Сюжеты маковых полей

      Почему звёзды снова играют с ней? Глупые сияющие точки сошлись так, что эти двое снова встретились. Какого чёрта? Глоток пунша потанцевал в её горле так, что Офелия начала судорожно кашлять. Тут же девушке показалось, что всё вокруг замолчало, и её громкий кашель остался единственным недоразумением, нарушающим неловкую тишину.  — Прошу минутку вашего внимания, — заговорила Сандра, — Этот молодой сеньор — один из самых ценных людей в моей жизни. Не каждый мужчина сможет дотащить до номера выпившую незнакомую женщину без корыстных побуждений. Особенно меня, — посмеявшись, она продолжала, — Я рада, что прожила этот вечер в Сен-Мартене, потому что тогда среди моих приятелей появился ещё один прекрасный человек. И мне безумно приятно, что он удостоил меня своим визитом. Мужчина, засмущавшись, нежно поцеловал руку Сандры и улыбнулся, рассматривая толпу. Офелия всё ещё не могла вынести изумления, разочарования и неловкости. Она почему-то в миг почувствовала себя лишней. Наверное, от осознания того, что не может находиться с ним рядом. Ей хотелось провалиться сквозь землю. Девушка пыталась выстроить в своей голове схемы и пути, по которым он дошел бы сюда, но ничего не сходилось. Она искренне не понимала, как этот незваный гость оказался здесь, как связан с её тёткой. Ведь этот незнакомец появился из ниоткуда, там, в цветочном… Неужели он был ближе, чем кажется? Мужчина в бордо сиял, проникая в толпу. Его изящный профиль мелькал сквозь пышные причёски сеньор и лысины их кавалеров. Офелия старалась не упускать гостя из виду, чтобы держаться от него подальше. Она боялась даже представить их встречу. Она не хотела этого. Сейчас не столкнуться с ним было её главной задачей. — Куда ты пропала? — перед глазами вновь появился Мигель. — Да… Я… Забирала подарок, — задумчиво ответила девушка. О нет, она только что вспомнила про букет, который сбагрила Сандре. Заметит ли он это? Может он пришёл только к имениннице, а всё остальное является глупым совпадением? Она хотела в это верить, но всё выглядит слишком неправдоподобно, ведь зачем тогда ему присылать цветы на имя девушки? Офелия не знала, о чём ей думать. — Да что с тобой такое? — поинтересовался молодой человек. Девушка осознала, что выдержала огромную паузу. Мыслями она и правда была далека от этого диалога. — Мигель, давай потом, — отрезала она и, насильно вручив ему пустой стакан от пунша, растворилась среди людей. Офелия потеряла его из виду. Она, озираясь по сторонам, искала его глазами. Даже врезалась в пару гостей, но всё оказалось тщетно. Она не смогла отыскать незнакомца. Самым страшным было для неё сейчас обернуться и вновь увидеть его за своей спиной, словно утром. Тут же в голову девушки пришла мысль о том, что мужчина мог уже уйти. Поздравить Сандру и вскоре покинуть праздник. Она надеялась, что так и произошло. Ей стало немного легче, но, несмотря на это, она всё же собиралась найти тётку и узнать обо всём. Именинница продолжала беседы с изрядно выпившими богачами. Офелия молча подошла и уверенно оттянула её за рукав от собеседника.  — Милая, что такое? — удивлённо спросила та.  — Что ты знаешь о том человеке в бардовом костюме?  — О ком именно ты говоришь? Я не могу запомнить цвет каждого костюма.  — Ты привела его недавно.Рассказывала о нём всем, — продолжала Офелия, не зная, о чём именно говорила её тётка из-за шока и перхоты в горле, которые испытывала в тот момент.  — Я всё ещё не понимаю… В мыслях девушки пронеслась картина поцелуя в руку. Офелия не понимала, как Сандра может забыть человека, целовавшего её кисть несколько минут назад. Случись такое с ней самой, она помнила бы это всю жизнь.  — Он поцеловал твою руку, — промолвила девушка, — У него ещё фамилия Флорес.  — Гонсалес, сеньорита, — послышался голос со стороны. Родственницы дружно посмотрели налево и увидели приближающегося мужчину. Он шёл такой походкой, которой идут обыкновенно короли навстречу преданным фанатикам. Это неудивительно, ибо так чрезмерно здоровая самооценка давала о себе знать. Смотря на него, Офелии захотелось превратиться в воду, чтобы немедленно испариться. Её снова охватили злость и, одновременно, какая-то робость. Злость оттого, что он снова вторгся в её разговор. В её жизнь. С той же ухмылкой на лице.  — Аааа, — протянула Сандра, — Так ты про Давида?  — Давид? Какой ещё Гонсалес??? — максимально изумлённо спросила девушка.  — Она всегда так удивляется красивым фамилиям? — спросил у Сандры уже близко подошедший к ней молодой человек. Теперь он стоял напротив Офелии, пуская ироничные фразочки в её адрес, но при этом обращаясь не к ней, а к имениннице, будто девушки вообще здесь нет. Уровень её раздражительности повышался стремительно: — Что ты тут забыл? Ты преследуешь меня? — Воу! — воскликнул молодой человек от столь неожиданного нападения, — Тебе показать пригласительное? — Детка, как вижу, вы уже знакомы? — выкинула тётка, желая разредить обстановку. — Посчастливилось, — промолвил он. — Почему ты отвечаешь, а? Ты что ли детка? Это у меня спросили! Меня деткой назвали! — разъярённо воскликнула Офелия, и на её лице невольно появилась некая детская капризная гримаса, как бы подтверждающая её слова. Несколько гостей обернулись на девушку, ибо этот выкрик оказался громче гостей обернулись на девушку, ибо этот выкрик оказался громче музыки. Сандра же рассмеялась от умиления. Мужчина сначала немного улыбнулся, но вдруг к нему пришло осознание того, что каждое его слово не на шутку задевает Офелию, и улыбка тут же исчезла.  — Ай, у вас тут отношения с перчинкой, а я не в курсе, — сказала тётка, смеясь, — Почему ты не рассказывала, что знакома с сеньором Гонсалес? Офелии было не по себе от данной беседы и того, что ее теории относительно личности незнакомца оказываются ложными. Если не самовлюблённый владелец «Цветочного у Флорес», то кто он? — Скажем, мы встречались, но будет лучше, если ты нас познакомишь поближе, — промолвила девушка в надежде получить ответы на все свои вопросы. Сандра показала рукой на гостя, который молча рассматривал Офелию с ног до головы, начав: — С Давидом мы познакомились около трёх лет назад в Сен-Мартене. Я заселилась в отель, владельцем которого оказался его отец. Тот тоже удивительный человек. Передавай ему мои наилучшие пожелания, — добавила она, посмотрев в глаза мужчине, — И отель оказался настолько прекрасным, что на сайте я оценила его на шесть звёзд. У них чудесная сеть отелей на Карибах и даже в Мексике… А моя племянница Офи — очень странный ребёнок с детства: в пять лет она ползала по дому и рычала как пантера… — Не стоит, я предпочитаю узнавать собеседника самостоятельно, — перебил молодой человек. Девушку, слегка покрасневшую от стыда, расслабила эта реплика… Подождите, что? Он собирается узнать её самостоятельно? А может не надо? — А хочет ли сын продолжать дело отца? — вдруг спросила Офелия у тётки, в отместку, будто не замечая его присутствия. — Сын в процессе, — наигранно улыбнувшись, он дал о себе знать, — Мы занимаемся бизнесом вместе. — С днём рождения, дорогая! — послышался голос из толпы, и, извинившись, Сандра отлучилась развлекать нового гостя, оставив их наедине. Всем своим видом девушка просила тётку не уходить, ибо наступила точка невозврата. Они остались вдвоем с беседой, которую нужно продолжить. Офелия не знала, что сказать, и была не против не говорить с ним вовсе, поэтому воцарила неловкая пауза. — Тебе понравились мои цветы? — вдруг настойчиво спросил он. Девушка не была готова к столь прямолинейному вопросу, на который не хотела давать ответ, поэтому она попыталась улизнуть от него: — Ты ведь оказался в цветочном не случайно? — Допускаю этот вариант. — Нууу… Так ты владелец? — Холодно. — Мы что сейчас играем? — спросила она, изящно приподняв бровь. — Я уже давно с тобой играю, — он улыбнулся, опустил взгляд, а потом резко посмотрел ей в глаза. Девушка не совсем поняла, как ей воспринимать эту фразу, поэтому просто продолжила: — Ты работаешь флористом? — Холодно. — Ааа, у тебя в руках же были рулоны упаковки. Может ты грузчик? — Ну да, упаковочная бумага — весьма тяжкий груз. Холодно. — Просто