Призванные за гранью и новые стороны мира. Том 1.

Пребывающий в своих мыслях Курапика всё-таки не смог уйти далеко от лагеря. Уж слишком сильно его взволновал прошедший разговор, чтобы быстро забыть об нём. Хотя кое в чём он убедился окончательно: насколько Эва двуличный и ненадёжный человек. О её склонностях Курута догадывался и раньше, но сейчас это стало совершенно неоспоримо. Впрочем, призванная и не занимала так много места в его раздумьях. Хантер до сих пор не смирился с тем, что его отстранили от миссии, и именно это не позволяло ему просто взять и забыть всё, что было. Размеренными шагами он мерил землю, расхаживая взад и вперёд под деревьями, как вдруг со стороны одного из домов раздались крики. Кричали жалостливо, почти истошно, словно кого-то убивали или жестоко издевались. Курапика быстро примчался на эти вопли, но, как оказалось, не он один «патрулировал» территорию после того, как все разошлись. В одной из многочисленных ям, что были прорыты на территории лагеря, показалась голова Иллуми. Хантеры молча встретились взглядами, пока тишину снова не прорезали вскрики, уже вперемешку с плачем. Они неслись из приоткрытого окна бывшего дома Курапики. Но тот не сделал ни шага в эту сторону, равнодушно отвернувшись. Живущая там девушка больше его не интересовала, но зато проснулось любопытство, а что же происходило у других. Иллуми околачивался в этих местах, тоже встревоженный тем, что услышал ранее. И хотя Эва никогда не интересовала его, как личность, именно её слова, пожалуй за долгое время, вывели его хоть на какие-то эмоции. Действительно, ради чего он так сильно соперничает с братом? Правда ли, что дело только в семье? Иллуми уже давно утратил свободу воли, не замечая, что стал марионеткой в руках собственного клана. Но если всё было именно так, то почему его снова и снова тянет бороться за призванных, несмотря на неудачи? Возможно ли, что в нём просыпается желание иметь, наконец, что-то своё и поступать так, как он считает нужным? Золдик не мог точно дать ответа на эти вопросы, но чётко понимал, что его желание начинает выходить за рамки выслуживания перед отцом. Оба хантера делали вид, что не замечают друг друга, тем более что их отвлекли звуки из другого дома, находившегося поблизости. Курапика помнил, что здесь живёт Леорио, и хоть подглядывать за другом было невежливо, интерес всё равно перевешивал. Просто Палладинайту не стоило об этом знать. Курута обошёл дом кругом, пытаясь угадать, откуда доносятся голоса. Проходя мимо одного из окон, он остановился и прислушался. Приглушённые вздохи и постанывания доносились из тёмной комнаты, на что Курапика улыбнулся сам себе. Он был искренне рад за Леорио, что тот сразу смог найти общий язык и влюбить в себя призванную. При этом в искренности чувств самого Палладинайта никто не сомневался. В силу своей эмоциональности тот просто не мог обманывать и прятаться. Хотя он нашёл хороший способ успокоить Арию после ссоры с бывшей подругой. Золдик в этот момент уже крутился возле дома Хель, тоже старательно заглядывая в окна. Подгоняемый интересом и некоторым волнением, Курута тоже подошёл ближе, при этом делая вид, что его совершенно не заботит происходящее внутри. - Ты чувствуешь конкуренцию в его лице? – тихо проговорил Иллуми, словно угадавший мысли Курапики. Тот не сразу понял, о чём говорил Золдик, пока не вгляделся в полумрак повнимательнее. Его сердце пропустило удар, когда он рассмотрел сидящих в обнимку на диване Хель и Хисоку. При этом последний, наклонившись довольно близко к девушке, что-то тихо ей говорил. Чувство, похожее на обиду и ревность, больно укололо Курута. Он не мог винить призванную в том, что она не дала ему шанса – этому поспособствовали обстоятельства. Кроме того, там была и его вина. Но осознание, что он проигрывает своему недругу, больно обжигало и злило. И при том, что эти двое вместе от силы несколько дней, а фокусника нельзя назвать таким уж «кавалером». Он, скорее всего, просто воспользовался ситуацией, чтобы расположить попаданку к себе. Но в их отношениях тоже не всё будет складываться хорошо, учитывая, насколько они разные. При самом плохом варианте развития событий Курута не собирался упускать свой шанс. Он станет тем, кто склеит вторично разбитое сердце призванной. Иллуми привлёк звук громкого удара, похожего на пощёчину, раздавшегося из дома Лин. Учитывая, в каком состоянии девушка ушла с вечера, она вполне могла все эмоции вымести на Киллуа. Становилось интересно, как он выдержит очередную вспышку агрессии призванной. А может она вообще не захочет его слушать