Магнет

- У меня был секс с твоей сестрой, - выпалила Гермиона, едва появившись из камина. Ну, хотя бы у нее хватило терпения (ума) убедиться, что они одни. - Виртуальный, - добавила девушка, выдохнув. - Серьезно, - подняла бровь Нарцисса. Но увидев жалкое выражение лица своего делового партнера, сжалилась над Гермионой, - Я в курсе. Она мне сказала. - Она тебе сказала? – как эхо, тупо повторила Гермиона, затем, заикаясь, продолжила, - Что… что именно она тебе сказала? - Ну, в основном это было бессвязное бормотание и повторение фразы… как там было дословно? Кажется: «Я трахалась с Гермионой Грейнджер, я трахалась с Гермионой Грейнджер»… - Спасибо, я поняла, - розовый румянец покрыл не только лицо, но и шею Гермионы. - Хочешь обсудить это? – невинно поинтересовалась Нарцисса. - Нет, я, пожалуй, пойду, - немного резко ответила девушка, потом добавила уже менее уверенно, - раз ты в курсе, то, наверное, все в порядке… Нарцисса, казалось, выругалась себе под нос, но потом крикнула уже отступающей к камину Грейнджер: «Гермиона, стой! Подожди…» Младшая ведьма медленно развернулась. - Если тебя беспокоит состояние нашего с тобой договора, в условиях вновь открывшихся обстоятельств, то он остается неизменным, - Нарцисса такая Нарцисса, бизнес прежде всего, - что же касается Беллатрикс… Я не могу точно тебе рассказать, о чем мы говорили с сестрой. Это не мое место. Но, я думаю, вам следует обсудить сложившуюся ситуацию, возможно, пока не встречаясь лично. Мне кажется, Белла может тебя удивить. О, конечно, она может меня удивить! С ее-то больной фантазией и нездоровой психикой. Гермиона не пропустила это «пока» в словах Нарциссы. Однако, это был дельный совет. И у нее накопилось несколько вопросов к Беллатрикс. - Спасибо, Нарцисса, - искренне поблагодарила девушка, и решительно вышла из кабинета, оставив мадам Малфой размышлять о высоком в гордом одиночестве. *** И черт ее дернул уйти не через камин? Захотела прогуляться и немного проветрить голову (сады Малфоев были прекрасны в это время года) – проветрила, блин! В нешироком темном коридоре стояла Беллатрикс. Спасаться бегством было поздно – женщина смотрела прямо на нее своими невыносимыми чернильными глазами. Как это возможно, что она стала еще прекраснее? Разве того, что Гермиона уже видела раньше, было не достаточно? Она что, купается в крови девственниц? Или, может, это было молоко? Мысли Гермионы начали бродить, но она с усилием помотала головой и встряхнулась. Разговора не избежать, как бы она этого не хотела, и лучшая защита – это нападение, по крайней мере, так они говорят. - Ты знала?! – уточнять не имело смысла, слон был уже в комнате. Какое-то время Беллатрикс молчала, и Гермиона начала думать, что ведьма просто уйдет, решив не связываться с ее назревающей истерикой. Но потом она открыла и снова закрыла рот, словно собиралась что-то сказать, но не могла определиться, что именно. Взгляд Грейнджер, конечно же, ради Мерлина, зацепился ни за что иное, как за чувственные, слегка капризно-искривленные губы Беллатрикс. Эта женщина когда-нибудь станет причиной ее смерти, ради всего святого! - Нет, я не, - наконец выдала Белла, звуча необычайно мягко. Все еще удерживающие взгляд Гермионы губы слегка дрожали. - Я тебе не верю! - тут же ощетинилась Грейнджер, - Что это было? Какая-то извращенная игра разума для тебя, Беллатрикс? Лестрейндж нахмурилась: «Ты действительно думаешь, что мне потребовалось бы три месяца и двенадцать дней, чтобы что? Просто поизмываться над тобой?» – и, как будто спохватившись, что Гермиона может заметить, насколько хорошо она помнит, когда именно началась их общая «история», добавила, уже презрительно-насмешливо, не без толики гордости и самодовольства: «Мне бы хватило и полдня». Беллатрикс не была совсем честна о том, что не знала, кто скрывается за столь говорящим ником «Mudpuppy». С самого начала их общения ее не покидала мысль, что они с девушкой где-то встречались. Было что-то неуловимое в личности младшей ведьмы, что казалось знакомым. Не то чтобы они с Гермионой когда-то в прошлом вели светскую беседу, но… И Белла, конечно, понимала, что на другом конце… чего бы то ни было (она все еще не совсем понимала, как работает этот наполовину магловский артефакт под названием компьютер) находится маглорожденная. Связать концы с концами не представлялось такой уж