Мы лучшие

Светло-синее полотно неба плотно затянули огромные облака. Их цвет, под напором темноты, слился с мраком позади себя. Серебряные звёзды совсем пропали. Редкие пташки, что пересекали тучи, почти не были видны. И лишь светило могло отличить одно от другого. Оно, к слову, только поднималось, опаляя пространство вокруг себя.      Школа «Гранд» издалека была похожа на муравейник — в окнах уже горел свет, многие ученики уже рассекали заполненные коридоры, а кто-то уже выбегал большими группками на улицу под громкие возгласы физрука. Одними из таких вынужденных ранних пташек стали и они. Элита под ручку с новенькими выходила из их комнаты — впечатлений прошлой ночи осталось очень много. Но не все спешили просыпаться и покидать постель.      Вид её был, мягко говоря, не лучшим. Рыжие, почти что огненные, локоны, что рассыпались по жёсткой подушке, будто осохли. Руки ухватились за другую подушку, коленки вжались в неё. На скрытых за, едва покрасневшими веками, глазах, проглядывались мелкие слезинки. Девушка была будто потрёпанная жизнью нищенка. Знал бы кто, что такого тяжелого она несёт на своих хрупких плечах.      — А-лё-нуш-ка — отчеканила Снежка. Она, нагнувшись над подругой, пыталась взглянуть в закрытые янтарные глаза — В школу пора-а.      Дверь хлопнула. Последний человек вышел из комнаты, в которой осталось теперь только трое.      — Иди, Снеж, — выпалил Александр, стоящий у шкафа — Я сам её разбужу.      Парень снял ночную футболку. Мягкая бордовая ткань, что когда-то скрывала за собой торс, оказалась вжатой в ладонь своего владельца. Он обернулся к блондинке. Девушка, не смотря в глаза друга, окинула его оценивающим взглядом.      Пожалуй, она и не думала, что парень, к которому она не питает особой симпатии, окажется таким привлекательным. Особенно в рыжих лучах рассветного солнца, которое только поднялось. Подтянутое тело, хоть и не было оббито клеткой, всё-таки отвлекало на себя внимание. Детского животика совсем не было, что говорило о его хорошей физической подготовке. Крупная родинка у вытянутого пупка весело подмигивала блондинке, но восторга у неё это не вызвало. Собственно, как и весь этот раскрепощенный вид парня. Девушка посмотрела в его карие глаза, едва слышно шмыгнула. Поднялась с кровати, прошла к двери, в последний раз обернувшись на Алёну, к которой уже подходил её недо-парень.      — Только не испугай её своим видом — на последок выпалила Снежка, хлопнув дверью. Александр лишь закатил глаза. Узнаёт Алёнину лучшую подругу.      Шатен тихонько опустился на свою постель, на которой сейчас тихонько сопела девушка. Она занимала в его сердце намного больше места, чем на его кровати. Её мягкий вид буквально кричал о её горечи, страхе. Рыжеволосой явно было не хорошо. Парень положил ладонь на её предплечье, мягко, почти невесомо, погладил его.      Алёна вдруг распахнула глаза. Будто и совсем не спала, она поднялась с подушки, на которой остался едва заметный след от её щеки. Она, тяжело вздохнув, взглянула в карие глаза напротив. Янтарный огонёк потух. Он молил о помощи, о которой не говорила их владелица. Девушка хотела, чтобы Саша догадался, ведь говорить о том, что произошло вчера, совсем не хотела. Но, видимо, придется…      — Алён — робко начал Саша, всё ещё не убрав ладонь с её руки — Что с тобой?      Тяжёлый вздох. Время пришло. Рыжеволосая опустила глаза.      — …он решил шантажировать меня…      Шатен опешил. Глаза его расширились, сознание одновременно не понимало и не принимало то, что сейчас узнало.      — Ты про кого?      — …про Влади… Влада — выдала девушка, от чего вдруг дёрнулась, направила испуганный взор на друга — он совсем ничего не знает. Долгая пауза.      — И как он тебя шантажирует? — наконец разорвал тишину шатен, ещё более недоумённо смотря на девушку.      — …т-ты же ничего не… — себе под нос проговорила она, от чего вдруг почувствовала на руке странное ощущение — будто что-то затянулось — Прошу, обещай, что не будешь перебивать меня, ладно?      — Постараюсь… — неуверенно произнёс парень, боясь отцепить руку от руки девушки. Будто это была их единственная связь. Кареглазая вновь вздохнула, готовясь к предстоящему монологу.      — Мы ведь не такие чистые, как многие думают — продержав долгую, подготовительную паузу, выпалила она — Нет, конечно всегда было ясно, что мы не чисты, но никто не знал на сколько.      Алёна всем корпусом развернулась к Саше. Ладошка её потянулась к ладони на её предплечье. Ухватившись за неё, как за последний шанс, она опустила её в лодочку другой ладошки, зажала между ними, забирая всё тепло из чужих рук себе.      — Виктор Тимурович был нашим Повелителем на протяжении того года, что мы с тобой не общались. Он сделал из нас элиту, вокруг которой ходит много слухов и прочей ерунды. Драки — клевета, сигареты в туалете — подкидышы, ведь кроме Маши у нас никто не курит, постоянная смена парней — херня полнейшая! Мы — образ, придуманный и развеянный по школе. А Повелитель, если так можно сказать, наш создатель. Мы — никто без него. К тому же ещё и его личные девочки на побегушках, мягко говоря… Наркодилерство вообще тяжело назвать как-то по-другому.     Карие глаза напротив стали шире, чем до этого.     — Этот… мужчина, каждые две недели передавал нам наркотики и следил за нашими действиями через камеры видеонаблюдения, к которым, похоже, подключился. Он записывал все наши действия, чтобы потом шантажировать. Потом ребята нашли его почту, на которой он всё это хранил, и удалили все записи…      — Позволь — вдруг произнёс Саша, от чего наткнулся на некий интерес в янтарном взоре напротив — А с чего вы взяли, что он не мог их сохранить ещё где-нибудь?      Алёна шмыгнула носом, пожала плечами.      — Мы все об этом думали, но дать понять, что мы знаем о его шагах, было не плохой идеей. В общем, после этого он сильно обозлился на нас, и отправил в полицию фотографию того, как якобы одна из нас относит «сюрприз» заказчику. Ты наверняка помнишь, как в школу приходили менты, которые чуть не завернули меня. Но фотографии оказались подделкой, и всё прошло спокойно. Ты тогда со мной был и всё это видел. Прости, что сразу не объяснила…      — …ничего… — как-то чересчур безэмоционально успокоил Саша рыжую, что от неё не ушло. Но понадеявшись на свою удачливость, она продолжила.      — Влад… чёрт бы его побрал… похоже, подслушал наши разговоры об этом инциденте, и решил шантажировать меня тем, что если я не начну с ним отношения, о наших «похождениях» узнает вся школа. А это чревато последствиями.      С каждым словом Алёны, глаза Саши расширялись, виски наливались кровью, а кулаки сжимались. Кареглазый повел подбородком, повернулся на стену, пытаясь найти в ней утешение.      — …мразь… найти бы его, и вмазать как следует.      — Сашенька — резко воскликнула рыжеволосая, чем привлекла внимание разгневанного друга — Прошу тебя, не вмешивайся в это дело. Я разберусь со всем этим, и если что-то пойдет не так, ты будешь первым, кто об этом узнает.      — А ты уверена?      Резкий вопрос Саши ввёл девушку в ступор. На лице его на миг появилась насмешливая, горькая ухмылка, которая пропала, как только светло-карие глаза встретились с янтарными глазами напротив.      — Всё то, что происходило буквально перед моим носом, не было мне известно. Как только мы помирились, почему ты ничего не сказала, а? — тон шатена повысился, от чего девушка чуть отпрянула от него — Вы могли рассказать обо всём, но нет! Вы решили доверить самое сокровенное каким-то непонятным людям! — он вдруг зашипел — А вы не боялись, что они могли поступить так-же, как сейчас может поступить Влад?      Алена боялась вставить и единое слово. Её время говорить закончилось — пришло время излить душу Саши. Он выдернул руку из ладоней девушки, поднялся с постели. Шаг за шагом он оказался у выхода, но остановился, не решаясь открывать его дверцу.       — Вот что я для тебя значу… — вновь горько усмехнулся он, после чего через плечо взглянул на Алёну — Я ничего не предприму, от слова совсем. За помощью можешь обратиться к своим новым защитникам.      Ладонь его потянулась к дверной ручке, но от чего-то замерла. Парень обернулся.      — Это моя комната.