и видеть? Короткий осмотр комнат первого этажа не дал результатов – там было темно и ни души. Иллуми помнил, что здесь есть спальня на втором этаже, поэтому решил забраться на балкон, где была комната девушки. Сомнений не оставалось, что Киллуа пошёл именно туда. Заглянув в окно, Иллуми застал младшего брата в объятиях Лин, страстно его целующей. Девушка сидела у хантера на коленях, будучи в одной футболке, но даже в этом сумраке острое зрение убийцы хорошо различало все изгибы фигуры. Призванная чуть выгнулась в спине, прижимаясь к Киллуа грудью, что показывало её формы в более выгодном свете. Своим напором она раскрепостила хантера, потому что тот тоже начал проявлять инициативу. И хоть за окном ничего нельзя было услышать, одно только наблюдение за любовниками невольно отзывалось собственным возбуждением. Но кроме чисто физиологической реакции на происходящее, Иллуми чувствовал странное чувство, которому не мог дать точного объяснения. Ему стоило давно смириться со своим поражением, тогда почему же видеть Лин с кем-то другим причиняет ему такую боль? Да, пожалуй так он мог назвать свои ощущения в данный момент…. И это были его первые настоящие эмоции за очень долгое время. Он мог бы попробовать ещё раз завоевать Лин, пока та была с Каллуто. Но девушка, даже не подозревая, разрушила все его планы. И какая же ирония была в том, что другая призванная смогла пробудить в Иллуми стремление бороться снова. Происходящее в спальне приобретало все более страстный оборот, судя по тому, как младший Золдик выгибался на кровати под девичьими ласками. Когда-то Иллуми сам дразнил его намеками о том, как хорошо Лин в прелюдиях. И сейчас он не отказался бы испытать их на себе снова. На короткий момент парень закрыл глаза и представил, что рука, которая его сейчас ласкает, принадлежит девушке, а не ему. Воображение нарисовало очень яркую картинку, заставившую хантера издать чуть приглушённый, рваный стон. Если бы призванная знала, что может ублажать не только физически, но и психологически. Внезапно сзади раздался металлический лязг, словно кто-то пытался забраться на балкон. А затем Иллуми ощутил, как его грубо дёрнули за волосы. Пробующий бесшумно залезть наверх Курапика случайно схватился за свисающие вниз чёрные шелковистые локоны. А так как Золдик был целиком увлечён тем, что творилось в спальне, он полулежал на спине, будучи полностью расслабленным. И такое бесцеремонное вмешательство застигло его в самый неподходящий момент. - Тактичности не учили? – изрёк Иллуми, даже не пряча в своих бездонных глазах разочарования. - Кто бы говорил, - огрызнулся Курута, пригибаясь, чтобы его не заметили из комнаты. Он застал один из самых горячих моментов, отчего всё тело обдало приятным жаром, а низ живота свело в приятной судороге. Наблюдение за Лин со стороны пробудило воспоминания об игре в короля. Девушка тогда была невероятно страстной и жгучей, полная противоположность податливой и безликой Эве. Курапика осознал, что и сам был бы не прочь оказаться с ней в постели, но, к сожалению, его не поставили заменой к этой попаданке. Также ничего у него не получилось и с Хель. А ведь там оставалось совсем немного до полного взаимопонимания. Хантер внезапно застыл от собственных фантазий, в которых смешались сразу две призванные, которые ему нравились. Невероятно пошлая сексуальная фантазия пришла ему на ум, но теперь он предпочтёт отрезать себе язык, нежели кому-то сказать. Глядя на Киллуа, Курапика на несколько секунд увидел себя, вместе с Хель и Линкс. Спокойствие и нежность одной очень хорошо сочеталась со страстью и будоражившей агрессией другой. - Мучают влажные мальчишеские фантазии? – издевательским тоном произнёс Иллуми. Его вопрос резко вырвал Курапику из своих мыслей, что тот подскочил на месте и, метнув в Золдика горящий взгляд, поспешил убраться с балкона. Тяжело дыша, он прислонился к ближайшему дереву, стараясь успокоить разбушевавшиеся мысли. Наблюдения за чужой страстью сильно взволновали его, но идти куда-то выпускать пар не хотелось. Не хотелось портить эту прекрасную картину ещё одним смазанным воспоминанием. Золдик молча посмотрел в сторону, куда скрылся Курута, а затем перевёл взгляд обратно в спальню. Любовники там на некоторое время притихли, и в сумраке было видно, что девушка сидит сверху на Киллуа, перебирая его волосы. И могло показаться, что эта сцена полна умиротворения, гармонии и спокойствия. Но что-то не переставало тревожить Иллуми. Смутное предчувствие чего-то плохого, которое пока неясной пеленой пряталось среди этой звенящей тишины лагеря.

