Потерянное детство

      Северус Снейп не любил показывать, что он сбит с толку, обеспокоен или ошибся и поэтому сейчас ему приходилось носить самую бесстрастную маску. По уровню отражения эмоций с ней могла соперничать только его металлическая маска Пожирателя Смерти. А за ней, за неимением лучшего слова, скрывался почти что хаос. Хаос, в который он должен вмешаться, но сделать это, означало бы начать двигаться, а значит неумолимо погрузиться в этот хаос самому. Так что уголок учительской Хогвартса, где он подпирал каминный экран, пока что был надежным убежищем. Последние несколько мгновений — пятнадцать минут, как он полагал — были… ну… на самом деле, Северус не хотел думать о последних нескольких минутах в каких-либо мельчайших подробностях, потому что, делая это, он рисковал бы своим драгоценным убежищем, а прямо сейчас ему нужно было это безопасное место. Его гавань. Вместо этого он мысленно излагал факты. Изложение фактов было нейтральным: ему не нужно было связывать какие-либо эмоции с этими фактами. Минерва отправилась на поиски директора, когда он не прибыл на первый педсовет летних каникул. Остальные сотрудники Хогвартса болтали между собой, а Северус, по обыкновению, читал книгу. Минерва вернулась добрых десять минут спустя. Северус никогда не видел у нее такого выражения лица, но он не хотел останавливаться на тех эмоциях, что оно выражало, потому что это не было констатацией факта. Что было фактом, так это то, что она была не одна. Альбус был с ней. Просто. Он был. Изложение фактов, Северус. Да, очень маленький. Вроде по колено. С короткими волнистыми темно-медными волосами. В пурпурной мантии. Скажи это, Северус. Ребенок. Альбус Дамблдор был ребенком. Так, это было не так уж и сложно. Просто факты. А теперь ребенок Альбус Дамблдор сидел в своем обычном кресле, которое почему-то стало для него слишком большим. А остальные сотрудники Хогвартса — с пониманием того факта, что среди них оказался ребенок — погрузились в … Хаос. Северус не позволял себе смотреть на ребенка. Не для того, чтобы избежать фактов. Он думал, что если бы он это сделал, он бы поймал взгляд Альбуса, а эти голубые глаза всегда имели способ уничтожить его, сделать его слабым, заставить его говорить, заставить его чувствовать. Он ничего не чувствовал в этот момент. Что он должен был чувствовать к своему наставнику и защитнику, в какой-то мере заменившему ему отца (не говоря уже о лидере Света, когда-то Верховном Чародее, мастере Старшей палочки, ох, и о главе Ордена Феникса), если тот — ребенок? — Северус! — Голос Минервы прервал его размышления. Он посмотрел на нее, и тут же перевел взгляд на шторы за ее головой. «Такие пыльные Интересно, от домовых эльфов есть хоть какая-то польза для школы, кроме того, что они меня кормят». — Ты ужасно тихий сегодня! Все взгляды обратились на него и он почувствовал, как его убежище пало. — Мне нечего сказать. Это было правдой. Он не придумал ничего хоть сколько нибудь конструктивного. Минерва продолжала пристально смотреть на него, как если бы она слегка не верила и Северус был уверен, что все, включая пару голубых глаз, на которые он все еще не рисковал взглянуть, продолжают смотреть на него. — Это магия, Северус? Северус вскинул брови и наморщил лоб. — Магия ли это, Минерва? Несомненно, это магия! Он увидел выражение яростной паники на ее лице, и ему показалось, что, возможно, следовало быть более корректным. Он даже собирался исправиться, когда она ответила: — Я имел в виду Темную магию, Северус. Может ли это быть Его делом? — Маловероятно, Минерва. Планы Темного Лорда относительно директора обычно включают в себя множество пыток и мучительную смерть и ни разу он не обмолвился о том, как было бы замечательно, если бы Альбус Дамбльдор стал ребенком! Он заподозрил, что именно констатация факта (который никто из сотрудников, склочничающих и дезориентированных, не осмелился произнести вслух) добавила тишины в комнату. Он взглянул на кресло директора с его крохотным обитателем и увидел, что мальчик (мальчик!) прижал сжатый кулачок ко рту и опустил глаза. Что-то, что Северус пока не мог идентифицировать, дрогнуло в нем, но к счастью Минерва тоже заметила. — Северус, Филиус, мы осмотрим комнаты директора, возможно, нам удастся узнать причину. Остальные — в библиотеку! Должен быть какой-то способ это исправить. Она повернулась к Альбусу и взяла его на руки. Все еще с идеей констатировать только факты, Северус заметил, как маленький Альбус спрятал ладошки под мантией Минервы и склонил кучерявую голову ей на плечо. Нет. Только факты. Факты. Только.