Отцовский инстинкт Тобиаса Снейпа

Это был вопль. Он оглушил не только меня, но и Элоис был растерян. Казалось, мы сидим на трибунах возле лабиринта, проходит не больше получаса, а мы — двое вампиров — сидим оглушенные от боли и страха. Почему же так быстро? Не может быть, что Гарри так быстро прошёл лабиринт. Ремус и Сев внимательно поглядели на нас, когда мы встали со своих мест. — Что-то с Гарри! — шепнул Элоис. Он собрался бежать прямо в заросли кустов, образующие стены лабиринта, но я то знал, куда надо направляться. — Аппарируем! За мной! Немедленно! — я схватил за руку своего супруга, и мы исчезли в вихре аппарации прямо с трибун. Мы опоздали на каких-то пять минут. Гарри использовал навыки вампира, чтоб пройти лабиринт как можно быстрее. Ему не терпелось закончить с балаганом, называемым Турнир Трёх Волшебников, и он торопился к своей семье. Вместо этого он стоял привязанный к статуе ангела на кладбище, весь в крови, испуганный и разозленный одновременно. Его Зов был настолько силён, что даже мой отряд, незаметно шнырявший между могил, оказался дезориентирован. К черту подготовка! Мои вампиры — жалкое стадо огородников, если позволяют моему сыну потерять много крови. Откуда-то выглянул Эрик с Морганом. — Мы выжидали, как вы и сказали, сэр, — прошептал Эрик. — Мы должны были знать, что происходит, вы не дали достаточных инструкций. — Не дал? О чем он? Что здесь делают вампиры? — взвыл Элоис и направился развязать ребёнка. — Тихо! — яростным шёпотом скомандовал я. — Ждём остальных актеров спектакля. Из котла повалил дым и смрад. Омерзительно возрождаться, используя кровь вампира. Как ни странно, воплощение Волдеморта не показалось настолько мерзким и змеиным, как следовало ожидать. На землю ступил вполне нормальный человек — или вампир? — с гривой неухоженных волос и ярким, вполне вампирским взглядом. Алые глаза и — да, всё-таки вампир, — клыки. Он зашипел, Элоис зашипел в ответ. Наше приветствие прервал Петтигрю, хнычущий от потери руки. Его накрывал болевой шок. — Эй, ты, вампиреныш, наколдуй ему руку, или убей, — не выдержал я. — Зачем мучиться? Под повелительным взглядом Элоиса Волдеморт наколдовал своему слуге серебряную руку. Ага, да тут у нас наблюдается отличная иерархия. Что тут получается? Волдеморт — низший наш родственник? Только этого не хватало! Но не всё было так гладко, как хотелось бы. Наколдовав руку Петтигрю, Волдеморт воспользовался ситуацией, и наколдовав щит, ткнул палочкой в татуировку змеи с черепом. Раздалось неразборчивое шипение, несравнимое с шипением вампира и змеи. Мы же не могли пробиться сквозь невидимую преграду. — Чёрт! — выругался я. — Сейчас здесь появятся Пожиратели смерти, и начнётся настоящая бойня. — Мы готовы драться, — воинственно заявил Эрик. — Дураки, — пробормотал я. В мои планы драка не входила, но когда мои планы выполнялись беспрекословно? И вслух скомандовал: — Приготовиться! Не убивать, а нейтрализовать как можно большее количество Пожирателей. Элоис приготовил палочку, чтобы драться. — Стой! Подожди! — обратился я к супругу. — Возьми Гарри и кубок, аппарируй в Хогвартс. Гарри заработал свою тысячу галеонов. И я прошу — никому ни слова! — Никому? — с подозрением спросил Гарри. — Но я же… Это же… — Никому! — с нажимом ответил я. — Даже братьям. Элоис, скажешь внукам завтра, но сегодня — молчок! Гарри, ты выиграл честно. — Я не оставлю тебя, — заявил несносный мой супруг. — Ты один не справишься. На поляне стали появляться Пожиратели, а среди могил двигались неслышные и невидимые тени вампиров. Элоис ахнул. Он подошёл ко мне и жадно, но коротко меня поцеловал. Его поцелуй