***

Две пары из трёх, совершенно случайно и не сговариваясь, встретились утром у разгромленного после вечеринки стола. - Интересно, а здесь что-нибудь ещё вкусного осталось? – с воодушевлением говорила Хель, нарезая круги возле стола. - Мандаринка, оно было без холодильника, поэтому уже все пропало, - обломал её надежды Хисока, подошедший спустя несколько минут. Призванная разочарованно вздохнула, но тут же помахала рукой Арии и Леорио, тоже вышедших из дома. Палладинайт сиял улыбкой во все тридцать два зуба, хотя в последнее время с его лица почти не сходило это радостное выражение. - А на чём вчера все закончилось? – поинтересовалась Ария, собирая со скамейки свои подарки, и посмотрела на Хель. - Ну…. – та запустила руку в волосы. – Эва ещё много чего говорила, а потом стала обвинять Линкс во всех смертных грехах. А та не выдержала, тоже высказала в ответ, и облила её чем-то из кувшина. В общем, они поругались. - Давно надо было сделать. Эта сучка только и делала, что пользовалась всеми нами. Будь моя воля, я бы ей ещё раз ебало начистила. Лин ведь зря руки не распустит… Хоть по ней и не скажешь. Кстати, её никто не видел? - А вон, кажется, Киллуа, - заметил Палладинайт, который всматривался в сторону дома Золдика. По мере того, как тот подходил ближе, по нему стало видно, как бурно он провёл предыдущую ночь. Руки, плечи и грудь покрывали многочисленные укусы, шея вся была багрово-фиолетовая от синяков, а на щеке красовался яркий след от пощёчины. Разговоры среди остальных стихли, и недоумённые взгляды устремились на изувеченного хантера. Причём по нему оставалось не ясно, был ли он где-то в серьёзной передряге или насилу вырвался из постели ненасытной жрицы любви. - Эм… Киллуа, - тактично обратился к нему Хисока, который не сразу нашёлся, что сказать на такое «зрелище». Впрочем, как и все остальные. – А что с тобой…? Ты же вроде вечером пошёл за Линкс, а не на задание… - Лучше не спрашивай, - отмахнулся от него Золдик, усаживаясь на ближайшую скамью. Сейчас он был без футболки, поэтому можно было заметить и его исцарапанную в кровь спину, отчего хантер двигался несколько заторможено. - У меня, конечно, есть догадки, чьих это рук дело... – задумчиво произнесла Ария, изучающее смотря на «боевые» ранения парня. - Только не говори мне, что это она так его, - уставилась на неё Хель, а когда подруга вместо ответа многозначительно кивнула, девушка от удивления прикрыла рот рукой. – Ну и дела, - только и смогла сказать она. - Но зато у вас хотя бы по обоюдному согласию всё вышло, - заявила Ария. – Правда, это не сильно тебе помогло остаться целым. Киллуа хмуро посмотрел на неё, а затем попросил воды. Но так как девушки были слишком заняты обсуждениями, то утолить жажду друга вызвался Леорио, отправившийся в дом. - А вы, ягодки, я смотрю, те ещё горячие штучки, - вклинился в разговор призванных Моро. - Что, испугался уже? – подскочила к нему Хель. – Не сомневаюсь, что это всё достаточно болезненно, - она обвела рукой сгорбившуюся фигуру Золдика. – А, ну да… Тебе это наоборот, должно нравиться. Тему стали развивать дальше, и в ходе этого разговора Киллуа тоже перестал пребывать в мрачном расположении духа. Все перешучивались между собой, и атмосфера постепенно стала более непринуждённой. До тех пор, пока хантеры вдруг не ощутили в воздухе присутствие знакомой, морозной ауры. Повернувшись в ту сторону, они увидели, как к ним приближается Лин. Девушка волочила за собой по земле длинную палку, была сонной и толком не проснувшейся. Впрочем, менее злой она от этого не выглядела. - Я сейчас кому-то эту палку в задницу засуну, а потом через рот вытащу. Кто меня разбудил, признавайтесь? Зад на голову натяну тому, кто ржал громче всех! Что, трудно говорить потише? Ну? Эти слова возымели действие даже на хантеров, которые медленно стали отступать назад. Все уже знали, как трудно Лин вставать по утрам, но никто и не мог подумать, что разговоры на улице смогут её разбудить. Никто не решался что-либо сказать, потому что девушка легко могла привести свои угрозы в исполнение. - Откуда у неё палка? – тихо пискнула Хель, выглядывая из-за спины фокусника. – Если только она не подобрала ту, которой когда-то пиздила Гона. Ария тоже не решалась как-то останавливать подругу, потому что знала, что в подобном состоянии та не