Hold me down

      Она лежала на кровати, бездумно уставившись в стену, когда половица у окна прогнулась. Луиза отстраненно вспомнила, что не закрывала его… вспомнилась ей и таинственная тварь, одним прыжком покинувшая могилу. Луи сжалась, свернулась в клубок, стараясь казаться намного меньше — липкий ужас снова вернулся, не давая думать. Но потом кровать прогнулась слишком знакомо, Луизу обняли, притягивая к себе, утыкаясь носом ей в макушку, и все это было так, как прежде, нормально, как будто бы не случилось ничего. Только вот… случилось. И Луиза нервно усмехнулась, выпутываясь из объятий Айзека, села на кровати и, смотря на него сверху вниз, глухо спросила:       — И куда он тебя укусил?       Она, наверное, должна была злиться. Или осуждать, как минимум, потому что то, о чем им говорил Дерек Хейл на кладбище, абсолютно противоестественно и неправильно. Только Луиза не могла. Ей казалось, что змеиная тварь, коснувшись ее, высосала из нее все эмоции и желание жить. Она не чувствовала ничего, кроме тупого отчаяния, потому что мир, к которому привыкла Луиза, рушился.       — Он не говорил, кстати, не станешь ли ты той зеленой тварью? Просто знаешь, если ты периодически будешь обрастать чешуей, я не смогу тебя обнимать так, как раньше. Я не боюсь змей, но знаешь, просто будет так странно, я буду ждать, что вот именно сейчас у тебя отрастет чешуя, нервничать буду, все такое, и…       И он не дал ей договорить, снова притянув к себе, и Луиза бестолково всхлипнула на груди Айзека, чувствуя себя дурой. Она ждала чуда, но чуда не такого, и сейчас прежний мир валялся осколками под ногами Луизы, а она не имела ни малейшего понятия о том, как теперь построить новый… новый мир, в котором нужно было отвести отдельное место для оборотней, к которым скоро присоединится — или уже присоединился? — Айзек. Луиза слишком хорошо знала его, чтобы не заметить, как загорелись глаза Лейхи при предложении этого… Дерека Хейла, чуда с маньячьей рожей и красными фонариками вместо глаз. Конечно. Как он мог отказаться от возможности стать сильнее, быстрее… стать чертовым оборотнем?!       — Так не должно было быть… — жалобно протянула Луиза. Ее тошнило — от воспоминаний о том, как выглядел труп с сожранной печенью при дневном свете, от мыслей о чешуйчатой твари, от волнения, от того, что она не привыкла быть настолько слабой. Наверное, Луиза должна была встретить новость о том, что в мире существуют не только люди, но и гребанные волки-оборотни, с кривой ухмылкой и гордо поднятой головой, но нервная система не выдерживала. — Так не должно было быть!       — А может именно так все и должно было быть? — внезапно спросил Айзек. — Что, если мы должны были встретить Дерека там?       — И эту тварь?! — Луиза снова вывернулась из объятий Айзека, а затем и вовсе вскочила с кровати. — Айзек Лейхи, я просто напомню тебе, что мы встретили какую-то тварь, которая жрет печень у трупов, а потом — какого-то мужика, который наобещал тебе неизвестно чего, и не факт, что он никак не связан с этой ящерицей, и ты, мой милый, тупоголовый кретин, раз готов теперь за ним хвостом бегать!       Ей показалось, что ей пощечину дали. Луиза чувствовала себя полной дурой, а Айзек смотрел на нее глазами забитого щенка, и земля ушла из-под ног. Айзек сжимается весь, когда голос на него повышают на полтона даже, а она на него только что наорала. Дура. Луиза осела на пол, не чувствуя ни боли в коленях, ни собственных злых слез, ничего, кроме тупого отчаяния и пугающей ее неизвестности. Оборотни. Надо же. Оборотни!       — Ты понимаешь, что это бред? — спросила Луиза, особо ни на что не надеясь, потому что и сама бы согласилась… только ей Дерек никакого чудесного укуса не предлагал. Сексист недоделанный. Или побоялся, что тогда она надерет ему зад по принципу «просто потому что»? А Луи могла. — Айзек… этого всего просто не может быть! Не может…       За окном светила пока еще не полная луна. Айзек, когда встал, чтобы поднять ее, задержался на пару секунд. И, когда он повернулся к Луизе, глаза его горели не менее ярко, чем у Дерека на кладбище. Единственное отличие — у Айзека они были желтыми.       — Ты меня боишься? — спросил он осторожно, и Луиза прекрасно понимала, что если бы ответила сейчас утвердительно, Айзек выскочил бы через окно и больше никогда не появился бы в ее жизни. Он на такое способен.       — Я себя боюсь, — еле слышно прошептала Луи. — Себя и того, что могу с этим не справиться.       Вот сейчас в объятьях Айзека ей стало очень спокойно. Это как когда очень долго нервничаешь и переживаешь, а потом отпускаешь ситуацию, и просто… легкость такая. Ну, подумаешь, лучший друг всего лишь стал оборотнем. Наверное, это даже круто. Типа… технически, у нее будет личный волк под боком. С клыками, когтями и глазами-фонариками. Полностью обращаться, судя по всему, оборотни не умеют на самом деле, но и так неплохо. Только чудо с маньячьей рожей напрягало — Луиза пересмотрела слишком много разных фильмов, чтобы не понимать, что такие чудесные штуки, как укус, не могут пройти бесследно. Возможно, Айзек и Дерек… теперь будут как-то связаны? Или Дереку кусание подростков придает сил? Маловероятно, что он решил просто побыть благодетелем. Не похож.       — И что, теперь мне с тебя придется иногда блох снимать? Я не пущу тебя на кровать, пока не проверю, что их нет, потому что…       — Луи…       — Что? У меня была собачка в детстве, помнишь? Там ни одна прогулка не заканчивалась без этой гадости, и я без понятия, как она это делала — только вылечили, а она опять. Так что…       — Лу…       — И так как мы частенько спим в одной кровати, а ты, мой милый, теперь полуволк, тебе надо бы привыкнуть к тому, что всякие неприятности семейства псовых теперь будут тебя преследовать в любой непонятной ситуации, и…       Айзек не стал больше предпринимать попыток заткнуть ее, вместо этого он как-то странно подался к ней, и Луиза вдруг поняла — он собирался ее поцеловать. Тело среагировало быстрее мозга — она коснулась его губ двумя пальцами, не отталкивая, просто останавливая и предупреждая, и тихо попросила:       — Лучше не надо.       — Почему? — тут же поинтересовался Айзек. В его голосе мелькнуло абсолютно искреннее удивление, и Луизе пришлось прикусить губу, чтобы не разулыбаться во весь рот. Ситуация, вроде как, была абсурдной, но ей она почему-то казалась такой правильной и логичной, что было даже немного странно.       — Потому что я могу ответить.       Целовать Айзека оказалось чертовски приятно. Пальцы запутались в его кудряшках, Луиза впервые настолько была рада тому, что разница в росте у них небольшая, а осознание того, что друзья абсолютно точно так не делают, заставило смеяться прямо ему в губы. Неловкости не было. Луиза уже целовалась раньше, но с Айзеком это было настолько по-другому, настолько волшебно, что она даже протестующе взвыла, когда он отстранился. Только потом смолчать Луиза не смогла, и, хихикнув, надеясь, что Айзек не заметит, насколько сильно она хотела продолжения этого поцелуя, заявила:       — Знаешь, если мы когда-нибудь начнем встречаться, я не сдержусь и буду на каждом углу орать, что мой парень — оборотень. Не знаю, по-моему это очень круто. И даже… сексуально.       