Та кто достойна короны !?

Разель вышла из камеры и сняла тяжёлую броню, надев более лёгкую, вычурную форму. Она была сшита из ткани алого цвета с вкраплениями белого. На правом боку красовались четыре звезды из чистого золота — её звание, которое она гордо носила. Слева был вышит флаг Империи: чёткое изображение трёх алмазных мечей, увенчанное тёмной короной. Позади них пылал огонь. Слева располагалось солнечное небо со светилом вверху, справа — ночь с луной. Вышивка была выполнена из чистого полу-аметистового материала. Разель потёрла шеврон с флагом копытом и улыбнулась. Магией поправив фуражку, она направилась к выходу из тюрьмы. Все пони, встречавшиеся на пути, отдавали ей честь. Она лишь улыбалась в ответ и шла дальше. Но, выйдя на улицу, она резко подняла взгляд к небу. Она покинула камеру потому, что был перерыв, и этому дурачку нужно было дать отдохнуть. Вдруг к ней бросился земной пони, крича: — Глава тюрьмы, Разель! — Он отдал честь. Та посмотрела на него искоса и спросила: — Ты, видимо, новенький. Но я — глава лучшей Имперской тюрьмы. — Она прищурилась, разглядывая его форму в поисках знаков различия, но не нашла ничего. — Новобранец... — Она похлопала его по гриве копытом, даже не ругая. Тот, запинаясь, снова заговорил: — Прошу прощения, но принцесса Сансет Шиммер сейчас прибудет в тюрьму! Нас оповестили… она прибудет… эм… эммм… — пони волновался, — через двадцать минут! Разель начала часто моргать, а потом её глаза чуть не вылезли из орбит. — Принцесса?! Быстро беги в штаб и доложи всему офицерскому составу, чтобы немедленно построились и всё проверили! И чтобы младшие чины тоже это сделали! БЫСТРО! — прокричала Разель и сама бросилась суетиться, подгоняя новобранцев. Ровно через семнадцать минут главный плац тюрьмы «Бастион» представлял собой образец имперской выучки. Под пасмурным небом, в сером свете дня, стояли безупречные шеренги стражников — земные пони и единороги «Красного Удара». Их алые мундиры с золотыми звёздами и полосами были безукоризненны. В воздухе висела тишина, нарушаемая лишь порывами ветра. Разель, сияя в своей парадной форме, вышагивала перед строем. Её голос, отточенный годами командования, резал пространство. — Основание! — скомандовала она. Сотни копыт синхронно ударили о каменную плиту. Громыхнуло, как один выстрел. — Принцесса Сансет Шиммер — не просто член правящего дома! — кричала Разель, обращаясь к шеренгам. — Она — личный протеже Императрицы, Глава Надзора за Артефактами и живой символ мощи Империи! Её взгляд должен увидеть здесь не тюрьму, а оплот порядка! Её уши должны услышать не оправдания, а чёткий отчёт! Понятно?! — Так точно, госпожа Рельзар! — грянул дружный ответ. — Повторим! На вопрос Принцессы: «Где задержанный?» — что отвечаем? — «Изменник находится в камере предварительного содержания, готова к передаче следственному комитету!» — отрапортовал хор голосов. — На вопрос: «Где артефакты?» — что отвечаем? — «Изъятые материалы находятся на экспертизе!» — Неверно! — резко оборвала их Разель. — «Изъятые материалы доставлены для личного осмотра Вашим Высочеством»! Подчёркиваем — мы всё сделали и ждём только её мудрого вердикта. Вы не бездушные автоматы, вы — лицо Империи! Покажите компетентность, а не тупое исполнение! Она подозвала к себе двух единорогов-офицеров. — Вы, — её голос стал тише и опаснее, — принесите те осколки, что нашли стражи на месте. В опечатанном ящике. Немедленно. Я лично вручу их Принцессе. Пока те мчались выполнять приказ, Разель прошлась вдоль строя, вглядываясь в детали. Она магией поправила перекошенный шеврон у одного молодого единорога, смахнула невидимую пылинку с плеча другого. — Помните, — сказала она, и теперь её голос звучал почти по-матерински, но с ледяной подкладкой, — от того, как вы выглядите и что скажете, зависит не моя карьера. Зависит доверие Принцессы к нашему учреждению. А доверие Принцессы — это доверие самой Императрицы. В её