остановится, пока не свершит свою «праведную месть». Или хотя бы не проснётся. Весёлые разговоры на улице долетали через открытое окно до Эвы, которая сидела в гостиной. После надругательства от Гона, она смогла только через несколько часов ползком добраться сюда. Ни душевных, ни физических сил у неё больше не осталось. Не было желания даже переодеться. Она продолжала сидеть в разорванном халате и сжимать кулаки от ярости, слушая, как беззаботно общаются между собой остальные. Уж они-то намного лучше провели ночь, чем она. Почему никто даже не удосужился навестить её с утра и проверить, всё ли в порядке? Почему Хель, с её обострённым слухом, не услышала ничего ночью, когда Эва кричала от боли? Злость взяла девушку, когда она подумала о том, что всё могло быть по-другому, прояви бывшая подруга хоть каплю внимательности. И как это разнилось с тем, что говорила Хель до этого. - Такая же двуличная и подлая, как Лин, - зашипела Эва. – Наверняка, всё прекрасно слышала, просто не захотела тратить время. Было больно и обидно, что про неё совершенно забыли. Она могла смириться с тем, что перестала быть интересной хантерам; но не понимала, почему от неё отвернулись сразу все подруги. Эва наивно надеялась, что вчерашняя ссора не стала серьёзным препятствием на пути к их дружбе. Ведь все были на эмоциях, к тому же призванная считала, что подруги сами виноваты в скандале. Она даже думала, что они могли подговорить хантеров игнорировать её. Ведь те уже смогли завоевать внимание призванных, а значит, прислушаются к их словам. Смех на улице внезапно прекратился, и раздался злой голос Линкс, и это вызвало в Эве новую, ещё более жгучую волну обиды. Та, с которой они дружили ещё подростками, делились всеми секретами, даже пробовали что-то писать совместно… Всё это теперь было навеки похоронено, растоптано и забыто. Лин так легко отвергла подругу, словно её никогда и не было. Эва не могла поверить словам Лин, что та не считала её своим настоящим другом. Ведь всё было по-настоящему! Почему тогда она так поступила!? Девушка вцепилась руками в волосы, вся сжимаясь от съедающей изнутри обиды, злости, разочарования, ярости и тоски. Эмоции требовали выхода, а кроме как плакать, Эва больше ничего не могла. Поэтому она уткнулась головой в колени, и задрожала всем телом, пока на улице принимала обороты утренняя разборка… …Замешательство среди хантеров и попаданок привело к тому, что вперёд вытолкнули ничего не подозревающего Киллуа. - Так значит тебе тут веселее всех? – недобро произнесла Лин, перебрасывая из руки в руку палку. - Линкс, ну ты же не всерьёз… - попробовал успокоить ей Золдик, но тут же получил сильный удар в бок. Девушка, будучи даже в полусонном состоянии, принялась беспорядочно колотить Золдика по всем местам, до которых смогла достать. А когда тот пробовал закрыться или уклониться, обходила кругом и начинала атаковать незащищённую части тела. - Вот что бывает, когда её разбудить с утра, - говорила Ария, вместе с остальными отступая назад, чтобы не попасть Лин под горячую руку. - Да перестань уже! – Киллуа понимал, что призванная бьёт его совершенно серьёзно и даже не собирается останавливаться, а ещё не зажившие травмы лишь усиливали болезненные ощущения. В короткий момент, когда попаданка на секунду замерла, он с облегчением вздохнул, но в следующую секунду согнулся пополам от проникающего тычка в причинное место. - Ох, а вот это уже слишком, - скривилась Хель, буквально кожей ощущая, как напрягся рядом с ней Хисока. Такое же болезненное выражение лица появилось и у Леорио. Словно они сейчас были солидарны в своём мужском сочувствии к Киллуа. - Ну, успокоилась, наконец? – осторожно спросила Ария, поднося подруге графин воды и поливая ей на руки. А пока та отвлеклась, Хель быстро подняла валявшуюся с земли палку – побоев на сегодняшнее утро было достаточно. - Кстати, а ведь за всё время это первый раз, когда ты его сильно побила, - произнесла она, глядя на скрючившегося возле скамейки Киллуа. - Она просто лишний раз не поднимет руку на тех, кто ей нравится, - заявила Ария. После её слов повисла пауза, и казалось, даже Золдик навострил уши, всё ещё сжавшись в позе эмбриона. – Так, подожди-ка, стоп…. - Так я и Иллуми ни разу пальцем не тронула. Хисоку, Каллуто, - невозмутимо произнесла Лин, искренне не понимая