Айзек только чуть улыбнулся в ответ, а потом, неожиданно посерьезнев, признался, садясь обратно на ее кровать:       — Дерек сказал, что ему нужны… еще люди. Лузеры, неудачники, чем-то болеющие, слабаки, одним словом, те, кому может быть нужна… эта сила. Сила, да.       — О, тогда я понимаю, почему он не укусил меня, — засмеялась Луиза, садясь рядом с ним. — Надеюсь, ты не предложил ему укусить МакКолла или Стилински? Иначе мое неимоверно высокое чувство собственной важности совершит самоубийство прямо здесь, что, конечно же, будет на твоей совести.       — Я попытался! — к ужасу подруги сказал Айзек. — И реакция у него была очень странная… — ага, видимо, о таких лузерах слышал даже этот недоманьяк, — а потом я предложил Эрику. Эрику Рейес.       — У нее же эпилепсия, — больше самой себе напомнила Луиза. Эрика была… ну, в общем, ярчайшим примером того, что если твой ребенок болеет чем-то, лучше отдать его в какую-то особую школу или оставить на домашнем обучении, а не уничтожать его жизнь якобы для социализации. Луизе ее было искренне жалко. Другое дело, что понимание того, насколько это страшно, когда тебя гнобят за то, в чем ты не виноват, пришло тогда, когда менять что-то было уже поздно. — Как-то, ну… не уверена, что это, во-первых, безопасно, а во-вторых, хорошая идея.       Айзек пожал плечами.       — Кусать ее или нет он решит сам, — справедливо заметил он. — Зато, кажется, скоро у меня будет… стая, да?       — И все болезни, свойственные представителям рода собачьего, — иронично откликнулась Луиза. Чем дольше она находилась рядом с Айзеком, тем спокойнее ей становилось, потому что… вопреки ее первоначальным опасениям, Айзек все еще оставался ее Айзеком. — А так, стая, да. Дерек — красноглазый альфа, вы — желтоглазые беты. А еще у нас есть черт знает что, похожее на змею, которое зачем-то меня… трогало.       — Трогало? — переспросил Айзек. И только после этого Луиза вспомнила, что со всеми полицейскими разбирательствами и мерзкими речами мистера Лейхи совсем забыла рассказать другу о главном.       — Угу. То есть… пока ты лежал внизу, оно… оно подошло и протянуло мне руку. Я не знаю, что это было, но я тоже коснулась его ладони, ну и… потом оно убежало. Понимаешь, да? Это не было враждебно, это было… это было…       Луиза прикусила язык в последний момент, потому что поняла, что ей это напомнило. Айзек, зная, что она никогда не причинит ему боль, льнул к ней, просто желая почувствовать чужое тепло. Абсолютно так же поступила и эта неведомая тварь.       — Дерек сказал, что не знает, что это, — задумчиво произнес Айзек, расценив ее молчание как последствие невероятного эмоционального всплеска. — Ну… нам точно повезло, что оно тебя не тронуло.       — Да, и поспособствовало тому, что ты стал оборотнем, а еще тому, что мы поцеловались, — усмехнулась Луиза. Айзек стушевался немного, а она добавила: — Останешься сегодня со мной? Просто я не уверена, что посреди ночи мне не захочется побыть городской сумасшедшей и побегать по городу, вереща о том, что оборотни реальны, а еще где-то бродит змеечеловек, жрущий печень у трупов.       Вместо ответа Айзек обнял ее, притянув к себе, и Луиза улыбнулась, уткнувшись носом ему в плечо.       В общем, не верить в реальность оборотней, каким бы безумным это не казалось, она не могла — один из них ее сейчас обнимал, а второй почему-то не убил на кладбище. Ну, и Дерек еще, конечно же. Все изменилось. Разумнее всего будет просто принять это.       Только почему предчувствие-то такое паршивое никуда не исчезает, а?..