словах не было угрозы. Была констатация факта, от которого у некоторых пони ёкнули сердца. В этот момент с вышки донёсся голос часового-пегаса: — Карета Принцессы на подлёте к воротам! Пять минут! Разель резко выпрямилась. Её грива идеально лежала, звёзды на плече горели холодным золотом. Она сделала последний взгляд по строю — безупречный, вымуштрованный, готовый. В её глазах читалась не тревога, а холодная решимость. Она была готова представить свой «Бастион» самой Сансет Шиммер и показать, что в Империи нет щелей, куда может просоться хаос. Стоять, как влитые! Я вернусь через три минуты! — отчеканила Разель, бросая взгляд на старшего по званию. — Трид, со мной. Она развернулась и быстрым, энергичным шагом направилась к зданию столовой, её алая форма мелькала в серых коридорах. Трид, единорог с двумя золотыми звёздами на плече, почти бежал рядом, стараясь не отставать. — Кухня, Трид, — говорила Разель, не сбавляя хода. — Если Принцесса вдруг пожелает осмотреть всё, от карцера до продовольственного склада, мы должны быть безупречны. От запаха до температуры хранения. Мой «Бастион» не должен ударить в грязь лицом из-за пересоленного супа. Она резко распахнула дверь на кухню. Воздух, наполненный паром и ароматом варёных корнеплодов, ударил им навстречу. Повара, земные пони в белых фартуках, замерли в почтительных позах. И в этот самый момент юный рекрут, земной пони с испуганными глазами, торопливо нес огромный кастрюль с только что сваренным овощным супом. Его копыто поскользнулось на мокром полу. Произошло всё в доли секунды. Глиняная кастрюля вырвалась из его захвата, перевернулась в воздухе и с оглушительным грохотом разбилась о каменный пол. Горячий суп оранжевого цвета гигантской лужей растекался по всему проходу, кусочки моркови и картофеля разлетелись во все стороны. Парень застыл, глядя на катастрофу, его уши прижались к голове от ужаса. Заместитель Трид ахнул и сделал шаг вперёд, его рог засветился алым — готовый магией поднять хаос и проучить нерадивого новичка. — ТРИД! — голос Разель прозвучал негромко, но с такой силой, что единорог замер на месте. Она не повышала голос, но её интонация была острее лезвия. Она медленно обошла лужу супа, её копыта чётко отстукивали по сухим участкам пола. Она подошла к рекруту, который, казалось, готов был провалиться сквозь землю. Разель внимательно посмотрела на него, потом на лужу, потом снова на него. В кухне стояла мёртвая тишина. — Как твоё имя, новобранец? — спросила она ровным, лишённым гнева голосом. — Э-э… Барли, госпожа Рельзар, — прошептал он. — Барли, — повторила она. — Ты только что пролил не просто суп. Ты пролил доверие, которое я оказала этой кухне. И доверие, как и суп, не собрать обратно тряпкой. Она повернулась к старшему повару. — У вас есть десять минут. Убрать, приготовить новый. Используйте экстренный запас. Если не успеете — на ужин будет подаваться хлеб и вода. Для всех. Затем её взгляд снова упал на Барли. — А ты, рекрут Барли, сегодня, после отбоя, отмоешь всю посуду на этой кухне. В одиночку. Без магии. Может быть, твои копыта запомнят, что значит быть осторожным. Она не стала его унижать при всех дальше. Не нужно. Её приказ был ясен и неоспорим. — Трид, — обернулась она к заму, — проследи. А теперь идём. У нас есть менее двух минут, чтобы вернуться на плац. Принцесса не любит опаздывающих. Разель и Трид стояли у ворот, внимательно глядя на вход, как вдруг раздался звук горнов. — Ту-ту-ту! Двери тюрьмы медленно открылись, и внутрь вошла Сансет Шиммер, выглядевшая немного смущённой. Она лишь слегка взмахнула копытом, и двое стражников тут же отдали честь и склонились в поклоне. Сансет медленно вышла на плац. Все пони, включая Трида и Разель, поклонились ей. — Ну что вы, не стоит… Я не достойна этого, — тихо произнесла Сансет. Разель первой поднялась из поклона и скомандовала остальным: — Отставить! Затем, отдав честь и подойдя к принцессе в своей