***

     Погода была такой-же, как и вчера. Всем как и автору уже надоело смотреть в окно, и видеть или описывать тот же мрачный пейзаж, что и несколькими днями ранее. Они просто знали, что за холодным, запотевшим стеклом, и просто не смотрели туда.      Звонкий шум голосов не мог заглушить крика её мыслей. В белокурой голове она казалась очень странной, но такой приятной. Именно её девушка вынашивала которую неделю, холила и лелеяла, дабы она не убежала из её забывчивой головы. Хотя, куда она убежит? Мысли о мести никогда не смогут уйти ни от кого.      Остановившись у окна, блондинка достала из кармана своих неизменно широких брюк телефон. Глаза, чей цвет был похож на ясное летнее небо, которого так не хватало сейчас людям, опустились на поблескивающий экран. Он зажёгся, и пальцы начали нервно вводить цифры и буквы. Пара минут, и перед голубоглазой оказалась пара человек. Девушка лениво подняла на них взгляд, который вмиг стал гневным.      — Эм… привет, Снежка — робко начала восьмиклассница, на которую элита даже не обратила внимания. Её взор пал на парня рядом с ней.      Тёмно-русые волосы, чьи концы едва закрывали собой того-же цвета брови, тускло блестели от искусственного света ламп. Голубые, словно тёплая морская лазурь, глаза не сходили с таких-же глаз напротив. Они излучали неприязнь, которую тяжело было скрыть. Тонкая линия губ слегка дрогнула, скривилась, когда ледяной взор перевёлся на них. Рост парня был слишком высок, что заставляло ничтожно низкую Снежку поднимать голову вверх. Она вдруг шумно выдохнула.      — А ты у нас Серёжа — как факт произнесла девушка, заметно оскалившись.      — Вообще-то Миша — поправил её парень, окинув блондинку оценивающим взглядом.      — Да хоть Варфоломей — огрызнулась девушка, поддавшись вперёд — Мне глубоко плевать, как там тебя зовут.      Раздражение заметно пробрало парня, что не ушло от глаз девушки. На лице её появилась ухмылка. Оба понимали, что не будь блондинка из «высшего общества», её выходка бы не прошла просто так. Шатен прикусил уголок губ, взглянул в окно, пытаясь отвлечься на что-то более позитивное, чем маленький сгусток ненависти. Но не на долго.      — Ты-ы… — протянула Снежка, щёлкнув пальцами в сторону высокой девушки — Как тебя там…      — Алина — всё также робко представилась шатенка, после чего тонкие пальцы элиты опустились.      — Алина — повторила Снежка, резко подняв глаза на Мишу — Оставь нас поговорить с этой крысой.      Девушка мотнула головой, покорно развернулась и шагнула в глубь толпы, что образовалась недалеко у лестницы. Оторвавшись таки от окна, блондинка схватила своего нового собеседника за запястье и повела в неизвестном парню направлении. Шаги той маленькой девушки были совсем не маленькими — она явно хотела поскорее скрыться с глаз заинтересованного в ней общества. И у неё это хорошо получалось, ведь спустя всего несколько секунд их взорам открылась другая лестница, чьи холодные мраморные ступени освещал тусклый, серый свет. Но не свет нужен был им, а кромешная тьма, что скрывалась чуть ниже — небольшой проход в подвал дарил им возможность потонуть во мраке. Шагнув вниз по ступеньке, голубоглазая почувствовала, как чьё-то запястье безуспешно старается вырваться из её цепкой хватки. Длинные ноготки впились в мягкую кожу парня, от чего тот едва слышимо зашипел. Но не долго ему пришлось мучиться от боли, ведь рука его оказалась на воле. Блондинка резко развернулась, и ладонь её ударила шатена в грудь. От резкого толчка парня припечатало к стене. Удивительно, как такая хрупкая и маленькая девчушка могла так сильно толкать. Как только голубые глаза парня опустились, пред ними показалась блондинка.      — Ты же знаешь, что против элиты нет смысла идти? — задала риторический вопрос Снежка, на который почти бы получила ответ, если бы не её резкость — Так зачем же? Безбашенный? Не боялся, что с тобой случится то же, что и с Олежей из 10-го И?      Перед глазами обоих появились обрывки воспоминаний. Столовая. Он был там, и она тоже. В компании подруг она наблюдала за цирком, который устроила для них Алёна. «Я не позволю тебе обидеть её!» — произнёс Саша в момент, когда получил по лицу. А Алена поставила каблук бугаю на лоб, и тот заметно обмяк. Они боролись друг за друга, что вызывало лишь уважение. Судьба же Олежи улыбалась ему не долго — всего через несколько недель, по «странным обстоятельствам», его отчислили.      — Боялся — вдруг тихо произнёс парень, что не смогло уйти от блондинки. «Нас боятся»      — И в чём же тогда причина? — поинтересовалась девушка, слегка сощурив глаза.      — Думаю, тебе будет не очень интересно — вспомнив о своей холодности, проговорил голубоглазый. Но девушку не устроил такой ответ. Она чуть попятилась назад, оставив между ними небольшое расстояние.      — Очень интересно — сложила руки на груди Снежка. Шатен вздохнул.      — Дело в том, что… у нас была небольшая договорённость. Мне нужно было выполнить все её указания, а она взамен исполнит одно моё желание.      — И какое же? — не сдержав интереса, спросила девушка, чуть наклонив голову.      — Свобода.      Светлая бровь взмыла вверх. Такое странное движение вызвало у Миши нескрываемую улыбку, которая сразу же пропала, как только тот начал говорить.      — Я, скажем так, связался не с той компанией — признался он, от чего получил заинтересованность во взгляде напротив, который буквально жаждал подробностей — Это гопники, и из-за своего, как они выразились, смазливого личика, я не очень прижился, но и уйти от них не мог. Я попросил Катю, чтобы она предоставила мне свободу — речь парня стала какой-то грустной, тяжелой, что ощутила на себе и девушка — Но их банда как секта — из неё просто так не выйдешь, и она предложила мне сделку.      — Снять нашу стрелку на камеру и показать запись Вась-Вась, я уже поняла — перебила шатена Снежка, шумно выдохнув — Ты мог просто сказать, что знаком со мной, и они бы отстали от тебя — внезапно с несвойственно себе сочувственной интонацией произнесла Снежка.      Голубые глаза вдруг встретились. Они были словно небо и море — пейзаж мечты. Спокойные небесно-голубые, редкие блики на которых были словно облака, нависшие над шумными лазурными, с яркими пенистыми волнами. Они передавали друг другу импульсы, которые боялись подарить даже самым близким людям.      Парень пожал плечами.      — Не в моих принципах врать — отрезал он, не отрывая глаз от элиты — С чего ты взяла, что я сказал бы такое?      Мягкая, горькая улыбка появилась на лице блондинки.      — Я стала суккубом не из-за того, что вела себя как шалава, а так-же как и ты — из-за смазливого личика — призналась девушка, оторвав глаза от парня и опустив их на одну из ступенек — Моего бывшего не нужно было учить говорить, или хотя-бы отрезать ему язык. Мы расстались из-за того, что я поцеловала его друга пока мы были в отношениях, а он обиделся и разболтал это всем. Через несколько месяцев всё затихло, а когда случилось моё становление в этой помойке как личность, все меня заметили и вспомнили о слухах годовой давности — пожала плечами она, не решаясь поднять взгляд — И говорили они о том, что каждый из них косвенно связан со мной.      Удивительно, как темнота и незнакомцы меняют людей. Как закрытые, холодные и озлобленные люди могут обмякнуть и рассказать о том, что так давно их гложет. Снежка и не заметила, как её каменная маска спала с её лица, показав какому-то мальчишке все ссадины и ожоги, что подарило ей общество. Она не такая, но люди заставили её быть такой. Странно, но от осознания того, что она наконец смогла избавится от кандалов своего холода, блондинке стало не по себе. «Кто он такой, чтобы знать такие подробности?». Вновь насупилась, нахмурилась и сложила руки на груди, будто всего этого и не было никогда.      — Так странно, что вы подрались из-за парня — усмехнулся Миша, но вдруг замолк, как только понял, что ляпнул. Обжигающе холодный взгляд поднялся на него, и парень понял, что не нужно было говорить вообще.      — Мне уже глубоко плевать на блондинчика — мной движет лишь месть — прошипела девушка, резко развернувшись к выходу — Пошли. Теперь ты будешь выполнять мою безвозмездную просьбу.      План и обстоятельства, во время которых он проводился, были идеальными. Физкультура у восьмиклассников началась как нельзя кстати, и из кабинета в считанные секунды пропали все живые души. Коридор заполнили подростки, одетые в спортивную форму, и только пара-тройка человек могли позволить себе небольшую шалость, которую Леший всё-таки мог им простить. Он же добрый. Алина, застегнув короткую куртку, положила руки в её карманы. Она, стоя рядом со своей подругой, держалась очень хорошо — носители страшных тайн обычно очень скоро сдаются пред соблазном проболтаться. Это на себе проверил Миша, который через мелкую щелку приоткрытой двери смотрел на них. Он был на шухере.      Пожалуй, столь странного и легкого плана Снежка никогда не придумывала. Испуг — лучшее людское чувство, на котором можно сыграть. Если хорошенько запугать человека, получится сманипулировать ситуацией и иногда даже остаться в плюсе. Этому она научилась у своего лучшего наставника — Повелителя. Именно этот урок он так долго преподавал, и так долго они усваивали его. Как красиво у них получилось побороть страх, и как ужасно он старался привить его им обратно.      