***

      — Айзек, твой отец звонил еще ночью, — призналась миссис Бэйли, которая сейчас как раз везла их в школу. Надо сказать, что женщина была почти не удивлена, когда обнаружила Айзека и Луизу ночью, спящих в обнимку. Луизу же особенно порадовало то, что мама не задумалась, что даже с ростом Айзека забраться на второй этаж через окно… ну, не так-то просто. — Я сказала, что ты переночуешь у нас и что я сама отвезу вас в школу, но…       — Он сказал, что ждет меня вечером на семейный ужин, — криво усмехнувшись, закончил за нее Айзек. Поймав на себе удивленный взгляд миссис Бэйли, он пояснил: — Хочет узнать мои оценки.       — Дьявол! — выругалась Луиза. — Если по химии двойка, то…       — Все в порядке, — мягко отозвался Айзек, сжав ее руку. — Я справлюсь.       Дерек сказал ему, что у оборотней отличная регенерация, поэтому любые повреждения на Айзеке теперь будут заживать за считанные секунды. И это, конечно, было замечательно, но Луизу смущало то, что чудесное исцеление может вызвать у мистера Лейхи слишком много вопросов. Айзек, как ни странно, оставался насчет этого убийственно спокойным.       Мама остановилась у школы, но прощаться не собиралась. Повернувшись к Айзеку и Луизе, она спросила:       — Айзек, милый, не оставишь нас вдвоем?       Не задавая лишних вопросов, Айзек коротко улыбнулся и вышел, направившись к школе. Дождавшись, когда Лейхи отойдет достаточно далеко, потому что оказалось, что у оборотней и слух невероятный, а ей не хотелось, чтобы он слушал, Луиза ядовито бросила матери:       — Можешь хоть наручниками меня к кровати пристегнуть. Я не буду сидеть спокойно, когда ублюдок его избивает.       Даже если Айзек теперь супербыстро исцеляющийся большой плохой волк.       — Я и не сомневалась в тебе, дорогая, — устало отозвалась миссис Бэйли. — Помнишь, тогда, на кладбище, шериф Стилински заметил у Айзека синяк и спросил, откуда он? — Луиза кивнула. — Я разговаривала с ним утром, и Стилински, конечно же, не поверил в то, что это из-за лакросса. Любой бы не поверил.       — Некоторые верят, — медленно заметила Луиза. — Меня же не зря в участке считают долбанной психопаткой, знаешь ли.       — Не верят только те, кто еще помнит отца Айзека как прекрасного человека и замечательного тренера школьной команды по плаванию, — вздохнув, отозвалась Джоанна. — А я, вдобавок ко всему, еще помню его любящим мужем и отцом, поэтому сейчас вдвойне странно…       — И ты хочешь сказать… — пораженно начала Луи, с трудом узнавая собственный голос. Лирическую часть она решила опустить, потому что не видела в мистере Лейхи ничего хорошего. Конченные ублюдки не заслуживают искупления и вторых шансов. — Мам…       — Мы встречаемся в участке сейчас. Пока ничего не могу обещать стопроцентно, да и поговорить он пока хочет только со мной, услышать мой вариант ситуации, но… да. Кажется, мы сможем спасти Айзека.       Не обращая внимания на всякие рычаги у машины, в устройстве которой Луиза все равно ничего не понимала, потому что даже не собиралась учиться водить, она кинулась обнимать мать. Было чертовски неудобно, да и подобное проявление нежности от Луизы к матери — это вообще что-то из ряда вон выходящее, но… черт, она должна была.       — Люблю тебя, — просияв, выпалила Луиза.       — И я тебя, — улыбнулась Джоанна в ответ.       