такого недоумения со стороны остальных. Вторично повисшую тишину нарушали звуки рытья земли, и через несколько секунд за спиной девушки выросла фигура Иллуми. Та словно почувствовала его присутствие, потому что обернувшись, тут же отскочила подальше. - Никак не могу привыкнуть к таким твоим появлениям, - пробормотала она, делая шаг назад и споткнувшись об ноги младшего Золдика. - Да уж, братец, я думал, ты будешь более раскован и страстен в постели. За этим даже наблюдать было неинтересно, - сложил руки на груди Иллуми, сверху вниз глядя на брата. Тот, уже немного пришедший в себя от побоев Лин, в шоке уставился на длинноволосого. Также как и Лин. - Ты…. Ты что, подсматривал? – неверующе произнесла она, стремительно начиная краснеть. - Да, и не я один, - Иллуми, казалось, совершенно не смущала такая реакция, хотя он был доволен произведённым эффектом. Хантер как бы случайно повёл головой в сторону и взгляды всех устремились туда, где на границе лагеря и леса стоял Курапика. Он не слышал того, о чём говорили, но уже догадывался, что его ночной визит не остался незамеченным. - Извращенцы! Вас что, не учили вежливости? У каждого должно быть личное пространство! – тоже вспылила Хель, которую особо зацепила причастность к этому всему Курута. Девушка была о нём более хорошего мнения. - Ну, у вас все равно было особо не на что смотреть, - равнодушно отозвался Иллуми, не замечая, что девушка стала буквально заикаться от стыда. А следом ему на плечо опустилась рука фокусника, который тихо произнёс: "Пойдём-ка" и буквально силком потащил за собой когда-то бывшего мужа. - Нам стоит подумать о покупке штор, - негромко произнёс Леорио, остававшийся более-менее спокойным после таких откровенных заявлений. В отличие от Киллуа, который, с трудом поднявшись, сверлил взглядом спину старшего брата. …- Не скажу, что имею какие-то виды на твою призванную, но расслабляться тебе не следует, - спокойно говорил Иллуми. А когда Моро вплотную приблизился к нему, сверкая маньяческой улыбкой, на лице Золдика не дрогнул ни один мускул. Подобная мимика была уже привычной для этого психопата. - Зачем тогда ты мне мешаешь? Если из-за тебя всё пойдёт прахом, я тебя убью. - Чтоб тебе жизнь мёдом не казалась. Ты можешь рискнуть, - тряхнул волосами Иллуми. И, не дожидаясь ответа собеседника, снова направился к остальным, собравшись удивить их свежей порцией откровенных ночных фактов. - Кстати, кое-кто представлял себе в фантазиях сразу двоих из вас, - проговорил Илуми, снова метнув взгляд в сторону Курапики. А тот от услышанного потерял дар речи и хотел провалиться сквозь землю. – Интересное, кто же это был? – продолжал издеваться Золдик. – Кажется, он упоминал Линкс и Хель… - Ну, хватит уже! – не выдержала первая и, бесцеремонно растолкав хантеров, вся пунцовая, направилась к дому. Ей стоило переварить в одиночестве то, что она услышала. И смущения добавляло даже не то, что за их близостью с Киллуа кто-то подглядывал. Было неудобно, что об этом решили рассказать при всех. Впрочем, от этих типов можно было ожидать какой-то такой подлянки. - Курапика!!! – раздался оглушительный вопль Хель, которая направлялась к хантеру, держа в руке многострадальную палку. – Ты ещё больший извращенец, чем я думала! Ещё скажи, что ублажаешь себя, глядя на нас! Так я сейчас тебе надолго отобью это желание! - Хель, ты всё не так поняла, - начал отступать Курута, не имея никакого желания лезть с девушкой в драку. Но, кажется, разумные доводы сейчас на неё не действовали, и по территории лагеря началась погоня. Призванная не использовала свою скорость звука на такой ограниченной территории, поэтому догнать Курапику ей не удавалось. Однако это не мешало посылать в его спину щедрые порции оскорблений. - Глобальный недотрах у тебя, вот что! – вместе с этими словами в хантера полетела палка, однако он очень кстати увидел перед собой вырытую в земле яму. Недолго думая, Курапика с разбегу нырнул туда, а Хель резко остановилась в недоумении. - Что ж, думаю, у вас всех появились поводы для раздумий. Поэтому…. Позвольте откланяться, - Иллуми галантно поклонился и сделав пару шагов назад, прыгнул в ту же яму, из которой вылез несколько минут назад. Оставшиеся хантеры переглянулись, а Ария и Хель вдруг ясно ощутили нарастающую концентрацию напряжения между