Часть 1
17 августа 2020 г., 23:17
«Я люблю тебя и буду любить, пока не перестану дышать. Я это твердо знаю. Ты мой горизонт, и все мои мысли сводятся к тебе» Эрих Мария Ремарк «Триумфальная арка»
По звездам, по линиям на руке, на картах, как же можно понять, что этот человек предназначен тебе судьбой? И существует ли это громкое слово «судьба»? А не мы ли сами строим свою жизнь и делаем те или иные выборы? Так много вопросов, и вроде достаточно времени, чтобы на них ответить. Чёрный минивен медленно подъезжал к морскому причалу. Александр грациозно вышел из машины, обходя её сзади, и открывая переднюю дверь. Он протянул руку девушке, та аккуратно вложила свои изящные маленькие пальчики в его крепкую ладонь. Она полностью доверяла ему, даже сейчас, с повязкой на глазах и без идей, куда этот голубоглазый швед мог её привезти, открывая своё сердце Агата была готова следовать за ним куда угодно. Придерживая свою избранницу одной рукой за талию, а второй держа её холодную и миниатюрную ручку, Александр уверенно вел их к парусно-моторной яхте. Шаг за шагом, они ступали по деревянному настилу причала, направляясь к судну. Харрис не терпелось уже узнать, что за сюрприз устроил ей Алекс. В его голову могло прийти, что угодно. Внутри неё зарождалось волнение вместе с напыщенной детской радостью. - Аккуратно, сделай широкий шаг, - швед надежно удерживал хрупкую руку девушки, не давая ей оступиться и упасть. И вот, наконец-то он снял с её глаз черную повязку. Первое время было больно открывать глаза, уже ставший непривычным, яркий свет слепил. Спустя пару минут перед Агатой раскрылся прекрасный вид на открытое море и средних размеров яхту с двумя мачтами. От безумного счастья девушка запрыгала и захлопала в ладоши, как ребенок, с раннего детства ей хотелось выйти в открытое море и испытать это чувство уединения с безграничными морскими водами, мощными, опасными и пока неподвластными никому. - Так вот, это творение, которым ты тут занимаешься? - Харрис с яркой улыбкой на лице начала изучать каждую деталь корабля. - Да, любопытная моя. Осматривайся пока, а я пойду заведу эту махину, и мы отправимся в далекое плавание. - Ты сам будешь управлять? –она удивленно вскинула бровь вверх. - А ты думала я шутки шучу? –он улыбнулся во все 32 и направился в сторону капитанской каюты. Белые романтичные крылья парусов развивались на ветру. Яхта неторопливо двигалась к недосягаемому горизонту, по тихой глади воды. Волн почти не было, судно не качало так сильно, как обычно это бывает. Солнце садилось, окрашивая небо в цвета от ярко-оранжевого до бледно-розового, цвета отражались на морской воде и слепили глаза. Пелена облаков, как в замедленной съемке двигались по вечернему голубому небу, насыщенному взрывными красками солнца. Ход яхты разрезал гладь воды, оставляя позади себя маленькие волны. Агата сняла обувь и босыми ногами прикоснулась к дубовому настилу палубы, продвигаясь ближе к корме судна и облокотившись спиной о перила, она стала наблюдать за уверенными движениями Алекса за штурвалом. В это время года в Швеции стояла умеренная погода, было не очень жарко, но и не слишком холодно. Нильсен выглядел слишком обворожительно, в белых зауженных брюках, незаконно идеально сидящих на его крепких ногах; в розовой рубашке, полностью расстегнутой, обдуваемой легким ветром, и открывающей вид на накаченный мощный торс, и каждый кубик пресса, широкую грудь и сильные руки. Он словно сошел с картины Рафаэля, как ожившая статуя Аполлона в Ватикане, точно Ален Делон в начале своей карьеры. Отплыв на достаточно большое расстояние от берега, они остановились. За это время солнце почти село, и уже стали появляться яркие вкрапления звезд на