сложной задачей. Если они встречались раньше, то девушка определенно была ее жертвой. Правда, вот понять, которой именно, было практически не реально. Беллатрикс не помнила и половины из тех, кого когда-то пытала. Конечно, она помнила Гермиону, но это было то воспоминание, которое она отложила куда-то глубоко в недра своей памяти и оставила пылиться до лучших времен. Проще говоря, она старалась не вспоминать о Золотой девочке. Слишком многое было с этим связано: наказание от Темного Лорда, после побега Трио и кражи чаши, разочарование и глубокий стресс ее сестры, последующее падение ее учителя, собранные по крупицам новости об успешном существовании Грейнджер после войны, в то время как сама Белла… Ну, не важно, там было много того, что не должно было быть поднято. По крайней мере, до недавнего времени. - И как это должно убедить меня? На самом деле убеждать Гермиону ни в чем уже не было необходимости, она ясно видела, что Лестрейндж говорит правду – во взгляде женщины было искреннее сожаление. Но девушку задел тон, которым было произнесено последнее предложение. Ей очень не нравилось то превосходство, которое (в который раз) демонстрировала Беллатрикс. Последняя внезапно шагнула вперед, останавливаясь слишком близко для комфорта Грейнджер. Однако, взгляд Беллы был направлен вниз, куда-то, предположительно на носки туфель Гермионы, что приносило девушке некоторое обманчивое успокоение. - Слушай, мы можем просто продолжить с того места, где закончили? Давай забудем о том моем сообщении? Голос Беллатрикс вдруг стал ниже, в нем появились скользяще-призывные тона. И в конце своей реплики, женщина посмотрела прямо на Гермиону широко распахнутыми глазами. Грейнджер с приятным удивлением отметила, что в них абсолютно отсутствовал даже намек на безумие. Они были так близко, что девушка могла разглядеть тонкую, едва заметную темно-коричневую радужку около удивительно широких зрачков, делающих глаза Беллы такими черными. Она уже снова была готова уплыть по мечтательному течению собственных мыслей, но усилием воли вернула себя в реальность. - Котором? Где ты впервые, о чудо, называешь меня по имени? – саркастически проговорила Гермиона после небольшой заминки. Беллатрикс поморщилась. Секунду назад она готова была поклясться, что девушка вот-вот примет ее наглое предложение. Но, очевидно, Грейнджер не собиралась играть легко, кто бы сомневался вообще? -Да, да, именно, - Белла закатила глаза и раздраженно, немного по-детски капризно добавила, - В точку! - То есть ты хочешь притвориться, как будто все по-прежнему, и мы не знаем друг друга, и продолжить наши «отношения»? Я все правильно понимаю? – медленно и отчетливо проговорила Гермиона, словно бы проясняя для себя какой-то сложный научный эксперимент. - Ммм…, - невнятно пробормотала Беллатрикс, не без соблазнительного мурлыканья в голосе, но с явным нежеланием говорить что-то прямо и открыто. - Беллатрикс,- голос Гермионы стал немного выше на имени ее мучителя, - скажи это! Скажи, что ты хочешь? – уже более вкрадчиво, но настойчиво попросила она. Беллатрикс прикрыла глаза.Грейнджер была такой чертовски трудной! Она уже жалела, что не ушла в самом начале их «обмена». - Да, я хочу! – не смотря ни на что, она говорила твердо и даже чуть более страстно, чем ей самой хотелось бы, - Довольна?! Гермиона устало вздохнула. Должна ли она действительно испытывать радость от того, что ведьма только что фактически подтвердила, что хочет ее? Какая-то часть внутри девушки буквально готова была торжествующе отплясывать победный танец, прямо не выходя из поместья. Но… там всегда было но! - Я серьезно не знаю, как это сработает… - неуверенно начала она. Чуть-чуть помолчала, размышляя. А затем внезапно для Беллатрикс, снова набросилась: « То есть ты просто хочешь забыть то, что произошло здесь, в доме твоей сестры, и все, что ты сделала до этого, так что ли?» Беллатрикс молчала. Нет, у нее много чего было сказать по этому поводу – она могла бы объяснить Грейнджер, почему действовала так, а не иначе, она могла бы поставить под сомнение отношение самой девушки к тому, что произошло между ними тогда. Она могла бы, но не хотела. Белла решила предоставить младшей ведьме возможность самой проанализировать и понять все аспекты их таких не простых взаимодействий. - Ты знаешь, я хотела обмануть тебя, - задумчиво-меланхолично