покупатель? — Лёд. — Я сдаюсь. Ему очень понравилось, как она это произнесла. В его голове сразу возникли интересные картины, но он резко одумался, ибо на миг почувствовал себя озабоченным: — Это магазин моей младшей сестры. Сводной. Ты её видела. Я стараюсь приходить туда по выходным и помогать ей. Офелия мгновенно вспомнила девушку за прилавком и улыбнулась, потому что одним вопросом стало меньше: — Получается, что она Флорес? У вас разные фамилии? — Почему тебя так волнуют эти фамилии? Радуйся, что «Гонсалес» больше подходит твоему имени. В её голове промелькнуло «Офелия Гонсалес». И впрямь хорошо звучит. Что она натворила? Она серьёзно примерила его фамилию? — О чём ты вообще? Я ухожу, — сказала она, испугавшись хода своих мыслей, но молодой человек взял её за руку. — Ладно, я больше не буду так шутить. Она вырвала свою руку из-под его, но никуда не ушла. Он взял со столика два бокала медной воды, протянув один ей. — Боже, что это? — произнесла она, скорчив гримасу от неожиданного вкуса. — Похоже на кофейный ликёр, — промолвил он, сделав глоток, — Моя сестра тоже Гонсалес, но назвала магазин первой фамилией своей мамы, потому что изначально цветочный был их совместным делом, как отели у нас с отцом. Правда, мачеха уже давно там не появлялась. Ну и ещё так созвучней. — Интересно… А со своей мамой ты видишься? Давид отвёл глаза в пустоту, сделал глоток и ответил: — Я её не знаю. — Оу, это было очень глупо… Извини за прямоту, — с досадой произнесла девушка. — Всё нормально, у меня же есть семья, — он улыбнулся. — Тогда задаю последний вопрос и покидаю тебя. Как ты прислал цветы? Как понял, что я здесь, нашёл адрес, узнал имя? Он засмеялся и слегка смутился, ибо воскресил одно приятное воспоминание: после ухода Офелии он отчаянно пытается узнать, кто она. Сестра ругает его за отпугивание клиентов, параллельно поясняя, что видит эту девушку впервые. На помощь приходит одна мелкая деталь: Офелия предъявляла карту постоянного покупателя, список которых можно пробить по базе. Потратив ближайшие пару часов за ноутбуком, Давид замечает фамилию «Дюран». Она звучит достаточно необычно и кажется ему знакомой. Молодой человек вспоминает Сандру. Однажды она упоминала о том, что у неё есть юная темноволосая племянница. Это точно была та, о ком он думает. Набравшись смелости, мужчина звонит своей давней знакомой в попытках разузнать больше об её родственнице: — Не ожидала, верно? — Боже мой, как давно я не слышала твой голос! Как ты, дорогой? — отвечает женщина. — Неплохо. Слушай, я звоню тебе по делу… — Так, так. Оставь дела, смотри, что скажу: сегодня ты приходишь на мой День рождения. — Серьёзно? Я совсем забыл! Поздравляю тебя. — Вот придёшь, там и поздравишь. Отказы не принимаю. Сейчас вышлю тебе пригласительное. — Обижаешь, как я могу не прийти… И какие масштабы у вечера? Много гостей собирается? — спрашивает Давид. — Мощно и пышно, как я люблю. Много друзей, знакомых, родственников, как обычно. — А из родни кто? Там будет твоя племянница? — Ты про Офелию что-ли? Конечно, куда она денется… Значит, Офелия. На что похоже это имя? Может на поле, за которым не виден горизонт? С высокими травами. Всё усыпанное цветами. Множество ярких точек, разбросанных по земле. Совершенно разные, но преимущественно красные. Маковое поле? Что-то вроде того. Его радости нет предела. Он горд собой, что провернул всё это, и счастлив, потому что нашёл её. Чуть позже приходит пригласительное. Он видит адрес и понимает, что нужно что-то сделать. Пару минут назад он мечтал хоть когда-нибудь увидеть её ещё, но это случится этим же вечером. Она точно будет там, разве можно сидеть сложа руки? Тем не менее, он сложил руки в замок, завёл их за голову и довольно откинулся на спинку стула: — Твой старший брат на вес золота. Ты не верила в меня, а я нашел её и узнал достаточно, — произносит он проходящей мимо сестре. — И всё же я выберу золото. Достаточно для чего? — Для того, чтобы увидеться с ней сегодня, — улыбаясь, отвечает он. — Что? Ты, конечно, молодец, что нашёл, все дела, но я думаю, не