Счастливее чем когда-либо?

И всё-таки, пятница — любимый день недели Влада. Прекрасное ощущение того, что тебе не нужно делать что-то за завтра, ты можешь отдохнуть, занимаясь ерундой. Не то, чтобы он любил бездельничать, просто отдых ему не мешал. Он, Железяка и Алиса шли вместе по коридору, направляясь к выходу. Владислав, на удивление, дружелюбно предложил подруге понести её рюкзак, видя, как из него уже вываливаются вещи. — Спасибо, Влад, — девушка лучезарно улыбнулась, и её походка стала заметно веселей. Алиса была хорошим человеком. Владу искренне нравилось общаться с ней, в компании или наедине. И когда оказалось, что они одногодки (физически), то жизнь в нудной школе предвкушала быть не такой заносчивой. Железяке тоже нравилось общаться с Алисой, и из-за того, что они большое количество времени жили в одном городе, в их запасе были бесконечные шутки, которые никто не понимал. — Хватит, пожалуйста, — Влад устало протирал переносицу, уже не пытаясь понять, кто такой Чарльз и зачем ему надо было украсть одежду Сказочника. В классе Алису постоянно окружали не только парни, но и девчонки, что ни капли не удивляло: Бывшая Хранительница Времени действительно обладала приятной внешностью. Только вот, это не очень нравилось её друзьям: серьёзно, эти «кавалеры» проходу не давали и даже попытались побить Влада, из-за чего ему пришлось использовать свой коронный номер: ледяной взгляд, перед которым не мог никогда никто устоять. И стоило только их однокласснику пойти на Владислава с кулаками, тот слегка опустил голову, впившись глазами в болвана. — Шагнёшь ещё раз, и я вырву твою печень. Вот и конец битвы. Вообще, Влад с лёгкостью мог попросить у родителей телохранителей или документ, подтверждающий о том, что он — Будущий Правитель Сказочного Мира, но Алёнка вовремя напомнила ему, что у него есть совесть, и парню пришлось молча глотать обиду и унижения. Друзья завернули за угол и увидели Васю, который таращился на Влада прямо из-за стены. Все трое подпрыгнули, вскрикнув. — Ты чего так пугаешь? — Алиса достала аскорбинки из своей сумки и прежде чем взять себе, протянула немного Железяке и Владу. Бывший Князь отказался, махнув рукой. — Что тебе нужно? — Владислав нетерпеливо нахмурил брови. — Ты, — витаминки коренных жителей Сказочного Мира дружно попадали на пол, сопрождаясь смехом их хозяев. Железяка, изображая гордость за друга, похлопал его по плечу, при этом приговаривая: — А ты говорил, что на тебе уделяют недостаточно внимания… Алиса пыталась сдержать смех, закрывая лицо рукой, но не особо получалось. Влад же, не понимая такого заявления, продолжал таращиться на Сидорова. Когда до самого мальчика дошёл смысл его слов, он порозовел и стал неловко кашлять. — Я и-имел в виду, что мне хотелось переговорить с тобой кое о чём. Но для Железяки и Алисы эти слова лишь послужили маслом, добавленный в огонь. Эти двое стали протяжно тянуть букву «о». — До понедельника, — бросил им Влад и слегка подтолкнул друзей, намекая, что им нужно уйти. Те, хихикая, повиновались. Не хотели злить Владислава ещё больше — от их насмешек у него уже вены на висках выступили. Только вот Железяка напоследок сказал то, что сильнее вывело Бывшего Морока из себя: — Я так и знал, что он носит голубой неспроста. — Чего тебе? — Парень недовольно опирается на стену, по раздражённо выдыхая. — Я-я, в общем-то. — Что? — Хотел п-предложить Снежке встречаться. Влад наблюдает за тем, как Вася превращается в помидор и укутывается в своей синей кофте. — Наконец-то, — парень многозначительно смотрит на на потолок и хлопает руками. Между этими двумя уже давно была искра. Хотя, даже не искра, а просто световая граната, которая всех ослепляла. Их отношения были более, чем идеальны и, смотря на них, нельзя было не улыбнуться. — А я-то что? — Тебе о-о-очень много лет, — Василий начал нервно кусать губы, — ты, в отличие от Саши или Вани можешь подсказать мне как быть Влад нахмурился. — А Железяка? — Он отказался мне помогать, говоря, что к каждому свой подход. «Чего? Железяка знал и не сказал?» — Парень обидился на друга за это. Серьёзно, начала отношений Снежки и Васи ждали все в их компании, без исключений, так что, такой поступок лишь