Белая бутылочка ПВА в мягких её руках загадочно блеснула, когда девушка стала разглядывать его. Маленькая бутылочка в ладони её лежала как влитая. Этикетка с сотней мелких черных букв была обрамлена серебряной полосой и красным фирменным знаком. Небольшой конусообразный тюбик так и просился открыть его и исполнить уже давнюю мечту блондинки. Но она колебалась. Миша, последний раз окинув взглядом полупустой коридор, посмотрел в глубь кабинета. Она, стоя у средней парты третьего ряда, смотрела то на черную кожу сумки, то на бутылочку в ладони. Чего-то ждала? Не решившись оставаться в стороне, парень сделал шаг. Потом второй. Вот он уже навис над маленькой девочкой, переглядывая через неё в её руку — клей. Странное чувство справедливости пробило его.      — Ты что, — резкий полушепот заставил девушку дрогнуть — Собираешься тут всё клеем залить?      Снежка замерла. А она точно делает всё правильно? «Нет, я должна». Развернулась, сложила руки на груди, подняла на шатена самый холодный взгляд, какой только был в её арсенале.      — Эта сучка должна получить по заслугам — шикнула Снежка.      — А не слишком? — вновь поинтересовался парень, стараясь переубедить элиту.      — В самый раз — отрезала она, вновь взглянув на бутылочку. Не уверенна.      Резко отогнав от себя все сомнения, Снежка опустила жестокий взор на сумку. Она была раскрыта, будто так и просилась получить порцию клея. И блондинка была не против. Нагнувшись над кожаным носителем, девушка отвертела крышечку, наспех сунула её в карман и поднесла тюбик к одной из книг, неудобно попавшейся под руку. Но что-то пошло не так. Ладонь её обдало жаром, когда чьи-то пальцы перехватили её. Указательный палец закрыл едва заметную дырочку, из которой клей ещё не успел вытечь. Голубые глаза стали острыми айсбергами, воткнувшимися в лицо парня. Девушка обернулась.      — Ты что творишь?! — воскликнула она, вырвав руку из теплой руки шатена — Совсем с ума сошел?      — Налей воды — спокойно произнёс Миша, не отрывая глаз от взбесившейся блондинки.      — С чего это?      — Ты хочешь её припугнуть или отомстить?      — Отомстить!      — Так растяни это удовольствие — раскинул он руки, изобразив из себя ведущего какого-нибудь тренинга — Лучше же будет сначала налить воды, написать записку с угрозой, а потом уже начинать действовать.      Пухлые, розовые губы скривились. Она не знала, как будет лучше. С одной стороны паренёк прав — лучше начать с малого. Но с другой стороны — кто он такой, чтобы указывать ей?      — Ладно — махнула рукой голубоглазая, доставая из кармана штанов крышечку. Довольная улыбка попалась на её глаза, и она фыркнула — Не лыбься, умник.      Парень выставил перед собой руки. — Как вам угодно.      Снежка тихонько хихикнула. Непривычно видеть не испуганное, а радостное лицо рядом с собой. Глаза напротив сверкали, и совсем не от слез. Парень кивнул, в первый раз подарив девушке свою улыбку. Такую красивую, лучезарную улыбку. Голова закружилась. Что это с тобой, Снежа?      Встряхнув головой, блондинка вернулась с небес на землю. Все вновь занялись своим делом, встали на исходные позиции. Миша — у щелки двери, Снежка — у раковины. Не жалея воды, девушка вздёрнула краник, врубив самую сильную струю воды. Сложив ладони в своеобразную лодочку, она набрала в них столько воды, сколько была возможность. Вдох, выдох, разгон. Нелепый бег обратил на себя внимание Миши, что даже не успел открыть дверь. Глаза его расширились — девушка бежит с водой в руках до сумки противницы, чтобы намочить её. Всплеск — и вода расплескалась по всему, что было поблизости. Стол покрылся мелкими каплями, пол стал блестеть, и даже на штаны девушки попала небольшая струйка. Сумка намокла. Страницы внутри книг склеились, корки обмякли. Довольная своими достижениями, девушка сложила руки на боках, гордо вздернув носик, что вызвало у шатена волну смеха. Снежка впервые улыбнулась, но не на долго. Ее захватил азарт.      — На до мной смеёшься?! — с наигранной злостью воскликнула девушка — Сейчас ты у меня получишь! — руки взмыли вверх — Дождь!      Как только ладони её махнули в сторону парня, мелкие капли полетели вперёд. Голубоглазый оглянул свою форму, до которой не долетело ни одной капли, и усмехнулся.      — И это ты называешь дождём? — подыграл девушке он, подходя к крану — Сейчас ты познаешь всю силу дождя — мелкая струя воды намочила мягкие ладони, и они повторили действие девушки — Ледяной дождь!      Те капли, в отличие от своих собратьев, долетели до Снежки, и сумели даже докоснуться до мягкой ткани её рубашки. Звонкий смех вдруг стал слышен изо всех углов просторного кабинета восьмиклассников. Искреннее веселье впервые появилось здесь, что бы это не значило.

