Потерянное детство

Северус сидел за обеденным столом вдали от нескольких учителей и одного ребенка. Суп в этот раз был одним из его любимых, но он, казалось, проводил время просто размазывая его по тарелке и наблюдая, как пар рассеивается по мере того, как тот остывает. Если бы Люциус заметил, если бы Люциус увидел Альбуса сегодня, он бы скорее всего доложил об этом Темному Лорду. А тот, конечно, если это не было частью его плана (а Северус все еще подозревал, что это не было), призвал бы его к себе и приказал доставить ребенка к нему. Северус вздрогнул, представив такую вероятность. Он должен был заняться исследованиями. Он наблюдал, как учителя (особенно учителя-женщины) развлекают юного Альбуса, и почувствовал вспышку зависти, которую пытался игнорировать. Он, надо признать, получил удовольствие сегодня. Возможно, поэтому он размазывал суп в тарелке. Он наслаждался сегодняшним днем, он чувствовал себя нужным, а затем он испортил все. Не намеренно, но он оставил ребенка в темноте, без каких-либо утешений. Конечно, Альбус его испугался. Северус ненавидел, когда люди боялись его. Искренне боялись, потому что думали, что он действительно может причинить им вред. Он определенно не хотел, чтобы Альбус, другой ребенок или кто-либо еще, боялся его. Он опрокинул наполненную ложку обратно в миску и наблюдал, как брызги оранжевой жидкости образуют рябь. Книга тоже не помогала отвлечься. Она была взята с собой для маскировки, чтобы остальные не подумали, что он наблюдает, хотя, конечно, так и было. Он собирался встать и уйти, когда понял, что у него есть компания. Кто-то сел, нет, забрался, на стул рядом с ним. — Привет, Альбус. — Альбус наблюдал за ним. — Извини за то, что было, я не хотел тебя напугать. Он облокотился на стол, чтобы они были ближе по высоте, осторожно, чтобы его волосы не касались холодного супа. — Я должен был защитить тебя. Я всегда буду защищать тебя. — Эти голубые глаза не отрывались от его. — Всегда, Альбус. Он думал, что Альбус мог бы ответить, но вместо этого он зевнул. Это был довольно широкий зевок, для такого маленького ребенка. — Да, пора спать, я думаю, пошли. В Большом Зале повисло молчание, и он просто пристально посмотрел на публику поверх головы Альбуса, когда он спрыгнул с лавки вниз. — Наслаждаешься эффектом, да? Ответом было загадочное мерцание глаз, вполне в духе старого Альбуса.