и цветами, чтоб тот не сбегал в лес, а то там можно схлопотать стрелу от кентавра или от моих вампиров. Слизнорту я показался диковинной зверушкой с необычными глазами, и он сразу пригласил в свой «Клуб Слизней». Мне было любопытно, и внезапно я попал на встречу с Сангвини и его наставником Элдредом Уорплом. Те даже не пытались скрыть своё разочарование, они решили быть гвоздём программы. Я рассказал вкратце о своем обучении, боях без правил, вампирских соревнованиях, намекнул на создание вампирского клана внутри неорганизованного сообщества кровососов, и самое главное, я сообщил о встрече с Золотым Драконом — загадочным магическим монстром и Эльвирой — Повелительницей всех вампиров в Магической Британии. Не обладая умениями рассказчика, я все равно завоевал внимание присутствующих. Подробностями я делился весьма охотно, мне особо нечего было скрывать, но всё же мелькала параноидальная мысль, что я все это зря рассказываю. Мне всё чудилось, что в темноте скрывались невидимые журналисты, чтоб удовлетворить собственное любопытство. История затянулась надолго. Незаметно был выпит весь чай, дело пошло за сливочным пивом, и профессор Слизнорт едва удержался от желания открыть бочонок с сидром или медовухой. День — пятница — подошел к концу, и расстались мы около полуночи, когда огненные факелы в коридорах были погашены на три четверти из всего количества. Я отправился к Северусу. Тот иногда забывал поесть, сон приоритетом не был, а отдых считался непозволительной роскошью. Маньяк-зельевар, что поделаешь. Я учуял терпкий аромат табака и полыни с мятой ещё в коридоре. Значит, сын не спит. Опять бессонница, опять опыты. Дверь открыл Сириус. На столе в гостиной стояла бутылка с вином, сыр и шоколад. Видимо, тоже решили отметить конец рабочей недели. Запах сигарет стоял стойкий, и я понял, что Сириус курил уже не первый час. Отвратительная привычка, но сам по себе аромат был хорош. Вишнёвая нота с еле уловимой ноткой ванили. Запах обволакивал, затягивал в дрёму и желание ни о чём не думать. — Привет всем, пустите вампира на порог? — шутливо спросил я, но в этом вопросе была и доля правды. Вампира никто просто так не пустит, и нужно было следовать нехитрому ритуалу. — Привет, скоро Сев закончит. Я слышу, как он звенит склянками. Сириус уселся на диван, взял новую сигарету, прикрыл глаза и наслаждался краткими минутами покоя. Сидел я недолго. Северус раздумывал над изобретением нового зелья, а Сириус был готов свалить в постель, и явно не спать. С сожалением я покинул их, и отправился прогуляться по замку. Поскольку вампиры засыпали чаще всего на заре, то мне было интересно наблюдать за ночной жизнью Хогвартса. Тихие привидения пролетали мимо меня, словно не замечая. Им словно было велено молчать в моем присутствии, хотя я не мог нанести им хоть какой-нибудь вред. Мне было интересно пообщаться и узнать больше о замке, но, по-видимому, я не нравился самому директору. Мелочная месть была смехотворной, чем я мог навредить замку и его обитателям? Самое главное, я также не мог навредить и ученикам, но я и не собирался распыляться на угрозы, лишь принёс клятву о ненанесении вреда. Ноги привели меня на второй этаж в кабинет Филча. Поздоровался и нарвался на угощение с чаем и печеньем. — Приятно знать, что нас ждут перемены, — заметил Аргус. — Процесс обучения я менять не собираюсь, — ответил я. — Вот с наказанием я не представляю, что делать. Некоторым розги бы не помешали… Филч просиял. — Ничего не получится, — отметил я со вздохом. — Ваш директор слишком лоялен к хулиганам и потакает их выходкам. Внезапно Филч вскочил. — Подождите, мистер Принц. Миссис Норрис сообщила о нарушителях. Он вышел и поторопился к выходу, а я дернулся к конторке, где хранились карточки с нарушениями. Интересно, создали ли Блэк с Поттером Карту Мародёров? Если да, то какая она сейчас? Если нет, то какого драккла я всё здесь перевернул? Фух, нашёл. Я коснулся ладонью пергамента и негромко произнес: — Клянусь, что замышляю только шалость. На пергаменте появилась надпись: «Пара Мародёров Бродяга и Сохатый приветствуют папашу Северуса Принца и желают ему постирать свои подштанники. Никакой маггл не сможет открыть наши тайны!» — Хулиганы, — улыбнулся я и отправил пергамент в карман. Пускай Гарри развлекается на досуге. Ну, а мантия-невидимка бережно хранилась в семейном сейфе в Принц-мэноре, так как никто не позволял Гарри баловаться настолько древней реликвией в школе. Семья не позволила. Тут вернулся старина Филч с бутылками сливочного пива. Пить я отказался и полночи выслушивал жалобы на безмозглых учеников. Они настолько были схожи с жалобами Северуса, что удивительно было. Возможно, они были друзьями, впрочем, мой сын не был затворником, просто круг общения был немногочисленен. Аргус оказался привязчивым. Он постоянно здоровался и зазывал после этого к себе на чай, в некоторых случаях я соглашался и слушал истории учеников, в основном хулиганов. Особенное место в его душе занимали близнецы Уизли. Яркие, задорные пятикурсники вызывали тоску и раздражение. Аргус завидовал их магическому огню, ведь они были теми людьми, кем он сам никогда не смог быть. Тем не менее, Аргус с нетерпением ожидал отработки с ними, чтобы напутствовать их добрым и не очень добрым словом. Замок потихоньку сдавал позиции и давал возможность побольше раскрыть свои секреты. Я узнал о