небе. Нильсен спустился на палубу и достал из ведерка со льдом бутылку красного вина, быстрым движением открыл и разлил по бокалам. Ветер раздувал пепельные локоны, проходя между каждой прядкой; платье развевалось, Агата вдохнула свежий воздух и слегка поежилась, но не от прохлады, а от ощущения полного комфорта и счастья. Александр тихо подкрался сзади, нежно поцеловал в висок, и протянул девушке бокал с гранатово-красной жидкостью. - Ты такая сильная. Хочу, чтобы сегодня ты побыла беззащитной рядом со мной, мин кэра, - он сделал маленький глоток, и обжигающий алкоголь потек по его горлу. - Я не могу ничего обещать, - Агата поставила бокал на стол, она зажала в руках ткань своего платья и медленно начала его поднимать вверх, кружась, будто играла музыка. Холодный шифон скользил все выше и выше, обнажая стройные ноги, пальцем руки она поманила Александра к себе, побуждая присоединиться к её сольному танцу, и благодаря этому жесту он всё понял. - Секунду, - мужчина зашел в каюту и через маленький промежуток времени вышел с большой коробкой в руках. Александр достал старую виниловую пластинку и вставил в антикварный, резной граммофон. Заиграла спокойная классическая музыка, которая определено была по душе им обоим. Он медленно подошел к девушке и подхватил её за талию, крепко удерживая, на её лице разразилась широкая улыбка. Зеленые глаза цепко и пронизывающе смотрели в его, чистого лазурного цвета, как гладь воды, по которой они сейчас плывут. Александр дотронулся своим носом и нежно чмокнул в губы, затем проложил дорожку из едва весомых поцелуев к мочке уха, которую он легонько прикусил. Легкий озноб пробежал по всей коже девушки, а слабый морской ветер развеивал невесомое шифоновое платье. Они начали двигаться в такт музыке, плавно ведя друг друга за каждой нотой. Александр всем телом направлял свою избранницу, все также крепко удерживая в своих руках. Его глаза светились, пылали, вглядываясь в счастливое лицо Агаты как полная луна на ночном небе, так не смотрят на человека, с которым душевно ничего не связывает. Так смотрят именно на ту, которая заняла все мысли, этот взгляд предназначен только для любимой. Одной рукой он переплёл их пальцы, а вторая медленно вырисовывала узоры на её открытой спине, шаг за шагом, под такую романтичную мелодию, их тела будто были одним целым. Все его прикосновения во время этого танца явно давали понять, что так прикасаются только к самому ценному бриллианту, и за этот маленький промежуток времени Агата стала для Александра тем самым алмазом. Дыхание сбивалось лишь от ощущения близкого и любимого человека рядом – это намного интимнее и романтичнее, чем то, что принято называть такими словами. Нильсен уткнулся носом в распущенные, волнистые волосы Агаты, вдыхая их аромат. В голове пульсировала мысль, что в этой погоне от проблем, он выиграл свою гонку за счастье. Ему не хотелось выпускать Агату из своих рук, такое уединение безумно возбуждало. Они были наедине друг с другом посреди спокойного моря. Никто не помешает этим двоим. - Меня так дурманит твой парфюм, - Алекс тихо шепнул ей на ухо, но от таких вроде бы обычных слов Агату бросило в жар. Она подняла свои веки, густые длинные ресницы взмахнули вверх, глаза глубокого зеленого цвета смотрели на мужчину с восхищением и диким желанием. Она обхватила его лицо двумя руками и своем чуть-чуть привстала на носочках. Губы скользнули по подбородку к губам, мягко касаясь их. А затем неожиданно прикусила нижнюю губу, капелька крови выступила на коже. - Эй, поосторожнее, я же могу переиграть тебя, - он подхватил Агату за бедра и понёс в сторону каюты. Опустив на кровать и нависая сверху, он прожигающим взглядом смотрел в её