расстраивал. — Ну, так он прав. — Но только Железяка не так понял меня, — Сидоров потёр переносицу, на что Влад обратил чуть большее внимание: это была его фишка, — я хотел у него спросить, как он набрался смелости. Насколько известно Бывшему Мороку, Железяке было просто плевать на это волнение, что не было удивительным, так как кузнецу было всё равно на многие важные вещи, так что, такой подход не удивил Влада. Они просто сидели в библиотеке, и когда Маша попросила кузнеца поднять её, чтобы достать «32 факта о единорогах» он просто сказал: — Теперь с тебя плата. — Что? Какая? — Любовь. Напиток Влада вылился через нос, обрызгивая подруг, сидячих рядом. — Ах ты червяк! — Варя грозно встала и, раз врезав парню книжкой, успокоилась и села рядом. К счастью остальных читателей, Владислав решил не отвечать ей и ограничиться протягиванием салфеток ей и Снежке. Даже Ваня, которому обычно на всё наплевать, поднял глаза на Машу, чтобы увидеть её смущённое лицо и чтобы послушать её заикающееся «хорошо». — Я тоже не тот, кто тебе нужно, — Влад высокомерно поднял голову и ухмыльнулся, — в моей власти была вся сила мира. Я просто мог кивнуть на девушку, сказав, что она избранная, и её единственным выходом расстроить свадьбу — самоубийство. Они пару минут помолчали. Было заметно, что Сидоров поник, думая явно не о радостном. Жалко его, конечно, один-то он точно вряд-ли справится. Но Владислав правда ничем не мог помочь. — Хорошо, тогда я сам. Пока. — Пока, — сказал Влад, когда мальчик уже был далеко. Вернувшись домой, парень услышал смех младших брата с сестрой, что уже вызвало подозрения: Ваня… смеётся? Они горячо что-то обсуждали, и Владислав понял, что в комнате был ещё один человек. — Крёстная Бабушка? — Улыбка сама растянулась на лице парня, а сердце само впустило в себя тепло. — Владислав! — Старушка радостно указала внуку место рядом с ними. Они были давно знакомы. С самого детства Бывшего Морока. Сколько парень себя помнил, Крёстная Фея всегда поддерживала и помогала ему, когда могла. Она никогда не принимала чью-то сторону и была другом всех в столице, имея хорошую репутацию, которой Фея не пользовалась, что было странно. Влад покорно присел, не переставая улыбаться. Старушка беззвучно щёлкнула морщинистыми пальцами и, встав, направилась в коридор. — У меня же для вас подарки, дорогие! — Н-не стоило… — Ваня, опять же, на удивление смущённый, замахал руками в знак протеста, но Бывшая Фея, как будто не слышав, продолжала уходить. — Как давно она здесь? — Поинтересовался Влад, — и как ваши дела? — Немного, около пятнадцати минут, — Алёнка покрутила кистью, показывая «пятьдесят на пятьдесят», — я вот сегодня «четыре» получила! — Отличная новость! — Парень взял руку сестры и весело пожал её. — Я тоже. — Ого, — от Вани такого он не ждал, — а по какому предмету? — Ох, — мальчик раздражённо вздохнул, — пришёл сегодня завуч, не верилось ей, что я прекрасно понимаю все предметы и начала спрашивать меня. Когда вопросы по общему направлению закончились, она в углубление пошла. А там мне надо было подумать, из-за чего балл снизился. — Мда, — заключил Владислав, — ты, это, не переживай. — Не переживу… В комнату снова вошла Крёстная Фея с большой сумкой. Все трое повскочили с места, чтобы помочь ей, от чего старушка заулыбалась. — Вот спасибо, дорогие, — проговорила она, садясь обратно в кресло, — в общем, — сперва она достала большое красное яблоко. — Это тебе, Владислав. Оно помытое. Парень тут же принялся за любимое угощение, постоянно прикусывая щёку. Он так и не смог привыкнуть к чипсам или к большому количеству конфет, для него на вкус они были…неспециэффектичны, в отличие от того же яблока. — А это тебе, Алёночка. Алёнка с восторгом приняла пакет с шоколадными батончиками и, как и Влад, тут же принялась за сладость. — Спасибо, — стесняясь говорит Ваня, принимая большое хачапури, приготовленное старушкой, в обмен на чипсы. Старшим детям стало стыдно за своё поведение, и они сейчас же приступили к исправлению: — Спасибо. — Спасибо. — Но это не всё. Все трое подняли голову на бабушку, и мальчики стали со смехом наблюдать, как Бывшая Фея забирает у внучки пакет, в котором не было уже и половины батончиков. Та