стоит портить её день окончательно. — Дело в том, что я не могу не прийти. И я не собираюсь её доводить, просто хочу извиниться. Поэтому, будучи лучшей сестрой на свете, собери мне шикарный маковый букет. — Охх, — вздохнула девушка, — Я разорюсь с такой тратой ресурсов. За это ты купишь мне вишнёвые кексы. Идёт? — Идёт. Тогда его переполняло ощущение радостного детского предвкушения. Он восторженно томился в ожидании вновь увидеть незнакомку. Но сейчас, скрывая эти чувства, молодой человек рассказывал ей об этом скупо, в двух словах и почти без эмоций. По правде говоря, он говорил ей не совсем «об этом», ибо он решил добавить в это «это» капельку лжи, выдумав новое «это», которое смог бы ей рассказать. — Значит, ты сразу узнал, кто я такая, потому что тётка всегда слишком много болтала обо мне? — Именно так, — уверенно подтверждал Давид, осушая бокал. Свой же, уже пустой, девушка со звоном поставила на столик и, отойдя от него на пару шагов назад, чуть было не врезалась в официанта. Она не знала, что Сандра потратилась и на этих сурикатов в белых рубашках. На его серебристом подносе стояли низкие стеклянные кубы с тёмной водой. — Что это? — Это Кубинский ром, сеньорита, — отвечал худощавый юноша. — Прекраааасно, — потянула Офелия, поднимая бокал и поднося к пунцовым губам. Она больше ничего не сказала Давиду. До этого девушка прокручивала возможные и невозможные варианты у себя в голове, строила различные догадки… Но сейчас… Когда он сам так просто сказал ей о том, как узнал её, она не знала, что ответить. Хотела ли она слышать это на самом деле? Сейчас ей кажется, что эта информация предполагает какие-то действия с её стороны. Будто он рассказал ей свою тайну, и в ответ она должна доверить ему свой секрет. Но вдруг девушку охватило безразличие. Офелия, получив ответы на все вопросы, поняла, что эта история отныне закончена. Теперь не осталось ничего, что могло бы связать её с ним, нет ничего, что могло бы заинтересовать её. Это принесло ей облегчение. Она уверена, что полностью забудет этот день уже через пару недель. Не будет помнить и его, молча смотрящего на неё сейчас, когда она агрессивно выпивает ром. Он не просто смотрел на девушку. Он осматривал её. С ног до головы. Замечая каждую дрожь в её теле и проникаясь каждым жестом. Он будто делал глотки вместе с ней, мысленно, залпом, как и она, пьянея с каждой секундой. Поначалу ей было тяжело ловить на себе его взгляд, но тут же девушке стало наплевать на это, ибо она видит его в последний раз в этой жизни и заливает обжигающий напиток себе в горло. Поставив опустошённый бокал рядом с предыдущим, Офелия, молча, но предельно игриво, подмигнула бывшему собеседнику и смешалась с толпой. Она ушла от него даже не попрощавшись. В последнее мгновение от неё повеяло холодом. Девушка просто узнала всё, что хотела, и отвернулась. Этот разговор даже сложно назвать беседой. Она будто использовала его ради своих целей и равнодушно исчезла. А что, если несмотря на это Давид хотел говорить с ней всю жизнь? Неприятное ощущение брошенности охватило его. Мужчина всё так же растерянно стоял и провожал Офелию взглядом, не произнося ни слова. — Постой, постой! — кто-то схватил её за руку. Девушка обернулась и снова увидела фарфоровое лицо Мигеля. Почему фарфоровое? Оно было идеальным. Греческие черты, сложенные по золотому сечению, гладкая чистая кожа, блестящие глаза цвета горячего шоколада. Тонкая прядь волос, спадающая на лоб почти до густых бровей, придавала юноше ещё бо́льший шарм. Офелия всегда осознавала его красоту. Более завораживающим было то, что он, одарённый совершенной внешностью, не был самовлюблённым или высокомерным. Офелия говорила ему комплименты, а он смущался как пятилетний ребёнок. Она гордилась, что имеет такого прекрасного друга, особенно в те моменты, когда симпатичные девушки звали его на свидания, а он сбегал от них к ней, чтобы посмотреть дурацкую комедию и поесть чипсы. Он был ей как брат. Офелии было приятно знать, что она так близка с красавцем, от которого сходят с ума все девушки