безупречной форме, она громко и чётко произнесла: — Приветствую, принцесса Сансет Шиммер! Я — Разель, моё звание «Гроннар», должность — начальник тюрьмы под кодовым названием «Номер 1, Бастион»! Сансет лишь мило улыбнулась и ответила: — Мне уже сообщила обо всём Айровила. Разель стало чуть не по себе, когда она услышала имя «Айровила». Хотя та сейчас и не у трона, передав власть принцессам Селестии и Луне, она всё ещё оставалась Главой всей стражи Кантерлота и могла повлиять на любое решение, даже в таком состоянии. Сансет прокашлялась и сказала: — Мне нужно встретиться со стражником, который пытался сбыть неинвентаризированные артефакты. Разель тут же ответила: — Как прикажете, принцесса. Прошу, следуйте за мной. Разель двинулась вперёд, взмахом копыт давая понять остальным, чтобы те немедленно возвращались к своим обязанностям. Трид быстро покинул их и помчался помогать остальным. — Принцесса, позвольте спросить, — осторожно начала Разель, — почему прислали именно вас? Артефакты могли бы просто доставить во дворец. Сансет ответила: — Не могу сказать точно, но Айровила в письме велела мне прибыть лично и всё осмотреть. Сейчас её нет в Кантерлоте — она в Скайрасе, занимается чем-то вместе с Ундиной. Кажется, они инспектируют «Пони-Водноград». Думаю, там требуется кое-что подкорректировать. Они прошли по чистому, выложенному серым камнем коридору. Свет магических сфер мягко освещал безупречные стены. Разель шла чуть впереди, демонстрируя путь, но не поворачиваясь спиной к принцессе — следование строгому протоколу. — Задержанный, — доложила Разель чётким, неэмоциональным тоном, — стражник Кристальной Империи по имени Стаут Харт. Был задержан при попытке сбыта четырёх артефактов Среднего уровня на чёрном рынке. При нём обнаружены осколки, предположительно, ещё одного предмета. Сам он утверждает, что стал свидетелем убийства своего нанимателя, некоего Грязной Гривы, некоей «тенью». Они подошли к двери из закалённого дуба, усиленной стальными накладками. Двум единорогам-стражам у входа Разель отдала беззвучный приказ взглядом. Их роги вспыхнули, и магический барьер, перекрывавший проход, растворился. — Он находится здесь, — Разель распахнула дверь, пропуская Сансет вперёд. — Мы обеспечили его… максимальную готовность к диалогу. Камера предварительного содержания была аскетичной, но чистой. В центре на простой скамье сидел земной пони песочного цвета. Его форма Кристальной Империи была помята, грива растрёпана, а под глазом красовался свежий синяк — наследие «убедительного» допроса. Увидев Сансет, он поднял голову, и в его глазах вспыхнула смесь страха и надежды. Сансет вошла, и её взгляд скользнул по его лицу, затем по стенам, словно оценивая не столько пленного, сколько саму атмосферу этого места. Она сделала несколько бесшумных шагов, останавливаясь на почтительном расстоянии. — Стаут Харт, — произнесла она, и её голос, обычно тёплый, сейчас звучал с отстранённой, почти научной вежливостью. — Меня зовут Сансет Шиммер. Я здесь, чтобы понять, что случилось с теми артефактами. Она повернулась к Разель, которая замерла у двери в стойке «смирно». — Госпожа Разель, прошу принести те осколки, что были изъяты. Все. Пока начальник тюрьмы отдавала распоряжения, Сансет снова посмотрела на дрожащего стражника. Её взгляд упал на его скованные магией передние копыта. — И, пожалуйста, снимите с него манжеты, — добавила она тихо, но так, чтобы её все услышали. — На время нашего разговора. Я не думаю, что он станет атаковать принцессу в сердце Имперской тюрьмы. Это был не жест милосердия. Это был расчётливый ход. Сансет давала ему иллюзию достоинства, чтобы он раскрылся. И одновременно тонко напоминала Разель, кто здесь принимает решения, когда речь заходит о магии и артефактах. Разель, не меняя выражения лица, кивнула, и магические оковы с щелчком рассеялись. Стаут Харт растёр онемевшие запястья, глядя на Сансет с немым вопросом. Игра начиналась.