Окрыленная Луиза выскочила из машины и еще некоторое время провожала уезжающую мать взглядом. Плохое предчувствие уступило место искренней радости. Спасти Айзека… черт возьми, она ведь об этом мечтала больше всего на свете! Так. Надо его найти. И рассказать. Даже если двойка, то… если мистер Лейхи попытается что-то сделать, теперь это точно можно будет использовать против него! Если шериф Стилински берется за дело, он обязательно доводит его до конца, Луиза, частая гостья в участке, знала это прекрасно. Все будет хорошо. Все обязательно будет хорошо!       Айзека она нашла у шкафчиков, но пока шла к нему, обратила внимание на кое-что.       МакКолл как-то слишком открыто пялился на Лейхи. Луиза попыталась напугать его своим фирменным взглядом «Ты бессмертный или как?», однако Скотт остался равнодушным к нему, и тогда Бэйли сменила маршрут, вместо Айзека направившись к Скотту и его верному другу-дурачку — Стайлзу. Великолепный дуэт, надо сказать. Более ходячих недоразумений, чем эти двое, Луи не видела никогда в жизни.       — Что-то не так, мальчики? — тоном, не предвещающим ничего хорошего, спросила Луиза, подходя к ним. Стайлз принялся нести какую-то чушь и попытался увести Скотта куда-нибудь подальше, что подтвердило, что настороженность Луизы была не беспочвенной, но тот уперся и, к удивлению Луи, спросил:       — С тобой или Айзеком все хорошо?       — С нами обоими все прекрасно, спасибо, только я не понимаю, на кой черт тебе сдалась эта информация, Скотт.       Ответа у МакКолла уже не было, так что он отмахнулся и пошел к нужному ему кабинету вместе со Стилински. Луиза нахмурилась. Это было как-то… странно. Они с Айзеком никогда не контактировали особо с МакКоллом и Стилински, ну, если этого не требовал, например, лакросс, потому что Айзек был с ними в одной команде, а Луи стабильно присутствовала не только на играх, но и на тренировках. И как бы… все. Две параллельные прямые, которые никогда не пересекутся, потому что им и так хорошо. К чему вдруг такой интерес к тому, как у Айзека с Луизой дела? И чего это так испугался Стайлз? У Луизы, конечно, репутация своеобразная, вполне заслуженная, но… не настолько же, чтобы просто при ее появлении впадать в тихую панику и кидаться спасать друга!       — Скотт пахнет почти так же, как Дерек, — шепнул ей на ухо материализовавшийся рядом Айзек. Луиза мысленно похвалила себя за то, что даже не вздрогнула. — Я серьезно. Точнее… мне кажется, что да.       — Опустим тот факт, что меня очень смущает то, что ты пытался нюхать Скотта. Ты хочешь сказать, что он тоже оборотень? — тихо уточнила Луиза. Вторая похвала за сегодня — она вполне успешно вела себя так, как будто окончательно ко всему привыкла… Айзек кивнул. Ну, все сходилось. Странная реакция Дерека на предложение укусить Скотта или Стайлза, потому что эта маньячья рожа явно была в курсе, что Скотт «свой», не менее странное поведение этих двоих… — Значит он понял, что ты тоже. Ну, раз так дергается. Класс.       — Не уверен, что это хорошо, — заметил Айзек тут же.       — Я сегодня утром хотела проверить, точно ли меня зовут Луиза, потому что, в свете последних событий, я не уверена даже в этом, — усмехнулась Луиза. О том, что она сегодня утром с трудом подавила в себе чисто инстинктивный визг, когда ей показалось, что глаза Айзека снова загорелись желтым, она решила умолчать. А, отвлекшись на Скотта и Стайлза, забыла рассказать и о радостных новостях от мамы. — Ладно, пошли на урок. В процессе придумаю, что с этим делать.

