Та кто достойна короны !?

Уднир вернулся в замок, решив проблему с тюрьмами. Он спокойно вычеркнул её из своего списка задач. Но у входа в тронный зал его встретили двое стражников. Он хмуро посмотрел на них: — Что опять не так?! — спросил, резко. Один из стражников, дрожащим копытом, протянул ему письмо. Но это было не обычное письмо. На печати стоял герб Кристальной Империи. Уднир вскрыл письмо, пробежал глазами текст — и тихо, злобно засмеялся. Стражники, услышав это, машинально начали медленно пятиться назад. В этот момент появилась Айровила. Она с интересом спросила: — Что случилось? Уднир молча показал ей письмо. Айровила быстро пробежала глазами его текст. Увидев суть приглашения, её лицо скривилось от ярости. — Мы серьёзно будем вести переговоры с теми, кого пытались убить?! — выплюнула она. Уднир спокойно ответил: — В политике нет врагов. Есть только промежуточные варианты. Айровила, кипя от злости, не понимала: — Нет! Я категорически против переговоров! Уднир тяжело вздохнул, перехватив её взгляд: — Если мы получим их разрешение ослабить контроль над железными путями, мы получим золото в десять раз больше, чем сейчас. Представь: поставки будут идти не только через воздух, но и через сушу. И нам не придётся тратить колоссальные деньги на строительство новой железной дороги. Айровила задумалась. Она была ещё юна в политике, не сразу понимая все последствия. — Но зачем нам деньги? У нас их и так много! — наивно спросила она. Уднир закатил глаза. — Смотри глубже: даже если переговоры ни к чему не приведут, все увидят, что прежняя власть признала тебя. Ты станешь не просто правительницей. Ты станешь законной правительницей в глазах большинства. Айровила медленно улыбнулась. Она начала понимать. — Ну если так... Тогда я согласна, — сказала она. Уднир без лишних слов взял письмо, начертал ответ и отправил его через личного гонца с печатью Кантерлота. В письме было подтверждение: переговоры состоятся завтра, ровно в два часа дня. Кристальная Империя. Кая стояла рядом с Каденс, когда прибежал гонец. Каденс молча вскрыла письмо. Пробежав глазами его содержимое, она напряжённо выдохнула. Кая склонилась ближе: — И что? Каденс отложила письмо. — Они согласились. Переговоры завтра в два часа дня. Кая сжала губы в тонкую линию. Она не верила в добрые намерения Уднира. Но приказ был отдан — и подготовка к переговорам началась. Кристальная Империя. День Переговоров. Кристальный зал был приготовлен с необычайной строгостью. Никакой мишуры, только знамёна Кристальной Империи за спинами Каденс и Каи, стоящих в центре трона. Сансет Шиммер сидела рядом, наблюдая за залом, в котором постепенно собирались советники. Твайлайт Спаркл была на своём месте, молчаливая, с тяжёлым взглядом. Кая тихо сказала Каденс: — Всё идёт правильно. Но будь осторожна. Уднир... никогда не приходит без своих карт в рукаве. Каденс коротко кивнула. В это время, на окраине Кристальной Империи, остановился тяжёлый новый поезд. Его корпус украшала свежая символика: два перекрещённых красных меча на фоне золотого солнца. Это был официальный поезд Кантерлота — гордый символ новой власти. Из поезда вышли несколько десятков стражников в новой экипировке: красные накидки с гербом Айровилы, тяжёлые золотистые доспехи. Стройные и молчаливые, они строились вокруг платформы, создавая защитное кольцо. Следом вышли Айровила — без мантии, без лишнего убранства, но с явной аурой силы. Позолоченные украшения на копытах и красно-золотой амулет на шее подчёркивали её статус. Её взгляд был спокоен, но твёрд. Рядом шёл Уднир — тёмный, бесформенный, словно сама Тень. Ни одежды, ни регалий. Только его тяжёлый, вселяющий страх облик. Две фигуры шли по улицам Кристальной Империи к дворцу, сопровождаемые торжественной тишиной. Ни один житель Империи не осмелился даже шепнуть. Все знали, кто идёт. Кристальный зал. Двери с тяжёлым гулом открылись. Стража встала в стороны. Айровила, в сопровождении четырёх личных стражников, уверенно вошла в зал. Уднир шёл рядом с ней, будто тень. За ними строились десятки солдат Кантерлота. Вся Кристальная Империя в лице Каденс, Каи, Твайлайт и советников встала при их входе, признавая дипломатический статус. Каденс сделала шаг вперёд. — Добро пожаловать, Принцесса Айровила, Советник Уднир, — сказала она холодно, но без враждебности. Айровила кивнула в ответ: — И вам доброго дня, Принцесса Каденс. Они сели за длинный переговорный стол. Стражники расположились вдоль стен. Тишина висела густо. Уднир спокойно посмотрел на всех присутствующих и первым