Новая жизнь, новая любовь

      Зрачки на глазах Маринетт сузились от испытываемого ужаса, который охватил её с ног до макушки. На мгновение она застыла, как парализованная, поглощённая страхом от увиденного. Взяв себя в руки, девушка протёрла глаза, дабы убедиться, что это очередная галлюцинация и... Билл Шифр исчез с плакатов, словно его там и не было вовсе, от чего она облегчённо вздохнула.       — Вот ты где! Думал, что не найду тебя, — внезапно позади неё прозвучал голос, который заставил подпрыгнуть от страха.       — Нет, пожалуйста, только не снова! Не делай из моего рта застёжку молнию! — воскликнула Маринетт, забегая в комнату. Одной рукой она прикрыла своё лицо, а другую руку вытянула вперёд для защиты, чтобы к ней никто не приблизился.       — Маринетт, ты чего? Это же я, Диппер, — произнёс Пайнс младший с удивлением, держа при себе в руках дневник номер три.       — Диппер? — вопросительно произнесла Дюпэн-Чэн. Увидев перед собой друга, она едва не разрыдалась от счастья и кинулась к нему в объятия. — Ох, Диппер, я так рада, что это ты! Ты не представляешь, как я рада тебя видеть! Я тебя так лю... Вернее, ценю, как хорошего и надёжного друга! Спасибо, спасибо, что ты есть! — восклицала она, будучи в восторге от того, что рядом с ней в этот раз был лучший друг, а не коварный треугольник, который постепенно сводил её с ума своими фокусами. На лице Диппера появился лёгкий румянец от её слов. Ему было очень приятно услышать такие слова от подруги, однако, подобное поведение с её стороны показалось ему довольно странным.       — Спасибо тебе за такие тёплые слова, Маринетт, но... К чему сейчас такая любовь?.. Вернее, я хотел сказать, дружеская любовь, — задал он ей вопрос.       — Ну... Просто я... — не успела она договорить, как вдруг в левом углу на потолке она заметила Билла, который своим жестом пригрозил ей, чтобы она не проболталась.       Увидев, что Маринетт не смотрит ему в глаза, Диппер снова спросил:       — Ты увидела что-то необычное?       Он хотел повернуть голову в ту сторону, куда смотрела его подруга, но та остановила его, ухватив своими ладонями его лицо, и повернула его к себе.       — Нет! Ничего такого необычного там нет! — громко, но неуверенно ответила она.       — Ты уверена? — Пайнс снова хотел повернуть голову в нужную сторону, но Дюпэн-Чэн снова его остановила. Она также ладонями ухватилась за его лицо и в этот раз сама приблизилась к нему, чтобы он смотрел только на неё, от чего потом немного пожалела.       «Вот блин... Теперь он подумает, что я хочу его поцеловать! Хотя, я была бы не против, но... О Боже, о чём я только думаю! Давай, Маринетт, думай как выкрутиться из этой неловкой ситуации!» — мысленно говорила она сама себе. Недолго думая, Маринетт легонько дунула Дипперу в лицо.       — Прости, у тебя ресница попала в глаз, но уже всё позади, я убрала её, — оправдалась она перед ним, чтобы сгладить неловкость, возникшую между ними.       — Ладно... Что-ж, теперь говори, почему ты весь день так странно себя ведёшь? Я вижу, что что-то опять тебя беспокоит, иначе бы ты так себя не вела! — требовательно начал допрашивать её Диппер и сам сократил расстояние между собой и Маринетт, от чего та густо покраснела и занервничала. — Ты ведь не станешь ничего скрывать от лучшего друга, правда? Особенно, если это причиняет тебе боль, ты должна её со мной разделить. В противном случае, как я уже говорил, она будет только усиливаться и никогда не даст тебе покоя.       После слов Диппера сердце Маринетт как будто сжалось. Перед ней была непростая дилемма: либо она расскажет всю правду, но её друзья будут подвержены опасности, либо она скроет правду, но из-за этого рискует потерять доверие со стороны своих друзей.       — Ты прав, Диппер, — сдалась Дюпэн-Чэн, — меня действительно кое-что беспокоит и...       — И что именно? — перебил её друг.       — Ну, мне снятся кошмары и...       — Кошмары? Что именно тебе снится?       — Мне снится Б... Б... Бражник! Да, именно он! Это он беспокоит меня. Я до сих пор вижу во сне эту злополучную сцену, как он убивает Адриана, — с грустью на лице произнесла Дюпэн-Чэн. При этом она мысленно радовалась, что всё-таки смогла найти отговорку. Уж кто-кто, а Маринетт была мастером в этом деле. Она для себя решила, что лучше потеряет доверие своего друга, чем самого друга и его родных.       — Оу... тебя всё ещё беспокоит, что ты не можешь найти того, кто помог этому злодею, я прав? — переспросил Диппер, почувствовав себя виноватым за то, что задал Маринетт лишние вопросы.       — О да, ты абсолютно прав, — подтвердила Маринетт его слова. Пайнс слегка улыбнулся, положив свою руку на плечо подруги, и сказал:       — Не волнуйся. Я как раз здесь, чтобы помочь тебе и ещё дневник с собой прихватил. У меня есть несколько гипотез насчёт того, какое существо могло помочь Бражнику раскрыть ваши личности и, судя по тому, что это происходило в Париже, это существо могло выйти за пределы городка Гравити Фолз. Это намного облегчает задачу найти его и скоро мы с тобой его вычислим! — заверил он.       — Правда? Уже? Диппер, ты самый лучший!       — Погоди, благодарить меня ещё пока рано.       Друзья присели, уютно устроившись на полу. Маринетт принялась внимательно слушать догадки Диппера.       — И так, первая гипотеза - летучие глазыши. У них сплошной глаз вместо тела и крылья, как у летучей мыши. Они могут видеть даже в темноте, а то, что они увидели, могут с помощью лазерного луча это проецировать на экран или на что-нибудь ещё, — выдвинул Пайнс первую теорию.       — Вряд ли они могли долететь до Парижа... — усомнилась Маринетт в догадке друга.       — Ну, кто его знает, всякое может быть. Ладно, продолжим. Гипотеза вторая - призрак. Здесь в книге есть заклинание, призывающее неупокоенные души. Возможно, Бражник призвал одного из них, чтобы тот ему помог. Призраки невидимые и от них так просто не спрячешься. Им бы не составило труда проследить за вами и раскрыть вас, — вторая теория Диппера показалась для девушки весьма убедительной по сравнению с первой.       — И наконец, третья гипотеза, — произнёс юноша, перелистнув страницу, на которой был изображён одноглазый треугольник. Увидев изображение знакомого символа, Маринетт вновь почувствовала всепоглощающий страх и отскочила от своего товарища, держащего в руках книгу.       — Билл Шифр! — крикнула она, уже в который раз заприметив одноглазого демона.       — Ты что, его знаешь? — спросил Диппер, вопросительно посмотрев на свою подругу.       — Не-е-ет! Что ты? Я... Я впервые его вижу,— уверяла Маринетт, стараясь не вызывать никаких подозрений.       — Тогда откуда тебе известно его имя? — снова и снова спрашивал он, сомневаясь в правдивости своей подруги.       — Ну, я просто прочитала в книге его имя, это же очевидно! — вновь отмазалась она перед ним. Диппер, убедившись в её «честности», больше не стал её допрашивать, как полицейский, и продолжил свой рассказ:       — Так вот, Билл Шифр - могущественный всезнающий демон, властелин разума. Самый опасный и коварный тип! Его здесь тоже можно призвать при помощи заклинания. Однажды он много раз угрожал нашей семье и даже два года назад устроил в нашем городе апокалипсис под названием Странногеддон. Однако, его силы не могли распространиться дальше границы города Гравити Фолз, но тогда он прибывал в физическом, хоть и треугольном, теле. А будучи обычным сгустком нематериальной энергии он может появиться в любой точке мира. Мы однажды сталкивались с ним и, в конце концов, победили его и он уже два года не объявлялся. Вероятно, что Бражник мог его вызвать и заключить с ним сделку, чтобы победить вас.       Маринетт сосредоточенно внимала словам своего друга. Последняя гипотеза показалась ей ещё более правдоподобной, чем две предыдущие, ведь неспроста этот демон преследовал её и хотел заключить с ней сделку, ему определённо, что-то было нужно. Однако, с другой стороны, если поражение супергероев - дело рук Билла, тогда зачем ему предлагать ей свою помощь в том, чтобы найти тайного помощника Бражника? Не станет же он сдавать самого себя, ведь это было бы глупо! Или же... Всё совсем не так просто, как кажется на первый взгляд.       — Я не знаю, какие мне слова подобрать, чтобы отблагодарить тебя, Диппер! Теперь, с твоей помощью нам будет проще выследить виновного и дело будет закрыто! — произнесла Дюпэн-Чэн так, словно она детектив.       — Не стоит благодарностей! Я всегда рад помочь, ведь для этого и нужны друзья, — любезно ответил ей Диппер. Маринетт, мило улыбнувшись, согласилась с его словами и вновь по-дружески заключила его в объятия, а тот ответил ей взаимностью. В этот момент она почувствовала себя ужасно, ей казалось, что она предаёт его, скрывая от него правду о Билле. Ей было стыдно от того, что она поневоле пользуется доверием своего лучшего друга.       «Прости меня, Диппер! Я вынуждена скрывать от тебя правду о Билле. Но это ради твоего же блага! Я не допущу, чтобы он навредил тебе или твоим родным!» — мысленно произнесла Маринетт, крепче прижимаясь к Дипперу.       Внезапно её мысли, уже не в первый раз, снова прервал голос Мэйбл, кричащий за дверью:       — Маринетт, Диппер, вы где?!       Услышав, что их зовут, Дюпэн-Чэн и Пайнс поднялись с пола и оба направились ко входу. Но тут Диппер почувствовал, что его ноги запутались в клубке с нитками, пренадлежавшими его сестре-двойняшке, и, не удержав равновесия, он упал, случайно повалив на пол свою подругу Маринетт, и навис над ней. Буквально в эту же секунду, открыв дверь, в комнату вошла Мэйбл.