Мы лучшие

Огнём покрылось закатное небо, провожающее солнце в дальний путь. Рваное полотно облаков озарилось ярким светом, от которого каждая его мелкая частичка порыжела. Солнечный круг нехотя опускался за горизонты тёмной земли. В городе, скрытом от лишних глаз за голыми ветвями деревьев, зажглись первые фонари. Квартиры занялись людьми, жаждущими отдохнуть после тяжёлого дня, из офисов начали вываливаться офисные клерки, держащие свой путь на бары и клубы, а те, в свою очередь, по-тихонечку стали наполняться людьми.      На подоконник упал яркий свет. Владелица того подоконника (да и всего дома в целом) мягко посапывала в своей кровати. Мягкие её светлые волосы рассыпались по подушке, скрывая от лишних взоров истинный цвет наволочки. Манящие глаза прятались за полотном век, обрамленных длинными ресницами. Обездвиженное её тельце лежало под толстым одеялом, и лишь тонкие пальчики ладоней выглядывает из-под него. На отросшие ноготки падал свет, яркими точками отсвечивавший обратно. Она до сих пор не очнулась от своего вынужденной сна… Словно маленькая девочка, окружённая любимыми игрушками, она спала в своей постели. Может, ей и снилось что-то хорошее, по меркам человеческой адекватности это однозначно было очень плохо: темный гараж её дома, в котором, привязанный к одной из ножек стола, сидел Виктор. Он буквально молил её о пощаде, но та лишь ухмылялась, смотря на то, как в глазах напротив потухает огонёк жизни.      Глаза вдруг распахнулись. В них упал яркий свет уходящего солнца, от чего и без того маленькие зрачки сильнее сузились. Веки в миг прикрылись. Ресницы дрогнули. Не уже ли это был лишь сон? Она вновь открыла глаза, воровато разглядывая интерьер комнаты. Ничего. Совершенно другой стол, в размерах очень сильно уступающий тому, что стоит в гараже. Он был заполнен всяким ненужным барахлом, что мог понадобиться лишь в очень крайних случаях. Несколько кресел и высокий шкаф у стены были совершенно идентичны по оттенку. Линолеум, скрытый за пушистым ковром серой расцветки и белоснежный натяжной потолок, украшенный красивой люстрой. Несколько картин с незамысловатым сюжетом: небольшие берёзки, растущие на бережке озера и девчонка, сидящая за столом, который был заставлен вазами с пёстрыми цветами и фруктами — украшали пространство над столом. Широкое окно давало выход в мир, из которого падал тот самый свет. Он богато ответил скучный интерьер девушки.      — А-а-а! — с яростью закричала белокурая, поднеся руки к лицу. Истошный её крик слышался, казалось, во всём доме. Аккуратные пальцы обмотали мягкие волосинки, которые вдруг потянулись вниз. Девушка совсем не чувствовала боли, ведь все мысли были заняты совершенно другим — Как?!      За дверью послышались быстрые шаги. Их звук с каждым стуком каблука об пол приближался, но того блондинка даже не замечала. На глазах стали наворачиваться слёзы. Слезы ярости. Истерика так быстро захлестнула её, не желая выходить из её головы. Нет, у неё нет сердца. Хотя, и головы, наверно, тоже…      Дверь распахнулась. На пороге появилось двое высоких мужчин. Каждый из них обладал шикарным, для мужчин, телосложением. Крупные мышцы на руках и ногах выпирали из-под тонкой ткани маек. Невооруженным глазом можно было заметить более чем шесть кубиков на их животах и отточенную талию. Чем-то напоминая тупых качков, они по очереди прошли в её комнату, готовясь произнести единственную, такую же тупую, фразу.      — Вы проснулись, Повелитель! — с радостной интонацией заявил низенький мужчина, широко улыбнувшись.      — Он там? — с широко распахнутыми глазами спросила девушка, не обращая внимания на всеобщую радость. Слуги переглянулись.      — Понимаете… — робко начал высокий мужчина, переминаясь с ноги на ногу — Его… забрали.      Они боялись реакции девушки, но слова уже были сказаны. Оставалось лишь ждать самого худшего. Сжатый кулачок с глухим звуком ударил по постели. Лицо её стало меняться: истерическая улыбка сменилась на злобу, глаза сощурились, а у рта и глаз стали появляться мелкие морщинки.      — Вы на столько тупые, что не смогли справиться с таким лёгким заданием?! — интонация её голоса постепенно становилась всё громче, пока она не выкрикнула последнее слово. Мужчины в комнате напряглись — Что вы, идиоты, всё это время делали?!      — Босс, мы…      — Мне плевать! Вы не справились с задачей, засранцы, а теперь ещё и оправдываетесь?!      