обжигал. Это было восхищение и обожание в одном флаконе. Я мало акцентировал на этом внимание, мне необходимо было нейтрализовать эту шайку сторонников Волдеморта. Когда появился последний из Пожирателей, я подал знак, и завязался бой. К сожалению, я недооценил силу и прыть последних и жажду крови своих вампиров. Вспышки проклятий перемежались воплями и криками раненых. Больше всего доставалось от Волдеморта. Он был силён, очень силён, и, самое обидное, я не мог противостоять ему в достаточной мере. Волдеморта теснили сразу четверо, и я не думал, что моим соратникам удастся переломить исход битвы. Внезапно раздался свист и грохот. Тьму пронизал яркий свет, и волей-неволей нам пришлось обернуться к небу. Огромные огненные пегасы, управляемые хрупким мальчишкой, пронеслись над нашими головами. Но это было не всё. Мне на руки из кареты Золотого дракона выпал Люциус Малфой. А он что тут делал? Загадка. — Малфой! — завопил я. — Что ты делаешь? — Люциус, я подумал, что ты предал меня, — обрадовался Волдеморт. — Но я рад, что ты встретил самое могущественное существо на земле. Ты попросил для меня больше силы и могущества? Золотой дракон фыркнул совсем как Северус. — Тебе достаточно, — заявил он надменно. — Люциус просил не для тебя. Я опустил Малфоя на землю и протянул ему флягу с водой. Тот жадно выпил, совершенно не заботясь о манерах. — Ты в норме? — спросил я тихо. — Как себя чувствуешь? — Будто по мне проехался Хогвартс-экспресс, — пожаловался Люциус. — Так кого ты одарил силой и могуществом? — не унимался Тёмный лорд. — Этого несчастного, — показал на меня Золотой дракон. — Чего? — переспросил я. — О чём вы? — За тебя просили твои дети, друзья и родные, — ответил Золотой дракон. — Они все, как один, просили магию для тебя. Я выполнил их желание. Теперь ты — дракон. — Что? — рассердился я. — Зачем? Мне было достаточно того, что давал Запретный лес. Зачем мне больше? Подожди, ты сказал — дракон? Я же маггл, вампир… На меня обратились сочувствующие взгляды моих соратников, восхищение Люциуса Малфоя и гнев Волдеморта. — Я сильнее тебя вдвойне, — с пафосом обратился Волдеморт и приподнял палочку, чтобы отправить меня к праотцам. Но Золотой дракон только щёлкнул пальцами, и палочка Волдеморта переломилась надвое, а сам он оказался в десяти футах от земли. — Я не выполнил твое желание, Тобиас, — с тем же непередаваемым высокомерием произнёс Золотой дракон. — Чего бы ты хотел? Не считая счастья для всех людей в мире. Я думал недолго. — Волдеморт, — ответил я. — Я желаю, чтоб он увидел волшебство в утреннем закате, дыхании реки и бутоне розы. Пусть он станет магглом, а волшебство вернёт себе такое, которое он заслуживает. — Похвально, — оживился Золотой дракон. — Вполне достойное желание для Короля воздуха. Что бы ты хотел для них? Он кивнул в сторону Пожирателей смерти. — Всего того, что они заслуживают, — честно ответил я. — Ни больше, ни меньше. Малфой оживился и почему-то улыбнулся. Он приподнялся с земли и, шатаясь, встал на ноги. Ничего себе, как приложила его драконья магия. Вампиры медленно приблизились к поляне. Им не очень хотелось светиться под ярким волшебством Золотого дракона, но желание стоять рядом и вместе было сильнее. — Для своих соратников я хочу лучшей судьбы, — не спрашивая разрешения, добавил я. — Не только жить в хижине в Запретном лесу, но и возможность выбрать, где им быть, — рядом со мной или нет. Потому что быть вампиром, лишенным человеческих прав, — наихудшее, что может быть. — Я могу сделать для вампиров немногое, — задумчиво ответил Золотой дракон. — Ты сам сможешь что-то сделать для своего народа. Ты — будущий