нарушил молчание: — Думаю, нам незачем тратить время на любезности. Он положил перед собой письмо, которое держал ранее: — Вы пригласили нас. Мы здесь. Готовы слушать условия. Каденс холодно ответила: — Мы предлагаем ослабить контроль на железных путях. Ограниченно. Только для торговых поездов. Только при соблюдении строгих правил. Кая добавила, глядя на Уднира пристально: — И никаких попыток тайно поставлять оружие или заколдованные артефакты. Уднир усмехнулся едва заметно. Он наклонился чуть вперёд, заговорив тихо, но так, что каждое слово резало воздух: — Видите ли, Принцессы... Это не мы перекрыли пути. Это вы перекрыли себе жизненные артерии. Он вынул свиток и аккуратно развернул его. На нём была изображена новая разработка: массивная зачарованная транспортная колесница, устойчивая к магическим бурям, холоду и атакам магов низшего порядка. Каденс и Кая нахмурились. Уднир спокойно продолжил: — Мы уже запустили производство. Поставка еды, оружия и ресурсов для северных городов идёт полным ходом. К сожалению... Кристальная Империя в этом больше не участвует. Кая сжала копыта. Сансет переглянулась с Твайлайт. Уднир закончил: — Ваше предложение может быть полезным только для вас. Не для нас. Он спокойно откинулся на спинку кресла, наблюдая за их реакцией. Айровила молчала. Она лишь слегка улыбалась. Она понимала: сейчас слово за Каденс и Каей. Тишина повисла над столом переговоров. Каденс вынула ещё один свиток, развернула его магией и зачитала: — Вот наши условия: Мирный договор минимум на два года. Запрет на перевозку артефактов и оружия через наши земли. Проверка личности каждого пони, едущего на торговых составах. И — запрет на любую враждебную политику внутри Кристальной Империи. Кая молчала, следя за реакцией. Твайлайт нервно теребила копыто, но не вмешивалась. Уднир выслушал все условия без единой эмоции. Он сложил копыта перед собой на столе, склонил немного голову и спокойно произнёс: — Разумные требования. Нам важно восстановить логистику. Экономика должна жить, а не сгорать в очередных конфликтах. Он взглянул на Айровилу. Та гордо сидела, не вмешиваясь. Её взгляд был холоден, но внутренне она слегка удивилась: Уднир соглашается так легко? Уднир продолжил: — Мы согласны. Подписываем мирный договор на ваших условиях. Каденс была явно готова к тяжёлым спорам — и на миг даже опешила от лёгкости согласия. Уднир не дал ей времени сомневаться. Он вынул перо, обмакнул его в чернила и подписал свиток. Плавный, чёткий почерк. — Принцесса Айровила — подтвердите своим присутствием, — мягко сказал он. Айровила, почти лениво, подпечатала свой знак рядом с подписью Уднира. Без слов. Каденс и Кая обменялись взглядами, после чего так же подписали договор. Сансет наблюдала за этим действом, прищурившись. Она понимала, что Уднир выиграл: пути будут открыты, ресурсы снова пойдут, Кантерлот укрепит свои позиции, а Кристальная Империя не сможет навязать им свои внутренние правила. Все вставили печати. Каденс встала: — С этого момента... мир между Кристальной Империей и Кантерлотом восстановлен. Минимум на два года. Уднир кивнул в знак уважения: — И пусть будет так. Пир в Кристальной Империи шёл своим чередом. Айровила стояла у большого окна, гордо расправив крылья. Её взгляд был спокоен, холоден, как и подобает правительнице. Уднир, сидевший рядом с почётным столом, позволил себе один бокал кристального вина. Он не пил часто — и не потому что боялся опьянеть, просто его телу это было незачем. Но сейчас... в честь заключённого мира... он позволил себе ослабить бдительность. И это стоило ему дорого. Сделав несколько шагов, он вдруг почувствовал, что пол под ним странно скользкий. Он не успел активировать магию равновесия. Тень страха, чёрный архитектор новой Эквестрии... Поскользнулся. И полетел вперёд — прямиком на Айровилу. Столкновение было мягким, но мощным. Их губы соприкоснулись. Три долгих секунды. Три секунды поцелуя, полного шока и неловкости. Айровила замерла, её глаза распахнулись. Аномальный левый глаз с короной в зрачке вспыхнул магическим светом. Когда Уднир наконец опомнился, он резко отпрянул назад. Он молча вытер губы копытом, как будто хотел стереть сам факт произошедшего. — Что за идиотизм?! — раздражённо бросил он, бросая тяжёлый взгляд на Каю, стоявшую вдалеке и невинно хлопающую глазами. Айровила же медленно, почти мечтательно поднялась на копыта. Её глаза буквально светились сердечками. Она радостно хлопала крылышками, как маленький восторженный жеребёнок, несмотря на всю свою власть и статус. Уднир этого не