***

     Лучи солнца, что так сильно старались пробраться сквозь пелену серых облаков, устало опускались на тумбочку, что стояла недалеко от кровати. Звенящая тишина царила к полутёмной комнате, занятой всего парой человек. Матрас прогнулся под их весом, но подростков это мало волновало. Их головы сейчас были заняты совсем другим.      — Не нервничай, Вить — сладким голоском успокаивала своего парня Варя, легонько поглаживая его по макушке.      Парень сунул пальцы в свои сухие, жесткие волосы, слегка задев ладонь возлюбленной. Зацепившиеся друг за друга волоски стянули нежную кожу головы, передавая боль, запечатанную в короткие импульсы, в голову. Парень поморщился, но неприятные ощущения быстро пропали, как только пальцы более удобно сели на кожу и застыли. Кофейные глаза, когда-то скрывавшиеся за тонкими линзами очков, скрылись за полотном век. Голова давно не варила. Ничего не шло.      Повелитель оказался крепким, и очень скрытным, орешком. Почта удивительным образом восстановилась. Номер телефона, который парень еле накопал в личной информации аккаунта почты — подставной. Такого номера в буквальном смысле нет, и подтвердить его можно было только по средствам сторонних программ, которых, увы, у него не было. А при попытке пробить геолокацию, которую он также нашёл через почту — ноль. Выдавались координаты большого дома в центре города, который уже давно забросили. Будет ли такой крупный шантажист, да ещё и наркоторговец, скрываться в рухлой заброшке? Ответ был очевиден.      — Если хочешь, я сама поищу — разорвав тишину, предложила девушка, чем привлекла внимание шатена. Он обернулся на девушку.      Она выглядела сейчас так мягко, по-домашнему, хотя пришла в его комнату всего пару минут назад из самой школы. Пышные её локоны отдавали на свету цветом, сходим чем-то с баклажановым. Странный сиреневый оттенок на волосах проявлялся только при мягком, желтом свете или же свете солнца, в остальное время скрываясь от свербящего белого за, как бы она сама сказала, морозно каштановым. Мягкие её глаза, в отличие от волос, не скрывали своего истинного цвета, а наоборот, будто хвалились им — аметистовый. Её глаза действительно были похожи на тот камень — редкие, почти белые, полосы обрамляли лиловый, который мог резко переходить в более темную версию себя. Теплая улыбка заставила парня улыбнуться в ответ.      — Хорошо — едва мотнул головой Виктор, чуть пододвинув рядом лежащий ноутбук девушке — Попробуй.      Варя перевела взгляд на яркий экран компьютера, на котором виднелась главная страница почтового ящика. Побегав по нему своими глазками, девушка внезапно задала вопрос.      — Как он смог восстановить почту?      — Это не то, чтобы трудно — пожал плечами парень, не отрывая глаз от экрана.      Одно из писем привлекло внимание пары — небольшое письмо самому себе, содержащее много цифровых символов. Не решившись медлить, девушка опустила ладонь на мышку и провела ею чуть вверх, ткнула на правую кнопку. Письмо открылось, показав те самые символы.      — 23.09.2019 — прочитала вслух цифры шатенка, после чего резко обернулась на парня рядом — Что это значит?      — Логично, что дата, но зачем она? — спросил себя он, сведя брови.      — Может… — начала предполагать девушка, как вдруг охнула — Давай откроем письмо за этот день!      — Хорошая идея — с улыбкой произнёс кареглазый, потянувшись к уже свободной мышке.      Небольшие поиски привели маленьких детективов к письму за указанную дату, в котором теперь появились и буквы.      — Та-ак… вчера в 15:43.      Ещё одни поиски — и удача! Сообщение за прошлый день, отправленное в 15:43 показало в себе, казалось, бессмысленную фразу.      — Мне срочно нужно, чтобы вы отправили мне чеки счетов за 14-е и 15-е января. Прошу прислать мне их сегодня… что за фигня? — не сдержавшись, выпалил Виктор, оборачиваясь на свою умную подружку.      — Дай-ка подумать… я думаю, стоит поискать письмо с похожим содержанием — предложила девушка, как её прервали.      — Но здесь десятки таких писем, как мы сможем найти его? — недоумевая, поинтересовался парень, на что сразу же получил ответ.      — Просить счета может только Вась-Вась, значит нужно искать сообщения от неё.      Виктор чуть высунул нижнюю губу, одобрительно кивнул Варе.      — Какая же ты у меня всё-таки умная.      Шатенка улыбнулась.      — Не умная, а сообразительная.      