***

      Как оказалось, тревожное предчувствие было все-таки не беспочвенным — Айзек получил двойку. Весь день Луиза предлагала ему сжечь работу, случайно вспороть когтями горло мистеру Харрису, все равно никто о нем переживать не будет, потом уже собралась устраивать пожар в кабинете химии, но Айзек вовремя ее остановил. Он убеждал ее, что все будет хорошо. Луиза же, несмотря на приобретенные им способности, не верила.       Но выбора у нее не было. Пришлось отпустить. Откровенно говоря, буквально оторвать от сердца.       — … так что Стилински пообещал, что лично займется этой ситуацией. Он что-нибудь придумает. Милая, ты меня слышишь?       — Да, мам, прости, — медленно протянула Луиза, поняв, что превратила аппетитную курицу в развороченное вилкой нечто, не производящее впечатление съедобного. Они ужинали сейчас, но мыслями Луиза была где угодно, но только не дома. — Просто… немного настроения нет. Устала. Еще этот их… семейный ужин, чтоб его…       Голова немного разрывалась от мыслей. После того, как она рассказала Айзеку о странном контакте с чешуйчатой тварью, Луизе начало казаться, что это правда было не случайное прикосновение или внезапное везение, а… ну, попытка заполучить доверие. Проблема в том, что она понятия не имела, что существу нужно было от нее, почему она вообще ответила на его жест, и это злило.       Еще мысли постоянно возвращались к Скотту. Если раньше МакКолл был для Луизы обычным одноклассником, то после предположения Айзека о том, что он тоже оборотень, Скотт стал восприниматься… как граф Дракула, только в оборотничьих масштабах. То есть, ну, одного волка рядом с собой Луиза готова была потерпеть, потому что это Айзек. С Дереком контактировать она не планировала, так что да, только Айзек. И со временем Луиза бы смирилась с тем, что друг изменился, и все было бы замечательно, но понимание того, что неудачливый одноклассник тоже оборотень, причем явно стал им давно, путало все карты. Луи вспомнила, что раньше в школьной иерархии Скотт болтался на уровне «дно», но в какой-то момент он изменился, и… Дьявол, так его тоже укусили! Айзек тоже изменился — девчонки сегодня чуть шеи не посворачивали. Опять Дерек? Или кто-то другой? И если кто-то другой, то…       Оборотней в Бейкон Хиллс может быть больше.       Намного больше.       Луиза с грохотом уронила вилку в тарелку и сама вздрогнула от этого звука. Нет, теперь ей не было страшно. Вроде как. Просто подумалось, что Айзек за нее теперь глотки перегрызать может, ну и… Только черт, Луиза любила перемены, да… но не в таких же масштабах!       — Надо было все-таки оставить тебя дома сегодня, — пробормотала мама, намереваясь обнять ее, но Луиза отшатнулась от нее. Мама, кстати, предлагала, правда предлагала, потому что встреча с расхитителем могил на пустом кладбище ночью не очень-то благотворно влияла на психику любого, но Луиза отказалась, решив, что с ней все в порядке.       Почему-то вдруг… так сильно захотелось рассказать маме все. Про оборотней. Про то, что видели они не человека вовсе. Про то, что Бейкон Хиллс не такой простой городишко, каким кажется.       Черт. Получается, что все эти периодически мелькающие в новостях нападения животных на людей…       Луиза взвыла и стрелой метнулась к окну, открывая его. Прохладный ночной воздух совсем не успокаивал. Кажется, собирался дождь. Обещали ливень, вроде бы. Луиза вдруг болезненно ясно осознала, что начинает себя накручивать и теряться только тогда, когда рядом нет Айзека, гаранта ее спокойствия и знаменитого «все будет хорошо». На кухне Лейхи горел свет. Со стороны дом казался спокойным. Придурок Уиттмор без футболки торчал на улице, решив выбросить мусор.       — Ты не хочешь мне ничего рассказать? — осторожно спросила мама, больше не предпринимая попыток подойти. Чувствует же все. Лишь два человека знали Луизу лучше, чем она себя сама — Айзек и мама.       — Хочу, — буркнула Луи. — Но не могу.       