нескольких потайных ходах, исчезающих кабинетах и обычных комнатах. Оказывается, раньше здесь пребывало намного больше людей, и не только учителей и школьников. Здесь жили воины, земледелы, учёные и лекари. Они стремились в Хогвартс, как мотыльки на огонь. Преимущество было у больших семей, но с принятием Статута Секретности Хогвартс был скрыт с земли, и больше семьями не жили на его территории. Больше всего в замке меня интересовала Выручай-комната, точнее её часть, где было все спрятано. Долгими ночами я разбирал завалы, и спустя два месяца я нашёл диадему Ровены Райвенкло. Я долго думал, как уничтожить крестраж, не навредив украшению, но так и не придумал. Диадема так и осталась целой, и заняла почетное место в тайнике в подвале Принц-мэнора. Уже третий крестраж был в моей коллекции, и следовало дальше её пополнять. Трое моих сыновей были перед глазами, и год прошёл практически спокойно. Но больше всего меня обрадовала новость о Вальбурге и Орионе Блэков. Ценой огромных усилий они добились пересмотра дела Сириуса, и их сын мог на законных основаниях пребывать в Хогвартсе и мозолить глаза Дамблдору. Теперь роли Блэка и Петтигрю поменялись, и за голову крысы была назначена цена в пятьсот галлеонов. Невыгодно было бы Петтигрю высовываться с крысиной норы, и я надеялся, что он там так и останется. Гарри радовал тем, что в этом году не влипал в неприятности. Он был вполне обычным ребенком, немного избалованным, в меру скромным и послушным. Удивительно, насколько меняется мир, если меняешься сам. Стоило сидеть по полдня в библиотеке, как Гарри сам стал больше читать. Стоило посидеть на занятиях Гарри, поспрашивать, подискутировать и даже показать своё незнание, как сам Гарри потянулся задавать вопросы учителям. Более того, его популярность сыграла шутку в том, что окружающие думали, что он знает больше обычного ребёнка, и ему пришлось прилагать усилия, чтобы учиться лучше. Год так и прошёл спокойно. Лишь однажды в мае в полнолуние произошло происшествие, которое раскрыло Питера Петтигрю и заставило покинуть его тёплое местечко в спальне третьекурсников-гриффиндорцев. Как раз вышла разгромная статья о нерадивых сотрудниках Аврората, которые засудили невиновного человека без суда и следствия. Ни слова о том, что Сириус провёл время в бегах в Запретном лесу, но постоянно упоминались различные города, где тот прятался в холоде и голоде без средств к существованию. Неважно, что Сириус ни дня не провёл без роскошного обеда и крыши над головой, но всё же статья вызывала сочувствие и жалость к бедняге. Самое главное — судом Визенгамота большинством голосов Сириус Блэк был оправдан. Честно говоря, я ожидал возмещение ущерба за столь медлительное правосудие, но, похоже, ожидать было бесполезно. Сириус после ужина отправился в Гриффиндорскую башню проведать ребят. Неважно, что он пребывал в замке в качестве Бродяги, теперь он имел полное право быть свободным человеком. Несмотря, что слизеринцы не любили бродить по замку кроме своих подземелий, а остальные факультеты не стремились к общению, Гарри-слизеринец и Невилл-гриффиндорец играли во взрывного дурака, тут же райвенкловки Гермиона и Луна играли в шахматы, а Рон — единственный, кто был занят на квиддичной тренировке, как раз пришёл переодеться. — Ну и жара! — проворчал он. — В прямом и переносном смысле. — Я жалею, что Гарри не играет в квиддич, — признался Сириус, наблюдая за игрой девочек в шахматы. — Джеймс был лучшим ловцом за историю Хогвартса. — Меня не тянет на травмоопасный спорт, — ответил Гарри. — Неразумно тратить свою магию на полёты, чтобы получить бладжером по голове. Я лучше научусь летать без метлы. Пусть меня папа Тобиас научит! Сириус только поморщился. — Он же вампир? — переспросил Рон. — Всё, я в душ и переодеваться. Рон скрылся в спальне и спустя полчаса появился в гостиной. Карман его топорщился от копошения его крысы. — Что там у тебя? — спросил из любопытства Сириус, но тут же заорал: — Питер, ты! Убийца и предатель! Он выхватил из рук Рона крысу и сжал так, что крыса не могла и вздохнуть. — Я в Аврорат! — крикнул Сириус и выбежал из гостиной. — Короста! — завопил Рон и побежал за ним. Сириуса не мог догнать никто. Он был настолько зол, что не заметил идущего Дамблдора и толкнул его. Директор охнул, но Сириус уже скрылся в слизеринских подземельях. Оттуда Блэк переместился в Министерство. Я узнал о происшествии только наутро, так как проводил тренировку со своим вампирским отрядом в Запретном лесу. Учиться предстояло многому, и мне бы не помешала помощь со стороны. К сожалению, я не мог просто так соблазнять на свою сторону неорганизованных вампиров-одиночек, чтобы увеличивать количество отряда, мне предстояло более важное занятие — добиться слаженности действий и скорости, чтоб быстро уходить в тень. Никто не должен знать о моих подопечных. Шум на завтраке в Большом зале вызывал головную боль. Я пожалел, что пришёл, но новости от Сириуса и из газет чрезвычайно меня обрадовали. Следовало опасаться воскрешения Волдеморта, но я не мог представить и предугадать дальнейшее развитие событий. Как возродится Волдеморт? Это было только вопросом времени, но я не мог позволить рисковать жизнью Гарри и Северуса. Да и Ремус был под угрозой, если Волдеморт прибегнет к помощи оборотней. Следующий шаг от меня не зависил. Я мог только наблюдать и тренироваться ещё больше.