И вновь удача. Сообщение быстро нашлось по средствам отбора. Но открывать его пара не стала, ведь их заинтересовало сообщение над желаемым. Оно содержало ссылку, которая вела, вероятнее всего, на диск. Интерес нахлынул сразу, как только курсор опустился на него. Клик — и уведомление раскрылось, показав ребятам ярко-синюю ссылку. Кликнув на неё, ноутбук, чуть помедлив, открыл интересующимся странное видео. Оно началось слишком резко.      Качество съёмки было ужасным — барахления, прерывания и серо-белые полосы, резко появляющиеся и пропадающие на экране. Звук был таким же плохим, как и качество картинки. Среди такого обилия глюков можно было разглядеть коридор. Яркий коридор, который рассекал блондин. Шатены сразу разглядели в нём своего друга — Филиппа. Он, шаркая наспех одетыми кроссовками, смотрел в телефон. Его что-то гложило. Но вдруг всё оборвалось, и появилась совершенно другая картина. Школьный коридор. Посреди экрана появилось бездыханное тело Виктора, над которым, махая руками, сидела Варя. Она не знала, за что бы ухватиться, чтобы вернуть парня к жизни. По телам ребят пробежалась колкая дрожь. И вновь черный экран с помехами. Но не на долго, ведь всего через секунду перед глазами пары предстала новая картина. Теперь коридор стал темнее. У окна, загадочно-романтично смотря сквозь холодное стекло, стоял шатен. Саша сразу всплыл в памяти обоих. И вновь всё пропало. На место более-менее разборчивой картинки пришёл черный экран всё с теми же помехами, и громкий белый шум на фоне. И опять картинка. Школьный, светлый коридор. Виднелись две девушки — блондинка, прическу которой рассекала бирюзовая прядь, и черноволосая девушка. Они стояли у стены, одна прижимала к холодному бетону другую. Одна из девушек была четко схожа со Снежкой, о которой вдруг вспомнила Варя. Послышался голос, едва разборчивый на фоне белого, устрашающего, шума.      — Не… у… то л…и ты уд…ишь м.ня пр…ямо н… к…еру? — черноволосая, стоя у самой стены, ткнула пальцем в противоположный угол в потолке — Опа… а к…ры т… и не…      Всё произошло слишком быстро. Блондинка резко сложилась в два, повалилась на пол в момент, когда черноволосая вырвалась из плена её рук, преграждавших ей когда-то путь. И опять всё пропало. Шум стал громче. Секунды длились будто вечность, пока не появилась новая запись. Темнота, окутавшая коридор уже общежития, показалась на экране. В её глубине едва заметно прошмыгнула девушка, ставшая обладательницей, бывшей когда-то фиолетовой, пряди. Кира пронеслась в каштановой голове Вика. Она резко исчезла, и всего через пару секунд показался блондин, которого пара видела ещё вначале. Всё пропало. Шум стал ещё громче, помех стало намного меньше. Теперь картинки сменялись сами собой. Шатен в красной джинсовой куртке, бежащий в сторону мед. кабинета с небольшим букетом роз, брюнетка, лежащая на кровати в небольшой палате, что вдруг столкнула эти розы на пол, блондинка, подходящая к черноволосой сопернице, рядом с которой стоял какой-то парень, что был не выше неё, прижатая к стене Варя, приближавшаяся к губам Виктора, что стоял почти вплотную к ней, почти умирающая Алена, что сидела на полу и держалась за спинку диванчика в её гримерке, а рядом с ней на корточках Саша, поглаживающий её по рыжей макушке, Маша, одиноко стоящая в пустом, полутёмном коридоре, рядом с которой вдруг оказался Влад. И вдруг всё пропадает. Шум, картинки и глюки заменяются черным экраном. Раз, два, три — секунды вновь стали длиться бесконечно долго, пока на том фоне вдруг не появился длинный текст, состоящий из странных символов. sZ1t+T4DDDbSTDGLUcroBVqj6J0RcHDMh0u6WoGUSZf+XxuFhBv0ISuSA+JwPKxaPuhlhOuvKcp7bTp3JVSRomYHX0L45SbweqgWXyhH7lYWC9TP8JOBTaNeZNlL9sv6K+SiHam57BH7pYl62mRfziF1PpWxG8UPor6ifv809+LK/0SR9bp8LRsPjqlIwN8yWAlSd6MccLvlnQ6bE+qr5IyxiWo1brP03UcHTYHrQaSeFEKlxvSp9QT4V+HMxOezrQYAu5JcKc1v7B34jWQf5ZxkIAEVymFJ3h26FwhqoP4FQ15w8IL8Zg/Fef92eVkvlUpw3V+4/PSt1uVXTUrJD4kU73f0GLbb98O1gpz90AgoKQe6GENLC3lw6AHQX83pajnZP4NM7N6Oj1Py39t/nSqQwiStYVZqpL5SHYrspaCNrjjIYqQxs4RKUHCPSJnrH35ihOTK+sSDki89n0sIhMZz/kTqCh1XOpwo8l0AURsMB7MwnrtlQMwIXArYorRCiTQN85G+9I1y7wQqCJp/6IrR8xjzKpFt4mjfN9wuEA8=      Видео закончилось. Варя и Виктор переглянулись. Паника пробрала обоих, но разобраться нужно было как можно быстрее. Не сказав ни слова, шатен перемотал видео на момент с текстом, и сделал скриншот. Пара кликов, и странные символы переведены в текст. Осталось только расшифровать. Первый сайт по расшифровке — бинго. Адекватный текст предстал перед глазами подростков. Он держит меня в заложниках. Накачал транквилизаторами и привязал к батарее. Мне не выбраться без вашей помощи. Прошу, напишите на почту papasha@gmail.com с предложением приобрести продукцию от Орифлейм. Он поймет. Времени мало