Истеричные вопли пронзали уши ни в чём не повинных мужчин, что с трудом выслушивали очередные крики своего босса.      — Сколько я спала? — резко сменилась её интонация, ставшая вдруг удивительным образом спокойной. Сиреневоглазая пронзила своим взором одного из слуг, что вдруг непроизвольно сглотнул.      — Больше суток…      Девушка медленно перевела взор на окно. За ним всё так же сиял бледный, для её глаз, пейзаж, и лишь солнечные лучи завораживали её. Пухлую губу вдруг прикусили белые зубки. Кулаки сжались с такой силой, что в них перестала поступать кровь, а ногти ещё чуть-чуть, и пронзили бы ладони. Она, словно скованная судорогами, начала трястись, держась за голову. Локоны её волос плыли по воздуху, резко меняя свою траекторию. И вдруг она замерла, опустила голову на колени. Это были очень страшные для мужчин три секунды безмолвия. Тишина буквально убивала своей неожиданностью, и вдруг девушка начала говорить.      — Найдите его… — послышался сдавленный голос. Слуги вновь переглянулись. Не услышав звуков шагов, девушка подняла голову, обернулась на людей у выхода, окинув их злобный взглядом — Чё встали?! Найдите этого мерзавца и приведите мне его сюда!      Комната в миг опустела, оставив её владелицу наедине с собой. Шаги с каждой секундой отдалялись от неё. Гнетущие мысли завладели разумом той девушки, что всё ещё была укутана в толстое полотно одеяла. Мягкие локоны её волос мирно лежали на плечах, некоторые из них упали на постепенно вздымающуюся грудь. Свет яркими полосами проходился по ним, будто изучая. Уголки губ вдруг медленно начали подниматься вверх, делая лицо своей владелицы истерично-радостным. Сиреневые её глаза, смотревшие в никуда, были совершенно пустыми, что делало её лицо ещё страшнее. Тихий смех вдруг разлился по комнате, постепенно становясь громче. Девушка вскинула голову, взглянув на потолок.      — Ты никуда не убежишь от меня, Витенька… ***      Когда дверь за Алёной плотно закрылась, её тело облилось жёлтым светом ламп. Приятная ткань красного платья мягко дрогнула, когда его владелица сделала шаг вперёд. Девушке сейчас было как никогда тяжело — все чувства в её нутре смешались воедино, не давая покоя. Взгляд потух, опустился на пол. Деревянное полотно двери отделило её от той мрачной, немного грустной атмосферы, что повисла в коридоре. Её жизнерадостное кредо не позволило бы ей вынести более минуты нахождения там. Она слишком много всего перенесла за свою короткую жизнь.      Алёна подняла глаза — перед ней, с такой мягкой улыбкой и раскинутыми руками, стоял Саша. Ореховые его глаза излучали то тепло, которого ей сейчас категорически не хватало. Она неожиданно улыбнулась ему, вкладывая в этот жест всё сожаление, что испытывала к парню за дверью. Ей всё ещё казалось, что она сделала что-то не так. Не устояв на месте, она шагнула вперёд, раскинув руки в ответ. Она упала в объятия родного человека, и его руки, словно конвертик, закрыли её. Она, напоминая любовное письмо, вжалась в стенки жестковатой ткани конверта, обклеенного сердечками. Мягкая ладонь шатена поднялась к макушке девушки, потрепала её, сделав безупречную причёску неопрятной. В любой другой момент рыжая давно бы уже дала парню по рукам или накричала на него за его шалость, но сейчас, почему-то, настроения совсем не было. Она лишь удобнее расположила свою щеку на его груди, глубоко вздохнула. Смотря в её лицо мимо проходящий бы подумал, что Алёна обижена, и сильно бы заблуждался — она в глубочайших раздумьях, которые больше ни к чему не приведут. А тот, в чьём кольце рук она была заключена, лишь смотрел в пустоту, думая, что сказать.      — Э-эй — протянул Саша, опустив взгляд на свою возлюбленную — Ты… это ты так из-за Влада?      Девушка, не поднимая глаз, мотнула головой, соглашаясь. Волна неприятного чувства разлилась по телу парня, и тот скривил лицо в обиде. Неприятно, что она так расстроилась из-за этого засранца.       — …разве он заслужил этого?.. — себе под нос буркнул он, ближе прижав девушку в себе.      — Не ревнуй, абрикосик — усмехнулась рыжая, всё ещё смотра в даль — Я люблю ТЕБЯ, а не его. Просто…      — Стой — вдруг прервал любимую Александр. Его ладонь с талии поднялась на её плечо, а та, что была на макушке — спустилась. Удобно расположившись на них, парень чуть оттолкнул их владелицу от себя, отпрянул сам. Глаза его упали на растерянное лицо девушки, пару раз хлопнувшей длинными ресницами. Обоих настигло недоумение. Забавно было бы взглянуть на это со стороны…      — Я ослышался? — внезапно поинтересовался парень, своей, на первый взгляд, серьёзностью пугая возлюбленную.      — Что? — не понимая, что происходит, спросила она. На лице напротив засияла добрая усмешка, которая в миг вывела девушку из себя — Чего ты смеёшься?      — Ты только что сделала такой невинный голосок, как я могу от этого не смеяться? — не сдерживая умилённой улыбки, пролепетал Саша — И вообще — ты абрикосиком меня назвала, и знала бы ты, на сколько это мило!      Приятная дрожь прошлась по телам обоих. Вот оно — то чувство, ради которого стоит жить. Не сумев задержать на столь больших глазах и пол секунды взгляда, шатен отвёл его, вперя куда-то в стену. Девушка повторила это действие за ним, ухватившись ладонью за локоть. Белые зубки вдруг невесомо прикусили пухлую губу, от чего на ней появилось несколько складочек.      — Я знаю.      Шаг в сторону двери, и девушка вдруг замерла. Обернувшись, она окинула беглым взглядом пустую комнату — жёлтый свет ламп больше не горел, от того диванчик недалеко от него больше не поблёскивал, а стоящий рядом с ним стол уже не был таким пустым — на нём, раскинув полотна своей шикарной ткани, лежало сценическое платье, которое всего несколько минут назад сняла с себя Алёна. Ладонь её, обрамлённая аккуратным ноготками, пала на холодный пластик дверной арки. Лямку от небольшого рюкзачка на плече поправила другая рука, и девушка, вернув свой взор на коридор, шагнула в него. Комната окончательно опустела. Дверь закрылась, ключ оказался в личинке* и с характерным звуком провернулся в нём несколько раз.      — Алёнушка! — послышался мужской голос где-то с боку. Рыжая обернулась на голос, и на её лице вдруг засияла улыбка.      — Арлен Семёнович! Что-то случилось? — поинтересовалась она у директора ресторана, облокотившись о дверь и сложив руки на груди. Локоны её коротких волос мягко прокатились по плечу, упали с него вниз.      — Я думал, ты уже ушла — поделился мужчина, подойдя ближе. Аккуратно собранные назад волосы блестели каштаном, привлекая внимание. Каждый волосок его локонов был безупречен. Его крупным, широким бровям могла позавидовать не только каждая девочка. Брежнев, со своими неуложенными бровями и рядом не стоял с Арленом Семёновичем, чьими бровями школьные визажисты занимаются с такой заботой и скрупулёзностью. Острый нос, суховатые губы и едва заметная щетина делали из него настоящего серьёзного дядю, десятилетиями преданного своему делу. И забудем о том, что ему всего лишь чуть больше 40-а, и он только год назад начал владеть этим подпольным развлечением. Безупречно выглаженная рубашка не скрывала под своей тканью лишний вес своего владельца, но это только красило его.      — Нет, я ещё не ушла — задорно мотнула головой девушка, протянув мужчине ключ от двери — Как раз хотела передать вам это.      — Спасибо — принял из её рук холодный метал, скрыв его в своих ладонях, а позже и в чёрном кармане штанов — Ты выступила… это было, скажем так, не по плану.      Рыжая виновато опустила глаза.      — Простите — с грустью попросила она, не смея поднять взгляда — Просто мне нужно было проучить одного засранца — обернулась она куда-то в даль коридора. Арлен лишь только усмехнулся.      — И я даже знаю, кого — посмотрел он в том же направлении, что и его подопечная — Влад тоже отошёл от плана, и спел своё. Даже не знаю, как оркестр согласился, зная меня — со смешком удивился он, встретившись наконец глазами с Алёной — Но знай — это был первый и последний раз — пригрозил ей мужчина, наигранно покрутив пальцем перед её носом. Небольшая пауза резко сменилась смехом. Громкий, слегка хриплый смех мужчины смешался с мягким, высоким смешком девушки, залив своей необычной смесью весь коридор.      — Чтож — продолжая улыбаться, робко начала янтароглазая — Мне нужно идти, меня там ждут — пожала плечами она, смотря прямо в глаза напротив. Мужчина кивнул.      — Не смею тебя задерживать — с улыбкой проговорил он, разворачиваясь к сцене — До завтра!      — До свидания, Арлен Семёнович! — крикнула вдогонку девушка, рванула вперёд по коридору.      Минуя высокие двери и белые стены, Алёна бежала вперёд. Огненные её локоны развивались на ветру, от чего казалось, что того гляди они потухнут. Но они не потухнут. Кожаный рюкзачок неуклюже прыгал, отстакивая от округлого бедра в неизвестность, но всегда, будто преданный щенок, возвращался, чтобы вновь уйти. Янтарь её ярких глаз зацепился за белый пластик двери, ведущей к лестнице наверх. И так бы она и оказалась рядом с ней, если бы эта дверь внезапно не открылась.      