замечал — или делал вид, что не замечает. Он снова стер губы копытом и, недовольно фыркнув, повернулся к залу, отыскивая глазами стражу. — В следующий раз... без вина. — мрачно пробормотал он себе под нос. После злополучного поцелуя в зале воцарилась гробовая тишина. Кая и Каденс стояли с широко раскрытыми глазами, не в силах вымолвить ни слова. Даже Твайлайт, погружённая в своё уныние, на мгновение вынырнула из своих мыслей, тупо уставившись на Уднира и Айровилу. Вино больше не лилось, разговоры стихли, даже музыка замерла. Все пони смотрели только в одну сторону — на Уднира, который стоял, мотая головой, словно пытаясь стряхнуть с себя случившееся. Он с раздражением фыркнул и, мельком посмотрев на бокалы, больше не притронулся к вину. Айровила тем временем буквально погрузилась в собственные мечты. Она смотрела на Уднира с блестящими глазами, мило хлопая крылышками, совершенно забыв о присутствии кого-либо ещё. Кая первой нарушила молчание, запинаясь: — Б-б-брат… ты... поцеловал Айровилу?.. Айровила только широко заулыбалась, заливаясь внутренним светом. Уднир холодно повернул голову к Кае, его взгляд был ледяным: — Это была авария. Просто неожиданность. Главное, что всё закончилось. Он сердито сплюнул в сторону. — Тьфу ты... Каденс решила добавить масла в огонь: — Вот она... магия любви… — мечтательно протянула она. Но на её беду, это был не тот день, чтобы шутить над Удниром. Он резко шагнул вперёд, его магия на секунду пробежала по залу холодной волной: — Ещё одна такая шутка — и я превращу это место в руины! Всех, кто тут сидит, отправлю к праотцам. — Его голос был тяжёлым, как свинец. Каденс замерла. Кая тоже поняла, что сейчас было не до игр. Все присутствующие запомнили эту вспышку ярости: Каденс, Кая и даже молчаливая Сансет Шиммер — все поняли, что за внешней холодностью Уднира прячется нечто куда более страшное, чем просто амбиции. Твайлайт осталась в стороне, потерянная и разбитая. Для неё этот день был просто ещё одним напоминанием о том, как далеко она теперь от мира, который знала. Позже. Уднир и Айровила, в сопровождении молчаливой стражи, покинули Кристальную Империю. Поезд с новой символикой Кантерлота уже ждал их на станции. Айровила села в вагон и продолжала мило хлопать крылышками, улыбаясь своим мечтам, даже не замечая окружающих. Она была в своём мире. Уднир же молча листал документы, изучая новые сводки и указы. В его глазах не было ни капли нежности — только холодный расчёт. Стражники старались не смотреть ему в глаза. И каждый из них в глубине души молился, чтобы поезд не задерживался. Поезд остановился. Стража молча вышла первыми, оценивая периметр. Следом за ними шли Уднир и Айровила. Величественная фигура Уднира — холодная, невозмутимая, как всегда. Айровила — шла рядом, с высоко поднятой головой, но в её глазах тихо плясали искорки счастья. Она незаметно для всех мило хлопала крыльями, еле сдерживая улыбку. Вернувшись в замок, Айровила выглядела странно… слишком мягкой. Сначала это заметили её личные стражи. Обычно холодная и резкая принцесса теперь спокойно говорила: — Благодарю за службу… Отдохните. Пони стояли в ступоре, переглядывались и не знали, что делать. Один даже чуть не заплакал от шока. Но хуже было впереди. В течение дня в тронный зал приходили: банкир из Старого Мейнхеттона; казначей из Лас-Пегаса; несколько мелких магнатов; занудные сборщики налогов. Они жаловались, ныли, клянчили новые условия и прощение долгов. Раньше Айровила бы их испепелила взглядом, а может, и буквально. Но сегодня она… улыбалась. Слушала. Кивала. Иногда её взгляд плавно соскальзывал в сторону, в никуда, будто она в своих розовых мечтах. Она почти не отвечала резко. Один раз только громко вздохнула, когда банкир вывалил пятнадцать прошений разом, но… промолчала! Тем временем, Уднир… Сидел на своём месте рядом с троном, весь в бумагах. Он не обращал внимания ни на чью суету. Его взгляд был строгим и сосредоточенным, движения точными, как у бездушной машины. Письма. Расчёты. Законы. Рынки. Декреты. Он как будто был самой волей государства, без усталости, без передышки. Когда один из советников осторожно шепнул Удниру: — Ваша светлость… Айровила как-то слишком… добра? Уднир даже не поднял головы: — Печенья ей не предлагай — убьёт. И снова вернулся к расчетам. Стражники, советники, слуги — все обменивались взглядами. Сегодняшняя Айровила — неузнаваемая. Они боялись сделать что-то не так, будто на кону была вся их жизнь. Но Айровила просто... парила. Её крылья чуть подрагивали от какого-то внутреннего счастья.