***

     Сил не осталось. Пожалуй самое страшное, чего ожидала от него Алёна — это склонение к любви. После расставания они остались друзьями, и этот человек стал её единственным хорошим другом, одного из которых она в прошлом потеряла. Хоть их отношения и не были лёгкими, дружба протекала как никогда просто. Девушка хорошо знала, что он всё ещё любит её, но принимать это всё никак не хотела. Дружба — лучший выход из любой ситуации. Но, как оказалось, это наглая ложь. Ведь дружба сломила парня, и он буквально вынудил её любить его.      А другой обиделся. Он — самый дорогой человек на свете, единственный и неповторимым — прогнал её, хлопнув дверью. Обида пробрала её до слёз, но какой в этом смысл? Он был прав, полностью прав. Как самый близкий человек для него, она утаила от него самое сокровенное, о котором знали совершенно другие, не самые близкие, люди. Даже они знали о трагедии элитного квартета, а он — нет. Его гнев был оправдан, и девушка совсем не винила парня в этом. Нужно было сказать обо всё сразу, как их общение наладилось. А ведь именно он сейчас тот, кто так чертовски нужен ей.      — «Судьба» — вспомнила любимое слово своего старшего брата — «Жизнь — ужасная штука»      Последняя ступень на цокольный этаж школы преодолена, и дверь в коридор, полный разных кабинетов и гримерок, отварилась. Тусклый, желтоватый свет пал пред её ногами, когда девушка прошла в длинный, полутёмной проход. Пара темных силуэтов обернулась на неё, и один резко покинул другого. Не придавая этому значения, девушка сделала очередной шаг вперёд. В янтарных её глазах больше не горел тот огонь, что полыхал всего день-два назад. Ладонь поднялась к волосам, туго перевязанным резинкой у самого затылка. Казалось, что даже они потускнели, потеряв всю ту яркость и пышность, бывшую когда-то в их власти. Огонёк потух, что говорило о многом. Забавно, что он всё-таки смог сделать из вечно весёлой, эксцентричной и эмоциональной девушки пустой, но очень красивый, манекен.      — Алё-ёнушка — протянул до боли знакомый голос, на который девушка подняла глаза.      Черный силуэт вблизи был совершенно таким же черным, как и издалека. Локоны были больше похожи на густую, темную смалу. Одна из прядей, напоминавшая тонкую каплю, тянущуюся вниз, упала на глаза. Их яркости сейчас мог позавидовать янтарь напротив, у которого это сияние отняли именно они — ярко-голубые, схожие чем-то с алмазом в Майнкрафте (простите меня пожалуйста, я действительно не могу придумать чего-то более стоящего, чем это), глаза.      Не желая смотреть в наглые, очень весёлые глаза напротив, девушка окинула взглядом уходящий в темноту силуэт. Что-то кроме подавленности пробралось в её опустошённую голову.      — Кто это был? — поинтересовалась Алёна, не оборачиваясь на бывшего возлюбленного.      — Арлен Семёнович — ответил Влад, взглянув в то же место, в которое сейчас смотрела рыжеволосая — Спрашивал про Водяного.      — Зачем он ему? — всё ещё не оборачиваясь, вновь спросила девушка.      — Сказал, что с ним какая-то важная шишка, и что хотел бы его увидеть.      — Понятно — без лишней эмоциональности проговорила она. Взгляд с коридорчика упал на противного оранжевого цвета линолеум, от которого ужасно рябило. Но всё лучше, чем смотреть на него, его довольное лицо и бесстыжие глаза.      — Ну так ты подумала над моим предложением? — поинтересовался парень, в голосе которого слышался нескрываемый задор.      Алёна вздохнула.      — Подумала — всё также подавленно проговорила девушка.      — И что надумала? — уже более нервно и настойчиво спросил брюнет — И хватит пялиться на пол — посмотри на меня!      И она посмотрела. Покорно, словно подданная короля, выполнила его истеричный приказ, удовлетворив его желание. Теперь-то оба видели, что испытывает человек напортив.      — Я… — помедлила она, но после тяжелого вздоха, продолжила — Принимаю твоё предложение.      На лице голубоглазого появилась счастливая улыбка, которую невозможно было скрыть.      — Ну-у, зачем же так официально — глупо лыбясь, приобнял рыжую за талию он — Мы теперь пара, почему ты не радуешься?      — Не вижу поводов — отрезала девушка, увернувшись от руки парня шагом назад. Вновь, словно грустная собачонка, опустила глаза в пол, развернулась к выходу в школьный коридор, который хорошо виднелся издали. Лишь походка её не поменялась — уверенная, кошачья, бесшумная. Она решила удалиться — делать ей здесь больше нечего.      — Подожди! — вдруг послышался позади голос, на который кареглазая чуть обернулась. Она даже не смотрела, ведь её поникший взгляд упал на стену напротив — Приходи на концерт сегодня, прошу.      Не решившись отвечать, девушка вернула свой взор на дверь к лестничной площадке. Она подумает, и об этом хорошо знали оба. Что ей ещё остается делать?      Звон бокалов, гам и смех. Всё это, хоть и кажется с первого взгляда очень шумным, на самом деле звучало довольно тихо. На сцену вывалился оркестр и бек вокалист. Он, перекинувшись парой фраз с солистом, отошёл на своё место. Его же время ещё не пришло, и Влад подошёл к высокому занавесу, что скрывал его от внешнего мира. Чуть приоткрыв завесу мягких тканей, черноволосый взглянул в зал. Он был полон людей, что пришли расслабиться после трудного дня. Глазами пробежавшись по залу, парень отметил для себя кое-что ещё — там не было её.      — «Опаздывает?» — спросил себя Влад — «Или всё-таки не захотела прийти?»      Свет вдруг стал медленно выключаться, оповещая исполнителей о скором выступлении. В голове щёлкнуло, и голубоглазый отпустил занавес. Шаг, второй — и он уже стоял у стойки с микрофоном, поправляя его. Все взгляды направились на закрытый занавес, что всё не решался распахнуться и показать людям очередного выступающего. Тишина повисла в широком зале. Но не долго длился её матриархат, ведь из самого входа послышались шаги. Влад узнает их из тысячи. Взмах руки — гитара начала свою завораживающую игру. Мелизмы* черноволосого тихо полились в микрофон, высвобождаясь из плена мощных колонок.