Из-за неё показался высокий силуэт. Глаза его — яркие, голубые — заставили душу оледенеть, замереть сердце, а ноги — остановиться. Он шагнул в свет коридора, и тогда его лучи опалили мужчину, показав его во всей своей красе — стройный, даже немного худощавый, мужчина средних лет показался перед девушкой. Его рост явно превышал и 2 метра, что заставляло дрожь пробежаться по телу. Седые короткие волосы были аккуратно уложены, а безупречный темно-синий костюм идеально сидел на нём. Из-под плотной ткани пиджака виднелся чёрный ремень, обрамленный красивыми узорами золотого цвета. Лакированные туфли виднелись из-под широкого кроя его штанов.      Голубые, словно чистая слеза ребёнка, глаза пали на Алёну, что испуганно попятилась назад. Ухмылка вдруг появилась на лице мужчины, и он остановился перед ней, сложив руки на спине. Девушка чуть присмотрелся к неизвестному силуэту, ища в нём что-то знакомое.      Несколько неизвестных мужчин сидело за столиками — пара за последним столиком была смутно знакома рыжеволосой, ведь именно их она видела в компании учителя по математике сегодняшним утром, а вот мужчина, сидящий рядом с её классным руководителем был неизвестен обладательнице карих глаз. Его пристальный взор, направленный на неё, немного пугал, но когда девушка заприметила весёлую улыбку и махание рукой Михаила Андреевича, весь испуг пропал — всё под контролем.      — Узнала? — послышался глубокий, с некой хрипотцой голос, из-за которого Алёна чуть дрогнула. Мотнула головой в знак несогласия, на что получила очередную ухмылку — А я узнал.      — Извините, но кто вы? — переборов робость, спросила янтароглазая, сведя брови домиком.      — Я — определённо твой новый фанат — с доброй усмешкой проговорил незнакомец, не отрывая глаз от рыжеволосой — И, как твой фанат, хочу попросить автограф.      Девушка вздохнула.      — Если это какая-то шутка…      — Меня зовут Алексей Витальевич Моргарт — представился он, прежде чем услышать недовольства от девушки, и она вдруг замерла.      В своём раннем детстве маленькая Алёна грезила стать певицей. Делая для этого всё, она обивала пороги музыкальных школ, позже — концертных залов, но того счастья она не ощущала. С каждой неделей, месяцем и годом хотелось всё большего, и очередные небольшие концерты их маленького города больше не приносили того удовольствия. Захотелось большего. А открыв для себя мир интернета, она случайно наткнулась на интервью с продюсером, так сильно заинтересовавшим её. 10-тилетняя Алёна, узнав только о нём одном, больше не захотела искать других, а сразу сказала бабушке о том, что:      — Этот дяденька про… продюсер! Когда я вырасту, я обязательно буду работать с ним!      Кто же знал, что это случится так скоро?      — В-вы… тот самый…? — робко спросила Алёна, явно не веря всему тому, что происходит — Не-ет. Я не верю.      Мужчина закатил глаза.      — Вижу, ты не из тех, кто смотрит интервью с продюсерами — как факт констатировал он, уже готовый развернуться назад, как вдруг кто-то схватил его за руку.      — Нет-нет-нет, я видела вас раньше, просто… не верится — удивившись своей смелости, она мягко убрала руку. Задор вновь вернулся в глаза Алексея, и тот обернулся на девушку — Вы… что-то хотели?      — Да, хотел — резко произнёс он, всем телом развернувшись к подростку — Я редко выбираюсь куда либо, потому и не вижу таланты. Твой голос прекрасен, но он как алмаз — его нужно отдать в правильные руки, чтобы он стал бриллиантом. С артистичностью у тебя всё не так плохо, как кажется, но, опять же — нужно работать — рука его упала на хрупкое плечо Алёны — Алёна Муромова, если не ошибаюсь.      — Не ошибаетесь — с нескрываемой улыбкой кивнула она.      — Не хочешь ли ты вступить в ряды артистов «MORGARTEntertainment»?      Алёна сглотнула. Сердце её было так, словно хотело вывести всю кровь из организма. Мозги совершенно не варили — их школа, хоть и супер-элитная, не могла похвастаться визитами известных людей. Верить ли ей тому, что сейчас происходит, или подумать, прежде чем бездумно соглашаться?      — «Пожалуй, выберу второе» — подумала девушка, взглянув в глаза напротив — Дайте мне время, прошу.      Мужчина ухмыльнулся.     — Без проблем — пожал он плечами, развернувшись назад — Тогда, скажи мне о своём намерении на завтрашнем концерте — дверь за ним почти закрылась, как вдруг он вынырнул из коридорчика — Люблю, когда люди думают, а не бросаются сразу. ***      Звонок в очередной раз раздался по длинному коридору, отражаясь от его каменных стен, словно отпрыгивая от батутов. Так удачно! Учитель, ничего не понимая, окинул недоумевающим взглядом Киру, резко поднявшуюся из-за стола. Она, не обращая внимание на десятки пар глаз, прошла вперёд между рядами. Лямки рюкзака в её ладони крепко сжимались, пока другая ладонь  схватила за предплечье одну из девушек, так хорошо расположившуюся на краю парты. Удивлённые глаза цвета мёртвой мерзлоты поднялись на девушку. Они принадлежали Снежке. Кира опустила свой, казалось, надзирательский взор на свою жертву — они излучали лишь надменность. Не желая тратить время на глупые гляделки, брюнетка тут же подняла глаза на проход, потянула за собой блондинку, на что та с лёгкостью поддалась.      — Сменкина! — послышался немного нервный голос учительницы, на который девушка даже не соизволила обернуться. Лишь с гордой осанкой остановилась у самого выхода, картинно повернув голову чуть в бок — Звонок для учителя.      Кареглазая, не скрывая пренебрежение, в голос усмехнулась.      — Звонков для учителя нет — как факт констатировал она — Он для всех, и я вправе выйти в свои законные, к слову, ничтожные, 15 минут в коридор — она потянулась к ручке, открывавшей дверь — Au revoir! **      Удивительно, что в коридоре всё ещё было пусто. В это время по обычаю из классов вываливаются толпы учащихся, желающих наконец выйти из столь душного, отяжелённого знаниями места. Даже воздух там был тяжелым. Свет толстыми полосами опускался на мраморный пол, прорываясь сквозь оковы серых туч. Сквозь их ленты безмятежно пролетали частички пылинок, так медленно опускавшихся вниз. Одна из дверей вдалеке раскрылась.      Тепло чужой ладони слишком резко опустилось с предплечья на запястье. Снежка, будучи очень резкой и грубой, не пыталась вырваться из цепкой хватки одноклассницы, что совсем не было похоже на неё обычную. Она лишь тупо следовала за ней, будто та была её проводником в мир Инной. Но они вдруг остановились, и черноволосая обернулась, точно опустив свои глаза в глаза напротив. Она нырнула в самую глубину её души, хотя совсем ничего для этого и не предприняла.      — Ты подумала? — не церемонясь, задала вопрос в лоб Кира. Блондинка, вернувшись на землю, вернула и свой истинный характер. Ухмыльнулась.      — Ну вообще-то, ты слишком поздно спохватилась — выдала она, картинно начав рассматривать свои длинные ноготочки, окрашенные в самые холодные оттенки синего — Моё время вышло ещё вчера вечером.      — Не умничай — отрезала девушка, резко одёрнув свою руку — Хватит включать в себе клоуна, когда речь идёт о серьёзных вещах.      Блондинка окинула девушку знаменитым брезгливым взглядом, проведя глазами от головы до ног и обратно.      — Твоя взяла, умница — на выдохе произнесла девушка, всё ещё изображая актрису — Пойдём-ка в одно место…      Её холодная, словно айсберг, ладонь потянулась к разгорячившейся, как под палящим солнцем, руке одноклассницы. Всего сантиметр, и вот их пальцы уже сплелись, а их владелицы шли одна за другой. Необычное чувство разлилось по телам обеих, но тут-же они подавили в себе их, притворяясь спокойными и даже немного раздражёнными. Они же могли стать подругами?..      Путь предстоял не долгий — минуя этаж, они буквально пролетели мимо пары лестничной пролётов, а оказавшись за дверями площадки, пару минут шли по длинному коридору, пока не завернули в один из углов. Широкие двери так надоевшего белого цвета возвышались над девушками, но одна из них уверенно шагнула вперёд, хрупкой рукой толкнув её деревянное полотно. Перед блондинкой и брюнеткой за её спиной открылся шикарный вид на просторный пустующий зал.      Огромное помещение с высокими, как в спортивном зале, потолками. У самой их середины виднелись длинные линии ламп, тянущихся от стены до стены. Стены их были вымощены небольшими квадратиками плитки, имеющей столь приевшийся цвет — белый. Странно, но оттенок их был чуть темнее, издалека напоминая бледный серый. Более крупная плитка была внизу, и расцветка её была более необычной — синева распласталась по полу, захватывая более ножки пловцов. На самом краю, у глубокой впадины, располагались шлёпки, одиноко лежащие вдалеке. Та самая впадина, обрамлённая синими и голубыми мелкими плитками, была до краёв заполнена голубой, словно глаза Снежки, водой. Её мелкие волнушки ударялись о стенки, разбиваясь на капли. Бассейн.      