наигранно надулась. Крёстная Фея принялась снова возиться в пакете, пока не достала большую книжку, вручив её Владу. — Это тебе, Владислав. Словарь, чтобы ты выучил новые слова, а то я заметила, что твой стиль речи похож на более…древний. Парень кивнул в знак благодарности. — О да, — Ваня широко улыбнулся и укоризненно посмотрел Владу в глаза, — понимаю. В тюрьме, в заточении, в полной изоляции, не так просто держать связь с внешним миром. Точнее, это даже невозможно. Владислав отвёл взгляд. Он уже извинился, и Иван уже сто процентов простил его. Так что ещё нужно? Мальчик почувствовал, как старческая рука начала гладить его, и он тут же успокоился. — Это тебе, Ваня. Я слышала, ты плохо высыпаешься. Так что, вот тебе книга, чтобы ты выучился на целый курс вперёд. В следующем году снова сможешь спать. Иван несколько раз протараторил «спасибо», разглядывая источник знаний. Влад закатил глаза, понимая, что школьная дисциплина будет нагло нарушена. — А тебе, Алёночка, — старушка взяла свою внучку за руку и взглянула в её опечаленные глаза, — тоже книга, конспектирующая все твои учебники. Ни у кого такой нет, я взяла её у Чёрного Кота. Ты будешь чудесной наследницей. Алёнка, счастливая, что её не обделили, не посчитали слабой для науки, подарили книгу, а не журнал, обняла свою бабушку, которая искренне верила в неё с самого начала. Похоже, только Влада побеспокоили слова о троне. — Но и это не всё, — фея ещё раз залезла в пакет, — я вчера ходила в библиотеку Мышкина и нашла там кое-что. Алёнушка, держи: это фотография маленькой тебя и ваших родителей. Рыжова, хихикая, рассматривала фотографию, а затем показала её братьям. Те расстаяли внутри, хоть и старались не показывать виду. — Такое ощущение, что Алёнка вообще не изменилась. Влад прыснул в кулак, продолжая разглядывать сестру в младенчестве. Действительно, щекастый малыш с непослушными рыжими волосами. — Ваня, — все снова посмотрели на бабушку, которая достала ещё одну фотографию, — это твои биологические. Иван со страшной скоростью сменился в лице, сначала с усмешки на испуг, а потом на небывалую в нём раньше мягкость. Влад через плечо глянул на фотографию, а затем мальчик как будто неспециально отвернул её от брата, показывая Алёнке, которая тоже мягко улыбалась. О родителях Вани было ничего не известно, кроме того, что они были из рода знатных магов и то, что они умерли, когда Ване было около года при неизвестных обстоятельствах. — Артур и Вероника, — Ваня прикусил губу, — тут так написано. Это их имя? — Думаю, да, — старушка глянула на Влада, которого переполняло любопытство. — А это тебе, Владислав. Она достала какой-то кусок ткани. Влад принял его с опаской, будто заранее зная, что на нём будет. Парень расстелил его на пол и не выдержал: — Твою мать. — Владик, это ты? — Алёнка пальцем показала на нарисованного мальчика, который стоял рядом с неизвестными ей людьми. — Это его семья, — Влад, поймав взгляд бабушки, постарался как можно искреннее улыбнуться, чтобы не расстраивать её. — Император Илья. Был мудр и великодушен, — она показала на мужчину с короной, — его жена, Императрица Софья была умна, Его Высочество доверял ей много политических дел, ещё она часто принимала у себя иностранных послов. То есть, была очень могущественной женщиной. Глаз Влада начинал невольно дёргаться. Он небрежно бросил взгляд на холодные глаза матери. Какое гадство. — Их старшая дочь, Анастасия, унаследовала ум матери и имела такую же способность манипулировать всеми, даже её мужем. До его смерти. В сердце парня разблокировалось отнюдь не приятное воспоминание. А за ним и другие. Анастасия смотрела с портрета также, как и мать, и парень через полотно чуял её знаменитое: «Я же тебе говорила, Владислав». — Средним ребёнком был Влад. — Это многое объясняет, — Бывшему Мороку захотелось влепить брату подзатыльник за такой неуместный, для него, комментарий. — А это младшая дочь, Анна. Была просто душенькой. Влад обожал её больше жизни. — Как меня! — Алёнка весело подсела к брату, от чего ему стало легче. — Очень любопытная персона. — Как я! — Все её обожали во дворце. Больше она унаследовала от отца, что придавало ей власти, которой она никогда не спешила