ними. Становилось понятно, что услышанное сильно ударило по их самолюбию и гордости. Ведь никому не приятно, когда все вокруг знают о тайнах твоей личной жизни. - Я пойду прогуляюсь, - первым пришёл в себя Киллуа, чувствуя сильную потребность в том, чтобы набить старшему брату лицо. А за его отсутствием выместить злобу на чём-то другом. - Я с тобой, - вызвался Леорио, напоследок чмокнув Арию в щёку, и поспешил за другом. - Постойте, мальчики. Я тоже иду с вами, - навязался в их компанию Хисока. Он быстро подошёл к Хель, так и стоявшей возле ямы, где исчез Курапика. Девушка уже не злилась, но посмотрела на фокусника взглядом растерянного ребёнка. – Мандаринка, я схожу в город за покупками. А тебе лучше пока посидеть дома. Призванная проводила взглядом удалявшуюся троицу, затем обменялась взглядами с Арией, и они разошлись по домам. Слишком погружённые в свои мысли хантеры даже и не заметили слежки, которая непрерывно велась за ними с самого утра. Ведь никто не догадался обратить внимание на один из многочисленных розовых цветков, яркими пятнами усеявшими крону одного из деревьев. А стоило, ведь этот прекрасный бутон легко мог обернуться восьминогим чудовищем, всегда нападающим исподтишка.

***

Уже не одно дерево было вырвано с корнем разбушевавшимся в лесу Киллуа. Он не смог найти брата, хотя и предполагал, что его подземный туннель где-то должен заканчиваться. Оставаться надеяться, что у Иллуми хватит мозгов, чтобы не растрепать об этом хотя бы в семье. Однако его упорство и желание во что бы то ни стало потягаться с Киллуа не могло ни настораживать. Значит, он серьёзно хотел реабилитироваться, даже против воли отца. Значило ли это, что самому Киллуа рано расслабляться? Золдик вышел к водопаду, где зачерпнул немного холодной воды и умылся, чтобы немного прийти в себя. Прогулка и ледяная прохлада отрезвили его, вернув способность трезво мыслить. Хантер поморщился от неприятных ощущений в паху – Лин не пожалела сил, которые вложила в этот удар. Но чтобы успокоить себя, Киллуа решил, что ему попало за дело. О причинах можно было думать долго, но сейчас не это являлось для него главной из проблем. Со стороны раздался треск кустов – кто-то, словно медведь, продирался через заросли, не скрывая своего присутствия. Хантер уже привычно напрягся, однако тут же расслабленно опустил плечи, как только из чащи вывалился Гон. - Ты где опять был с утра? – с какой-то усталостью спросил Киллуа, только сейчас вспомнив, что друга не было с ними во время разговора. - Да так, гулял, - невозмутимо ответил Фрикс. – Не хотел быть с Эвой. Она меня выбесила ночью, поэтому я не сдержался. А потом ушёл. - И что ты с ней сделал? – скорее из вежливости поинтересовался Золдик, уже предполагая, какой ответ услышит. А когда Гон, совершенно не таясь и довольно подробно рассказал обо всём, седовласый лишь вздохнул. Нельзя сказать, что ему было жалко Эву – скорее, он не чувствовал к ней ничего. А вот вспыльчивость друга так никуда и не делась. Предыдущие « отношения» с Хель ничему его не научили. - Она оскорбила имя Кайто! – выпалил Фрикс, решивший, что друг его осуждает. Немного помолчав, он добавил. – Слушай, а давай поменяемся девушками? Ты ведь был уже с Эвой, и она вроде как не доставляла проблем. Я же вижу, что у тебя не очень складывается с Лин… - Ты сам понимаешь, что говоришь? – Киллуа сжал руки в кулаки, устремив на собеседника холодный взгляд. Чтобы ни происходило между ними, это было их личное дело. И он не мог себе позволить, как последнему трусу, убегать от проблем. А тем более позволить себе предать девушку. После того, как она начала ему хоть немного раскрываться. - То, что ты не можешь наладить общего языка с Эвой, это только твои проблемы. Я теперь не откажусь от Лин, чтобы ни случилось. И на твоё предложение никто не согласится. Поэтому включи, наконец, мозги и начни думать головой…. А не только одним местом, - произнёс Киллуа и прошёл мимо недоумевающего друга дальше в лес. Желание поделиться своими проблемами резко притупилось после такого «разговора». Хантер на ходу врезал кулаком по ближайшему дереву, которое с треском накренилось, а затем рухнуло, обламывая соседние ветки. Только притихшее раздражение поднялось в парне с новой силой. Лучше всего было сейчас не возвращаться домой, пока он не успокоится полностью.