проговорила Гермиона, нарушив затянувшуюся паузу в до этого напряженном разговоре, - Ну, когда прочитала то сообщение. Я хотела написать, что ты ошиблась… - Я бы приняла это, - поспешила ответить Беллатрикс, затем нервно сглотнула, - Я имею в виду, что не стала бы настаивать. - Действительно? – Гермиона подняла брови в непритворном удивлении - Ты бы пошла с этим? - Почему? – резко просила она через мгновение, острым взглядом уставившись на женщину. -Потому что мне нравилось то, что мы делаем, м, котенок? – соблазнительно промурлыкала Беллатрикс . Куда вдруг исчезла вся ее нервозность? Стремительная смена настроений этой женщины просто кружила Грейнджер голову. Все внутри Гермионы сладко отозвалось на прозвище. Мягкая волна смущения и возбуждения накрыла девушку. Но приятное тепло быстро развеялось, как только она осознала, с кем разговаривает. Снова. Черт! Черт бы тебя побрал, Беллатрикс! - Нет, это не сработает, - решительно покачала головой девушка. - Продолжай говорить себе это, малышка, продолжай говорить… - ухмыльнулась Белла. - Это не правильно! – яростно выкрикнула Гермиона. -Ты, - она запнулась от переполняющих эмоций и уже тише закончила мысль,- Ты пытала меня! - Да, - просто ответила Беллатрикс. Ее лицо приобрело каменное выражение. - И ты наслаждалась этим, - Грейнджер обвиняюще прищурила глаза. Она цедила слова сквозь зубы с ощутимым презрением, но там было что-то еще, какое-то, пока не понятное ей самой, чувство. - Много, - охотно подтвердила Беллатрикс. Но в ее ответе тоже сквозила некая двусмысленность. Там было «второе дно». - И ты бы убила меня, если бы мы проиграли! – голос Гермионы снова стал выше и пронзительнее. Казалось, девушка с трудом сдерживается. - Нет! – спокойно и безапелляционно заявила Лестрейндж. - Да. Хорошо, - Гермиона неопределенно взмахнула руками, - не ты, так кто-нибудь из твоих дружков-убийц. - Нет. Я бы не позволила, - Белла разрешила себе намек на самодовольную улыбку в голосе. Грейнджер уставилась на нее с немым вопросом. - Я вроде как думала об этом. После того, как вы сбежали, - все самодовольство испарилось, Беллатрикс чувствовала себя слегка неловко, признаваясь в том, что думала о девушке ранее. - Продолжай, - это была команда, тон грязнокровки не оставлял сомнений. Она смотрела на Беллу в упор, как бы говоря: «Попробуй только соврать или увильнуть…» И Беллатрикс хотела бы, конечно. Может быть, просто не говорить всего? - Ну, это было бы глупо – убивать тебя после того, как я фактически спасла тебе жизнь, оттолкнув, когда на нас падала люстра… -Ага,- язвительно согласилась Грейнджер, - и сейчас ты пытаешься сказать, что действовала намеренно, а не инстинктивно? - Не совсем, - Беллатрикс отвернулась, лениво крутя в руках палочку, - пятьдесят на пятьдесят тебя устроит? Это не так, как будто у меня было много времени на раздумья. И обычно, когда я действую «инстинктивно», как ты выразилась, кто-нибудь умирает, а не наоборот. - Прекрасно, - Гермиона всплеснула руками, - И как это должно мне помочь принять тебя? Естественно, Лестрейндж молчала, всем своим видом давая понять, что больше она говорить не намерена. -Ладно, - после продолжительной паузы проговорила Гермиона, - я поняла, это очень удобно – молчать, когда не знаешь, что сказать. Вернемся к тому, что ты «не позволила» бы меня убить – подробнее, пожалуйста. - Мерлин, девочка, ты даже требуешь с «пожалуйста», - усмехнулась Белла. - Беллатрикс! – в голосе Гермионы было отчетливо слышно раздражение, и крошечный намек на веселье. - Хорошо, хорошо…, - Беллатрикс подняла руки перед собой в защитном жесте, - Я бы взяла тебя себе, - как можно равнодушнее пояснила она. Гермиона открыла рот, потом снова закрыла – ну, это было ново. Думала ли о ней Лестрейндж до их маленького «обмена» на просторах Магнета? Женщина хотела ее себе? Она искала ее? Была ли Mudpuppy своеобразной заменой? Она определенно будет исследовать эту мысль позже. Но сейчас были более важные вопросы на повестке. - В каком качестве? Пленницы? Игрушки? Любовницы? Гермиона долго сомневалась над последним словом. И она не могла помочь, но покраснела. Было просто очень удачно, что в коридоре полумрак, и Беллатрикс сейчас не видит ее непроизвольной реакции – это был бы нескончаемый поток шуток и подколов. Если бы, конечно, они продолжили бы … - Хм, - Беллатрикс картинно сделала