Скинув так сильно мешавшие кроссовки со своих ног, блондинка отпустила ладонь Киры. Обувь оказалась в углу, безмятежно лежа друг на друге. Голубоглазая шагнула вперёд. Она не отрывала глаз от волнующейся воды, и шла, казалось, только по её зову.      — Почему мы здесь? — вывела из транса свою одноклассницу Кира, на чей голос та обернулась.      — Мне здесь нравится — с улыбкой призналась девушка, вновь взглянула вперёд — На переменах здесь обычно никого нет, поэтому тут тихо и спокойно — девушка развернулась, глазами прожигая дыры в глазах напротив — И нас никто не услышит.      Сердце пропустило удар. Её голос звучал так угрожающе, и одновременно с этим его тембр был маняще-сладостным, от чего по телу пробежались мурашки. Кира сглотнула, но держа уверенность за глотку, как ни в чём не бывало прошла вперёд. Достигнув силуэт Снежки, она остановилась, ожидая её очередного действия. Она не двигалась.      — Знаешь как говорят? — блондинка взглянула на кареглазую — «Вечно можно смотреть только на три вещи — как течёт вода, горит огонь и работают люди» — девушка вдруг начала опускаться на холодный пол, украшенный частыми, иногда крупными, каплями воды — И, чёрт, тот, кто сказал это — ужасно прав — пальцы ухватились за концы каждой из штанин, подтянув их выше. Аккуратная ножка опустилась в холодную воду, от чего их владелица ощутила тот самый кайф, которого ей так не хватало — Я вот, например, на воду люблю смотреть.      Кира усмехнулась.      — Тогда Алёна, наверно, любит смотреть на огонь, а Маша и Варя — на то, как она выступает?      Глупый разговор о «вечном» протянул узенький верёвочный мостик сквозь пропасть между Снежкой и Кирой. Брюнетка, не колеблясь, опустилась рядом с одноклассницей, поджала под себя ноги. Пожалуй, сидеть рядом с бывшим врагом не так плохо, как может показаться с первого взгляда. Волнушки совсем опустились, вода стала ровной. Ни единого изъяна, из-за которого невозможно было рассмотреть узор на дне, выложенного плиткой. Тишина вновь воцарилась в этом, когда-то шумном, месте.      — С твоей стороны было очень благородно уступить мне желание — ухмыльнулась Снежка, взглянув на Киру — Я придумала, что загадаю.      Кира выдохнула. Она, не собираясь услышать и пары слов, начала подниматься с холодного, мокрого пола. Блондинка с недоумением смотрела на одноклассницу.      — Я уж думала, ты никогда об этом не скажешь — на выдохе призналась девушка, уже поднявшись на ноги — Чего мы ждём?      — Ты даже не выслушали моё желание — надула губы блондинка, сложив руки на груди. Своим видом обиженной девочки она остановила брюнетку, и, выдержав небольшую паузу, начала — Я хочу, чтобы эта сучка свалила из школы!      Кира впала в ступор. Кофейные её глаза расширились, давая понять всю глупость и безнадежность этого желания. Одна из пары ровных бровей поднялась вверх, как бы задавая вопрос: «Ты серьёзно?»      — Я надеюсь, что это шутка, потому, что я дала тебе желание не для того, чтобы ты тратила его на эту хрень — с грубостью в голосе произнесла Кира. Развернулась, шагнула вперёд — Хотя… — оказавшись у самого края бассейна, она опустилась — Признаться, я предполагала, что ты загадаешь именно его.      Снежка закатила глаза.      — Ну и что ты тогда предлагаешь? — в свойственной себе манере огрызнулась она — И вообще, это моё желание или как?      Кареглазая нагнулась к лицу девушки.      — Сейчас будет моё — с совершенно спокойным тоном пригрозила она, в ту же секунду вернувшись к разглядыванию воды под собой.      Снежка вздохнула. Именно этого она желала больше всего, но, почему-то, голос совести в виде Киры не позволял ей загадать его. Толкал к чему-то другому… Её жизнь была проста, никаких загонов и забот у неё не было. Или, во всяком случае, ей так казалось. Конечно, все считали её шлюхой, но разве ей не плевать на это? Она живёт с этим уже второй год, и ничего — справляется! А ту ношу, что она несёт на себе столько же времени… «Точно… Повелитель!». Девушка обернулась к своему импровизированному джину.      — Я хочу, чтобы мы смогли найти эту тварь, что держала Повелителя в заложниках — Кира удовлетворенно улыбнулась — И желательно без суда и следствия. Чтобы нас никто не засёк, а то сядем все вместе за одну решётку и сгниём там.      