пользоваться. — Ай, Владик! — Девочка выдернула свою руку из ладони Бывшего Морока, который чуть не сломал её. — Прости, — прохрипел он, — спасибо за портрет. — И это тебе, — старушка протянула ему кожаную сумку, — сыграй для нас, прошу. — Оу, — Влад с ненавистью рассматривал старую скрипку, — но я н-неуверен, давно на ней не играл и вообще…ладно… Гадкая скрипка, гадкий портрет, гадкая… Анна… — Что такое?.. — Сонный Сидоров открывает дверь, но, завидев в дверях никого иного, как Влада, сразу «просыпается», — Влад? А ты чего тут- — Я помогу тебе, — парень схватил мальчика за шиворот и потащил на улицу. — П-постой! Куда? — Смотри: я играю отрывок «Romanesca per violino solo е basso», а ты просто говоришь то, что чувствуешь. Ну, и за цветами в магазин сбегаем. — Сыграешь что? — Господи, проснись уже, — одной рукой Влад помахал рукой перед непонимаюшим лицом Сидорова. — Да-а-а, я просто мега-переживаю… Я имею в виду: что мне говорить? — То, что считаешь нужным, — Влад пожал плечами, не понимая, что же в этом ТАКОГО сложного. — Легко скзаать, сложнее сделать… — Вася расстроился, до сих пор переживал. Это было трудно не заметить. — Да ладно, Вася, ты только начни, — поразительно, но Влад улыбнулся искренне, — и… слова сами пойдут. Я буду там. Переодично хрустя листьями под ногами, Владислав встал за дом. — Снежка! — Похоже, небольшая речь Бывшего Морока подбодрила его. Только вот теперь сам Влад начал нервничать. Он не играл на этой скрипке…сколько? Около трёхсот семнадцати лет, и из-за этого эмоции были…не из приятных. Они были просто, парень не побоится этого слова, отвратительными. — Васечка? Это ты? — Иронично-тёплый голос Снежки пронёсся по улице, заставляя парня пробудиться, напомнить ему, зачем он вообще решился на это. Чтобы помочь приятелям наконец-то разобраться с этим. Вот и всё, не так ли? Дрожащими руками, парень поднёс смычок к струнам. Зажимать аккорды было невероятно тяжело, его пальцы уже давно отвыкли. Нежная музыка окутала этих двоих в свою особую атмосферу, оставляя остальное человечество где-то там, в реальности. — Снежка, с тех пор как мы…как я увидел тебя… Врать не буду: я испугался твоей магии. Н-но продолжая наблюдать за Патрулём, этот мороз стал греть меня и заставлять улыбаться. Ты тоже. Ты всегда рядом, всегда поддержишь, знаешь, что нужно человеку, чего ему не хватает больше всего в жизни. У Влада кровоточили пальцы. Жёсткие струны разрезали их в мясо. — Если ты хочешь, я могу сделать то же и для тебя. Я буду помогать тебе чувствовать себя счастливой каждый день. Послышался грохот. Судя по всему, Снежка спрыгнула из окна. Сначала Влад перепугался за подругу и, прекратив играть, он поспешно выглянул из-за угла. Но затем парень выдохнул, вспомнив, что Снегурочка живёт на втором этаже. Она и Сидоров уже слились в самом горячем поцелуе, который Владислав только видел. Или нет? А видел он их не так уж и много. Вернувшись домой, Влад обнаружил, что весь дом мирно спит, а родители ещё не вернулись. Парень перенёс в комнату бедную Алёнку, которая до последнего боролась со сном и продолжала ждать их маму с папой. Также Владиславу пришлось убрать снотворное, лежавшее рядом с Ваней, который мог запросто раскрыть их секрет, сам этого не поняв. Глупый пацан. Влад открыл ящик и достал оттуда бинты, а то раны выглядели довольно-таки плачевно. Кровь горела в темноте, каждую секунду всё больше покрывая руку. Скрипка мирно лежала рядом с парнем, но ему казалось, что она не останавливалась и играла до сих пор. Это сводило его с ума. Обрезав бинт, Владислав взял инструмент в руки и брезгливо покрутил его в руках. Это была последняя миссия этого старья, которая в первый раз использовалась с душой её хозяина. Он уверенно поднимается на ноги. Что же, всё прошлое должно там и оставаться. У него новая жизнь. К чёрту всё это. В доме слышится грохот. Затем ещё и ещё. Алёнка спит крепко, а Ваня был под лекарством. Завершающий удар по столу и искажённое «брям». Парень выкидывает музыкальный инструмент в окно, помня что под ним есть место для выкидывания мусора. Спустя пару минут туда летит и портрет. Влад, как обычно, привышает дозу снотворного, о чём не знает даже Ваня и через несколько мгновений засыпает.