вид, что задумалась, - Это зависело бы от личности того, кто проявлял интерес. - Я спрашиваю тебя Беллатрикс. Не то, что бы ты сказала своему Лорду или еще кому-то. Кем бы я была для тебя? – и откуда в ней столько смелости? Верно, чертова шляпа не ошиблась при выборе факультета. - Все вместе, я думаю? – Беллатрикс с вызовом приподняла бровь. - Ты же понимаешь, что для меня смерть была бы предпочтительнее вот этого? – это было немного больно, но Грейнджер справилась. Справится. Не важно. Ей нужно знать, осознает ли ведьма, что она делает, и понимает ли, что сама Гермиона чувствует обо всем этом. - Ну, я могла бы организовать тебе несколько маленьких смертей, - Белла коварно усмехнулась и подмигнула девушке, - в день? - Черт бы тебя побрал, Беллатрикс! – вся неуверенность и стыдливость разом слетели с Гермионы после этого подлого ухода от темы, хотя женщина явно рассчитывала на противоположный эффект. Грейнджер почти кричала, сдерживая ярость только потому, что где-то, не так далеко, как хотелось бы, находилась Нарцисса, - Даже не пытайся делать это сейчас! - Почему, котенок? – сладко пропела Лестрейндж, которую, кажется, совершенно не обескуражила и нисколько не напугала такая реакция. - Не смей! – Гермиона почти задохнулась. Затем она взяла дыхание под контроль, сделав несколько глубоких вдохов. И продолжила, уже спокойнее. - Я действительно просто пытаюсь понять, где мы стоим со всем этим, и ты вообще не помогаешь… - Ты говоришь «мы» и это так мииило, - по-детски протянула Белла. Ее глаза искрились злым весельем, - Может, перестанем стоять? Здесь как-то не уютно. И пойдем дальше? Гермиона закатила глаза, не желая поддаваться на столь явную провокацию. - У меня есть вопрос, - неожиданно сменила тему она. - Как поразительно! – Белла состроила притворно удивленное лицо и наигранно захлопала ресницами, - Я, возможно, удивлю тебя, детка, но у тебя их сотни… - язвительно добавила она. - Рудольфус. Беллатрикс хотела заметить, что это, как бы, не совсем вопрос. Но посмотрев на убийственное выражение на лице Грейнджер, оставила комментарий при себе. - Он мертв. И в любом случае был бы, даже если не погиб в битве, я от него устала, - легко отмахнулась она, не видя, куда это все идет. - И что будет, когда ты устанешь от меня? – если бы взгляд был физическим, Беллу бы пригвоздило к стене. Беллатрикс пожимает плечами. Что будет, когда она устанет от девочки? Откуда она может знать? На данный момент она даже не хочет думать об этом. Но Грейнджер нужны гарантии. Она не может ей ничего дать. Не сейчас. Возможно, никогда. И она молчит. - Ты такая сука, Беллатрикс, ты знаешь об этом? – с отвращением выплевывает Гермиона, так и не дождавшись ответа. - Да. И тебе это нравится, малышка, не отрицай! – Белла снова ухмыляется, но как-то устало. Соблазн в ее голосе потускнел. - Я не знаю, я уже ни в чем не уверенна, - Грейнджер немного растеряна. Этот разговор словно вынимает душу. -Слушай, ты сама согласилась на это в самом начале,- жестко начинает Беллатрикс, которой уже все это безумно надоело, - Я никогда не обещала тебе, что в оконцовке мы, взявшись за руки, свалим в закат. Все на самом деле предельно просто, котенок – мы либо делаем это, либо нет. Решай! Гермиона не отвечает. Она изучает черты лица Беллатрикс, точно запоминает. Она чувствует себя так, будто они видятся в последний раз. А потом Грейнджер молча проходит мимо Беллы к выходу. Темная ведьма вдруг чувствует, будто внезапный удар выбил из нее весь воздух. - Гордая львица трусливо сбегает? – ядовито цедит она вслед уходящей девушке. - Что, не маленькая грязная девочка? – Гермиона даже не разворачивается, а просто останавливается, и слегка поворачивает голову. - Нет. Не здесь, не в коридоре дома моей сестры, - все еще злобно возражает Белла, - Хотя… У меня есть здесь собственная спальня с огромной кроватью… Взгляд Беллатрикс наполнен сталью, несмотря на мед в голосе. Гермиона жестко усмехается, качает головой и уходит, не оборачиваясь. Белла поднимается в свою комнату и садится за компьютер. Спустя два часа она пинает системный блок и вылетает из комнаты. (Бедные павлины) *** Неделю спустя. -Здравствуй, Энди. - Здравствуй, Белла. - Мне … Мне нужна твоя помощь - Я так полагаю, речь идет о Гермионе? - Да, - Белла прикусила нижнюю губу, - ничего… сверхсекретного. Я просто думала, не знаешь ли ты...