***

На территории лагеря временно повисла тишина. Но ровно до того момента, как дверь одного из домов не открылась, и не раздался чуть слышный скрип колёс инвалидного кресла. Сидевшая в нём девушка медленно осмотрелась и, убедившись, что никого нет, направилась к дому Арии. - Тебе чего? – надменно спросила та, едва открыв дверь и увидев на пороге Эву. Ту передёрнуло от такого обращения, но сейчас нужно было отыграть роль искреннего раскаяния, чтобы усыпить бдительность подруги. - Ты прости меня за вчерашнее…. Мне очень жаль, что я говорила такие слова о тебе. Просто понимаешь, я была на эмоциях, да и расстроилась из-за того, что не сдала, - сказала Эва, одновременно пытаясь понять, одна дома Ария или нет. Судя по тишине в доме, Леорио куда-то ушёл. Но так было даже лучше. Ария шумно вздохнула и отвернулась, так же медленно выдыхая. Она пыталась собраться с мыслями, чтобы снова не врезать бывшей подруге. А Эва в этот момент заметила лежавшую на тумбочке возле двери карточку хантера. Недолго думая, призванная быстро взяла её. Глупо было упускать такой шанс. - Мне абсолютно плевать на твои извинения. Ты как была серым тусклым пятном, абсолютно бесполезной и никчёмной, так и осталась, - сказала Ария, не поворачиваясь. – Не стану скрывать, что хотела бы ещё раз избить тебя, от души, без чьего-либо вмешательства. И никто не встанет на твою защиту. А теперь ты ещё оттолкнула и Лин. О какой дружбе может идти речь, если ты без причины готова поливать дерьмом близких тебе людей? - Я поняла, - глухо отозвалась Эва, которая уже не особо слушала Арию и лишь искала повод уйти. – Мы с тобой никогда не сможем подружиться. Извини, что побеспокоила, - и не дожидаясь новой порции оскорблений, развернулась на месте и отправилась домой. За её спиной с громким хлопком закрылась дверь, но теперь на раздражение бывшей подруги Эве было плевать. Потому что она уже начала приводить в исполнение свой план мести. Забраться в информационную систему хантеров оказалось не так просто, но для этого у Арии и была украдена лицензия. В своём мире Эву дразнили задротом, но даже подруги не знали о её компьютерных навыках. Девушка считала этой не самой своей интересной чертой, и только сейчас поняла, что зря. Пальцы быстро летали по клавиатуре, одну за другой открывая папки, подбирая коды и пароли, но пока ничего не привлекало особо внимания юной хакерши. Всё это она знала заранее, и её уже начало постигать разочарование. Неужели здесь не удастся найти хоть что-то компрометирующее? Может какие-то тайные миссии, которые под запретом или преступления, совершённые кем-то ранее. Ведь не может быть такого, что эта информация нигде не засветилась. Много времени понадобилось девушке, чтобы обойти сложную систему паролей и добраться до одного файла, который подразделялся на четыре папки под странными названиями «Цветочек», «Бар, «Туман» и «Зажигалка». Недоумённая улыбка появилась на лице призванной – зачем надо было зашифровывать такие простые файлы? Но желание отомстить взяло вверх над здравым смыслом, и Эва открыла папку «Туман». Там оказалось несколько текстовых файлов, обозначенных лишь порядковыми номерами. Наугад щёлкнув по одному из них, девушка всмотрелась в написанное….. События стали происходить с небывалой быстротой. Территорию лагеря озарила ярчайшая вспышка света, за которой последовало несколько протяжных криков. Спустя минуту из своего дома выскочила Хель, которая от столь неожиданных звуков едва не упала со стула. Она поняла, что крики раздаются из дома Эвы - Какая тебе разница чего она орёт? - вяло отбивалась от подруги Ария, когда та силком волочила её за руку к дому Лин. - С ней явно что-то случилось! Ты можешь засунуть свою гордость куда подальше хоть на какое-то время!?