Ты в меня так влюблена, я же вижу, мадам.

     Занавес распахнулся, показав таки зрителям певца, чей голос был столь же шикарен, сколь атмосфера в подпольном баре. Он, весь такой опрятный и привлекательный, стоял посередине сцены, держась за стойку с микрофоном. Белая водолазка скрывалась за черным пиджаком, так идеально сидевшем на нём. Странно, но очень красиво смотрелся крупный крестик, висевший поверх тонкой белой ткани. Из всего этого идеального образа пестро выделялись серые джинсы и кроссовки, что были на нём.

Я же вижу, мадам, о~о~о…

     Послышался тихий, приятный голос парня, что стоял позади солиста. Черная рубашка на нём, с неопрятно завернутыми рукавами, смотрелась совсем не так мрачно, как если бы он сейчас стоял над гробом. Строгие черные брюки скрывали концы той рубашки. Хрупкий, на первый взгляд, парень был увешан всеразличными цепями. От их металла отражался белый свет софитов, что так ярко освещал каждого, кто находился в поле его зрения. Из-под чёрных туфель виднелись белые носки, что ярко выделялись на фоне мрачного образа.

Что мне говорят твои губы, говорят твои глаза

     Не открывая глаз, пропел Влад. Мысли его в миг заняла та, что совсем не желала о нём думать. Такое упорство до жути нравилось черноволосому.

Глаза, глаза…

О~оу… Ты в меня так влюблена, что попала в капкан

     Наконец соизволив залу подарить каплю своего взгляда, распахнул глаза черноволосый. Она была там. Такая мягкая, спокойная, встала у двери, не решаясь шагнуть вперёд. На ней всё ещё красовалась свербящая глаза белая форма — коротенькая юбка и пиджачок, обрамлённые тонкими, редкими линиями. За белой тканью скрывалась черная рубашка. До колен тянулись белые гольфы, которые удерживали такие-же белые школьные ботиночки. Лакировка на них бликовала ярче, чем волнушки моря. А вот глаза её совсем не блестели. Не удивительно, почему.

Выбраться я тебе не дам,

     Убрав руку с микрофона, парень потянул её вперёд. Направление пальцев сомкнулось на Алёне, и та это хорошо понимала. Эту песню он будет петь не потому, что надо, а для неё, и это заставляло поникнуть ещё сильнее. Ничего не должно связывать её с этим сумасшедшим.

Ты моя

     Приятная музыка заглушила и без того прекратившееся пение. Зрители уловили драму, потому глаза их бегали теперь не только по сцене. А когда известная всем в зале рыжеволосая красотка спустилась вниз по лестнице, не у кого больше не было интереса смотреть на певца.

Боже, что за lady? Покажи мне свое тело, у~у…

     Легкое движение плечами, и все взгляды вновь уцепились за Влада. Хоть драма и интересная, человеческая харизма лучше всякой чернухи. Голубые глаза прикрылись, и на их сияющее место вступила улыбка, сразившая каждую женщину в этом зале.

Буду нежен я

     Отчеканил парень. Завораживающий звон гитары смешался с легким отсчетом барабанов. Парень позади довольно улыбнулся — их работа превосходна, раз смогла оторвать глаза людей от их главной вокалистки, чей черёд очаровывать людей настанет только завтра. Пусть подарит и им свой звездный час.

Baby, take it easy Хватит быть актрисой, дома за кулисою

     Черноволосый нагнулся, уронив в свои теплые руки хрупкую, тонкую стойку микрофона. Звук в колонках чуть дрогнул, что не ушло от капризных зрителей. А Алёна, что плевать хотела на всё это шоу, тихонько уселась за стол, что был ближе всего к выходу. Может вытерпит выступление, может нет. Но попробовать стоило. Мало ли что свистнет в его чёрной голове.      Влад вдруг шагнул вперёд.

Ты смогла влюбить меня в себя~ия… в себя~ия…

     С каждым явным отстуком ритма он делал шаг вперёд. Рассекая подиум, женщины его «гарема», чьи глаза были прикованы только к голубоглазому красавцу, оборачивались на него или слегка приподнимались со своих мест. Забавно, что не смотря на всё плохое, они с Алёной так похожи — она собирает на себе все взгляды мужчин, а он — женщин.

Как же до того дошло, что я готов дарить цветы?

     Сделай брюнет хоть один шаг — пред ним появится пропасть, в которую тот неизбежно падёт. Он остановился у самого края подиума, с которого он взглянул вдаль. Голубые глаза устремились к самому дальнему столику, дабы найти её. И нашли.      Она, вся такая обиженная, сидела так далеко от него. Будь он сейчас прощён за столь специфичное предложение вновь быть вместе, он прямо сейчас бы спрыгнул с этой чертовой сцены и притянул хрупкую, рыжеволосую девчушку в свои объятия. Их, такие разные, глаза встретились. Бушующее море усмирило тот пылающий огонь, что горел совсем недавно. Но, похоже, перестаралось, ведь на его месте появился мрачный пепел, который уже на зажжешь. Сердце от чего-то забилось чаще.

Ты в меня так влюблена, я же вижу, мадам

     Не решившись более оставаться в этом месте, Алёна поднялась со стула, и, наспех задвинув его, шагнула к лестнице. Никого больше не интересовало, что там происходит за их спинами, что приметил для себя и Влад, продолживший петь. Его желаниям сказали нет, как он когда-то сказал её желаниям. От того он мог лишь проводить её своим разочарованным взглядом. Но не только его взгляд остановился на рыжеволосой красавице.      Один из мужчин обернулся на девушку, что уже хлопнула за собой дверью.      — Это она? — поинтересовался незнакомец, обернувшись на своего друга.      — Да.