города. Между этими соседскими детьми всегда что-то было. Что-то, что могло разрушиться или возродиться, если бы однажды в полночь они остались вдвоём, захватив с собой что покрепче. Понимали ли они это? — Я потерял тебя, куда ты сбежала? — продолжал молодой человек. — Просто болтала с Сандрой. Ей интересно, как тебе вечер? Прямо сейчас она лгала ему, потому что была пьяна и не желала упоминать о Давиде. Ей хотелось сменить тему, не ввязывая Мигеля в эту историю. — Тут вполне неплохо. Твоя семья и в правду постаралась над организац… Да! Да! Да! Это она! — внезапно воскликнул Мигель с улыбкой на лице. — Боже мой! Наша песня! — поддержала она, слегка подпрыгивая от радости и хлопая в ладоши. Они оба обожали эту музыку. Всё было про них, ведь в песне парень и девушка прикасались к своему детству. Двое друзей почувствовали невероятную эйфорию, услышав знакомую мелодию и французскую речь. — Мы обязаны потанцевать! — возбуждённо сказала девушка, взяв за руку парня и потянув его в середину комнаты. При виде этих сумасшедших люди не расступались как в фильмах, освобождая место для танцпола. Они сами растолкали гостей. Эти двое дурачились, им было наплевать на остальных. Парочка была на своей волне, и эти танцы тут же оказались в центре внимания. Давид тоже заметил какое-то движение и толпу вокруг. Это заинтересовало мужчину, поэтому он решил подойти. Всё громче звучало «полагайся на мои детские мечты». Он протиснулся меж гостей и увидел нечто: Офелия и Мигель слегка подпрыгивали, кружились, держались за руки, виляли бедрами и трясли головами. На куплетах они меньше двигались и больше разыгрывали настоящий мюзикл, манерно подпевая все слова. Это был минутный спектакль, но в нём девушка жила. В своём танце Офелия была красноречива, от неё веяло детской эмоциональностью. Восторг, капля адреналина и бабочки в животе — вот что может вызвать одна лишь песня. Давид проникся самоощущением девушки и понял, что она умеет наслаждаться мгновениями. По правде говоря, он понял кое-что ещё. Сейчас она похожа на его мечту… Сандра, спускавшаяся по лестнице со своим братом, только увидела эту картину. — Офи? — изумлённо спросил мужчина. — А твоя дочь умеет веселиться! — радостно произнесла именинница. Мужчина быстро спустился по ступенькам и направился к танцующим, Сандра пошла за ним. В этот миг песня закончилась, и парочка, смеясь, встала на поклон. Снова растворяясь в толпе, Офелия увидела приближающегося отца. — Дочка, что это за танцы? Ты пьяна? — Нет же, всё хорошо. Я расслабляюсь, — отвечала девушка. — Ты понимаешь, что сотня человек смотрели на то, как ты трясёшь своей пятой… Офелия! Зачем было так делать? Ты точно перебрала! — настойчиво продолжал мужчина. — Пап, я захотела — станцевала. Какие проблемы? — Я уже знаю, что будет завтра во всех газетах. Мать этого не вынесет. Слушай, я вызову тебе такси. Поезжай домой, прими ванну, поспи, отдохни. — Ты меня прогоняешь? Да что с тобой случилось? Эй, сеньор, куда вы дели моего папу?! — нервно смеясь, произнесла девушка. Сандра смотрела на это молча, но решила вмешаться: — Дорогая, ты права, конечно же ты ничего постыдного не сделала. В твоём возрасте я и не такие танцы танцевала. Но ты знаешь, что порой твой отец бывает строг. Нужно уметь уступать. — Мне кажется, или ты просто переживаешь, что мы поссоримся прямо здесь, подпортив людям настроение? Ты волнуешься за праздник! — алкоголь развязал ей язык, и сейчас она говорила то, что думает, — Знаете, я и так собиралась уходить после танца, так что вы утруждаетесь зря. — Это не так, не обижайся, милая — произнесла Сандра. — Хватит уже! Милая, дорогая, дорогая, милая! Я не та, не другая. Обращается ко мне как к кукле да ещё рассказывает про меня каждому встречному, — возмущённо сказала Офелия. — Уже темно, тебя нужно проводить, — ласково промолвил отец, приобнимая девушку. Офелия опустила глаза вниз и заметила сияющие лаковые туфли, брючную ткань винного цвета. Её взгляд поднимался всё выше и выше. И вот он снова встал у неё на пути. Он — мужчина, который произнёс: — Я провожу вашу дочь.