– огрызнулась Хель, влетая в дверь. Найти ещё одну призванную не составило труда – та сидела на диване в гостиной, пытаясь переварить утрешний разговор. - Есть дело, - категорично отрезала Хель, хватая девушку и утаскивая за собой. Ничего не понимающие подруги едва поспевали за ней – ещё немного, и та, не выдержав, побежит со скоростью звука. Эва, не в силах поверить собственным глазам, сидела перед монитором, уронив руки на колени. От хлопка двери она вздрогнула и подняла взгляд. Хель смотрела на неё взволнованно, Ария надменно, а Линкс делала вид, что бывшей подруги не существует. - Девочки…. – прошептала Эва. – Я…. Случайно это нашла…. Хель первой отделилась от подруг и, подойдя к компьютеру, тоже посмотрела туда. Её тревожное выражение лица стало сосредоточенным, потом шокированным, и в конце сменилось на потерянное. - Не вер… - девушку качнуло. Голубоватая аура неравномерно вырвалась из её тела, собираясь в отдельные клубы, стремительно меняющие форму. Вот возник размытый силуэт автомата, но он тут же трансформировался в винтовку, которая следом изменилась на лук. Контроля не хватало, чтобы сделать предметы реальными, но их изменения становились всё быстрее и нечетче. В конце концов эти силуэты превратились в один калейдоскоп неясных фигур, всполохами сменяющих друг друга. – Этого не может быть…. Нет, нет, нет…. Нет!!! – в конце призванная сорвалась на крик от сильной, пронзающей боли в сердце. - Хель, держи себя в руках! Да и что вы там такого увидели? – не вытерпела Ария, вместе с Лин подходя ближе. Но высокомерная ухмылка почти сразу же исчезла, стоило прочитать первые несколько строк. Глаза девушки наполнились слезами, брови страдальчески изогнулись, и она в ужасе отступила назад, падая на колени. - Невозможно… Я верила…. Как это подло…., - дрожащими руками призванная обняла себя за плечи, едва сдерживая истерику. За спиной появились очертания прозрачной фиолетовой змеи, размером с питона, которая в сочувствующей позе обвилась вокруг хозяйки. Голова рептилии легла на плечо призванной, а глаза-бусинки заглядывали в лицо. Но Ария ничего не видела, потому что стекающая из глаз влага не падала вниз, а зависала мелкими капельками в воздухе. - Девчат, простите..., - лепетала Эва. – Я искала что-нибудь, хотела им насолить, но не думала, что они могут вот так… - Это уже неважно, - в голосе Лин сквозил металл, хотя по ней было видно, как она старается не впасть в панику – дрожащие губы и медленные, глубокие вдохи. – Если это находилось в открытом доступе, значит …. - Кто угодно мог этим воспользоваться. К чему тогда вообще всё это, - глухо добавила Хель, отрешённо глядя перед собой и не сдерживая капающие из глаз слёзы. Её колотила крупная дрожь и она даже опёрлась на стену, чтобы не упасть. Эмоциональное потрясение лишило всех физических сил и оставляло в мыслях лишь пустоту. Ария тихо всхлипывала, сидя на полу, но постепенно её плач становился всё громче. Что-то бормоча себе под нос, она аккуратно сняла подаренные вчера Киллуа украшения и яростно швырнула их об пол. На короткий момент эти дробные звуки разорвали повисшую в комнате тишину. Эва стискивала ручки коляски и пыталась заглушить рвущиеся наружу рыдания. Лишь Лин остекленевшим взглядом расширенных зрачков смотрела в экран. Из всех четверых только ей удавалось сохранить самообладание, но она чувствовала, как эта маска стремительно трещит по швам. Нельзя предаваться отчаянию, ведь она должна быть сильной. Девушка пыталась мысленно себя успокоить, хотя бы перед подругами. Уж слишком тяжела была информация, вдруг сваливавшаяся на них. Всё, на что они надеялись, оказалось лишь миражом, обманом и ложью. Но это было ещё не самое страшное...