Нехватка Айзека стала ощущаться как-то… ненормально немного. Ведь действительно же, ночью, когда он пришел, утром, днем в школе она была абсолютно спокойной! Оборотни? Пф-ф-ф, фигня. Луиза даже Скотта постебать успела на химии. Но сейчас Айзека рядом не было, зато Луиза поняла, что вряд ли Скотт единственный оборотень из ее многочисленных знакомых. Пришлось вцепиться в подоконник до побелевших костяшек, стараясь найти опору даже в таком простом предмете. Простом… раньше все было, оказывается, элементарно.       — Он поцеловал меня, — призналась Луиза. Нужно было отвлечь внимание мамы от ее странного поведения. Ну… врать Луизе было не привыкать. — А я ответила.       Миссис Бэйли помолчала, прежде чем выдать слишком неловкое:       — Мы с твоим отцом тоже сначала были лучшими друзьями.       Луиза усмехнулась, нервно дернув плечом. Отца она ненавидела немного меньше, чем мистера Лейхи, и находила горькую прелесть в том, что в их с Айзеком рождении поучаствовали дивные ублюдки.       Интересно, а какого цвета глаза у Скотта? Не обычные, а… волчьи. Черт. Нужен Айзек. Нужен Айзек. Айзек. Ради него Луиза могла бы спокойно смириться даже с новостью о том, что все жители Бейкон Хиллс — оборотни. Наверное, если бы Луиза узнала о волках одна, не из-за того, что Айзека укусили, она бы точно уже лежала в Доме Айкена, потому что не смогла бы принять этого, но ради Айзека можно смириться с чем угодно.       Вдруг со стороны дома Лейхи раздался грохот. Луиза дернулась, приготовившись бежать, но взгляд зацепился за абсолютно невозмутимого Джексона, да и мама сидела на месте. Показалось? Рукам стало больно от того, как она сжимала гребанный подоконник. Теперь Луиза еще и напряженно всматривалась в окна дома Айзека, пытаясь понять, что там происходит.       — Обязательным условием шерифа было то, что ты не вмешиваешься, — как бы между делом сообщила миссис Бэйли, собирая тарелки и, забыв о неудавшемся ужине, скидывая их в раковину.       — Стилински, конечно, классный мужик, но плевать я хотела на его условия, — огрызнулась Луиза. Грохот повторился, но в этот раз он звучал громче и более угрожающе. — Мам, там что-то…!       Она правда готова была перемахнуть через окно прямо сейчас, но мама удержала, и почему-то именно. И забылись все оборотни — страх отступил из-за бесконечного желания защитить. Спасти, даже если придется самой подставиться под удар. Луи дернулась, но мама продолжала держать крепко. Ударить ее Луиза боялась, а в доме Лейхи резко распахнулась дверь. Айзек вылетел на улицу, взвинченный, перепуганный, схватил велосипед и буквально бросился бежать… ну, уезжать. Уезжать бросился. Да. Он убегал. Черт.       — Он никогда не убегал, — слабо прошептала Луиза, резко обмякнув в руках матери. Как-то показал свою силу? Регенерацию? Что-то сделал с отцом?.. Да нет, ублюдок следом выскочил. Сел в машину, завел ее и поехал за Айзеком. Упали несколько капель дождя. — Мам, он никогда от него не убегал! — повторила Луиза громче и отчаяннее. Луиза любила перемены, но не такие, и сейчас мозг снова разрывало от безумных догадок и ужасных вариантов исхода. — Мам…       — Я позвоню самому Стилински, но только если ты пообещаешь сидеть на месте, — внезапно заявила Джоанна. Луиза, чувствуя, что сил на побег у нее все равно нет, кивнула, и тогда мама отпустила ее и пошла за телефоном.       Регенерация. Да, скорее всего, ублюдок ударил Айзека, а все зажило за считанные секунды, как, наверное, и должно было. Просто поднимать руку на отца Айзек точно не стал бы, слишком он для этого сломанный. И что он теперь сделает? Ну… сдаст Айзека на опыты? Будет избивать его с еще большим усердием? Он может.       Джексон вернулся в дом, никак не отреагировав на увиденное. Луиза слышала, как в коридоре мама сбивчиво объясняла шерифу произошедшее, только понимала, что ни один патруль не успеет найти Айзека раньше, чем его отец. Сил не было, их как будто высосал кто-то. Та тварь с кладбища, ха. Только тупое отчаяние…       … и горячее желание, искреннее пожелание мистеру Лейхи с д о х н у т ь.