глаза, в которых хотелось исчезнуть; на её веснушчатый носик; на пухлые губы в которые хотелось впиться, которые нужны как воздух. И в следующую секунду он именно это сделал, дико, горячо, властно сминал её губы. Абсолютно требовательный и доминирующий поцелуй, не нужно было лишних движений, чтобы понять насколько она стала важна для него. Он нажал большим пальцем на подбородок девушки, давая возможность для дальнейших действий с её ротиком. Его язык выводил то плавные, то дерзкие, то упрямые движения своим языком. Это было похоже на их танец, нежный, трепетный и только их. Языки переплетались друг с другом, они понимали каждый следующий шаг. Харрис не сопротивлялась его напору, она сама дико желала получить большего. Этот напыщенный, упрямый, саркастический швед овладевал её сознанием будто по щелчку пальцев. Александр медленно начал скользить рукой по ноге англичанки, приподнимая платье еще выше, вдавливая пальцы в кожу и оставляя белый след на ней. От вкуса его губ, голова кружилась, дыхание перехватывало; от прикосновений она таяла, как мороженое в жаркую погоду, как лед в стакане коктейля, как шоколад под лучами солнца. Насыщенный, бесстыдный, жаркий поцелуй, из-за него было ощущение, что тебя окатили горячей водой. Становилось трудно дышать, они отстранились друг от друга, чтобы получить дозу свежего воздуха, а затем снова начали растворяться под властью возбуждения, витающего в комнате. - Ты же понимаешь, как сводишь меня с ума? – Александру было трудно дышать. Агата плавно сняла с его рубашку, перемещая свои руки к ремню на его брюках. – Ты всегда спешишь, моя лилла каттен. - Пора привыкнуть, - она выполнила нудные действия очень быстро и так умело. Ее пальцы прошлись по крепкому торсу, задевая каждый напряженный кубик, каждую мышцу; ногтями царапая и оставляя свои следы, давая понять, кому он принадлежит. Языком она провела по вздувшимся венкам на его шее, и покусывая зубами кожу, от чего с губ шатена сорвался тихий стон. Он приподнял корпус девушки, медленно спуская молнию вниз, целуя каждый миллиметр её ключиц, шеи, плеч. Сняв платье, он перевязал её запястья атласной лентой и привязал к металлическому изголовью кровати. Нильсен хищным взглядом осматривал тело своей возлюбленной, ей льстил такой интерес в ней, но он резко привстал и подошел к комоду, достав оттуда свечу и зажигалку. - У меня появилась одна идея, только не бойся, любимая, тебе понравится, - присев на коленях он зажег фитиль. Плавящийся воск начал капать на бархатную, белую кожу девушки, первые капли вызвали некий дискомфорт, но Александр нежно дул на место их падения, вызывая табун мурашек. Проводя свечой от ключиц, вниз, задевая возбужденную и вздымающуюся грудь, живот, вокруг пупка - он целовал следы от воска на её теле. От этих ощущений она еще больше извивалась, сначала было горячо, затем приятно прохладно, а потом щекотно. Невозможно было сдерживать свои вздохи и стоны. Задув свечу и отложив её в сторону, Александр задел пальцами краяшек её трусиков, оттягивая резинку. – На этот раз не шелковые, мне нравится, - он проговорил ей это прямо в губы. А затем начал целовать её ключицы, оттягивая кожу и оставляя свои следы, плавно переходя на грудь, вырисовывая на ней узоры языком, резко схватив сосок в зубы, мягко покусывал его. С пухлых губ сорвался громкий стон, Нильсен ухмыльнулся и взглянул на неё голубыми глазами, полуприкрытыми от возбуждения. Языком он провел влажную дорожку по животу, дойдя до линии трусиков и стягивая их зубами. Холодными пальцами проводил по внутренней части бедра, от таких прикосновений по телу Агаты прошел разряд тока. Решительно двигаясь к главной цели, он не отрывал своих глаз от её. Пальцы надавили