Черноволосая, смахнув с плеча светлую прядь, поджала под себя ноги. Руками опираясь о влажную поверхность пола, вновь помогла себе подняться с него. Отряхнулась, взглянула на всё ещё сидящую голубоглазую девушку.      — Ну наконец-то — проговорила брюнетка, протягивая руку однокласснице — Всё будет выполнено в лучшем виде — с усмешкой добавила она, когда за её руку схватилась чужая, всё такая же холодная, ладонь.      Темный коридор всего через пару шагов переходил в мелкую комнатку с туалетами. Длинные руки солнечного света не могли прикоснуться к этому месту даже пальцем — ни единого окна. И только три двери: одна — вниз, в длинный коридор гримерных, вторая — в мужской туалет, а третья — в женский. Из щели двери, что была у самой стены, выглядывал маленький серый лучик, бывший на грани погаснуть. Доносились едва уловимые звуки.      — Катя — произнёс голос чьё-то имя, видимо, вместо приветствия.      — Ой, Кирочка, привет! — послышался уже более тихий голос, явно из трубки телефона. Весёлости его не было предела.      — Я по поводу нашего недавнего разговора — слёту выдала черноволосая, чем сбила весь настрой на том конце провода — Ты обещала, что выполнишь одно моё желание. Долгое молчание повисло в маленькой комнате, от стен которой отражался любой шорох. Ничего. Мёртвое молчание свербило своим присутствием уши. Девушка, не выдержав той пытки, начала разговор.      — Катя? Ты там? — спросила она, явно начав нервничать.      На том конце провода послышался шмыг.      — Да, да… И что ты придумала? — смело поинтересовалась Катя, поменяв тон с весёлого на серьёзный, немного грубоватый.      — Честно говоря, нас много, кто хотят избавиться от этой проблемы, поэтому если что — подмога всегда рядом — с каким-то странным энтузиазмом протараторила кареглазая, после тяжело вздохнув — Нужно по-тихому научить одного человека жить правильно. ***      Время уходило за полночь. Темнота окутала всё вокруг, не оставив и единого клочка света. Ни единой птицы не плыло по чернильному небу, усыпанному редкими звёздами. Ветви во мраке смотрелись намного устрашающе, чем всего пару часов назад. Сильный ветер сносил каждый листик, упавший с дерева уже очень давно. Он беспощадно сметал их со своего пути, продолжая странствие по хорошо изученной местности.      Из-за высокого забора вышла пара человек. На их крупных мышцах блестела чёрная кожа курток, того-же цвета джинсы облегали их большие ноги. Они, не суетясь, вышли за пределы огромного дома, хлопнули дверью. Машина весело подмигнула им, сверкнув ярким светом фар. Один из мужчин держал в своей руке огромную черную сумку, что в атмосфере ночи и свете единственного на этой улице фонаря была не видна. Она полетела на заднее сидение, тогда как её владельцы опустились на передние. Дверцы автомобиля хлопнули, и она тронулась с места.      Мрак захватил в свои объятия каждый сантиметр этой пустующей территории. Отсюда не было видно ни луны, ни звёзд. Хотя, смотреть на них не было большого желания. Ветерок весело поддувал, шаловливо щупая каждого невольного знакомого. Благо, он был только один.      Смахнув с плеча черные, словно смерть, локоны, девушка вновь сложила руки на груди. Сухие волосинки качнулись от резкого порыва ветра. Стройная фигура девушки была украшена тремя полосками на руках и ногах. Огромные зимние кроссовки не отличались по оттенку от волос и общей палитры одежды. Одни только глаза её сверкали чистым серебром, завораживающим с первого же взгляда.      Силуэт её вдруг облился ярким жёлтым светом фар. За высоким забором виднелись две, а то и три машины мрачных оттенков — темный изумруд, грязь, ночь. Они затормозили у самого входа, и из передних мест вышла небольшая банда. Они держали свой путь на школу.      Со спины к девушке буквально подлетела мрачная фигура, не облитая светом. Изящная её рука коснулась плеча, и его владелица обернулась. Улыбка появилась на лице сероглазой.      — И снова привет, Кирочка — мягко поприветствовала силуэт девушка, и он вдруг облился светом.      Темно-серая шапка прятала под собой чёрное каре, обрамленное пожелтевшей прядью волос. Карие глаза скрывали за своим ореолом маленький зрачок, слишком сильно сузившийся от яркого света фар. Насыщенный цвет фиолетовой дутой куртки слепил глаза своей несуразностью, но так хорошо сочетался с серыми джинсами и массивными берцами.      — Приветик, Катя — поздоровалась Кира, шагнув в самый свет.      