дракон. Это не зверь, и не должность. Это твоя сущность. — И драконом может стать даже вампир, — произнёс появившийся Элоис. Он преклонил колено перед юным мальчишкой. — Встань, — властно сказал Золотой дракон. — То, что мне рассказывали о твоём супруге дети, друзья и враги, не пойдет и вполовину рассказанного тобой. Что ты можешь сказать о Тобиасе? Что бы ты хотел для него самого? Элоис пожал плечами. — Я считал его никем, и самое наименьшее, что случилось со мной, я влюбился. Странное и непредсказуемое чувство. Я не верил и сомневался, но Тобиас перевернул все мыслимые представления о магглах, вампирах и волшебниках. — Что же ты хочешь? — спросил снова Золотой дракон. — Я люблю его, — ответил Элоис Принц. — И что же можно ещё пожелать? Жить долго и счастливо. Золотой дракон понял, что он хотел сказать, и умчался вверх к небу, а мы все остались ни с чем. Прежние убийцы стали лицом к лицу. Но ещё раньше крепкие веревки появились на теле Волдеморта, и Элоис произнёс: — Я придумал для тебя наказание. Пусть ты — никто, но ты стал моим родственником. Поэтому ты отправишься в Запретный лес. Ты будешь жить, охотиться и учиться волшебству там, где я стал счастливым. Ты — маггл. Тобиас тоже им был. Так стань достойным вампиром рода Принцев. Иначе я тебя уничтожу, — спокойно закончил Элоис. Волдеморт захрипел в своих верёвках, но не мог издать даже звука. Силенок у него было теперь не больше, чем у котёнка. Больше почтения и повиновения. Вот таков вердикт Принцев. Слизеринские корни оказались не всесильными, потому что в Волдеморта текла вампирская кровь. Волдеморт исчез, чтобы появиться в Запретном лесу, где в хижине до сих пор жилы мы. Золотой дракон неожиданно решил все мои вопросы с магией, и я был благодарен ему. Более того, у меня появилась мысль, что всё только начинается и путешествие никогда не закончится. Элоис взял меня за руку. — Пойдём, — сказал он, — здесь нам сделать больше нечего. Мы аппарировали и оказались не в Хогвартсе, а Принц-мэноре. Я сначала не понял, куда Элоис меня ведёт. Дорога и комнаты были незнакомые, коридоры и этажи мелькали, я лишь ощущал прохладные пальцы своего супруга. Наконец мы подошли к незаметной двери, врезанной в грубый неотёсанный камень в глубоком подземелье. — Это родовой зал, — объяснил Элоис, — мы обязательно его рассмотрим обстоятельно и подробно. Сейчас мы зайдём только в первую комнату. Интересно, что нас ждёт? Я не представлял, что там, и ахнул от восторга. Там был волшебный гобелен, который сам ткал нити судьбы и вышивал бесконечные узоры нашего выбора. Там были мои дети и супруга, имена родных и дальних родственников. Но самое удивительное, это свет. Волшебный свет. Магия. Она придавала рельеф и особый свет каждому имени. Имена и фамилии вспыхивали, переливались разными цветами, казались многогранными и сверхъестественно великолепными. Элоис подошёл к моему имени и погладил. Оно ничем не отличалось от других, таких же волшебных. — Ещё вчера ты был неподвижным и тусклым, — произнёс он. — Не хватало ярких оттенков синего и зелёного. Я могу сказать, что ты стал полноправным членом нашей семьи. Подожди! — воскликнул Элоис, прежде чем я успел сказать что-либо или обидеться. — Я тебя любил в независимости от того, каким ты был. Мы многое преодолели. Пришлось долго привыкать друг к другу. Сейчас ты счастлив? — Ты идиот, — в сердцах сказал я. — Магия — это чудо. И я не хочу силы и могущества. Я хочу просто быть с семьёй и знать, что мы есть друг у друга. — Это замечательно, — сказал Элоис. — И ты замечательный. Долгий поцелуй был самым естественным окончанием этого длинного и безумного дня.