на горошенку клитора, а затем скользнули внутрь, двигаясь внутри, дотрагиваясь до стенок, через время добавив второй палец, Агата ерзала на белой хлопковой простыне, закатывая глаза и прикусывая губу от вновь нахлынувшей порции возбуждения. Он двигал пальцами то медленно, то постепенно ускоряя, но не доводя её до высшей точки. - Развяжи мои руки, - на издыхании девушка шепнула в глухую пустоту и не желая мириться с таким доминированием. Алекс выполнил её просьбу, и в тот же момент она дотронулась своими еще затекшими руками до внушительно выпирающего бугорка на его боксерах. Проводя коготочками вверх к резинке, она быстро спустила их вниз, Нильсен громко сглотнул, а Агата облизала губы. Не дожидаясь следующего действия со стороны девушки, он одним резким движением вошел в неё, сначала давая привыкнуть к такой наглости, а после медленно создавая нужный темп. Ей не нравилось такое положение дел, перевернув его на спину, она продолжила эту игру, но ведомый все равно был он, обхватив её ягодицы, мужчина направлял свою любимую к нужному ритму, поднимая и опуская её изможденное тело. Покусывая шею и обдавая её горячим дыханием, он придерживал Харрис, хотя та опиралась руками об изголовье кровати. Рвано, быстро, жадно двигаясь, им было мало друг друга. Между ними бушевало пламя, страсть, агония, любовь, возбуждение. И это переплетение взглядов, глаза в глаза, губами к губам. Неконтролируемые чувства, быстрые движение, они двигались навстречу друг к другу, так было комфортно. Он снова навис над ней, вдалбливаясь в неё жестко и нетерпеливо, стоны, звуки тел заполняли всю комнату. Руки блуждали по её телу, сжимая мягкую кожу, а вся его спина покрылась царапинами. Бешенный ритм, вскруживающий голову. Он положил её ноги на свои плечи, давая новые ощущения, под знакомым углом входа – это возбуждает еще больше, еще сильнее. Одной рукой он облокотился о матрас, а второй звонким шлепком ударил о её бедро, все также бешено двигаясь внутри. Агата сжала в руках, уже помявшуюся под их телами простынь. Лбом он коснулся её и впился в неё губами, капельки пота падали с его лица. Подхватив за талию, он вырисовывал пальцами по её спине узоры. На раскаленной коже появлялись красные отпечатки его подушечек. Отстранившись полностью, Александр повернул Агату к себе спиной, рывком притянув к себе и плавно входя. Рукой перехватив между ложбинкой груди, он не сбавлял привычный темп, рвано дыша в шею, оставляя приятные ожоги своим дыханием. Агата откинула голову назад, предоставляя новое место для его поцелуев. Агония, происходившая между ними, могла взорвать несколько вулканов. Они заполучили друг друга – полностью и бесповоротно. Проводя пальцами между её складочек, он надавливает на нужную точку, чтобы быстрее и максимально одновременно достигнуть пика. Здесь он был главный, он стал одержим ею, а она полностью подвластна ему. Еще несколько движений, быстрых, ритмичных и таких нужных, и они упали на прохладную постель, тяжело дыша, но также не отрывая глаз друг от друга. Александр пододвинул Агату ближе к себе, накрывая одеялом и целуя в висок. - Только моя каттен, навсегда, - мужчина обхватил её своими руками и медленно погружаясь в сон после жаркого, как это можно было бы назвать занятия любовью.***
Солнце пробиралось в темное помещение каюты, волны качали яхту. Агата открыла глаза, потянувшись и перевернувшись в сторону сопящего мужчины. Его ресницы дрожали, а дыхание было размеренным. Она чмокнула его в нос и обмотавшись простыней, вышла на палубу. Морской воздух наполнил легкие, заряд кислорода прошел по крови. Она считала себя сейчас самой счастливой, и вновь взглянув на мирно спящего любимого мужчину, поспорить было сложно.