Вдалеке стали заметны силуэты, неизбежно надвигающиеся на девушек. Один из них махнул рукой, вероятно, здороваясь. Катя улыбнулась, но тут же стёрла улыбку с лица, испугавшись своей реакции. Это не ушло от Киры, но она картинно взглянула куда-то вдаль, стараясь не засмущать знакомую.      — Катюха, чего так поздно то? — послышался грубоватый голос парня впереди. Парни позади него остановились.      — Так получилось — без эмоций проговорила она, сразу переходя к сути — Короче, это Кира — указала она на брюнетку — Она тебе всё объяснит.      Свет в машинах погас, уступая пьедестал фонарям школы, что вмиг огородили от мрачной ночи территорию. Показалось лицо парня. Кира удивлённо вздохнула.      У первых рядов столов, в самой главе, стояло два парня. Крупный бугай, сжав кулаки, оскалился на паренька чуть ниже него, стоявшего вполне спокойно, сложившего руки на груди. Этим невысоким пареньком был Саша. Недалеко от бугая стояла маленькая девушка, испуганно смотрела на парня. — Олежь, не надо, пожалуйста…      — Олег? — поинтересовалась кареглазая, нагло рассматривая высокого парня. Тот чуть напрягся, но не показал этого, хитро улыбнувшись.      — Откуда знаешь? — вопросом на вопрос ответил он, сложив крупные руки на груди.      — Инцидент в столовой — выдала девушка, чем заставила парня онеметь — Невольный свидетель, уж прости.      Бугай чуть одёрнул свою куртку, кинул взгляд куда-то вдаль, пытаясь справиться с нахлынувшими воспоминаниями. Странная ситуация выходила — она, помощница элиты, находила помощи у тех, кто их так сильно ненавидит. В голове промелькнула мысль.      — «Главное молчать»      — Давай ближе к делу — выдал Олег, чуть подуспокоив свой пыл. Кира сглотнула.      — Улица Рыжово, дом 35. Там живёт женщина, которую называют Повелительницей. Она многократно использовала моих друзей, но они, слава богу, смогли от неё избавиться. Я уверена, что она не успокоится, пока не уничтожит нас, поэтому нужно поговорить с ней и утихомирить. Но если об этом узнают мусора — нам пизда, поэтому нужно вести себя как можно тише.      Все недоуменно смотрели на девушку. Она чуть отшатнулась, и её вдруг окликнула Катя.      — Подожди-ка… — всем корпусом развернулась она к брюнетке — Это случайна не та Повелительница, что наркобарон держит? — спросила девушка, шагнув навстречу к знакомой. Та мотнула головой вверх-вниз, от чего вызвала не самую приятную реакцию — Да эта мразь через нас каждый месяц наркотики доставляла и Мишаню с Рамзаном забрала! А бабки за работу так и не отдала! — буквально кричала она, пока не обернулась на Олега — Помнишь, Олежь?      Тот чуть помедлил, пока вдруг не повернулся на Киру.      — Да ты хоть знаешь, какую ценную инфу ты нам слила щас? — с некоторым гоном спросил он, явно не хотя при этом пугать своего временного босса. На его лице появился оскал — О-о, эти двое сейчас наверное едут сюда, раз у вас там какие-то тёрки. Вот здесь мы их и поймаем… как давно я мечтал им врезать, не представляешь — последнюю фразу он проговорил смотря в серые глаза Кати. Та лишь хитро ухмылялась, явно ожидая предстоящего цирка. Олег развернулся к парням позади себя — Короче, щас план такой — Грузин, Славик и Мел пусть езжают к этой ёбнутой на хату и заворачивают её, а я с Треугольником подожду этих двоих тут — на лету выдал он команду, после которой парни, больше похожие на качков, прошли к воротам — Удачи, пацаны!      — Придавите её там нахуй! — крикнула им в след сероглазая, пока вдруг один из парней не обернулся назад.      — Рыбка, давай с нами! — крикнул он, остановившись у самого выхода. Брюнетка растерянно взглянула сначала на бугая, потом переведя взор на кареглазую. Та как-то хитро улыбнулась ей, явно желая что-то сказать.      — Езжай — заговорщики произнесла она, махнув рукой — Ты, вижу, очень сильно хочешь дать ей по заслугам, так зачем терять такой удачный момент?      Взгляд серых глаз вновь пал на Олега.      — Давай-давай, а мы тут сами со всем разберёмся — поддержал Киру он, мотнув головой в сторону машин. Девушка, наконец став более уверенной, шагнула в сторону ворот.      — Меня ждите! — крикнула она парням, побежала в их сторону. Олег проводил её силуэт глазами, как-то слишком мягко улыбаясь ей в след. Кира, заметив это, лишь ухмыльнулась. Но не на долго на её лице задержалась столь светлая эмоция. Взгляд остановился на свете, исходящем из фар машин. Одна из них тронулась. Ночь только началась, а война уже в самом разгаре…